Заблуждение

      Погода с каждым днем становилась все хуже и хуже. Аква Лагуна должна прийти со дня на день, а проблем у них хватает и без этого ежегодного прилива, который еще больше все усложнял.       После нападения на Айсберга все свалилось на их плечи, добавляя хлопот помимо подготовки к природному катаклизму, а еще и эти Мугивары, и чертова Нико Робин… Слишком много всего начало происходить в один момент, так что это было уже слишком. Им ведь и отдыхать нужно, а иначе вымотанные они точно не смогу ничем помочь боссу.       Потому-то они с Луччи и решили провести эту ночь вместе, дабы выпустить пар и расслабиться. Так что теперь нагой Паули лежал в своей кровати, под одним одеялом с уже сопящим под боком другом, усиленно пытаясь заснуть, что несмотря на усталось никак не удавалось.       Вот уже как три года они, по инициативе Паули, были просто друзьями с привелегиями и по началу обоих все устраивало, по крайне мере Роб никогда не поднимал тему их странных отношений, но недавно, а точнее год назад, Паули вдруг кое что осознал. Он сам не заметил как и когда это произошло, но он перестал смотреть на друга как на просто любовника.       Ему хотелось обниматься, держаться за руки, целоваться и после секса оставаться ночевать вместе, против чего впрочем Роб не имел ничего против, просто не желая тащиться домой в потемках, с остальным впрочем все не было так однозначно. Друг не был особо тактильным человеком, но часто позволял Паули заключать себя в объятия и валяться рядом, что вводило в ступор, ведь сам он вроде как не проявлял большей заинтересованности, просто наслаждаясь их страсным и часто развратным сексом.       Честно сказать Паули сам себе удивлялся, с Робом он вел себя как ненормальный. Они творили такие непотребства, занимались этим в таких местах, о которых ему и подумать было стыдно. Хотябы вспомнить тот случай когда их чуть не застали в скелете коробля над которым они тогда работали. Это был ужас, вот какой черт его тогда дернул начать приставать к другу во время смены?       Луччи тогда просто спас их, спокойно натянув брюки и выйдя к парням буд-то ни в чем ни бывало, в то время как запаниковавший Паули запутался в собственных штанах, хотя в тот раз именно Роб был тем кто принимал. Так что его невозмутимости и выдержке можно позавидовать. Причем Паули не по наслышке знал как это, ведь в те редкие разы когда все-таки он был снизу, ему всегда какое-то время после вообще не хотелось двигаться.       Кстати да, Паули почти всегда был активом. Причем когда он спросил у друга про это, то тот ответил что его все устраивает. Удивительно все же сколько всего нового он узнал про Луччи, который в повседневной жизни казался тем кто не отдаст контроль и не проявит слабости. В то время как наедине он был еще тем ленивым котиком, хоть все еще со скверным характером и острыми когтями.       Паули тяжело вздохнул, повернул голову и взглянул на такого милого, сладко спящего Роба. Отрицать уже просто глупо. Он влюбился в друга. Он уже пару месяцев размышлял об этом, пытаясь понять как ему поступить и стоит ли вообще что-то делать? Серьезные это чувство или просто мимолетная влюбленность? Нужны ли Луччи эти чувства и не отпугнет ли это его?       Все это было так сложно. Паули запутался в собственном сердце, а в то же время пытался понять, что чувствует Роб. Может он тоже… и просто молчит из-за того что Паули четко обозначил их отношения как секс по дружбе?       Все же всем хочеться любить и быть любимыми. Плюс они и так уже ведут себя как пара, просто так это не называя, ведь Паули точно знал что они оба так сказать «верны» друг другу, часто ночуют вместе и проводят много времени наедине. Чем не пара? Паули даже уже начало казаться, что парни что-то да подозревают, ну кроме Каку, он знает.       Паули уже подумывал признаться и разрешить все эти непонятки, перестать уже скрываться как нашкодившие подростки, но случилось то что случилось и стало совсем не до того.       — И что же мне делать, скажи, а Луччи? — прошептал Паули зная что друг сейчас точно его не слышит. — Я люблю тебя, представляешь? — наконец сказал это он вслух, убирая прядь с лица друга. — Да, всего тебя козла такого, со всеми твоими загонами и тараканами в голове, — продолжал свой односторонний диалог Паули, начиная играться с завитком. — Так хочется сказать тебе это, но ведь Айсберг-сан… — тяжелые мысли снова одолели его. — Я знаю что он был бы за меня рад, но я просто не могу. Не сейчас, ни когда моего наставника хотят убить, — в нем боролись две равноценные силы, но здравомыслие победило. — На все будет свое время, — Паули легко поцеловал Роба в макушку. — Я обещаю, я скажу тебе как только все это закончится и мы наконец перестанем ходить вокруг да около.       Твердо решил он, осознавая что уже пора, но и понимая что Луччи никуда от него не денется.       Так представляя свое признание Паули и заснул.        Ночью его что-то разбудило, хотя сложно было сказать наверняка во сколько это было, ведь окна уже были заколочены в преддверии Аква Лагуны. Он еле продрал глаза и увидел лишь силуэт уходящего Луччи прежде чем снова отрубиться.       Проснувшись уже в более нормальное время Паули обнаружил возле себя лишь пустоту. Это было странно и непохоже на друга, он никогда не уходил посреди ночи. Мог сделать это утром, даже не предупредив, но только когда Паули уже встал. Так что это было слишком нетипично, но он не придал этому особого значения, прекрасно понимая насколько сейчас все на стрессе.       Новый день был не менее тяжелым чем прежние. Все парни собрались в особняке Айсберга формируя непроходимую преграду для наглых пиратов, к которым они так благосклонно отнеслись! Вот как можно быть такими животными?! Да, Паули попытался украсть их деньги… но в итоге то Луччи присек его необдуманное действие!       Шли часы мучительного затишья, во время которого все ожидали их прихода, что сильно выматывало. В основном все всё еще держались благодяря вообушевляющему желанию защитить любимого призидента и яростного желания отомстить.       Не было подходящего момента что бы спросить, ведь они постоянно были в компании других главных мастеров первого дока, так что Паули и вовсе забыл о странном уходе друга ночью, полностью сосредотачиваясь на защите Айсберга.       Они сидели на стульях перед спальней босса в гнетущей тишине. Паули иногда пытался незаметно поглядывать на Луччи беспокоясь о том как друг себя чувствует, ведь сегодня он был еще более тихим и отстраненным чем обычно. Это волновало, но они сидели слишком далеко друг от друга.       Когда Айсберг позвал его к себе и изложил свою просьбу в Паули разгорелась злость, но он сдержал себя понимая насколько важное поручение ему доверили. Он вышел обратно к парням, может Роб заметил, что с его лица ушли все краски, ведь сразу спросил про их разговор, но Паули не мог рассказать. Нельза вмешывать в это еще больше товарищей, а тем более Луччи. Это слишком опасно.       Оставив парней он направился в кабинет наставника и сделал все как он сказал, нашел поддельные чертежи. По его телу пробежали мурашки от прозвучавшего за спиной голоса. Он вскочил оборачиваясь на незванных гостей, это оказались двое из нападавших, один в маске черепа, а второй быка.       Их слова не повергли в шок, ведь Айсберг уже успел все ему рассказать, но заставили напрячься, ведь угроза от мирового правительства перестала быть призрачной. Все же Мугивары оказались непричасны к этому. Главным вопросом осталось: как они смогли сюда добраться, ведь везде караулили их плотники… одного взгляда на окрававленные руки врагов и их безразличный ответ, что «они ничего не помнят» хватило чтобы все понять. Эти ублюдки перебили всех кого встретили!       Паули конечно не отдал чертежи, хоть они и фальшивые, враги пока об этом не знают. Решив выиграть столько времени сколько сможет, а вдруг ему удастся сбежать, тогда погонятся за ним и от босса отстанут, он вступил в бой.       В голове истекающего кровью, проигрывающего Паули всплыли навязчивые и крайне волнующие его вопросы. Успели ли эти убийци уже добраться до спальни президента? Что с друзьями которых он там оставил? Что с Луччи?       Враги оказались гораздо сильнее чем он, а ведь Паули сильнее Роба… в чем он столько раз убеждался, ведь во время секса он всегда мог без большего труда удерживать невольно вырывающегося в исступлении друга.       Пугала одна мысть что Луччи мог уже пострадать, а его даже не оказалось рядом!       Сердце разрывали противоречивые порывы сорваться и узнать что с другом, попытатся сбежать, как Айсберг просил, и продолжить сражение с хлоднокровными агентами правительства.       Хотя в любом случае силы были на исходе. Тело предало и он упал. Челюсти до боли сжались от его собственной беспомощности в данный момент. Радовало одно, ублюдки все равно не получили того что искали!       Влетевший в стену Мугивара прервал двоих убийц и спас Паули, но их обоих все равно приковали огромными скобами к полу, не желая бараться сейчас с мешающимися букашками.       Разговор по душам с Мугиварой и их дорога к спальне Айсберга прошли в пелене гнева и решимости драться до последнего. За наставника, за погибших товарищей, за любимого человека!       Отрезвляющая реальность настигла в момент когда они вломились в спальню. Представшая перед ним сцена ощутилась ножом в спине. Раненый наставник, Нико Робин и одетые в мантии врагов Бруно, Калифа, Каку и Луччи…       — Боже, — призрительно и раздраженно выплюнул Роб оборачиваясь на прибывших, в то время как остальные даже не шелохнулись.       Глаза Паули разширились, а во рту все пересохло, он не мог поверить ни своим глазам, ни ушам. Он точно правильно услышал? Это сейчас Луччи сказал?..       — А-айсберг-сан… — язык его не слушался, — что здесь… что здесь происходит?!       Прокричал он ступая вперед на кусок разломанной стены.       — Паули, — задыхаясь поднял голову президент, — какого черта ты не сбежал?!       — Что это значит? — проигнорировав вопрос наставника спросил Паули. — Почему все выглядит так… — от шока и непонимания он не мог подобрать слов, — будто это они напали на вас? — в отчаянной надежде услышать другой ответ озвучил он свой страх, встречаясь взглядом с Робом.       Гнетущая тишина давила на него со всех сторон, а безразличие в глазах друга пугало еще больше.       — Эй! — никак не получая ответа проорал Паули. — Какого черта вы так одеты?! — он задыхался, слыша собственный пульс в ушах. — Эй, Калифа, Бруно, Каку… Луччи, что это за бред?!       Он бегал глазами от друга, к другу, все равно приходя к Робу. Это точно не может быть правдой, всему точно есть какое-то обьяснение! Не они… не он!..       Мугавара ляпнул вопрос даже не задумываясь, режа душу Паули еще больше, а его рыжая девушка накама озвучила те слова которых он боялся больше всего. Луччи глянул на нее, после снова уставившись на него.       — Все так, Паули, — обыденно подтвердил он, будто это ничего такого. — Мы агенты правительства.       Он так просто это признал, даже не пытаясь отрицать. Сердце сжалось от ужасной боли.       — Думаю сложно в такое поверить, особенно после стольких лет, — голос Луччи звучал неуместно спокойно, — думаю ты ждешь, что мы станем извиняться или молить о прощении, но нет, — уничтожил последние ростки надежды он. — Так что если хочешь я могу наступить Айсбергу на лицо, что бы тебе было проще поверить, — усмехнулся Роб.       — Не смей! — прикрикнул на него Паули вскидывая сжадые кулаки.       Заполнявшие все внутри боль, разочарование и гнев, смешались в один невыносимо тяжелый клубок обиды, начавший пожирать его изнутри. Его трясло, разрывало от мыслей и слов собравшихся на кончике языка.       — Я понял, — дрожащим голосом начал он. — Значит все это время ты мог нормально говорить?! — оскорбленно спросил он скалясь. — А немого из себя строил что бы над нами поржать?! — из-за переполнявшей его злости Паули уже не мог контролировать что говорит. — Мешок дерьма! Значит и я для тебя был просто игрушкой?!       Обезумев от боли он кинулся вперед атакуя Роба. Напуганный вскрик наставника затерялся где-то на фоне в ворохе собственных громких мыслей, отобравших возможность хоть как-то здраво мыслить.       Выхваченный из рукава канат с ножами рассек воздух не достигая цели, а уже в следующее мгновение Луччи восстал прямо перед ним. Плечо пронзило адской болью, в глазах потемнело и он уронил свое оружие.       Схватившись за руку Роба, что бы не упасть, Паули вперел в нее взгляд. Эти самые руки дырявили его в кабинете Айсберга. Он ведь видел их бесчисленное колличество раз, целовал и ощущал на своей коже, как он не узнал их раньше? Хотя даже прийди ему в голову такая мысль, он бы решил что начал сходить с ума.       — Почему?.. — еле выговорил Паули, все глупо надеясь услышать что друга заставили это сделать. — Зачем ты?..       — Это моя работа, неужели непонятно? — высокомерно спросил он. — Для недалеких объясню: сблизиться с тобой было выгодно, а иметь того кто тебя удовлетворяет удобно, — насмехаясь пояснил он.       Каждое новое сказанное им слово становилось все новым удором ниже пояса, лишь в очередной раз подтверждая что для Роба он был никем, но разрывающееся на части сердце продолжало хвататься за то теплое чувство, что он продолжал к нему испытывать, не в силах в одночасье принять все происходящее.       — Но ведь мы столько… — глаза запекло. — Ты выглядел счасливым… — слезы сами потекли по щекам Паули, он не мог их сдержать. — И как вообще, я ведь всегда был сильнее? — мысли и слова предательски не клеелись, но эта деталь оставалась одной из самых непонятных.       — Хватит этого, Паули, — высокомерно приказал Луччи выдергивая свою руку из его хватки. — Неужели ты думал, что я использовал всю свою силу? Ты ведь ничего плохого мне не делал, зачем мне было вырываться? — с издевательским непониманием вскинул он бровь, стряхивая его кровь с пальца и складывая руки на груди.       Роб был сейчас таким жестоким. В какой-то момент даже начало казаться что человек перед ним вовсе не его друг, а кто-то другой, укравший его внешность, ведь даже его мимика стала другой.       Хотя Паули осознавал, что это полный бред.       — А шрамы! — вдруг вспомнил он. — Это все тоже было враньем?!       — О да! — вдруг вклинился в диалок оживший Каку. — И еще какое! — довольный собой заявил он подходя к Робу и облакачиваясь на его плечо. — У меня благодаря твоей пьяной тушке была целая ночь чтобы придумать складную слезливую историю, которая поможет помирить вас двух дураков! — расплылся он в широкой улыбке указывая на Паули пальцем.       — Да ты просто гений, — саркастично сказал Луччи недовольно кривлясь, — хоть бы предупредил, что ему наплел, — закатывая глаза сбросил он руку Каку с себя, — а то я чуть со смеху не умер когда он пришел ко мне с твоими бреднями и начал смотреть на меня как на бедного побитого котенка, — усмехнувшись покачал головой он.       Каку прыснул смехом хватаясь за живот и начиная бить Роба по спине.       — Это ты хорошо сказал! — просто в истерике прокомментировал он вызывая так же тихий смешек у Калифы, тактично прикрывшей рот.       Вскрывшаяся только что правда стала для Паули финальным ударом. Его просто размазали по полу всем этим, еще и в душу плюнули обезценивая его чувства, даже не зная о них. Он заикнулся что бы что-то сказать, но Луччи тут же перебил его.       — Все, хватит этого, — беря за плечо железной хваткой сказал он. — Мне уже становится стыдно что я с тобой спал, — с отвращением соскалился Луччи занося руку. — Слава богу, что нам нужно тебя убить…       Все что происходило после Паули уже запомнил плохо. Вроде Мугивара за него заступился, драка, пожар в особняке. Их с Айсбергом связали и бросиди в огне, в этот момент Паули потерял сознание, а пришел в себя уже только когда парни вытягивали их из полуразрушенного, потушенного здания.       Было много беспокойства, но радость, что они живы преобладала. Хотя логично возникший вопрос про Луччи и Каку, которых им все еще не удалось отыскать ощутился как соль посыпанная на свежую рану. Все еще слабо осознавая реальность, Паули коротко бросил: «Мы их больше не увидим», а возникшее волнение и непонимание он присек первым, что пришло в голову: «Они вернулись на родину». Парней такой ответ явно не устроил, ведь звучит как бред, но после того как Паули одарил их злым, усталим взглядом полупустых глаз, сразу замолкли.       Скорее всего они подумали, что их старшие мертвы, а Паули просто не хочет оглашать это сейчас, что бы не омрачить момент еще больше, хотя учитывая что на самом деле произошло… узнай они правду все бы было гораздо хуже.       — Ага-мна, «вернулись на родину», — саркастично прошептал босс мрачнея.       — Им не нужно знать, — уже еле волоча ноги, так же тихо, ответил Паули, пряча руки в карманы. — Хватит того, что это пришлось пережить нам…       Сидя в захудалом баре и глуша непроходящую душевную боль алкоголем, Паули в очередной раз гипнотизировал страницы небольшого блокнота, стараясь понять действительно ли все это было ложью.       Когда они с Робом определились со статусом своих отношений, то в какой-то момент устав от шарад, ведь чертов голубь, к счастью, не учавствовал в их личных встречах, Паули везде разпихал такие тетрадочки с ручками. У себя дома, у Луччи, даже одну всегда стал носить за пазухой, дабы друг мог писать ему все что хочет сказать.       Он еще все время поражался откуда это у простого рабочего такой ровный каллиграфичный почерк, шуча что у Роба видимо было много практики, но теперь это престало быть милой особенностью его немного странного товарища. Глаза в тысячный раз бегали по строкам, в некоторых местах размытых каплями слез.       Последнее время он так часто плакал, что слезы в его организме кажется просто закончились. Глаза болели, а кожа на щеках была раздражена от соли.       В общем выглядел он мягко говоря неочень, а засаленные волосы, щетина и неприятный запах алкоголя, кажется уже въевшиеся в него за эти пару недель, только добавляли ему жалкого вида.       На работе он тоже давно уже не появлялся, хотя сейчас она состояла в восстановлении города после волны, но его не особо волновали последствия. Айсберг врядли уволит, а даже если, то сейчас ему было на это плевать.       Среди коротких сообщений было много односкладных на подобии: «Да», «Хорошо», «Нет», «Не против», «Все равно», более итересными были фразы несущие больше смысловой нагрузки, к примеру: «Меня все устраивает, хорошо когда ты просто наслаждаешься и не должен думать», «Может тебе хватит, а то ночью мы будем просто спать?», «Перестань, это утомляет».       Все эти фразы ввиду последних событий стали приобритать новый смысл. Раньше они воспринимались нормально, как просто саркастичные или шутливые, что учитывая характер Луччи не вызывало вопросов, но а теперь… Написанное, и так, сложно было трактовать однозначно, так что все слова как наподбор приняли насмешливый и ужастно токсичный характер.       Захватило ужасное стойкое ощущение, что им просто пользовались. Хоть если подумать так оно и было, ведь Роб сам лично подтвердил это, тупое сердце все продолжало болеть в отрицании!       Как не старался, он не мог забыть теплые совместные воспоминания, и все то за что он полубил друга. Они во всем идеально подходили друг другу. Он просто не мог враз перечеркнуть все эти годы! Он не мог перестать любить Луччи… по крайней мере того которого он знал.       Оказалось же что друга он совсем не знал. Ни его мысли, ни мотивации, ничего. Даже его голос он впервые услышал лишь недавно. Хотя может предпочтения в еде и плохая тактльность были настоящими? Во время таких мелочей он всегда выглядел безукоризненно натурально, так что сложно представить, что он и это играл.       Даже история появления шрамов оказалась фальшивой! Тогда у него не было причин не верить Каку, что теперь выставляло его дураком, после того что Луччи сказал… он тогда не плакал, он пытался сдержать смех, дабы себя не выдать. Это угнетало, ведь такой интимный момент их биографии потерял всю свою ценность, в очередной раз подтверждая полную фальшивость всей их дружбы.       По крайней мере он узнал о Робе хоть что-то настоящее. Он оказался довольно разговорчивым, хоть и очень высокомерным и безразличным к чужому горю, прямо таким каким озвучивал его Хаттори… Он оказался владельцем дьявольского фрукта, леопардом. Так что теперь сомнений не осталось, тот звук что он мог иногда издавать от удовольствия и правда все это время был мурчанием.       Так мило для убийцы, что аж противно.       В голове все звучал вопрос: «Если бы я успел признаться, то что-то бы изменилось?». Кто знает, может все-таки волшебная сила любви сработала бы, и все такое. Вдруг Луччи все-таки любил его, но не мог предать правительство из-за последствий?! Может он беспокоился о благополучии Паули?!       Бред. Нечего себя обманывать. Роб пытался его убить, и не только словами доказал серьезность своих намерений. Он просто пользовался Паули пока считал это выгодным.       От этого осознания и было так отвратительно на душе. Обида трещеной осталась глубоко внутри, распираемая преданной, втоптаной в землю, никому не нужной любовью…       Паули залпом осушил все оставшееся содержимое бокала, даже не кривясь уже от отвратительного вкуса, дешевого пойла.       — Экхем-экхем, — внезапный выразительный кашель за спиной заставил подпрыгнуть на месте и резко обернуться. Это оказался наставник. — Печальное зрелище — то как ты гробишь тут себя-мна, — сказал он с печалью в глазах.       — Как вы меня нашли? — буркнул он отворачиваясь, не желая чтобы Айсберг видел его таким сломленным. — Я не могу работать. Просто найдите мне замену.       — Я заметил, все говорят о том, что ты просле смерти накама стал ходить и каждый день напиваться, — безцветно рассказал президент. — А что касается твоего недельного прогула, такой специальст как ты — слишком большая потеря, так что я не уволю тебя, но честно оштрафую.       — Последнее время вы как никогда серьезный, — хрипло посмеялся Паули. — Значит все считают их погибшими?              — Да, это из-за твоего очевидного вранья, — пояснил Айсберг. — А каким я должен быть, когда ты такое вытворяешь? — с легким раздражением спросил он.       Паули не знал как ответить, так что просто промолчал продолжая пялиться в барную стойку.       — Эй, Паули, посмотри на меня, — потребовал наставник кладя руку на плечо.       Паули не шелохнулся, так что босс долго не выдержал и силой повернул на себя:       — Я не хочу потерять из-за правительства еще и своего учиника, — с неким страхом признался он тормоша. — Прийди в себя, — воззвал он. — Не перечеркивый свою жизнь из-за этих мразей.       — Легко сказать! — сбросил с себя руки Айсберга Паули. — Мы были накама, строили вместе корабли!.. Вы должны понимать мою боль.       — Несомненно это так, — склонил голову наставник. — Мне тоже было ужасно больно, но их предательство нужно принять и жить дальше, — слишком рационально разсуждал он. — Правительство всегда было коварно, так что не удивительно, что они пошли на такое… — сжал кулаки Айсберг.       — И как я должен это сделать? — начиная злиться огрызнулся Паули.       — Предполагаю, что тебе и правда сложнее сейчас, — признал он, — ведь как я понял из вашего разговора, вас связывало нечно большее чем…       — Я просто ебал его как шлюху! — перебивая, проорал Паули взрываясь гневом и вскакивая.       Он сразу получил пощечину.       — Не смей говорить так о человеке которого полюбил, — серьезно сказал Айсберг.       Щеку ужасно пекло, а перемешавшиеся мысли в одночасье затихли.       — Этим ты только больше себя ранишь, ведь понимаешь, что это ложь, — продолжил наставник. — Луччи отвратительно поступил, пользуясь тобой и в этом плане, но он взрощенный пес правительства. Врядли он вообще знает, что такое любовь, — с неким сочувствием сказал он. — Хотя его поступку в любом случае нет оправдания.       Паули внимательно слушал босса осознавая весь глубинный смысл этих слов.       — Тебе нужно принять, что того человека которого ты любил больше не существует, — не щадя просто продолжал наставник. — Он был просто ролью, в которую Луччи вжился и проживал ради выполнения миссии, — он сделал паузу. — а гадать о том было ли в этом что-то настоящие не стоит. Работа агента под прикрытием невероятно сложна, и всегда ужасно смешивает личное с делом, но Луччи, как человек правительства, не тот кто дал бы чувствам верх.       Паули был благодарен наставнику. Ему очень нужно было услышать эти слова, и хоть боль все равно не уйдет так быстро, со временем он справиться с этим. Хоть и не известно как скоро он снова сможет полюбить.       — Спасибо, — многое вкладывая в это слово сказал Паули глядя на наставника.       Айсберг кивнул и жестом позвал следовать за ним прочь из бара. Паули так и сделал. Пора приводить себя в порядок и браться за голову. Он сильный, он со всем справится. Тяжело вздохнув он вдруг сказал:       — Кот, — Айсберг непонимающе посмотрел на него. — Луччи «взрощенный кот правительства», — не зная откуда у него взялись силы на шутки поправил наставника Паули, прекрасно понимая что смеяться никто не будет.