Вместе мы справимся с чем угодно

— Смотри милая! — Звонкий женский голос зазвучал из гостиной. Криста медленно села в кровати и принялась ждать, пробегаясь глазами по потрепанным страничкам детской книжки. Закончив главу, Криста как раз успела поднять взгляд и увидеть свою маму. — Какой букет, а? Такие красивые синие ирисы. — Проворковала старая женщина над пышным букетом. Дюмон резко выдохнула и отложила книгу на тумбочку, взглянув на дверной проем, в котором появилась женщина с сединой на висках и с большим букетом голубых цветов в длинной футуристичной на вид вазе. Букет сразу передали в руки девушки. Криста аккуратно прижала трясущимися руками хрупкий вазон к груди и вдохнула запах цветов. — Красота, правда? Давай, положи его на тумбочку... Ну, что скажешь? — О чем ты? — Удивлено уточнила Криста, выполнив задание на отлично. Руки все еще тряслись, но она уже чувствовала больше сил в мышцах. — Я считаю это своим успехом. — Да, но я не об этом, дорогая. Я рада, что ты улучшаешь свое здоровье, но...букет? Кто-то настойчиво продолжает присылать тебе букеты цветов, и чаще всего именно голубых. — Фыркнула миссис Дюмон, косо глянув на маленькую тумбочку, в которой гордо стоял свежий букет и маленький томик детских сказок. — Это странно, пожалуй? Да, мило, романтично... но от кого он? — Я не знаю, мам. — Выдохнула Криста, печально улыбнувшись. — Тебя это пугает? — Осторожно предположила дочь. Женщина сжала руку Кристы и покачала отрицательно головой, — за мной наблюдают не только врачи, мам. Я.… в безопасности. — Ты под домашним арестом. — Упрекнула, не сдержавшись бедная женщина. Заметив покрасневшие глаза Кристы, она сжалилась над своим ребёнком, приобняла ту за плечи и заботливо подоткнула одеяло под замерзшие бока. — Прости, дорогая. Я просто...надеялась, что ты снова будешь свободна, что за тобой ухаживает какой-нибудь агент и ты сможешь снова заниматься своим любимом делом. Ты...чем бы ты хотела заниматься в свободное время, дорогая? Может я смогу поговорить с этим как там его...Махаони? — Махони. Мам, послушай. Если тебе тяжело видеть меня здесь, или ты просто не хочешь, то так и скажи. Не надо... — Криста! — Заткнула дочь ее собственная мать. Лицо Кристы вытянулось от удивления, но она быстро взяла себя в руки. — Конечно я хочу, чтобы ты была здесь. Моего ребенка снова столкнули вниз с окна! Я.…хочу, чтобы ты оставалась здесь. Но я же вижу, ты увядаешь. Таешь на глазах. Почему? Ты смотришь на цветы и тоскуешь по кому-то. Как я могу тебе помочь? Криста посмотрела на мать, в глазах старой женщины стояли горькие слезы, губы дрожали на старом морщинистом лице. Миссис Дюмон стянула очки с лица и высморкалась в платок. Криста сжала их сцепленные руки и тепло улыбнулась, женщина мягко повторила ее улыбку, хлюпнув носом. — Мам, прости, — всхлипнула девушка. Мать погладила ее по голове и продолжила. — Это из-а того...преступника? — Голос женщины стал почти беззвучным. — Уильяма Руссо? — Да. — Неохотно подтвердила Криста. — Да, это из-за него. Он... — Мертв, да? — Печально ответила за девушку женщина. Криста отвела взгляд в сторону. — Тебе показывали даже фотографии. Так грубо. — Мне сказали, что когда он увидел меня на асфальте, пошел отомстить и его подстрелили, а потом Каратель убил. — Ты была ему дорога. Ты укрывала его, вы... — Мы были счастливы вместе. Мы...чувствовали ту же боль, мы были так близки. — Объяснила девушка, прикрывая глаза от мучительной боли. — Послушай, мам. Мне нужно кое-кому позвонить , если ты не возражаешь? Женщина мягко погладила дочь по макушке головы, поцеловала в лоб и удалилась из спальни дочери, прикрывая за собой дверь. Подождав несколько минут, Криста взяла с тумбочки телефон и набрала знакомый номер. Гудки долго звенели в ушах, пока через минут десять в телефоне не раздался чуть хрипловатый женский голос агента Мадани. — Да? — Проскрипела агент, сонно зевая в телефон, — Криста? Все хорошо? — Сонно пробубнила девушка, встав с постели. Криста от своего резкого порыва позвонить Мадани опешила и долго соображала, не имея ни одной мысли в голове. Только после того, как Дина кашлянула, привлекая внимание, Дюмон раскрыла рот: — Дина, я.…разбудила тебя. Прости. — Все в порядке, все равно не снилось ничего хорошего. — Фыркнула девушка, наливая себе какой-то напиток в кружку. — Ты в порядке? Почему звонишь? Насколько я могу судить, на нашей последней встречи с глазу на глаз, ты ясно дала понять, что не желаешь меня видеть. Я не ожидала от тебя звонка. — Да, да, я бы и не позвонила без повода. На самом деле глупо получилось, просто хотела сообщить, что мне аноним присылает букеты цветов. Сегодня...сегодня были синие ирисы. В комнате повисла грузная напряженная тишина. Мадани молчала, Криста вместе с ней, шумно вдыхая спертый воздух. Сердце бешено заколотилось в груди, пока Криста смотрела на цветы и разглаживала символичный рисунок голубых узоров на постельном белье. “Стоило поменять расцветку”, — пришла в голову одинокая грустная мысль и девушка невольно всхлипнула, привлекая тем самым внимание агента к себе. Дина втянула в грудь воздух и запинаясь ответила: — С-сегодня. Прошел год со смерти Билли. — Просипела Мадани. Криста кивнула. — Признаюсь, это странно. Слушай, я тут подумала, а в какие даты тебе приносят букеты? Они как-то связаны с чем-то? Если нет, то это просто аноним. Я попрошу Махони проверить. — Я...даже не думала об этом. Последний букет был на мой день рождения, а в позапрошлый раз, э...кажется это был, — Криста стала лихорадочно вспоминать, но голова стала гудеть, и девушка болезненно застонала, прихватывая телефон вспотевшей рукой покрепче. — Слушай, я не тороплю. Отдыхай, ладно? Я спрошу у Махони. В любом случае, ты под следствием, и вряд ли к тебе ворвется Билли? Он...мертв, Криста. — Да, — процедила девушка сквозь зубы, — знаю. Ты в этом убедилась. — Да. Потому что, когда знаешь, то нет места догадкам. Ожидание убивает. — Спасибо, агент Мадани, что уделили мне время. Хорошей службы. — В любое время, Криста. И.…я знаю, что во время нашего столкновения, я поступила ужасно и толкнула тебя из окна, но...ты напала на меня. Я.…рада, что ты поправляешься, правда. Если тебя это утешит, мысль, что ты укрываешь преступника и используешь меня в своих целях, причинила мне гораздо больше боли, чем выстрел в голову от этого придурка. — Криста потупила взгляд, растирая рисунок на постельном белье. Голос агента звучал искренне сопереживающим. Весь этот год, что они виделись, Мадани вела себя аккуратно, старалась облагоразумить, заплатила за лучшее лечение и довела дело до простого домашнего ареста. — Если тебе вдруг в голову пришло, что это я так насмехаюсь и присылаю тебе эти цветы, то — Что?! — Удивленно переспросила Дюмон, — нет, я так не думала. Просто...хотела поблагодарить за все. — Не нужно. — Выдохнула с облегчением Мадани, а после небрежно уточина, — как там Тедди? Криста округлила глаза и судорожно выдохнула, сжимая оделяло в руках. Сердце непроизвольно сжалось от боли, и в глазах выступили слезы. Девушка не удержалась от всхлипа. Ее малыш, маленький Тедди рос без отца, с бабушкой и дедушкой, пока она только училась ходить заново. Тедди обычно клали в кроватку рядом с ней на целый день, но на ночь забирали в другую спальню, и она чувствовала себя еще более одинокой, пустой и мертвой. Выдохнув, Дюмон прокашлялась и ответила: — Тедди, он в порядке. Воркует сейчас с бабушкой. — Улыбнулась в слезах девушка. Мадани улыбнулась сама ненароком, фыркая от смеха. — Он, наверное, жутко похож на него, да? Такой же жадный до мамкиной сиськи? — Дина, — фыркнула от смеха Криста, прикрывая рот рукой. — Он очень активный. И сильный. А еще у него такие же черные глаза. — Правда? Можешь побольше рассказать, если не возражаешь, конечно же. А то я с работой совсем одна, и сейчас не до отношений, а о детях вообще никогда не думала. — Если хочешь прийти, я.…мы были бы не против. — Выдохнула Криста, тревожно прикрывая глаза. — Ты...серьезно? Криста? — Да. Я.…я хочу друга. Я понимаю, что ты мне все равно не будешь доверять, это нормально. Сейчас я мало что могу сделать в принципе, и...поболтать в основном не с кем, кроме мамы с отчимом. И...я хочу друга. У меня с детства не было друзей. Ну знаешь... — Да. Да, у меня также. Боже, это отвратительное начало дружеских отношений, ты в курсе? — Печально известила девушку Мадани, прикладывая к губам чашку кофе. — Но учитывая, как я стала дружить с Фрэнком, могло быть и хуже. — Можно списать, что мой парень выстрелил тебе в голову и чуть не задушил, и мы будем в расчете? — Да, блять. Тогда, да. — Расхохоталась Дина, успокаиваясь только после пары минут звучного раскатистого смеха. Криста сама смеялась впервые за все время, — Черт. Ладно. Ему...Тедди уже ходит? — Нет, пока ползает. Думаю, скоро начнет. — Хорошо. Я напишу, как буду в городе. Скинув трубку, Криста выдохнула и стерла слезы с лица. В дверь постучались и вошла мама с Тедди в руках. Малыш радостно булькнул, протягивая руки к любимой женщине в кровати. Криста вытянула свои костлявый конечности и ярко улыбнулась горящим от восторга детским глазам. Малыш удобно расположился в маминых руках и волнительно уставился на нее своими большими черными глазами. Его бабушка мягко присела рядом на край кровати, приглаживая спутанный темные волосы ребенка. — Он без тебя скучает, Криста. Может эту ночь с ним поспите? — Это может быть небезопасно. Мои кошмары еще не прошли, мам. — Печально сообщила комочку счастья в своих руках девушка, сжимая крохотные пальчики в своих. — Хотя...может это, наоборот, поможет их отогнать. Твоему папе становилось лучше, когда мы спали вдвоем. И мне тоже. — Малыш надул губы и булькнул, радостно улыбаясь. — Вот и решили. Спите тогда. Нажми на звонок, если вдруг что понадобится, дорогая. Когда женщина окончательно удалилась из спальни дочери, Криста с облегчением вздохнула и опустилась в кровать, укладывая малыша рядом с собой. Тедди сонно прижался к груди матери и прикрыл глаза, но потом резко их открыл, будто боялся, что мама исчезнет. Криста мягко провела по черной пушистой макушке пальцами рук и потрепала пухлые щечки. — Пора спать, Тедди. Завтра ты проснешься, и я буду рядом. Малыш как по команде закрыл глаза и засопел. Криста сама через минуту провалилась в сон. Кошмары не навещали ее этой ночью, пока она резко не проснулась, прищуриваясь в кромешной темноте. Тедди уполз и раскинув руки и ноги лежал поверх одеяла, пуская слюни в потолок. Криста накрыла его, поглаживая мягкие щеки и замерла. В комнате кто-то был, кто-то стоял позади нее. Ее дыхание сбилось, она стала чаще дышать. Ощущение пустоты за спиной мучительно терзало душу, пока чья-то теплая большая ладонь не накрыла ее поясницу, вызывая табун мурашек. — Ты в порядке? — Спросил Билли. Криста выдохнула. Сон. Он часто снился ей вот так. Сонно приоткрыв глаза, она вытянула шею и повернулась полу боком к мужчине позади нее. Руссо сидел на корточках рядом с ее кроватью и смотрел поверх ее плеча на Тедди. Его большие круглые глаза, уставившиеся в шоке на малыша, говорили о том, что он явно не знал о ребенке. Криста нахмурилась и Билли наконец-то перевел внимание на нее, прислонясь небритой щекой к ее лицу. Его теплое дыхание скользнуло по ее волосам, и он мягко поцеловал ее в макушку, в глазах у него стояли слезы. — Он...мой? Да? — Да. Тедди. — Выдохнула Криста. Она тоже не могла сдержать слез, с трудом поглощая душный воздух в собственной спальне. Учуяв резкий запах мужского одеколона, она поперхнулась и громко закашлялась, лишь в последнюю секунду учуяв запахом запах костра. Билли ждал в напряжении, когда девушка успокоится и медленно растирал ее грудную клетку. Криста тем временем решила продолжить. — Годик исполнился на прошлой неделе. — Я раньше его не видел с тобой. — Да, он обычно спит у родителей. Меня мучали кошмары, и я боялась, что случайно поврежу его. Но в тот раз было тихо. — Ему полезно спать с мамой. Он выглядит счастливым, — ласково проворковал мужчина, встав на ноги он быстро оказался на другой стороне кровати, с которой спал малыш и прижался к нему грудью, глубоко вдыхая его запах. — Эдвард Уильям Руссо. Хорошо звучит. — Билли, — отрешенно окликнула мужчину Дюмон. — Это сон. Мужчина поднял на нее взгляд, и тяжело выдохнул. Усталый взгляд черных глаз прошелся по ней, и остановился на малыше в руках. — А чего бы ты хотела? В конце концов отец этого ребенка — преступник и массовый убийца, Криста. Ты под домашним арестом, и на лечении. Как ты видишь свое будущее? — Билли. Ты умер. — Да. — Кивнул тот, не отрывая глаз от малыша. Ребенок прислонился к папе и сжал крепко чужой свитер в своих маленьких пальчиках. Билли улыбнулся этому обворожительному зрелищу. — Уильям Руссо умер год назад в этот самый день. А ты осталась со сломанной спиной. — Я встану на ноги. — Оборвала его Дюмон, сердито хмурив брови. — Рано или поздно меня отпустят. Какое я вижу будущее? — Спросила у себя та, — проводить сеансы терапии мне теперь никогда не дадут. Я сама на терапии. С детьми тоже не получится работать. Я...хотела начать работать с животными, как ветеринар. Давно думала об этом. — Права? Ах, полагаю, некоторые пациенты действительно похожи на зверей в клетке? — Усмехнулся Руссо, его кривая лукавая улыбка расползлась по лицу, задевая старые глубокие шрамы. Волосы его отрасли до кончиков ушей, и он убрал небрежно их за уши. Сняв свитер и кинув его на пол, он лег рядом с Тедди и прижал его к Кристе, сам накрывая их двоих собой. Криста выдохнула от нарастающего возбуждения, сглотнула и продолжила. — Да. Обычно работа с такими тяжелыми пациентами как ветераны войны сильно утомляет. С животными работать проще. Правда придется получить дополнительно образование. А ты? Билли ухмыльнулся, поймав девушку за ее вопрос. Прижавшись губами к чужому виску, мужчина ласково прошептал: — Скажи, Криста, если бы я был жив ты бы без раздумий пошла за мной с ребенком куда угодна, а? Рискуя своей жизнью? Думаешь я тебе позволю? Я никогда не позволю остаться этому ребенку одному, сиротой. Никогда. — Билли. Как ты... выжил? — Всхлипнула девушка, прикрыв рот рукой от громких звуков. Глаза девушки были красными и мокрыми от слез. Мужчина нежно стер дорожки слез с ее лица и мягко поцеловав ее губы, девушка задохнулась, и он углубил поцелуй. — Криста. — Выдохнул Руссо, проходясь легкими поцелуями по лицу девушки. — Билли. Просто скажи мне. Я заслуживаю знать. — Я жив. — прошелестел тот. Криста моргнула. Мужчина уже ушел, а за окном расплылся нежный рассвет.