Встретимся вновь в понедельник

Это был обычный непримечательный серый понедельник. Начало рабочей недели, когда после выходных вновь неохотно встаешь на работу утром. Хочется понежиться в кровати, лениво распластившись под приветливыми лучами солнца, наслаждаясь ещё одним днем, не обременненным мелкими поручениями. Но громкий резкий звук будильника холодно напоминает о том, что идиллия выходных закончилась. Вновь придётся видеть эти бумажки, вновь придётся видеть лица коллег, а особенно неприятным было то, что вновь придётся видеться с начальником. О, начальник. Джон просто его ненавидел. Самодовольная морда Гленна Нарциссо Эвермора изрядно успела подпортить жизнь шерифу. Джону не нравилось то, в каком тоне тот с ним разговаривал, его поведение, его вечная прилизанность и самолюбие, глупые повадки и нечеловеческие требования. Эвермор стабильно хоронил всю надежду Джона спокойно поработать, а также парочку его нервных клеток. Полицейский никогда не терпел, когда его не устраивало поведение мэра, поэтому не боялся, например, накричать на него в ответ. Накал между ними был взаимный. Начальник и подчинённый не уживались, словно кошка с собакой. Джона всегда поражало то, как его напарник Джек, может терпеть Эвермора и находится с ним в более-менее приемлемых отношениях. Если бы мэр не был его начальником, то шериф с радостью научил бы его уму-разуму, стерев наконец нахальную ухмылку своим кулаком с лица Эвермора. Сегодняшний понедельник не предвещал беды. Джон размеренно работал с Джеком, заботясь о мелких преступлениях в городе. Шерифу не всегда удавалось расследовать только дело о культе, потому что Эвермор полностью отрицал существование тайного общества, поэтому и за работу над выдумкой, как выражался сам мэр, он платить не собирается. Так что проводить расследование о культе получалось у Джона лишь тогда, когда выдавалась свободная минутка от работы. Вечерами шериф мог позволить себе засиживаться в полицейском участке, занимаясь интересным для себя расследованием и совершенно не замечая времени. Джон рассчитывал провести свой вечер сегодня также. Ничего не предвещало беды. Но беда настигла его сама, в лице Эвермора, с которым шериф встретился во время своего обеденного перерыва в коридоре. Мэр целенаправленно искал его, а затем сухо сказал: - Зайди ко мне в кабинет после работы. Серьезное лицо Джона ничего не выражало, шериф лишь послушно кивнул. Но в душе полицейский готов был взвыть от отчаяния. Ведь кому бы хотелось выслушивать вечную ругательства и насмешки от Нарциссо? Хуже времяпровождения и не придумаешь. Джон был совершенно не рад тому факту, чтобы завязнуть в кабинете мэра вечером. Допивая свой тёмный кофе без сахара, он теперь словно чувствовал всю его горечь. Но это была такая же дрянь, как и перспектива проводить свой вечер в кабинете начальника, так что вполне сочеталось с чувствами полицейского, и он продолжил его пить. Шериф вздохнул. Он точно понимал, что не стоит ждать, что Эвермор резко раздобрится, так что ничего толкового, например, повышения зарплаты или дополнительных отпускных, ждать не стоит. Весь рабочий день шерифа был подпорчен и несмотря на то, что полицейский трудился, стараясь оставаться в том же темпе и настрое, в котором был до встречи с мэром, но думая о вечере, он уже представлял дверь кабинета Эвермора, от чего злопакостное чувство напоминало о себе где-то в глубине души. Спокойно работать Джон уже не мог, шериф чувствовал себя раздраженным и немного понурым, предвкушая неприятную встречу. Рабочий день неумолимо шел к концу. Отсидев положенное время, Джон неохотно поплелся к двери кабинета мэра. Пускай шериф и шел, словно военнопленный на расстрел, но его внутренняя уверенность была непоколебима и он всегда мог дать отпор Эвермору. Джон останавливается перед качественной дорогой дверью кабинета мэра. Вздохнув, напоследок смирившись со всем, что может произойти он стучит в нее. "Войдите," слышит шериф и переступает за порог. Перед Джоном тут же предстает комната изнутри; ее стены были довольно высокими, на них красовались произведения искусства. Они были не оригинальными, а скорее пародиями на настоящие великие картины, ведь лицо Эвермора на каждой из них все портило. Нарциссо любил тешить свое самолюбие таким образом и не скупился потратить денег, чтобы ещё раз показать свое величие. Само помещение было освещенно лучами уходящего солнца, благодаря большому окну, расположенного в конце комнаты. Красно-багровые шторы редко завешивали стекло, позволяя заботливому глазу мэра наблюдать за жизнью города. Слева от окна был флаг, а по центру стол с парочкой кресел. На одном из них возвышался Эвермор. Он выглядел как всегда: в выглаженном дорогом синем костюме, с зализанной шевелюрой и наглой улыбкой. Мэр высокомерно взглянул на своего прибывшего подчиненного, а затем произнес: - О, Джон. Рад, что ты наконец явился. Шериф выглядел спокойно, но не мог полностью расслабиться в компании мэра. Он недоверчиво спросил: - Что вам нужно? - Присаживайся, - Эвермор указал рукой на кресло напротив. Джон угромоздился на предложенное место, понимая, что легко и быстро он не отделается. На лице шерифа все же читалась легкое раздражение и напряжение. Он с радостью бы закурил сейчас, чтобы хоть как-то расслабиться, но полицейский прекрасно знал, что Эвермор ему не разрешит. Джон сидел, скрестив руки, стараясь ни на что не обращать особого внимания. Это сыграло с ним плохую шутку. С самого начала лицо Эвермора выражало кое-что ещё, кроме своей обычной наглости. Его взгляд был прикован к фигуре шерифа, оценивающе рассматривая его, подмечая милые изгибы полицейского. Эвермору действительно было что рассматривать: под штанами шерифа скрывались хорошенькие бедра и аппетитный зад. Если бы не усы и подкачанные руки, то мужчина выглядел бы совсем феминно. - Джон, ты так напряжен, - говорил Эвермор с приторной улыбкой на устах, откидывась на спинку своего кресла. Взгляд мэра продолжал блуждать по телу Джона. - Почему бы тебе просто не расслабиться? - Не думаю, что я смогу расслабиться в вашей компании, - недовольно буркнул шериф. - С каких пор вас это заботит? Мэр усмехнулся. В его глазах мелькал хитрый огонек. Он встал со своего кресла, подойдя к Джону. Начальник оказался за спиной полицейского, тон мэра сменился на томно-соблазнительный. Эвермор говорил, приблизившись к лицу подчинённого. - Пускай раньше меня это и не интересовало, но разве нам нужно все время бороться? Мы могли бы...улучшить наши отношения. Так что просто расслабься, - сладко мурлыкал Нарциссо, положив руки на плечи Джона, и слегка массируя их, чтобы шериф наконец перестал чувствовать себя напряжённо. Мысли Эвермора звучали здраво, но Джон не понимал, с чем связана такая резкая смена поведения. Он не мог поверить, что начальник делает это просто так. Джон чувствовал себя некомфортно от этого резкого сближения. Ведь совсем недавно они были готовы разгрызть друг-другу глотки, а теперь мэр массирует его плечи. Ощущать властные руки начальника на себе было непривычно для шерифа. Он сидел, не двигаясь, делая вид расслабленного человека. В глубине души Джон чувствовал, что не стоит доверять мэру. - Ч-что вам нужно? - голос шерифа предательски дрогнул. - Да ну, Джон, неужели ты ничего не понимаешь? - Эвермор мягко приподнял голову шерифа за подбородок, покрывая поцелуями его шею. - Ты такой невинный. Почувствовав губы мэра на своей шее, Джон напрягся. Шериф конечно же знал, на что это было похоже, но это было так неожиданно.... Словно это не могло быть правдой. Полицейский никогда не думал, что будет получать от мэра такого рода внимание. Он никогда не думал, что между ними есть что-то большее, чем взаимная ненависть. От прикосновений губ к своей шее Джон ещё больше вжался в свое кресло. Эвермор продолжал, поднимая свои поцелуи выше, уделяя теперь внимание щекам шерифа, а руки Нарциссо уже нежно гладили его талию. Джону было тошно ощущать губы мэра на своем лице, его сердце стучало, а дыхание становилось сбивчатым из-за волнения. Нужно было что-то предпринять, иначе Эвермор не остановится. Слегка оттолкнув мэра от себя и резко встав с кресла, Джон уже собирался уходить. Шериф не хотел, чтобы это все зашло слишком далеко. - Я...пойду, - неуверенно сказал Джон, направляясь к выходу из кабинета. Но полицейский не успел ступить и пары шагов. Эвермор тут же остановил его, схватив за руку, и прижал к стене. - М, так ты хочешь меня позлить? - на лице мэра красовалась та же самоуверенная улыбка, но лицо выглядело мрачнее. Он не собирался отпускать шерифа без своего разрешения. Джон лихорадочно пытался высвободиться из хватки начальника. Сейчас для шерифа было самое главное уйти от Нарциссо куда-нибудь подальше, так, чтобы никогда больше не вспомнить об этом злосчастном вечере. Глаза Джона были расширены от страха, но его желание бороться за свою честь было непоколебимым. Эвермору не было легко оставаться в своей позиции, ведь все таки Джон был полицейским и физически сильнее, чем мэр. Начальник подумывал связать его конечности ремнем, но стоило Эвермору оставить лишь одну руку, как тут же Джон воспользовался возможностью. Шериф резко сильно ударил начальника в подбородок локтем. Удар полицейского заставил мэра пошатнуться и , как минимум, перевести дыхание. Джон наконец был свободен. Дыхание полицейского все ещё было сбитым, а на лице читался испуг, но он был рад, что обошлось только им, ведь все могло быть в разы хуже. Шериф быстрым шагом шел по направлению к выходу, но затем услышал грохот позади себя. Джон не хотел останавливаться, но понимал, что если с мэром что-нибудь случилось, то вся вина ляжет на его плечи. У этого придурка было слишком много власти, поэтому он бы а лёгкостью мог испортить жизнь Джону. Шериф вздохнул. Дверь была уже совсем рядом. Но если бы кто-то нашел мэра в таком состоянии, то Джон бы ни за что не смог откреститься от этой ситуации. Его рука уже тянулась, чтобы  прикоснуться к ручке двери.  Полицейский понурно вздохнул, ещё раз все обдумав, а затем убрав ладонь, которая висела в воздухе. Он развернулся и увидел мэра, который распластался на полу. Удар Джона отправил Эвермора в нокаут. Шериф наблюдал за ним, стоя издалека. Мэр очухался уже через пару минут. Его голова ещё немного побаливала от удара, но не считая этого, Эвермор был в полном порядке. Он не спешил вставать, оставаясь лежать на полу. Краем глаза заметив Джона, который стоял неподалеку, губы мэра интуитивно расплылись в насмешливой улыбке. - Поразительно, что ты все ещё здесь, - говорил Нарциссо, обращаясь к шерифу. - Ох, неужели я тебе не безразличен? - издевательски иронизировал Эвермор, прильнув к ноге Джона. - Перестань, - раздражённо отвечал шериф, пытаясь смахнуть надоедливого начальника от своей ноги, двигая конечностью, надеясь, что он отстанет. - Ты прекрасно понимаешь, почему я остался. Если бы кто-нибудь нашел тебя в таком состоянии, то я бы стал величайшим преступником всего города, - Джон слегка пнул от себя Эвермора. - Ах, Джон, как ты можешь быть таким грубым! - страдальчески произнес мэр, строя из себя великого мученика. - Ты совершенно не ценишь моего внимания. Многие только могут об этом мечтать. - Вот и лезь к этим многим! Какого черта я тебе сдался? Просто отвали от меня наконец! - злобно говорил Джон, с надеждой, что мэр поскорее от него отвяжется. Шериф быстро направлялся к двери, стремясь скорее уйти. Эвермор лишь усмехнулся. Он не стал останавливать Джона.  Шериф надеялся, что это был первый и последний раз, когда он получал такое внимание от мэра. Но полицейский не подозревал, что своим сопротивлением ещё больше раззадорил Эвермора, начав опасную игру.