Объятия

— Ты не поймешь, еще мала, -

Вздохнула мать устало.

А дочь кричит: — Я поняла! -

И тащит одеяло.

© Агния Барто

      С облегчением отодвигаю в сторону датапад. Праймусе, и так каждый цикл по полсотни штук в среднем. Бразды правления неимоверно тяжелы, и без ответственности на поприще правителя не выживешь. Прибавить к знакомству с документацией встречи и рабочие выходы, и процессор перегревается от одной лишь мысли о предстоящем. Выдержка — залог успеха. Конечно, за декаворн с лишним я привык настолько, что трудности работы воспринимаю как нечто естественное. Но время от времени единственное желание — рухнуть на платформу и долго не выходить в онлайн.       Кабинет приведён в надлежащий вид, датападный бардак — последствия продуктивного цикла — ликвидирован. Сил совсем не осталось, чтение придётся отложить. Один вечер без детектива проживу. Поднимаюсь на пару этажей выше в покои. В украшенных витражами галереях веет вечерним холодом. Благодать.       — Сат Пр’айм!       Праймусе! Полворна прошло, как перестал жить один. Оттого, наверное, бодрые возгласы кажутся оглушительными. Старость да усталость, вот и ворчу. Внезапно окликнули… Нет, Мегатрон имеет свойство наносить внезапные визиты. Но и это вошло в привычку — декаворн с лишним правим. Ну, и к юнлингу привыкну.       — Что такое, Ренсен? — воспитанница резко затормозила в шаге от меня, словно испугалась. Нерешительно отвела манипуляторы. — Тебе нужна помощь?       Ренсен стала моей ученицей полворна назад. Умное и целеустремленное создание, отличающееся повышенной тревожностью и комплексами. И последние меняют поведение до неузнаваемости: стоит странным убеждениям заработать, как Флора вытворяет несусветное нелогичное нечто. Я, во всяком случае, пришёл лишь к такому выводу. Из ярких примеров, думаю, назвал бы неумение попросить о помощи там, где действительно необходимо. Поправимо. А в целом своим юнлингом доволен: любознательная, дисциплинированная, чем-то меня в молодости напоминает.       Последнее обстоятельство — неиссякаемый источник шуток Мегатрона. Я не против, лишь бы впечатлительной подопечной рядом не оказалось. Излюбленный тезис шуток Лорда-Протектора — Рен является моим бастардом, хотя мы оба знаем, что у этого убеждения нет доказательств. Романтические отношения с Леди Мистресс с Каминуса пришли на смену дружеской стадии около десяти ворнов назад. Юнгфем принадлежала к династии Смайт, верным последователям Мегатрона, и мой друг был осведомлён о происходящем в семье. Его забавляло сильное сходство.       — Да нет, — Антифлоренсен смутилась и будто бы слегка обиделась. С ней случается, когда благие намерения неправильно поняли. — Как у вас день пр’ошёл? — оживленно спросила она.       С ясностью выражения мыслей у моего дитя ни туда ни сюда. Волнуется, глосса заплетается. Но когда эмоции одолевают, за выбором выражений не следит и поражает прямолинейностью. Осаждаю пыл, ибо подобное поведение отвратительно. А сейчас хочет чем-то поделиться, но не решается. Боится. Что ж ты мне донести хочешь, искорка?       — Всё как всегда, — ограничусь общими фактами. О бэтстве Фло пока известно мало, но знаю, что бедолага пережила гибель создателей и гранддани в совсем юном возрасте. Лишний раз не хочу тревожить. — Нудно, но необходимо, — и хотя моя задача — подготовить Рен к политической деятельности, грузить дитя на ночь глядя сложностями будней лидера государства — поступить как дурак. — У тебя-то как цикл прошёл?       Она политические проблемы не решит, а вот я в юнлинговских в силу опыта что-то смыслю и словом или делом помогу. Может быть, у Фло проблемы в университете, а из вежливости спросила про мои дела?       — Да всё в пор’ядке, — словно отмахнулась. Показывает, что другое волнует. — Пойдемте подзар’яжаться.       Стол в гостиной накрыт весьма аккуратно. Ни разу не сомневался, что Рен умеет наводить и поддерживать порядок. Но обычно столом занимаемся вместе — не только малышка любит гармонию в вещах. Не дождалась, полагаю?       Всё-таки, готовя коктейль, Фло где-то нарушила пропорции, отличие вкуса чувствуется. Один раз можно во благо солгать — Рен, обнаружив недочёт готовки, сникла. Привкус перебора заметный, но ситуация не критична. Улыбаюсь и благодарю. Округленные линзы робко мерцают. Юнгфем слегка недоверчиво косится на меня, но в итоге отвечает: «Спасибо, сат Пр’айм, стар'алась».       Притворился, что не вижу, как поглядывает в мою сторону. Маленькая моя, что ж так тебе искру терзает? Нашкодила по самые антенны и боишься сознаться? С другой стороны, о выходках подопечной мне докладывали в течение цикла, поэтому к вечеру на манипуляторах был «отчет» о проделках юной леди. Подозрительное поведение, но связывать его с сокрытием косяка не стану. Улик мало.       Мельком бросил взгляд на отражение в зеркале. А что, если Рен думает, что я на неё сержусь? Оптограни практически у носоконуса, щитки линз приспущены, и вообще видно, что надоело все и вся. Отвечаю, что всё хорошо, и иду подремать в кресле у окна. Так лучше думается.       Чувствую, что накинули материю. Активирую оптику. Антифлоренсен, добрая искра, убежала к себе в спальню и вернулась с изолетиком. На мой вопрос, что она делает, воспитанница ответила коротко: «Так теплее и спокойнее». Спасибо, конечно, но я не нервничал и не мерз. А вот у Фло и ладони ледяные, и беспокойство бегущей строкой на лбу светится.       Тревожное создание пододвинуло свободное кресло и село рядышком. Для виду изобразила художественную деятельность. Наивная, думает, что я ничего не замечаю и не понимаю. Возраст такой: юнлинги имеют склонность свято верить, что их уловки неизвестны взрослым. Вырастет — поймёт.       Присутствие юнгфем мешало расслабиться. Я мало кому показываю, что на самом деле испытываю. Мегатрону, например, могу — мы давно друг друга знаем. Шоквейву, Мистресс, Рэтчету, Бамблби, Арси, Элите, Балкхэду — аналогично. Они или старше, или младше меня, нас связали обстоятельства. Флора хоть понемногу и становится родной, но всё ещё чужая. Да и не хочу грузить юнлинга переживаниями. Реньке со своими-то хорошо бы совладать.       Дитя, невовремя рядом крутишься. Сейчас бы одному в своих мыслях побыть. Очень тебя люблю, но в сложившейся ситуации ничем не поможешь. Я б высказался, понимай ты по-настоящему, кто такие анархисты и функционалисты, которые продолжают лакомиться нашими нейронами, устраивая переполох на границах. Здесь Мегатрон и Шоквейв мне советчики — мы с довоенного времени мучаемся. Искорка, сейчас как нельзя кстати твой навык тихонько чем-то позаниматься.       Так прошло около четверти джоора.       — Сат Пр’айм, вы сер'дитесь? — стоило мне подняться, как Рен повторила действия.       — Всё в порядке, Антифлоренсен. Мне просто нужно…       С возгласом: «Знаю!» Ренсен налетела на меня. Холодные манипуляторы обхватили талию. Притушив оптику, кроха прижалась к честплейту. Обнимала она специфично: было капельку больно, потому что сил кто-то не жалел. В боях хватали покрепче, но цели этого мероприятия я не улавливал.       — Вам лучше? — уточнила юнгфем. Если бы все действительно лечилось объятиями! — Вас на р’аботе кто-то обидел? — Рен спросила это, словно собиралась тотчас покарать обидчика.       А, теперь всё встало на свои места. Воспитанница всерьёз решила, что подчинённые каким-то образом меня оскорбили, и я переживаю из-за неприятных слов. В силу опыта определила причину таким образом. И пытается помочь теми же способами, которыми я помогал ей. А нервничала из-за того, что эффект не увидела. Увы, у меня давно не тот возраст, когда проблемы решаются сладостями, объятиями и поглаживанием по спине. Для Флоры подобное средство естественно, она юнлинг. А мне привычней обдумать все в тишине и выговориться, но ни в коем случае не крохе.       — Никто не обидел, устал очень сильно, — юная леди чуть ослабила объятия. — Мне нужно побыть одному некоторое время. Потом загляну к тебе в комнату.       — А, — Фло растерянно отпустила меня. — Извините пожалуйста, сат Пр’айм, я не знала… — ей стало неловко за вечер. — Я испр'авлюсь. Обещаю, больше не буду доставать, — закусив губу, она, как показалось, задумалась над замаливанием грехов.       — Флося, ты не достала, — коммуникативная неудача случилась. — И мне было приятно, когда ты проявила заботу. Спасибо большое за изолетик, сладости и коктейль, — настал мой черёд заключить в объятиях подопечную. — Всё хорошо, дитя. И да, мне стало легче. Немного, но, — Фло кивнула и улыбнулась. Договорились.       Вспомнить её ворн назад, и сразу бросится в оптику различие между версиями крохи. Моё впечатление на тот момент можно описать так: зацикленная на учёбе, хоронящая лучшие качества, социально неловкая фемледи. После перечисления хороших сторон неумолимо тянет поставить «но». За ворн Флора здорово повзрослела психологически. Есть, куда расти, путь долог. Но то, что она стремится заботиться о близких, для меня значит многое.       Рен сонно провентилировала. Да и по распорядку цикла пора в оффлайн. Флора не обратила внимания на попытки отдать изолетик и взяла другую материю, лежавшую в сложенном виде на диване.       — Флося, ты опять? — эта маленькая турболисица повернулась, довольно обнажив денты, и звонко засмеялась. Знает ведь, что отреагирую. Люблю её в этом настроении. Вечно склонится над учебниками, еле вытащишь отдохнуть. Поэтому когда Рен в меру проказничает, радуюсь: есть в искре жизнерадостная частичка.       Пожелал приятных модуляций и вернулся размышлять в гостиную. А ведь действительно полегчало после Флоськиных стараний. Проблемы остались — оно и ясно, что за вечер с набегами не разберёшься. Но неравноискровое отношение подопечной к хандре тронуло. Поняла, что дело неладно, и потянулась помогать доступными ей методами. Да и понимаю, что ли, любовь к объятиям: в эти мгновения чувствуешь себя увереннее и спокойнее.