История о том, как Ци Жун поебался с мертвецом

Был обычный день. Обычный для людей, которые суетились на рынках, для демонов, терзающих грешников в глубинах преисподней, и для небожителей, равнодушно взирающих на мир с высоты своих чертогов. Но только не для Ци Жуна. Его дни никогда не были обычными. Он восседал на своем троне, выточенном из костей прошлых жертв, лениво ковыряясь длинными ногтями в острых зубах. Кровь еще не успела засохнуть – он только что убил, разорвал и съел несколько человек. Но вкус уже приелся. Скука. Веками он делал одно и то же: убивал, пожирал, наслаждался агонией жертв. Но сейчас даже их крики не радовали так, как раньше. Он откинулся назад, и его алые глаза, горящие, как тлеющие угли, скользнули по залу. И тут –идея Медленная, извращенная, восхитительная. Его губы растянулись в оскале, обнажая ряды иглоподобных зубов. Он сошел с трона, его длинные черные волосы, заплетенные в косу, скользили по спине, как живая тень. Пол был усеян останками – разорванные конечности, лужи крови, от вывернутых внутренностей людей которых так любил убивать демон. Ци Жун предпочитал женское мясо – нежное, сочное, с тонким ароматом страха. Но сегодня судьба подарила ему мужчин. И это было… интересно. Он присел на корточки рядом с одним из тел – молодым, еще теплым, с широкими плечами и мощными бедрами. Лицо мертвеца было искажено предсмертной гримасой, но Ци Жуна это не волновало. Его пальцы скользнули вниз, к поясу, и с легкостью сорвали окровавленную ткань. Обнажилось достоинство. Неожиданно крупное, даже в смерти сохраняющее внушительную форму. Ци Жун усмехнулся, он не стал медлить. Сбросив свои собственные одежды, он оседлал бедра мертвеца, чувствуя, как холодная плоть под ним уже теряет упругость. Но это не имело значения. Энергия Ци, вспыхнула в его ладонях, и он провел пальцами по обмякшему члену, заставляя его напрячься, ожить под магическим прикосновением. —Хе-хе… Он приподнялся, сжал мышцы, почувствовав, как огромная плоть упирается в его вход. И опустился. Медленно. Мучительно. Божественно. Губы Ци Жуна дрогнули, когда острая боль разорвала его внутри. Он не готовился, не смазывал – ему нравилось, как горит тело, как немеет все ниже пояса от непривычного вторжения. Он закатил глаза, наслаждаясь. И начал двигаться. Вверх. Вниз. До самого основания. Каждое движение разрывало его, но он только смеялся, чувствуя, как наполняется, как растягивается, как теряет контроль. Кровь струилась по его бедрам, смешиваясь с потом. Он кряхтел, стонал, рычал – это было больно, грязно, отвратительно. Но самое главное, было чертовски приятно. Он кончилс громким, хриплым воплем, тело содрогнулосьв спазме, внутренности сжались в экстазе. И в этот момент-... Хруст. Щелчок. Тепло. Он «случайно» оторвал член мертвеца, От слишком сильного напряжения. Ци Жун застыл, ощущая, как кровь и семя вытекают из него, как оторванная плоть еще пульсирует внутри. И рассмеялся. Громко. Безумно. Искренне. Конец. 💋