Спаси себя сам от двух демонических учеников

Право слово, когда Цинфана схватили ужасные демонические руки, он думал, что там его и убьют. Что он больше никогда не увидит белого света, что он зря не сказал лишнего доброго слова своим друзьям на небесах, что он не сделал столько дел. Но когда на руки наложили печать, а самого ангела закинули в темницу — его размышления свернули в иную сторону. «Что им от меня нужно?» — размышлял Цинфан. С одной стороны, он не умел ничего особенного, кроме лечения и благословения. С другой стороны, у него была весьма привлекательная внешность. Хотя не то чтобы он когда-либо выделялся этим среди других ангелов. Наверное, это их общая характеристика. Так, ломая голову о своём будущем, он просидел несколько часов. Поток мыслей прервался, когда в темницу вошли демоны. — Вижу, неплохо ты тут обжился, — усмехнулся, видимо, главный. — Да, благодарю за гостеприимство. Несмотря на прохладный приём, я признателен, что вы пощадили меня и выделили отдельную темницу. Цинфан всегда был радушен со всеми. Улыбался, благодарил. Он был нежным созданием, который не то что ударить не осмелится, он бранного слова не скажет! — Что ж. Мы рады, — слегка озадачено ответил главный, — Короче. Мы хотим, чтобы ты служил нам. Лечил демонов, помогал и учил демонят… — Конечно, без проблем! — тут же перебил Цинфан. Радость небесного чиновника тогда повергла в шок абсолютно всех.

***

Со дня присоединения ангела к демонической школе Цанцюн прошло несколько столетий. В начале за ним внимательно следили, но лекарю было всё равно. Он не собирался сбегать, ему нравилось творить добро и узнавать новое. Для демонов он был словно бельмо на глазу, но никто не мог отрицать, что без его помощи их бы просто давным давно перебили. Да и небеса не стремились спасать своего: у них и без того достаточно проблем, плюс сигнал о помощи Цинфан ни разу не послал. Несколько десятков лет после, ангела пытались вернуть домой, потому что достал он уже абсолютно всех. Вот только никто не учёл, что кроме того, что он стал неотъемлемой частью Цанцюна, Цинфан научился отстаивать своё мнение и драться. Возвращаться на небеса ему не хотелось, а когда об этом заикнулись, он ласково послал демонов в далёкое пешее. В настоящее время демоны подписали с ангелом контракт, благодаря которому Цинфан смог проходить как на небеса, так и в демонический мир по собственному желанию. Он оставался преподавателем и главным врачом, но также оставался в рядах ангелов. Но, по правде говоря, о такой его двойной жизни уже мало кто помнил. Все воспринимали «демона» как слегка рассеянного лекаря, но при этом же как «зло во плоти». В особенности, когда он привязывал пациентов к кровати и заставлял принимать лекарства. Не всегда через рот. Несмотря на то, что на Цяньцяо всех больных принимали радушно, никто не хотел оставаться во власти слабенького демонюги. Его ученики молчали, когда их спрашивали о характере учителя, но жаловаться о трудностях обучения им это никак не мешало. Проще говоря, никто не был с ним достаточно знаком, чтобы знать его натуру, но он был достаточно известен, чтобы к нему боялись зайти просто так.

***

Шэнь Цинцю, он же Шэнь Цзю, стал новым горным лордом относительно недавно. И все новые коллеги его бесили. Лю Цингэ был человеком, которого затащило в демонический мир, а он прижился как родной! Избивает учеников чуть ли не до смерти, не имеет чувства такта и просто истинный дьявол! Ци Цинци — демонесса ничуть не лучше, но зато хоть ей родилась. Шан Цинхуа — мелочный бес, который только и может, что поносить всех за их спиной. Мало того, что снюхался с человеческой девушкой-экзорцисткой, так ещё и ребёнка от неё в честь себя же назвал. Глава школы, Юэ Цинъюань — вообще отдельная тема. Вроде демон демоном, а перед Шэнь Цинцю словно верный пёсик: тапочки принесёт, лапу даст и что угодно сделает, если за ухом почешут. И, конечно же, Му Цинфан, о котором неизвестно абсолютно ничего, вокруг ходит множество слухов, а сам он выглядит так, словно самое честное и доброе существо на свете. В землях демонов, да, разумеется. Как Цзю ненавидел всех вокруг, так и все в ответ ненавидели его. Кроме главы и младшего больезненного брата Шэнь Юаня. Они оба носили имя Цинцю и были словно одним человеком. Вот только Юань всегда был слабее и добрее, словно он изначально не должен был рождаться в демоническом мире, будто он не на своём месте. Юань редко появлялся вне пика, поэтому и о его существовании знали разве что Цинъюань и чёртов Цинфан. Будь на то воля Цзю, он бы в жизни не подпустил лекаря к своему брату, но приказ главы оспаривать было нельзя, к тому же после его процедур больному Юаню часто становилось лучше. Школа процветала. Владыка демонического мира, Тяньлан-Цзюнь, со дня на день ждал рождения своего ребёнка, наследника трона. Но в день сего события, случился взрыв. Дворец императора разлетелся на кусочки, а в самом сердце появилась трещина пространства, из которой повалила вражеская армия. Это был первый удар в начинающейся войне, император с женой и нерождённым ребёнком подверглись нападению экцорцистов с ужасающей небесной силой. Люди нашли способ договориться с ангелами и вместе с ними решили устранить демонов. Когда правитель пропал, началась неразбериха. Демоны не могли собраться и дать отпор, их сил не хватало: разрушались дома, фермы, умирали семьи, поселения, города. Дольше всех стояла армия дворца и Цанцюн, но даже последние не смогли отбиться полностью. Пики были разрушены, а большая часть лордов либо пропала, либо были убиты.

***

— Сяо Цзю! Шэнь Цинцю раздражённо поворачивается в сторону главы Юэ. Нашёл время! Но тут же над его головой пролетел меч, убивая ангела за спиной. — Не жди благодарностей. — Конечно. Битва была тяжёлой. Варвар с Байчжаня увёл большую часть за собой, больше его не видели. Ци Цинци и Цинхуа защищали школу, хотя на последнего Цинцю бы даже не надеялся. Но их силы подходили к концу, а вражеское войско всё наступало. Это был конец. — Прости меня, сяо Цзю. — Да что на тебя нашло? Лорд Цинцзин смотрел на Цинъюаня, а тот лишь улыбался. Снова извинялся. Глава ненадолго вынул Сюаньсу из ножен, оглушая всех его криком, а потом, убрав его обратно, схватил Цинцю за руку и увёл за скалу. — Цинъюань, что случилось?! — Цзю уже откровенно нервничал. Глава школы не обратил на него внимания, просто повертел головой, в чём-то убеждаясь, и достал из рукава странную подвеску. Он поднёс её ближе к лицу и дрожащим голосом сказал: — Му Цинфан, у меня есть просьба. — Цинъюань, что ты делаешь? Я почти не ранен, врач занят, зачем тебе-… Цинцю не успел договорить. Перед ними появилось золотое свечение. «Явление ангела» — пронеслось в голове Шэнь Цинцю. Он тут же приготовил Сюя для боя, но глава перехватил его руку, не давая возможности атаковать. Цзю возмущённо посмотрел на Цинъюаня, но тот оставался спокоен. Слишком спокоен. Тем же временем из сияния вышел Му Цинфан. Он был не таким, как обычно: вместо тёмного ханьфу на нём были бело-золотистые одежды, вместо маленьких кривых рогов сияло золотое кольцо, а в глазах не было тех вытянутых зрачков, которые показывают истинную сущность демона. Потому что сейчас он им и не был. — Ты ангел?! — Цинцю ещё раз попытался достать Сюя, но безуспешно, — Цинъюань, живо отпусти. — Цинфан, — вновь проигнорировал его глава. Ангел склонил голову, внимательно слушая Юэ Цинъюаня. Шэнь Цзю переводил взгляд с одного на другого, предчувствуя, что исход ему не понравится. — Я почти выбился из сил, я не смогу защитить школу, оставшись в живых. Прошу тебя, забери Шэнь-шиди и оберегай, пока всё это не закончится, ты понял? Цинфан кивнул, а лорд Цинцзин попытался вырваться из чужого хвата, но всё оказалось безуспешным. — Цинъюань! Что всё это значит?! — рычал Цинцю. — Прости, сяо Цзю, один раз я не смог тебя спасти, но сейчас я сделаю для этого всё. Цинфан, уходи. Пока Цинцю не пришёл в себя, ангел схватил его за талию и ринулся в сторону тёмных лесов. За спиной тут же раздался взрыв и пение Сюаньсу. Шэнь Цзю осознал, что происходит, но его сразу оглушили светлой силой и унесли прочь.

***

Цинфан летел изо всех сил, но дополнительный груз сильно его замедлял и делал идеальной мишенью. Ближе к тёмным лесам его ранили в крыло, лететь дальше было невозможно. Лорд Цяньцяо потратил все силы, чтобы дотащить Цинцю к горе камней в глубине леса. Там же он сам свалился практически без сил. Пролежав некоторое время, Цинфан собрался и решил подлатать шисюна, а потом и себя. Шэнь Цинцю был вымотан, но никакой серьёзной угрозы его раны не несли. Вывих, несколько довольно глубоких ран, пару ссадин и ещё по мелочи. А вот с крылом надо было что-то делать, оно явно было сломано. Битва в ближайшее время не закончится, а у них нету даже воды. Цинфан посмотрел на бессознательное тело рядом и покачал головой. Глава приказал оберегать его, но если вдруг они столкнуться с небесными воителями, то ангелу придётся, хочет он того или нет, перейти на их сторону. Увы, Цинфан имеет низкий ранг, он не может не подчиняться тем, кто выше его по статусу. Словно кукла, которая уже смирилась со всеми нитками, связавшими его по рукам и ногам. — Стоит найти веток. Чуть пошатываясь, лекарь пошёл на поиски. Он пробирался как можно тише, но с одним не рабочим крылом это было крайне затруднительно. Слыша звуки демонических животных, Цинфан замирал на долгие минуты, вслушиваясь в глубину чащи, после чего осторожно продлжал путь, собирая по пути хворост и достаточно прямые палки. Было страшно и больно. Хотелось лечь и больше не встать. И если бы это был прошлый Цинфан, тот изнеженный ангел, который ничего тяжелее кучи медицинских трактатов в руках не держал, то, вероятно, он бы так и поступил. Сейчас же, спустя столько лет жизни с демонами, в мире сплошных войн, грязи и крови, он научился держаться даже в самой ужасной ситуации. И пока он способен — он будет идти дальше.

***

Когда Шэнь Цинцю открыл глаза, был уже вечер. Рядом трещал костёр. Он находился в странном сооружении из камней, которое служило некоторой защитой от демонических зверей и вражеских войск. Цзю ещё раз огляделся и только потом увидел, что ближе к стене сидит вторая фигура. Ангел укрылся одним крылом, а второе, перебинтованное и зафиксированное лесными палками, лежало чуть в стороне. Нимб над головой тускло светился, иногда чуть бледнея. Он дремал, но готов был подскочить от любого лишнего шума. Оценив своё состояние, Цинцю предпочёл не двигаться. Мало ли, что его «шиди» решит сделать. Приказ главы демонической школы для него ничего не должен значить, а убежать или отбиться лорд Цинцзин сейчас не в силах. Цзю попытался тихо поменять позу, но не издать звуков вообще не вышло. Ангел проснулся. Он резко подорвался, а потом сам же скорчился от боли. Неудачник. Цзю победно усмехнулся. Боль этих светлых пташек — его радость. А ведь когда-то это существо прикасалось к его А-Юаню. Мало ли что он мог с ним… Точно! Шэнь Юань! Лорд Цинцзин через боль встал и, пошатываясь, поплёлся к выходу. — Шисюн, куда ты? — сразу же напрягся ангел. — Не твоё собачье дело, — огрызнулся Цзю. Увы, далеко уйти не вышло. Уже на выходе Цинфан перехватил руку Цинцю, не давая ему выйти. Первым желанием было укусить эту конечность, но мозг быстро оценил ситуацию, решив, что такое решение будет наименее выгодным. — Шисюн, туда нельзя. — С чего это? Там мой брат, я обязан вернуться. За А-Юаня и, чёрт его возьми, Ци-гэ Цзю просто не мог не переживать. Это были самые дорогие и близкие люди. Да и к последнему было довольно много вопросов и претензий. — Глава поручил мне тебя. Этот шиди не может ослушаться и пустить шисюна туда, где я не смогу его защитить, — нахмурился ангел. — Ты мне кто? Нянька? Забудь, что мы принадлежали одной школе. Лучше свали, пока я не набрался сил и не прикончил тебя прямо здесь. Разойдёмся и больше никогда не встретимся. Считаю, прекрасное предложение. — Не могу. — Да что ты не можешь?! — разозлился Цинцю, — Разве ты понесёшь за это наказание? Разве тебе не всё равно на демона, которого ты дурачил столько лет?! Цинфан выглядел, словно побитая собака, при этом его намерение удержать подопечного в пещере чувствовалось каждой клеточкой тела. Он слегка потянул руку на себя, всё же утаскивая шисюна обратно в пещеру. Цинцю не мог называть его своим боевым братом. Несмотря на то, что он не доверял практически никому из школы, это было предательство, которое сильно его подкосило. Это было слишком больно для того, кто ненавидел предательства всем своим сердцем. Вероятно, с самого начала Цзю недолюбливал целителя из-за некоторой схожести с главой: желание всех защищать, открытось, доброта, ощутимая в каждом движении. Он также ожидал подставы и его ожидания оправдались. К сожалению. Только вот, ситуации были разными! Юэ Ци бросил сяо Цзю одного, в рабстве у жестокого демона Цю, а потом даже не соизволил сказать в лицо, что просто хотел избавиться от обузы. В то же время Цинфан вёл себя совершенно иначе! Мало того, что он пытается не упустить Шэнь Цинцю из виду, так ещё и аргументирует каждое своё действие. Но это не означало, что сам Цинцю сразу его простит и будет петь дифирамбы, нет. Лекарь оставался ангелом, воином праведности и порядка. На деле, куда более жестоким существом, чем говориься у людей в поверьях. Ангелы могут творить что вздумается, если это никак не навредит равновесию мира. Хочет устроить геноцид? Без проблем. Хочет воскресить человека? Да пожалуйста! Только сделай так, чтобы это не причинило вред мирозданию. Эти крылатые твари были созданы, чтобы сражаться с олицетворением хаоса — демонами. Это считается их первоочередной задачей. И именно поэтому Шэнь Цзю не мог понять, почему Цинфан всё ещё не зарезал его во сне, как требовал долг. Из мыслей его вывел щелбан. Самый настоящий щелбан. Взгляд прояснился, Цинцю наконец увидел озабоченное лицо лекаря, который только улыбнулся, увидев в чужих глазах осознанность. — Шисюн пришёл в себя, — выдохнул он, — тогда позволь, я повторюсь. Как ангел, я не могу нарушить клятву, которую дал. Мне никогда не нравилось приносить вред кому-либо, я всё же врач, а не боец. Да, разумеется, все ангелы — воины, этого у нас не отнять. Но я создан не для пролития крови, хоть и вполне на это способен. Я дал главе клятву, что буду оберегать каждого в школе Цанцюн. Единственный приоритет — это тот, на кого укажет сам глава. Цинфан вытянул одну руку, поднимая рукав чуть выше локтя. На бледной коже сверкал красным демонический знак Сюаньсу, означавший клятву верности. Всё это лишь подтверждало слова целителя, но Цзю не был бы собой, если бы так легко повёлся, вот только никаких аргументов против не нашлось. Лорду Цинцзин оставалось только стиснуть зубы и опустить голову в знак поражения. Он проиграл в битве, но не в войне. — Этот понял. Но Шэнь Юань остался там, на пике. Я обязан помочь. — Его там нет, — качнул головой Цинфан. — Его отправили в укрытие. — Одного?! — яростно вскрикнул Цинцю. — Нет. С Лю Цингэ. — Ещё лучше. И где же укрытие? — Не знаю. Цзю чуть не ударил себя по лбу. Или Цинфана по лицу, тут как повезёт. — И, позволь поинтересоваться, почему ты об этом не знаешь? — Это укрытие для демонов, мне туда путь заказан, так что и знать его мне не надо, — Цинфан пожал плечами, словно иначе и быть не могло. — Погоди, — нахмурился Цзю, — то есть ты хочешь сказать, что в случае, если случится какая-то катастрофа, то все смогут спрятаться, а ты нет? В ответ только кивок и большие круглые глаза без зрачков. Да уж. Будто ему было всё равно на то, что он легко мог погибнуть в этом мире просто из-за неудачных обстоятельств. — Отстой, — подвёл итог Цзю. — Почему? — удивлённо склонил голову Цинфан. — Ты совсем идиот или просто притворяешься? — судя по взгляду — первое. — Ты же сам сдохнешь, пока остальные будут просто наслаждаться жизнью в укрытии. — Так в этом смысл моего существования. Я прикрываю других, чтобы они жили дальше. Цинцю в шоке глядел на лекаря. А ещё лорд Цяньцяо считался умным человеком. — Ты совсем жить не хочешь? — Хочу. Но у меня есть долг. — Тебе долг дороже жизни?! — вышел Цзю из себя. — Да, — спокойно ответил Цинфан. Они смотрели друг на друга добрые пару минут. У Шэнь Цинцю, всегда пытавшемся выжить, вырвать свою судьбу из чужих лап, просто не складывалось в голове, что кто-то поставит долг выше себя самого. Правду говорят, демоны — эгоисты, делающие всё ради своего блага. Честно говоря, Цзю было жалко Цинфана. Он просто не умел жить для себя! Он абсолютно точно научился отстаивать своё мнение, если это не скажется на его работе, но стоит придавить долгом или обещанием — как ангел сразу же склоняется. Идеальная рабочая единица. Глядя на него, внутри Шэнь Цзю начиналась борьба. Резко выдохнув, он наконец принял решение: — Раз уж мы заперты тут вместе, этот шисюн научит тебя одному простому демоническому правилу. В любой ситуации выбирай прежде всего себя. — Но я это и так знаю. — Только не используешь. Будем исправлять.

***

Жизнь вдвоём оказалась куда лучше, чем ожидалось. Хотя первое время Цинфан действительно напоминал прислугу: всегда пытался помочь, сделать что-нибудь для чужого комфорта, развлечь, пускай и не допускал даже возможность выхода шисюна из пещеры. А то вдруг решит побежать брату на помощь и пострадает. Это во многом раздражало Цзю. Он сам не мог точно объяснить это чувство, но осознание, что перед ним склоняет голову его шиди было неправильным. И в какой-то момент Цинцю всё же вышел из себя, наорал на глупого лекаря и отправил разбираться с его крылом. Ангел удивлённо похлопал пушистыми ресницами, а потом улыбнулся. Ласково-ласково, словно ему истерику маленький ребёнок закатил. Шэнь Цзю разозлился ещё сильнее и чуть ли не под угрозой избиения дубинкой заставил позаботиться о себе. Пока Цинфан был занят травмой, Цинцю не удержался и потрогал второе крыло. Мягкое. Не как демоническое, покрытое сухой, немного чешуйчетой кожей, а как пух у новорождённого птенца. Лорд Цинцзин задумчиво перебирал пёрышки, избавляясь от навязчивых мыслей. А потом он осознал, что на фоне нет никаких звуков. Подняв взгляд, его изумрудные глаза столкнулись с шокированным лицом ангела. Они как два идиота пялились друг на друга, пока Цинфану не пришла в голову гениальная идея. Он взмахнул здоровым крылом, мазнув перьями по чужому лицу и портя всю причёску шисюна. Шэнь Цинцю побагровел одновременно от злости и стыда, а ангел неудержался и тихо засмеялся. То ли смех у шиди был заразителен, то ли вся ситуация была забавной, но вскоре и Цзю не смог удержаться от смеха. Они были врагами по природе, часто не могли понять друг друга, многое не могли простить. Но сейчас между ними не было никаких недомолвок или оскорблений, они открыто смеялись, наслаждаясь одним из лучших моментов за последнее время.

***

Прошёл месяц с тех пор, как эти двое скрылись в лесу. И, судя по всему, их искали. Не досчитались трупов. Цзю понимал, что не стоит надеяться на то, что Юань и Ци-гэ выжили, но всё равно, в глубине души, молился богу, чтобы с ними ничего не случилось. Юань должен был добраться до убежища, должен был быть в безопасности! А Цинъюань, идиот-защитник, должен был взять за шкирку уцелевших — просто для себя — и бежать! Где его не достанут, где он скроется. Пока Цинцю мог только гадать о чужих судьбах во внешнем мире, Цинфан старался заглушить голоса в голове. До него пытались достучаться его братья. Вполне настырно, стоит отметить. Он уже искренне думал, что они давным-давно похоронили его где-то под демоническим кустом. А нет, оказывается, они просто не хотели отвлекать его от дел. Ангел понимал, что сопротивляться он сможет лишь до тех пор, пока их не найдут. Прямого приказа он ослушаться, вероятнее всего, не сможет. Разве что, постарается найти лазейку. «А ведь и правда!» — внезапно понял Цинфан. Это был лучший и, если верить интуиции, единственный выход. Ангел посмотрел на своего шисюна, задремавшего у потухшего костра. Первые дни они боялись крепко уснуть. Каждый переживал о своём, а своему соседу не доверял. Что же. Видимо, Цинфан будет перым, кто предаст чужое доверие. «Так будет правильно,» — качнул он головой. — «Иначе никто из нас не выживет.» Ангел действительно хотел лишь уверить себя, доказать, что это неприложная истина. Но ведь, самовнушение — это была одна из сильнейших его сторон, верно?

***

Цинцю проснулся ближе к вечеру. На небе стряла одна из трёх демонических лун, а значит сейчас был час петуха. Лорд Цинцзин огляделся и, не найдя в логове ангела, слегка запаниковал. Правда, довольно быстро успокоился, увидев у ног небольшую записку. Или же просто чёрточки на куске коры:

«Шисюн Шэнь, этот шиди отправился за цветком тысячи дней и вечного солнца. Слышал, очень помогает при определённых травмах. Это достаточно далеко, поэтому не стал дожидаться твоего пробуждения. Если не вернусь к часу свиньи, то отправляйся в сторону крутой скалы. Знаю, это достаточно далеко, но кто знает, может я там опять в болоте увяз. Благодарю заранее!»

Цзю мог только закатить глаза. Опять этот пернатый ищет приключения. Но ничего. Подождать он в силах. В итоге, волноваться он начал довольно скоро. Когда час настал, Шэнь Циную вскочил и со всех ног бросился к скале. Что-то подсказывало ему, что всё не так просто, что беда нависла над головой. Не к добру было и это исчезновение друга — а он уже давно признал его если не лучшим, то точно единственным другом, — и записка, и вообще всё! Он бежал тихо, внимательно оглядывал кажый цунь, не упускал из вида даже маленький камешек. И не зря. В тени, в небольшой ямке у ручья, лежало покрытое грязью перо. Цинцю точно знал, что оно не птичье, а ангельское. Чутьё подсказывало, что ангела вполне ему знакомого. Демон медленно поднялся, крутя в пальцах находку. Что-то было не так. Ангелы просто так перья не теряют. Даже в битве неимоверно сложно отодрать их от крыла, что уж говорить о повседневной жизни. Цинфан сам рассказывал, что на перьях есть специальные руны, позволяющие много всякого интересного. Они помогали отслеживать или, наоборот, укрывать, дарили удачу, защищали, в конце концов! А значит, перо было оставлено тут намеренно. И вот спереди, совсем недалеко от края леса, раздался взрыв. Цинцю нырнул в ближайшие кусты и поднял взгляд в небо. Столб дыма поднимался вверх как раз из того места, где находилось где должна была стоять крутая скала, а над верхушками деревьев парили небесные воители. Цзю с силой сжал ветки куста, от чего те жалобно хрустнули. Му Цинфан, подонок, был среди них! Безэмоционально рассматривал землю внизу, о чём-то беседуя со своими собратьями. «Это была ловушка,» — понял Цинцю. Дерьмовая ловушка, в которую его заманивали. Что ж, видимо Цинфан надеялся, что Цзю успеет добежать до этого места и специально поджидал того момента, когда там окажется его «шисюн». Воспользовался его доверием, их дружбой! Цзю был готов разрыдаться. Обещал же, что не будет привязываться. Обещал, а что в итоге? Всё как и всегда, привязанность и предательство. Демон вытер выступившие слёзы и развернулся в другую сторону. О нет, он точно выживет! Докажет, что его не так легко убить, что зря они вообще с ним связались.

***

— Ты! Цинфан даже не отбивался, когда демон прижал его к стене. Цинцю сдавливал шею, а выступившие на руках когти прекрасно давали понять, что стоит ангелу дёрнуться, как его горло тут же проткнут. На самом деле, он ещё удивился, что его не попытались убить на месте, а вывели под локоть из аудитории. Возможно, шисюн просто не хотел вмешивать в это дело посторонних, особенно Юаня, а может, и на что Цинфан надеялся, был склонен к разговору. — Предатель, — тем же временем Цинцю яростно сдавливал в руках белую шею, — и после всего, что ты натворил, ты ждёшь, что я буду выполнять твои приказы?! Ты должен быть благодарен, что я не вырвал твою глотку сразу же! Со временем обида на бывшего шиди скрылась за морем других чувств и воспоминаний, уж сколько лет прошло, но этот безэмоциональный взгляд золотых глаз вернул всё вдвойне. — Тогда ты хотел меня убить, а ведь так твердил о дружбе! — Не хотел, — прохрипел Цинфан. — Да что ты?! Ты просто выманил меня из логова, а потом подорвал скалу, к которой меня послал! Это ли не попытка убийства?! — Моё перо было с тобой, — ангел похлопал по чужим рукам в немой просьбе отпустить. — Я знал, что мы не попадём. Позволь всё объяснить. Цзю стиснул зубы, но всё же отпустил Цинфана. Где-то в глубине души он верил, что его не предали, что так было нужно. Ему говорила об этом его интуиция, твердило сердце. Он хорошо узнал ангела, прекрасно понимал, что тот скорее десять раз извинится и убьёт глядя в глаза, чем вонзит нож в спину. Конечно, только с дорогими людьми. Вот только мозги и опыт требовали доказательств, а не простых слов. — Хочешь сказать, что вся моя месть вашему небесному царству, моя обида, мои гнев и горе — всё ничто? И как же ты меня убедишь в этом? М? — усмехнулся демон. — Я могу пустить тебя в своё сознание, — невинно предложил Цинфан. Шэнь Цзю был готов подавиться воздухом. Этот идиот хотел сделать что? Позволить демоническому отродью проникнуть в его голову и творить что вздумается? Совсем рехнулся? — И многим ты такое предлагал? — уточнил он с интонацией «сколько людей обслужил в борделе?». Цинфан, видимо, тоже это понял. Он надулся и с гордым «фи» отвернулся. — Шисюн слишком ужасного обо мне мнения! Демон еле подавил улыбку. Цинфан почти не изменился. Разве что его глаза стали практически совсем пустыми. Не было того блеска, той жизни, некоторой дерзости. Хотя, когда он только появился с реинкарнацией Варвара с пика Байчжань, его глаза можно было сравнить разве что с цветным стеклом. — Давай уже свой пропуск, — всё же решился Цзю. Ангел тут же стал серьёзным. Он подхватио чужую руку, игнорируя её вздрагивание, и положил на свою голову. Следом он зажмурился и начал читать какое-то заклинание. Тем же временем его шисюн боролся с желанием погладить по пушистым волосам. Все эти ангельские твари были просто эталоном красоты и очаровательности! Действительно подонки, как можно вызывать одновременно отвращение и умиление? Остановились бы на чём-то одном! Внутренний крик остановила тьма, поглотившая коридор. Руки оказались пустыми, только в нескольким метрах от Цзю была белая дверь. — Значит, мне сюда? — скорее для себя уточнил демон. Он быстро подошёл и схватился за ручку. Ему даже не пришлось прикладывать силы, чтобы её открыть, создавалось ощущение, что сознание само хотело показать то, что было спрятано за дверью. И Цзю конечно же посмотрит. Он перешагнул границу и в следующий миг оказался на опушке леса. Того самого леса, где давным давно он скрывался от небесных воинов. Солнце клонилось к закату, звери прятались в норах, а шум постепенно стихал. Демон повертел головой и обнаружил Цинфана: тот сидел на небольшом камне и дёргал себя за прядь вьющихся волос. «Волнуется» — отметил лорд Цинцзин. За спиной раздался хлопок, воспоминание резко дёрнулось и чуть не упало со своего места. Цзю усмехнулся. Вот только радость быстро ускользнула, когда стало понятно, кто явился на встречу. Предводителем отряда был Лао Гунчжу — лидер дворца Хуаньхуа, небесная школа, место обучения всех ангелов. Вернее, всех воинов, целителям давали там лишь основу, если верить объяснениям Цинфана. По правую руку вышагивала Сяо Гунчжу, его дочь, а по левую — Гунъи Сяо, сильнейший воитель столетия. Цинфан опустил голову, но кланяться не стал. Цзю заинтересованно наклонил голову. Лао Гунчжу лишь усмехнулся и похлопал целителя по плечу. Его улыбка была настолько противной, что Шэнь Цзю еле удержался, чтобы не отвернуться или, ещё лучше, в него не плюнуть. — Наконец-то мы нашли тебя! Хотя, честно сказать, этот старик представлял вас иначе. Вы так долго прожили в мире демонов, мы боялись, что вы поладите с ним или даже уподобитесь им, как случилось с моей любимой ученицей! — Этому известна печальная судьба девы Су. Су Сиянь была отличным воином, небеса многое потеряли. Старик издал странный звук, на грани между смешком и всхлипом. Цзю же задумался. Разве Су Сиянь — не жена демонического императора Тяньлань-Цзюня? Она же мать Ло Бинхэ, которую он запомнил лишь внешне. Не доводилось общаться лично. Если она была ангелом по происхождению, то история становится куда более запутанной. — Ты сказал, что знаешь, где сейчас находится единственный выживший лорд Цанцюн. Покажи, чтобы мы могли его уничтожить. Но если ты нам соврёшь, то так легко ты не отделаешься. — Этот прекрасно понимает и не разочарует вас. Каждую полночь демон проводит у крутой скалы, — Цинфан показал на неё пальцем, — я готов вас сопроводить. — Конечно же ты будешь с нами, ты же не думаешь, что-! — Сяо Гунчжу прервалась, когда отец потрепал её по голове. — Дорогая, не волнуйся, ангелы не умеют врать, разве он мог повести нас по ложному следу, так ведь? Последний вопрос был обращён к Цинфану. Ангел не дёрнулся, не моргнул и даже не задумался. Просто кивнул. Уже на тот момент его глаза потеряли блеск, который Цзю всю жизнь знал. Что-то в нём ломалось и ломалось сильно. — Отлично — Лао Гунчжу прищурился, — веди. Цинфан молча повернулся, расправил крылья и взмыл в воздух. Небольшой отряд подождал снизу несколько секунд и отправился за ним. Цзю же пришлось изворачиваться: его крылья были меньше и слабее, он не мог лететь на одном уровне с ними, он лишь слегка поднялся над землёй, чтобы ускориться. Он рассматривал ангелов и поймал момент, когда Цинфан резко остановился. Ангел незаметно вырвал два пера, одно из которых направил вниз, а другое — к скале. И на этом моменте демона начали посещать догадки. Всё подтвердилось, когда они явились на нужное место. Целитель крепко сжал руки на уровне груди, хотя лицо оставалось абсолютно спокойным. Гунъи Сяо, добрая душа, сразу подлетел, чтобы его проверить. Цинфан лишь устало улыбнулся и покачал головой. А потом, собравшись, обратился к Сяо Гунчжу. Цзю был слишком низко, чтобы понять, что он говорил с юной деве, но от чужих слов её лицо скривилось так, будто её обвинили во всех проблемах мироздания. О, она была в чистом гневе. Внезапно из леса выбежала фигура. Шэнь Цзю узнал в ней себя и тут же нахмурился. Он ведь так и не добрался до скалы. Воспоминание же подбежало ближе и потянулась за чем-то на земле. Демон опознал в предмете перо. Оно было таким же как и то, что лежало в чаще. «Вот оно!» — мысленно воскликнул Цзю. Есть заклинание, способное передавать события на расстоянии. Этим часто пользовались демоны, чтобы показать что-то товарищам. Для этого нужно два предмета, связанные между собой. Чаще всего это были два камня, политые кровью. Один из них, записывающий, подкидывали в место событий, пока второй транслировал всё смотрящим. Цинфан оказался хитрецом. Он понял, как работает это заклинание и сделал тоже самое со своими перьями. Они точно бы привлекли внимание юного Цзю и не вызвали бы подозрения у других ангелов. Лорд Цинцзин усмехнулся. Кто бы мог подумать, что его честный дружок обведёт вокруг пальцы своих же коллег. Стоило небесным воителям увидеть своего врага, как они сразу же приготовили оружие, вот только юная хозяйка дворца оказалась быстрее: с диким рёвом она достала хлыст и со всей силы обрушила его вниз. После атаки не осталось ни иллюзии, ни скалы. Последнее, что Цзю заметил, так это облегчённый выдох Цинфана, а потом он снова провалился в темноту.

***

Цзю привалился к стене и ждал, когда ангел придёт в себя. С его стороны было глупо вообще пускать кого-либо в своё сознание, что тут говорить о демоне. Это легко могло свести его с ума. — Так, получается, ты избежал наказания? — уточнил лорд пика Цинцзин. — Не совсем, — Цинфан качнул головой и сразу же схватился за неё. — Что это значит? — Очевидно было, что Сяо Гунчжу спровоцировал я, а это уже должно вызывать подозрения. Да и твой труп никто не нашёл. Спасибо, что ты быстро убежал. Цзю кивнул. Это кое-что проясняло. Получивший наказание ангел или демон не может выходить за пределы своей территории. И, в отличии от смертных, их заточение может длиться весьма долго. — Понятно. Наступила тишина. Студенты сидели на занятиях, по коридору разок прошёлся уборщик. Демон и ангел не знали, что можно ещё друг другу сказать. Вопросы были сняты, их дружба начала возвращаться, но не настолько, чтобы вновь рассказать друг другу самые сокровенные тайны. Сейчас они могли только смотреть в невидимую точку и размышлять о своём. — Скажи, — всё же прервал тишину Цзю, — ты можешь возвращать память прошлой жизни? Цинфан не спросил, зачем это ему, кто может стать целью, нет. Он и сам прекрасно понимал, кого шисюн выберет. Если, конечно, потом не потребует того же самого и для второго. — Могу, — он повернул голову, — но ты же понимаешь, что это может многое изменить, да? К тому же, человеческий век недолог. — Я прекрасно это понимаю, — огрызнулся демон, — но тебе не понять меня. Не понять того, кто потерял всех, кто ему дорог. Ты же чёртов ангел, образец воина без лишних чувств и мыслей. Хотя последнее я знатно подправил. Ангел издал неопределённый звук. — Хорошо, я сделаю это, если ты так хочешь. Но потом меня не вини. Цзю вздрогнул от чужого тона, а потом слегка улыбнулся. Цинфан говорил слегка обиженно, но слышалось также волнение и забота. Он практически не поменялся.

***

Они стояли за спиной Юэ Цинъюаня. Тот тонул в куче документов, но работу делал весьма исправно. В прочем, он, по мнению Цзю, даже после перерождения не поменялся. Демон глянул на Цинфана. Тот осуждающе посмотрел в ответ, но так ничего и не сказал. Он подошёл ближе и положил на руку на чужой затылок. Вокруг появились тонкие золотые нити, похожие на стайки маленьких золотых рыбок. Они оплетали руку Цинфана и обвивались вокруг тела директора Юэ. В начале ничего не происходило, Шэнь Цзю уже думал, что ничего не вышло. А потом Цинъюань дёрнулся. Цзю смотрел на то, как бывший глава мнёт бумагу, как трещит в его пальцах ручка. Демон кладёт на его кисть свою, не ожидая реакции, вот только что-то пошло против его ожиданий. Юэ Цинъюань его почувствовал, вскинул голову и увидел. Они смотрели друг другу в глаза, не веря в происходящее. Директор резко встал, из-за чего Цинфан чуть не упал, только Цинъюань не обратил на это внимания. Он подошёл к лорду Цинцзин и обнял его крепко-крепко. — Сяо Цзю, это правда ты, — хриплым голосом пробормотал он. Демон не любил чужие касания, не любил это прозвище, но от этого человека он готов был принять всё, только бы остался рядом. Только бы не бросил, как это сделал уже дважды. Эта зависимость выводила из себя. — Прости меня, прости, — бормотал он куда-то в затылок. — Прекращай извиняться, придурок, — кое-как выдавил из себя Цзю. Он снова рядом. Наконец-то. Тот, за кого он был готов свернуть горы, кто обязан быть рядом, кто… Трогательную сцену прервал чужой кашель. Не тот, которым обычно привлекают внимание, нет. Стоило Цзю обернуться, как стало сразу ясно: добром это дело закончиться просто не могло. Цинфан тяжело дышал, периодически срываясь на тяжёлый кашель. Из носа капала кровь, а тело трясло, словно в лихорадке. Когда ангел говорил, что сможет вернуть память прошлой жизни, он не сказал, какую цену за это ему придётся заплатить. Для него это было в порядке вещей, ведь его главная цель — помогать пациентам, если есть такая возможность. Цинъюань пришёл в себя быстрее, повернулся обратно к столу, схватил чистый лист и начал на нём что-то вырисовывать, а Цзю подскочил к шиди, помогая тому оставаться на ногах. Впрочем, ругаться ему это не мешало: — Идиот ты, вот кто! Что, надо до последнего страдать и ждать, когда сам загнёшься от подобных трюков?! О нет, ты нам ещё живой нужен. Или вспомнил свою натуру и решил покарать себя за сотрудничество с выродками хаоса?! Цинфан только прикрыл глаза. Отвечать он не хотел и не мог — каждое слово приносило ужасную боль. — Ци-гэ, что там у тебя? — переключился Цзю. — Пару минут. Нужно доделать круг передачи силы. — Если ещё и ты попробуешь себя убить, то поверь, настрадаешься от моих рук, — угрожающе зашипел лорд Цинцзин. — Нет-нет, ничего такого. Клятва верности всё ещё работает, благодаря ей я могу подсобить своему человеку в критической ситуации, моих сил на это хватит, — объяснил Цинъюань. Цзю прикусил губу. Юэ Ци всегда лучше разбирался в клятвах и контрактах, но к чему было с самого начала так заморачиваться? Словно он был точно уверен, что в будущем ему это понадобится. Как и говорилось, спустя две минуты круг был готов. Юэ Цинъюань достал канцелярский нож и провёл им по запястью, пуская себе кровь. Практически также поступил и Цинфан. Алые капли быстро впитались в магический знак, активируя его. Между запястьями лордов возникла серебристого цвета цепь. Шэнь Цзю благоразумно отошёл, наблюдая за происходящем с безопасного расстояния. Зрелище было потрясающим: цепь горела, словно солнце на закате, ветер, создаваемый столкновением магических сил, развивал длинные волосы каждого здесь стоящего, а за спинами виднелись силуэты крыльев, слегка мерцавших из-за окружающего света. Весь ритуал длился не более пяти минут. К концу Цинфан выглядел уже куда более здорово, а Юэ Цинъюань лишь слегка изменился в лице. Поразительная сила. — Му-шиди, — осторожно начал он, — если бы тебе не хватило сил для восстановления моей памяти, то с какой вероятностью ты бы погиб? — Шанс на выживание был. Где то тридцать из ста, полагаю? — пожал плечами ангел. Некоторое время все молчали. До Цинфана начало доходить, что услышал его далеко не только глава. Он вжал голову в плечи и начал осторожно двигаться назад. То, как на него смотрел его шисюн, откровенно пугало. — Шисюн Шэнь, всё же получилось, да? Давай не будем ругаться, а потом вместе посмеёмся, да? — Лучше беги, — посоветовал Цинъюань. И Цинфан испарился, в надежде в ближайшее время не пересекаться со злым Шэнь Цзю.

***

— К слову, я давно не видел твоего учителя, что-то стряслось? Шэнь Юань отвлёкся от лекции и повернулся к Бинхэ. Тот, до этого с улыбкой наблюдавший за мастером, быстро сделал вид, что всё это время был заинтересован словами преподавателя. — Без понятия. Сказал, что надо дать урок одному придурку. — Надеюсь, с ним всё будет хорошо, — вздохнул Цинцю. — С учителем? — С придурком.