Командная работа

Гарри и не ожидал, что Мэнор будет выглядеть так же, как и в апреле девяносто восьмого года, когда их сюда силком притащили егеря, но все же его немало удивил один только вид высокого кованого забора, на всем протяжении увитого волшебным плющом и кустами жасмина. Широкая дорожка из плоских разноугольных камней и белого грунта вела к арочным воротам, изображающим раскрытый хвост величественного павлина, а за ними виднелся размытый силуэт двухэтажного темного поместья. Несмотря на жаркий июльский день, когда от безоблачного голубого неба и яркого цветочного запаха немного кружилась голова, дом все равно был окутан белесым туманом, говорящим о плотном слое родовой защитной магии. Ступив на дорожку, где начинался антиаппарационный барьер, который Гарри, прошедший полную военную подготовку в Аврорате, при желании мог достаточно беспрепятственно пробить, он бодро направился к воротам. Все же бесить Малфоя с самого начала их воссоединения спустя почти десять лет после войны не очень хотелось, поэтому Поттер вежливо потянул за цепочку на оловянном блестящем колокольчике, от чего по просторной территории пронесся задорный тонкий звон. Спустя секунду раздался хлопок, и за воротами возник маленький домовик, отвесивший низкий почтительный поклон.       — Добрый день, мистер Поттер. Вокруг эльфа был достаточно нелепо обернут отрез шелковой то ли простыни, то ли портьеры, а на левой ноге натянут черный мужской носок. Это был своеобразный символ свободного домовика, который по своему желанию работал на семью волшебников и получал заработную плату. Гермиона несколько лет корпела над этим проектом, борясь с консервативными устоями и теми же эльфами, что отказывались бороться за свои же права, и Гарри был уверен, что она была бы счастлива услышать, что ее труд принес плоды даже в доме Малфоев. Слуга был достаточно молодым, поэтому с любопытством поглядывал болотисто-желтыми глазами на неожиданного гостя сквозь металлические узоры ворот, но вряд ли у Драко было много посетителей после его возвращения из Франции на родные земли. Из-за этого эльф нервно дергал собственные пальцы и бросал выжидательные взгляды на поместье за спиной.       — Добры день, эм-м-м...       — Луи, сэр.       — Луи, — Гарри улыбнулся, смахнув взмокшую от пота челку с лица. — Мне нужно встретиться с мистером Малфоем. Он дома?       — Хозяин Драко дома, сэр. Я узнаю, сможет ли он принять вас.       — Конечно, спасибо большое. Домовик поклонился и исчез, аппарировав обратно в дом, чтобы найти Малфоя. Гарри давно перестал испытывать неловкость, привыкнув постоянно работать с детьми, у которых зачастую эта эмоция отсутствовала напрочь, но вдруг почувствовал себя не в своей тарелке, стоя перед воротами в мэнор, а за спиной у него простирался маггловский Уилтшир. Наверное, ему все же следовало первым делом послать Драко сову с просьбой о встрече, а не аппарировать на порог его дома сразу после разговора с директрисой Хогвартса в ее кабинете. Но Гарри слишком привык полагаться на свои инстинкты, вынуждающие его принимать импульсивные решения, поэтому, едва МакГонагалл закончила говорить, прямиком направился к ее камину, чтобы взяться за дело. Справедливости ради, в большинстве случаев его импульсивность вела в нужном направлении. Не спрашивайте Гермиону об остальных ситуациях, прибавивших седых волос на ее голову.       — Хозяин Драко сможет принять вас. Следуйте за мной, мистер Поттер. Поблагодарив Луи, Гарри прошел в открывшиеся со скрипом ворота, умиленно улыбнувшись, когда домовик начал себе под нос с досадой бормотать что-то о том, что их давно нужно смазать. Они направились вверх по каменной дорожке, что разрезала изумрудный коротко стриженный газон. Готическое темное поместье окружал типичный, но от этого не менее роскошный сад в традиционном английском стиле восемнадцатого-девятнодцатого веков: в своевольном порядке на лужайке были разбросаны островки пышных клумб из кустов роз, сирени и боярышника и распустившихся цветов петуний, георгинов, лаванды, мальвы, дельфиниума и бархатцев, высокие многолетние деревья акации, яблони, вишни и сосен, в их уютной тени притаились серые каменные скамейки, на которых заботливые эльфы оставили квадратные плоские подушки, извилистые тропы из плиточных камней, металлические арки, увитые плющом и виноградником и ведущие к отдельным уголкам территории, где наверняка было еще больше цветов и мест для уединения. Среди обилия зелени можно было заметить высокие английские фонари на тонких ногах, мраморные скульптуры белоснежных павлинов, фей с тончайшими ажурными крыльями, единорогов и собак- ретриверов. Не стоило сомневаться, что на заднем дворе можно было найти круглый пруд и деревянную беседку, где наверняка можно было устроиться с книгой и кружкой чая летним прохладным вечером.       — Вам нравится, сэр? — заискивающе спросил Луи, заметив его интерес к открывшемуся прекрасному виду.       — Сад невероятно красив, — искренне сказал Гарри, мечтательно взглянув на пару кованых белых стульев возле круглого столика под цветущей акацией, где можно было разлить холодный лимонад за приятной беседой.       — Хозяин много времени потратил, чтобы восстановить его. Из расплывчатых воспоминаний, когда егерь тащил его, истощенного и злого, через весь сад к дверям в мэнор, Поттер не мог вспомнить такого огромного количества самых разных растений, что росли в совершенном, но очаровательном беспорядке. Тогда больше внимания привлекали одинокие холодные статуи и каменные арки посреди просторной лужайки. Возможно, Люциус, что был бывшим хозяином поместья, был фанатом строгих французских садов, когда его сын переделал все на английский манер, но территория несомненно выглядела в сотни раз лучше, чем несколько лет назад.       — Это заметно, — выдохнул Гарри, все еще не отводя восхищенного взгляда от красочных просторов.       — Спасибо, Поттер. Обернувшись, Гарри увидел Малфоя, вышедшего на порог дома. Бывший слизеринец почти не изменился за прошедшие года, так же как и Гермиона с Роном, которых Поттер видел каждые выходные и не переставал отмечать, что, надев хогвартскую школьную форму, вполне могли слиться с обучаемыми им старшекурсниками. Драко перестал зализывать платиновые волосы назад и предпочитал прическу, где они коротко подстригались по бокам, а более длинная челка аккуратно укладывалась на правую сторону, в его левом ухе интересно блестело колечко серебряной сережки, на нем была черная футболка и светло- серые хлопковые брюки, что выглядело слегка забавно на фоне красочного сада. Короткие рукава не скрывали выцветшую Метку на предплечье и ранее Гарри неизвестную сине-зеленую татуировку дракона на второй руке, ярко выделяющаяся на фоне бледной кожи. Малфой капризно щурился от дневного солнца, но в целом вел себя достаточно расслабленно и уверенно для человека, к которому неожиданно нагрянул в гости бывший школьный враг.       — Привет. И не за что, — фыркнул Гарри, взбежав наверх по ступенькам. Он решительно протянул вперед руку, не дав возможности сформироваться неловкой атмосфере между ними, потому что и так ощущал себя придурком из-за того, что пришел к Малфою без каких-либо предупреждений. Драко дружелюбно пожал его ладонь и пригласил пройти внутрь, сказав что-то о невыносимой жаре. Улыбнувшись тому, что чужая чувствительная кожа мгновенно начала розоветь от солнечных лучей, Гарри проследовал за хозяином внутрь, пока Луи за их спинами почти незаметно аппарировал, чтобы наверняка заняться заржавевшими воротами.       — Чай или лимонад? — спросил Малфой, проводя его по широким светлыми коридорам.       — Лучше лимонад, — отозвался Гарри, осматриваясь по сторонам. — Хотя, нужно отдать должное, твои климатические чары работают на ура. Самодовольно хмыкнув, Малфой отвернулся и повернул налево в следующий коридор. Внутри дома стояла приятная свежая прохлада, поэтому Поттер, перегревшийся на солнцепеке за те несколько минут, что стоял у ворот в ожидании, когда его пустят, с облегчением почувствовал, как остывал пот на его коже. Но на этом хозяин поместья не останавливался, явно поставив себе цель удивить гостя не только своим прекрасным садом. Они пришли в застекленную небольшую гостиную, где две из четырех стен представляли собой панорамные окна от пола до потолка, за которыми раскинулся задний двор с каменной белой ротондой и круглым прудом, возле которого гуляли рыжие маленькие утки. Справа от входа был прямоугольный высокий камин, выложенный кремовой ромбовидной плиткой, а сверху оформленный подвесной полкой, где стояли глиняный горшочек с Летучим порохом, антикварные деревянные часы и две одинаковые вазы со свежими белыми розами. Орехового цвета наполированный паркет с большим ковром по центру, на нем низкий стол на изогнутых ножках, два светлых дивана с клетчатыми светло- зелеными подушками друг напротив друга, пуфики для ног из кофейного и голубого бархата каретной стяжки, пара белых торшеров с льняными цветочными абажурами и люстра на потолке в таком же стиле. Раздвинутые тяжелые шторы темно-бежевого цвета, картины в позолоченных тонких рамках с видами Уилтшира и Парижа, маленькие статуэтки уже знакомых ретриверов, большой горшок с выкопанными из сада кустовыми чайными розами, декоративный сервиз на маленьких полках и хрустальная большая ваза с фруктами. Драко наверняка достаточно часто пользовался этой комнатой не только потому, что здесь был свой камин, но и из-за потрясающего вида на сад, который открывался через большие окна. По крайней мере, если бы Гарри был владельцем этого мэнора, он не смог бы отдыхать ни в каком другом месте, кроме этой малой гостиной.       — Ваш лимонад. Новый домовик, с которым Гарри еще не встречался, поставил на столик серебряный поднос с двумя высокими стаканами и стеклянным кувшином, где плавали кубики льда, листки мяты и нарезанные дольки лимона. Слуга также позаботился о том, чтобы принести коробку шоколадных конфет, свежие хрустящие круассаны, черничный и вишневый джем в тонких вазочках, мармелад и орехи. Не успевший толком позавтракать, так как получил письмо от МакГонагалл первым делом с утра, Поттер постарался не выглядеть слишком голодным, когда опустился на диван и улыбнулся домовику, что протянул ему наполненный лимонадом стакан.       — Спасибо.       — Спасибо, Пинки, — Драко устроился на диване напротив него, элегантно закинув ногу на ногу. — Где Луи?       — Он заметил, что ворота скрипят, хозяин, — ответил эльф, намазывая круассан черничным джемом.       — Хорошо, можешь быть свободен. Домовик, у которого был свой носок, но слизеринской расцветки, убедился, что приготовил достаточно закусок для хозяина и гостя, и только после этого с поклоном удалился, оставив их наедине. Гарри, который не мог отрицать, что повзрослевший Малфой вызвал у него слишком много любопытства, неприкрыто рассматривал его, подмечая мелкие детали вроде тщательной проработки рисунка дракона на его правом предплечье, фамильного кольца с изумрудом на указательном пальце, тонкого зажившего шрама на левом виске и следов бессонной ночи или раннего пробуждения в виде кругов под глазами.       — Чем могу быть обязан такой чести, Поттер? - не стал долго затягивать Драко, откинувшись на спинку дивана.       — Меня отправила с тобой поговорить профессор МакГонагалл. Удивленно вскинув брови, Малфой сделал глоток своего лимонада, и Гарри мгновенно понял, что нужно перестать пялиться на него. Поэтому он перевел взгляд на цветущий сад за окном, с досадой подумав о том, как быстро он велся на привлекательных парней. Возможно, в этом был виноват длительный перерыв от отношений или просто природная аристократичная харизма Драко, но на него вдруг стало тяжело смотреть долгое время. Потому что Малфой был не только хозяином поместья, но и хозяином положения, расслабленно ожидая от своего гостя каких-либо дальнейших подробностей.       — Что директрисе Хогвартса нужно от меня?       — Ты знаешь, что преподавателем Зельеварения все это время был Слизнорт? — спросил Гарри, получив в ответ быстрый кивок. — Так вот, он уходит на пенсию в этом году.       — Ожидаемо, — Драко склонил голову к левому плечу. — Если честно, он еще долго продержался. Все думали, что он уйдет с поста сразу после войны.       — МакГонагалл умеет уговаривать, — усмехнулся Гарри. Он сам пал жертвой этого, когда год назад его, безработного и не понимающего, что делать дальше со своей жизнью, она пригласила на чашку чая с имбирным печеньем в Хогвартс. После небольшой вежливой беседы, в основном состоящей из хвалебных комментариев со стороны Поттера в адрес директрисы, что проделала огромную работу над восстановлением школьного замка и организацией учебного процесса после войны, и стандартных вопросов о жизни Гарри после окончания им Академии авроров. Но как только обмен любезностями был закончен, Минерва не стала терять времени и с ходу сделала ему предложение стать новым преподавателем Защиты от Темных Искусств. После войны эту должность занимал профессор Лопез, специалист по темномагическим проклятьям и их ликвидации, но он пришел в Хогвартс уже в преклонном возрасте, и все понимали, что это всего лишь на несколько лет, пока директрисе не удастся найти молодого сильного волшебника ему на смену. Когда Минерва закончила свою короткую речь о том, что считает Гарри потрясающим кандидатом на должность преподавателя ЗОТИ из-за его деятельности в рамках Отряда Дамблдора на пятом курсе, аврорской подготовки и первоклассных навыков в боевой магии, он едва сдержался от того, чтобы нервно не рассмеяться. Ему ее предложение казалось совершенно нелепым, потому что Гарри окончательно разочаровался в себе и своих способностях, когда принял решение не поступать на службу в Аврорат, как бы сильно Кингсли его не упрашивал. Он не мог представить себя на месте преподавателя Защиты, когда, будучи курсантом, часто сталкивался с проблемой того, что его ставили во главу отряда, которым он не мог умело командовать. Все рассчитывали, что после Академии Поттер станет офицером в Аврорате и быстро пойдет вверх по карьерной лестнице, выбрав отдел вроде оперативников или следователей. Но Гарри получил свой диплом, улыбнулся в каждую камеру на церемонии вручения, а потом в ответ на просьбу Кингсли зайти к нему в Министерство в понедельник лишь пожал руку и отправился домой. Директриса ожидала, что Поттера ее предложение застанет врасплох, но она не хотела слушать его уничижительные оправдания и заверения, что нет в Англии человека более неподходящего, чем он, чтобы занять эту должность, поэтому просто попросила его взять неделю на раздумья и отправить ей письмо совой, когда он примет окончательное решение. Вернувшись домой, Гарри все еще был в полной уверенности, что МакГонагалл не до конца понимала, кому именно предлагала такую ответственную работу, но уже через месяц не вылезал из Лондонской волшебной библиотеки, перекраивая учебную программу по Защите от Темных Искусств от первого до седьмого курса.       — А я вам зачем понадобился? — Драко закинул правую руку на спинку дивана, будто знал о том, что Гарри заинтересовался его татуировкой.       — Ты же мастер Зелий, — просто ответил Поттер. Драко неотрывно смотрел на него в течение нескольких невероятно долгих секунд, от чего, несмотря на качественные климатические чары, Гарри почувствовал, что снова начал потеть. Недоеденный круассан с черничным джемом теперь казался каким-то неуместным и неуклюжим в его руке, поэтому он опустил его обратно на тарелку, не зная, чего можно ожидать в разговоре от повзрослевшего и, как ему показалось, более стоического и неприступного Малфоя. В школьные годы Гарри стал первоклассным экспертом во всевозможных способах выведения слизеринца из себя, но теперь он не представлял, какой реакции можно было от него ожидать.       — Нет, Поттер, — все же резко выдал Малфой. Гарри ожидал какого-то более развернутого ответа на его завуалированное предложение занять должность преподавателя Зельеварения в Хогвартсе, поэтому глупо моргнул, уставившись непонимающим взглядом на серьезное нахмуренное лицо Драко.       — Почему нет?       — Как ты себе это представляешь, Поттер? — со сдерживаемым раздражением в голосе спросил Драко. — Пожиратель смерти преподает в Хогвартсе? Ты бы отпустил своего ребенка учиться в школе, где зелья ведет волшебник с Меткой на руке?       — Малфой, мы с тобой учились в школе, где Зелья вел волшебник с Меткой.       — Не сравнивай меня со Снейпом, — отрезал Драко, ровнее сев на диване, что выдавало в нем накалившиеся эмоции. — Он не был настоящим Пожирателем.       — Ты тоже им не был.       — Я пытал людей, Поттер.       — А он убил Дамблдора, — почти крикнул Гарри. Они оба напряженно и почти враждебно смотрели друг на друга, понимая, что ни один из них не победит другого в этом разговоре. Но все же Малфой был в более выгодном положении, потому что мог безапелляционно отказать ему и попросить покинуть мэнор. Что ожидали от него как и сам Поттер, так и МакГонагалл. Она вызвала его письмом утром в Хогвартс для того, чтобы пригласить в качестве эксперта на вступительные практические экзамены в Академию авроров в этом году. Главой военных сил магической Британии по-прежнему был Кингсли, и он очень рассчитывал на то, что Гарри, которого ему не удалось получить в ряды своих подчиненных, поможет ему хотя бы косвенно в организации сильного и способного отряда волшебников, способных в будущем защищать страну. Поттер быстро согласился поучаствовать в отборе курсантов Академии, потому что летом ему все равно особенно нечего было делать, пока у хогвартских студентов были каникулы, да и он до сих пор чувствовал себя немного виноватым перед Кингсли. Но после того, как Гарри и МакГонагалл оформили все необходимые документы и отправили их со школьной совой в Министерство, он заметил на директорском столе папку с возможными кандидатами на место нового преподавателя Зельеварения. И Малфой был первым в этом списке. Поттер не мог побороть свое любопытство и спросил Минерву о том, как продвигался поиск нового учителя, и директриса ответила, что собиралась отправить письма с приглашениями на собеседования нескольким зельеварам. Но бывший декан Гриффиндора, которая была одним из тех людей, которая наблюдала за взрослением Гарри, прекрасно знала его, как человека, поэтому быстро смекнула, что его заинтересовала конкретная кандидатура среди всего списка. Слово за слово, и к концу второй чашки черного чая как-то так вышло, что Гарри добровольно вызвался поговорить с Малфоем и предложить ему должность преподавателя в Хогвартсе. МакГонагалл восприняла его резвую инициативу с большим сомнением на лице, но ей все равно было нечего терять, потому что и так очень сомневалась, что Драко согласится работать в своей родной школе. Попросив Поттера дать ей ответ о решении бывшего слизеринца до конца месяца, директриса отпустила профессора Защиты от Темных Искусств с неспокойным сердцем, не представляя, что сразу после того, как он выбрался из Хогвартса, то сразу аппарировал в Уилтшир.       — Поттер, я ценю оказанную мне честь, — более ровным голосом произнес Малфой, совладав с эмоциями. — Но я не могу не признать, что это невероятно глупая идея.       — То есть ты считаешь, что не подходишь на должность преподавателя Зелий? Прищурив серые глаза, Драко поставил на стол пустой стакан из-под лимонада, от чего Гарри успел заметить тонкую серебряную цепочку на его шее, до этого скрытую воротником футболки. Поттер тут же мысленно приказал себе перестать истекать слюнями на Малфоя, потому что он мог заняться этим в ближайшем обозримом будущем, когда между ними не будет напряженного тяжелого разговора, явно не прибавляющего ему очков привлекательности.       —Неплохая манипуляция, Поттер, — иронично протянул Драко. — Я сертифицированный мастер Зелий не только в Англии, но и во Франции и Италии, я не нуждаюсь в оценке моих профессиональных качеств.       — Я лишь спросил, считаешь ли ты себя подходящим для этой должности, — легко пожал плечами Гарри.       — Я не подхожу на должность преподавателя Хогвартса по этическим соображениям. На его слова Гарри лишь насмешливо фыркнул, закинув в рот конфету из молочного шоколада с фундуком. Кажется, Драко не был доволен его реакцией на свои слова, потому что громко выдохнул, будто готовился к прыжку, и вкрадчиво произнес:       — Ты серьезно считаешь нормальной возможность того, что я буду работать в Хогвартсе наряду с тобой? Великим спасителем? Или другими героями войны, как Лонгботтом и Аббот?       — Да, я считаю это абсолютно нормальным, Малфой. Столько лет прошло с войны, большинству людей уже давно плевать.       — Плевать на то, что я сражался на стороне Воландеморта? Сомневаюсь, — горько усмехнулся Драко. Удивленно посмотрев на него, потому что Гарри не ожидал, что Малфой назовет Темного лорда его именем, которого многие до сих пор боялись, он про себя отметил, что сидящий напротив него парень наверняка за эти девять лет проделал огромную работу над собой. И это касалось не только того, что Драко действительно являлся общепризнанным мастером Зелий в нескольких европейских странах, но и его личностного роста. Что, опять же, лишь углубляло интерес Поттера к его персоне и усиливало желание узнать о нем как можно больше.       — Но ты же вернулся в Англию, — попытался зайти с другой стороны Гарри. — Хотя после войны все время жил во Франции.       — Снова преследуешь меня, Поттер? — закатил глаза Драко, расцепив ноги, что на секунду выключило его собеседника из разговора. — Я польщен.       - Тяжело избавиться от старых привычек, Малфой. Ты слишком интересная личность. Это с очень большой натяжной можно было назвать флиртом. Самого низкого качества, особенно с учетом того, каким ироничным тоном Гарри это сказал, но Драко все равно заинтригованно приподнял левую бровь, окинув его взглядом с ног до головы. Поттер, который утром собирался выходить из дома без каких-либо ожиданий встретиться с привлекательным классным парнем, почувствовал себя нелепым и слишком эксцентричным на фоне монохромного Малфоя в своих черных джинсах с рваными коленками и клетчатой красной рубашке, накинутой поверх растянутой серой майки.       — Я вернулся в Англию, потому что здесь мой дом.       — И что, кто-либо высказал тебе открытое недовольство по этому поводу? — проницательно спросил Гарри. Панси Паркинсон открыла собственный магазин одежды в Косом переулке пару лет назад и когда Гарри с Роном и Гермионой пришли туда в день открытия, тихо призналась им, что ожидала поджога или разбитых окон в ближайшую же неделю. Но не произошло ни одного инцидента и вслед за Грейнджер, что теперь отшивала свои мантии только у нее, в «Сиреневом чуде» закупалось большинство богемной молодежи волшебной Британии. Блейз Забини закончил университет при Министерстве магии и теперь работал там же в Департаменте магического транспорта, и когда Рон и Гермиона после свадьбы купили свой дом, именно он приехал к ним, чтобы настроить каминную сеть, и молодожены остались им более чем довольны. Теодор Нотт отучился в финансовой академии и сразу же после этого был принят в Гринготтс, не столкнувшись ни с одним предосудительным комментарием в свою строну. Именно он консультировал Гарри по поводу его сберегательных счетов и вложений, когда полгода назад кто-то попытался взломать его банковскую ячейку. А Генри Мальсибер решил продолжить дело отца, владевшего самыми большими совятнями в стране, и сейчас работал над выведением новой породы выносливых и быстрых неясытей. Несколько лет назад он отправил Гарри подарок в виде черноперого потрясающего филина, извинившись за прошлое и предложив любые свои услуги, если в нем появится необходимость. Все это доказывало, что к детям Пожирателей смерти современное магическое сообщество относилось без каких-либо предубеждений, давая шанс так же, как и всем остальным, найти свое место.       — Поттер, мне хоть и непонятно твое активное участие в моей судьбе, но я ценю твои попытки убедить меня, что в меня не полетят камни со всех сторон, если я вдруг стану преподавать в Хогвартсе, — Драко необдуманно крутил фамильный перстень, что выдавало его волнение.       — То есть ты рассматриваешь вариант, при котором ты станешь работать в Хогвартсе? — заискивающе спросил Гарри.       — Нет. Это был короткий и от того звучащий слегка жестоким отказ, поэтому Гарри нахмурился сильнее, начиная подозревать, что в итоге мог действительно не добиться от Малфоя согласия. Да, аппарируя к воротам мэнора, он прекрасно понимал, что сегодня не сможет обеспечить Хогвартс новым учителем Зельеварения, но ему точно удастся закинуть удочку и поселить в голову Драко мысль о том, что он станет отличным дополнением к профессорско-преподавательскому составу школы чародейства и волшебства. А теперь, когда зельевар снова произносил категорическое «нет», Гарри понял, что будет лучше оставить его наедине с этой идей и перестать давить на него своим присутствием.       — О’кей, давай так, — примирительно начал Поттер, наклонившись вперед. — Подумай недельку над этим предложением. Тебя никто не торопит с решением.       — Я уже сказал тебе о своем решении. И с каких пор ты стал секретарем директрисы Хогвартса, Поттер? Разве не МакГонагалл должна быть на твоем месте сейчас?       — Да, она хотела сегодня отправить тебе письмо с приглашением на встречу, —решил говорить честно Гарри. — Но я решил подработать совой.       — После меня отправишься к остальным кандидатам? — фыркнул Драко. Гарри уловил в его голосе задетое самолюбие и улыбнулся, понимая, что все же некоторые черты в человеке с возрастом не менялись. Малфой очень долго трудился над тем, чтобы заработать уважение в кругах зельеваров и заработать себе честное имя, поэтому мысль о том, что он был лишь одним из списка тех, кого рассматривали на свободную должность, оскорбляла его гордость.       — Нет. Я поговорил об этом лишь с тобой. Остальным директриса отправит письма.       — Какая честь, — едко отозвался Драко. — Чем обязан?       — Я же сказал, ты мне интересен. Малфой коротко усмехнулся, покачав головой и прервав зрительный контакт, что было на руку Гарри, который исчерпал свои ресурсы аккуратных неочевидных заигрываний, что могло закончиться тем, что он выставит себя полным придурком в чужих глазах.       — Хозяин Драко, — в гостиной с тихим хлопком появился домовик. — Пришла миссис Пэм.       — Проводи ее, пожалуйста, в мой кабинет, Луи, — ответил Малфой и повернулся в Гарри. — Прости, мне нужно работать.       — Без проблем, это я явился без приглашения, — улыбнулся Поттер, поднимаясь на ноги. — Спасибо, что принял меня. Было классно поболтать с тобой.       — Мне тоже было интересно пообщаться с тобой. Хорошего дня. Поттер.       — И тебе, Малфой.

***

Он был примерно на девяносто семь процентов уверен, что встретит Малфоя в субботу, поэтому уходил из его поместья с легким сердцем. Каждый из них понимал, что Гарри просто так с зельевара не слезет, удовлетворившись парой твердых «нет». Если профессор Защиты на чем-то зацикливаться, то выкинуть это из его головы было почти невозможно. А Малфой застрял у него в мозгах плотно и основательно. Как обычно, он проводил вечер выходного с остальными своими слизеринскими друзьями в «Обрезая углы» — самый популярный бар среди волшебников, которым владели Симус и Дин. Его трудно было различить среди привычной толпы завсегдатаев, потому что Драко предпочитал занимать самый дальний угол стола или устраивался с краю барной стойки, поэтому его от чужих глаз закрывали высокие фигуры Забини и Мальсибера и громкая жестикуляция Паркинсон и Нотта. Но Поттер, что все же заметил его в толпе прошлой осенью, теперь находил его в любом заведении за считанные секунды.       — Тебе повторить, Гарри? — любезно спросил Симус, присевший к ним за столик, чтобы немного поболтать и отвлечься от обслуживания клиентов.       — Нет, не парься. Отдыхай, — он улыбнулся и отсалютовал другу наполовину полным стаканом темного лагера. Финниган благодарно подмигнул ему и втянулся в громкую и чересчур эмоциональную болтовню Рона, Гермионы и Ханны о последнем проекте Департамента здравоохранения, которые заявили о тестировании вакцин от Драконьей оспы. Супружеская пара Уизли наивно хотела верить, что волшебное сообщество наконец-то еще на шаг приблизится к такой необходимой профилактике одной из самых опасных магических инфекций, в то время как Аббот, закончившая Академию целителей при Больнице святого Мунго и сменившая мадам Помфри на посту медсестры Хогвартса, скептически кривила розовые губы и возвращала их с небес на землю словами о длительных клинических исследованиях, которые было необходимо провести прежде, чем начинать массово прививать всех. Рядом с ней сидел совершенно поплывший от алкоголя и присутствия возлюбленной девушки Невилл, подперев подбородок ладонью и медленно моргая через раз. Бурное обсуждение между друзьями позволяло Гарри беспрепятственно пялиться на Малфоя, что сидел возле окна под масляным настенным светильником, от чего его фигура удачно оставалась в небольшом клочке тени, пока весь стол бывших слизеринцев освещал ярко-желтый свет. На нем были те же серые брюки и уже как минимум трижды проклятая Поттером черная атласная рубашка, которую чертов обольстительный засранец не застегивал на две верхние пуговицы. Он расслабленно улыбался чему-то, что своим друзьям восторженно рассказывала Панси, едва не расплескивая по сторонам свой смородиновый сидр. Привыкший видеть его в красивых выходных рубашках или мягких джемперах посреди мутного полумрака «Обрезая углы», «Дырявого котла» или какого- нибудь другого бара или клуба, теперь Поттер не мог выкинуть из головы картинку Драко в футболке с коротким рукавом под яркими лучами солнца.       — Может быть пора подойти и поговорить с ним вместо того, чтобы пускать на него слюни вот уже год? Вздрогнув от испуга, Гарри резко повернулся к Гермионе, что хитро ему улыбнулась и протянула свой стакан светлого пива. Он в ответ предупреждающе прищурился и чокнулся своим лагерем, на что лучшая подруга рассмеялась и обняла его руку, положив голову ему плечо.       — Ты такая пьяная, — ухмыльнулся Поттер, покачав головой.       — Имею право, — обиженно протянула она. — Это последний месяц, когда я смогу выпить. Гермиона и Рон были твердо намерены улучшить свой образ жизни не только ради собственного блага, но и потому, что хотели завести ребенка. Поэтому они спланировали себе последние вечера, когда пили в компании друзей, и вместе с этим объедались вредной едой до отвала и не думали о том, что вскоре в их жизнь плотно войдут физкультура, наблюдение у целителя-репродуктолога и прием кислых витаминных зелий после каждого завтрака.       — Конечно, — ласково улыбнулся Гарри и потрепал ее по волосам. — Вы огромные молодцы.       — Мы сейчас говорим не о нас, — возразила подруга, которую почти никогда не удавалось отвлечь от неудобной темы. — Подойди к нему.       — Зачем? Мы разговаривали в среду.       — Ты так очевидно запал на него, друг. С другого боку на Гермиону улегся Рональд, вынуждая супругу еще сильнее завалиться на Поттера, отчего тому пришлось хватиться за тяжелый дубовый стол, чтобы уберечь их троих от поцелуя с полом. Виновато пьяно улыбнувшись им, Уизли выпрямился и ответственно отодвинул от себя пустой стакан из-под виски, где одиноко остывали квадратные черные камни.       — Есть такое, — не стал отнекиваться Поттер, также прикончив свой напиток. По ощущениям им оставалось сидеть в баре не больше часа. Дальше начиналась игра в рулетку, где вариантами дальнейших событий было: они прощались и расходились по домам, они отправлялись на поиски какого-нибудь волшебного или маггловского клуба в Лондоне, где еще не были, и отрывались там до рассвета или заваливались в ближайшую чайную, которую держала миссис Пэтерсон, где они засиживались до утра, пытаясь протрезветь и загнать друг друга в экзистенциальный кризис полупьяными философскими размышлениями. В результате одной из таких посиделок несколько лет назад Гарри осознал, что предпочитает парней, чему он в итоге остался больше рад, чем травмирован.       — Что он тебе ответил, когда ты предложил ему должность препода по Зельям? — Рон по-медвежьи обхватил Гермиону руками, притянув к себе.       — Он ответил мне «нет», — сморщил нос Гарри, не отводя глаз от Малфоя. Тот либо действительно был ни капли в нем не заинтересован, то ли старался не обращать на Поттера никакого внимания, потому что за весь вечер их взгляды пересеклись лишь раз. Еще в самом начале, когда первые стаканы только наполнились алкоголем, тарелки с закусками еще были никем не тронуты, а Панси ворвалась в бар, на ходу заказав себе сидр и послав недовольно забурчавшему Теодору воздушный поцелуй в качестве извинений за свое опоздания. Драко поднял на него взгляд как раз в тот момент, когда Гарри пытался отбиться от Дина, что уговаривал его на раунд из тринадцати горящих шотов Огневиски. Они вежливо кивнули друг другу, будто пересеклись на лекции в университете, и вернулись каждый к своей компании, периодически подглядывая исподтишка.       — Ожидаемо, — сонно пробормотала Гермиона, уютно устроившись в объятиях супруга.       — Думаешь, он точно не согласится? — прикусил нижнюю губу Поттер, позабыв о любых правилах приличия и теперь смотря на Драко уже не таясь.       — Пятьдесят на пятьдесят. С одной стороны, как преподаватель, он может проводить много научных исследований на базе Хогвартса, сотрудничать с другими школами и университетами... Но с другой, не каждый может стать преподавателем.       — Я стал преподавателем, — не согласился Поттер, наконец-то отведя глаза, когда Драко устало провел ладонями по лицу, явно намереваясь в ближайшее время отправиться домой.       — Ты прирожденный преподаватель, — лающе рявкнул Рон. Благодарно улыбнувшись лучшим друзьям, которые всегда были на его стороне, даже когда, испуганный и запутавшийся, Гарри пришел к ним и заявил, что не хочет становиться аврором. Гермиона тогда обняла его и сказала, что давно подозревала, что сердце Поттера не лежало к этому делу, а Рональд ободряюще заявил, что он то уже точно найдет себе подходящее дело, которое будет приносить ему удовольствие.       — В любом случае, я говорю сейчас не о том, должен или не должен Малфой преподавать в Хогвартсе, — нахмурилась Гермиона, выпрямившись на стуле, от чего Рон обиженно насупился, потеряв с ней контакт.       — Ты хочешь, чтобы я подошел к нему. И что потом?       — Поздоровайся и дальше — импровизация, — подмигнул ему Уизли, но, подумав секунду, сказал, — хотя нет, не импровизируй.       — Ну спасибо, друг, — буркнул Поттер, пихнув его в плечо и поднявшись на ноги.       — Ты куда, Гарри? — спросила Ханна, которая, как и остальные ребята, усиленно пыталась сделать вид, что не слушала их разговор.       — Здороваться и импровизировать с Малфоем.       — Звучало странно сексуально, — фыркнул Томас. — Удачи! Отмахнувшись от дружных улюлюканий за спиной, Гарри полностью положился на свою природную смелость и приобретенную за этот вечер хмельную безрассудность и направился к столу бывших слизеринцев. Первым его приближение заметил Мальсибер, удивленно вскинув тонкие темные брови и, отставив на стол недопитый джин-тоник, наклонился к Малфою. Тот уже собирался уходить и отсчитывал свою часть оплаты в кассу бара, перебирая тонкими пальцами круглые монеты. Но после того, как Генри что-то торопливо ему сказал, Драко потерял весь интерес к канатам и сиклям в своем кошельке, и вскинул темный внимательный взгляд. Проглотив нервный колючий комок в горле, Поттер криво улыбнулся ему и махнул головой в сторону барной стойки.       — Ты куда, Драко? — спросила Панси, отвлекшись от того, чтобы строить глазки Симусу через весь бар.       — Выпью с Поттером напоследок.       — С Поттером? Несмотря на то, что голос Паркинсон был полон неподдельного удивления от такого заявления, там также угадывались нетерпеливые нотки восторга. Она поспешно обернулась, найдя взглядом Гарри, что опустился на высокий барный стул и легко помахал ей рукой. Не только его друзья уже давно заметили эти плохо маскируемые переглядки между двумя бывшими школьными врагами, слизеринцы тоже заинтересовались этим подвешенным в воздухе напряжением между ними. Поттер не раз слышал отрывки чужих разговоров, где ребята подначивали Малфоя подойти к нему или утащить танцевать, если они сталкивались компаниями в клубе, но все их попытки не были успешными, как, впрочем, и у приятелей Гарри.       — Робин, — улыбнулся Поттер бармену, что левитировал бутылки обратно на высокий стеклянный стеллаж позади барной стойки. — Можно два шота обычного Огневиски?       — Будет готово через минуту, Гарри! Кивнув Робину, что он мог не торопиться с его заказом, Поттер облокотился о край деревянной стойки, чувствуя приятную пузырящуюся усталость в теле. Выработав привычку подниматься с постели пораньше из-за работы в Хогвартсе, он уже в девять утра на пустой желудок покинул свою квартиру, чтобы прогуляться до ближайшего маггловского супермаркета, закупившись продуктами, но позавтракать ему удалось только в гостях у Андромеды и Тэдди, с которыми провел почти всю субботу. Сначала теплый веселый день со своим крестником, а после яркий и хмельной вечер в компании друзей, что наполняло Гарри радостным спокойствием на неделю вперед. Но присевший по левую сторону от него Малфой наоборот вызывал в нем колючее волнение, которое скорее было следствием желания быть к нему ближе, чем предусмотрительно отстраниться и отгородить себя от возможных неприятных последствий зарождающейся между ними симпатии. Иронично взглянув на две стопки янтарного виски, что Робин опустил перед ними на стойку, Драко закинул ногу на ногу и заинтересованно протянул:       — Уже соскучился по мне, Поттер?       — Едва мог усидеть на месте, Малфой, — фыркнул Гарри, толкнув к нему одну из стопок. — Выпьем?       — За что? Его голос был медленным и медовым, то ли от выпитого алкоголя и позднего вечера, то ли Драко пытался накрутить себе очков харизмы и очарования в чужих глазах. Они оба подняли рюмки с виски, смотря друг другу в глаза, словно безмолвно договорились о соревновании в гляделки. Кто быстрее сдастся и засмущается от настолько пытливого зрительного контакта. Повернувшись к нему всем корпусом, от чего его колени на секунду задели чужие ноги, Гарри немного наклонился вперед, ответив:       — За наше воссоединение?       — Воссоединение? — переспросил Малой, усмехнувшись, но все равно чокнулся с ним рюмкой. — Как скажешь, Поттер. Они залпом выпили виски, который жаркой и сладкой горечью стек по горлу прямо в желудок, разогревая каждого из них еще сильнее. Шмыгнув носом от того, что крепкий алкоголь пробил его на слезы, Гарри потер левый глаз мизинцем и подумал о том, что если еще полчаса назад был готов отправиться домой на боковую, то теперь был вполне не прочь найти какой-нибудь клуб с большой и зажигательной танц-площадкой. Было бы потрясающе, если бы вслед за ним туда оправился и Малфой, потому что очевидно, что никто из них не был настроен на большее, чем едва заметный тихий флирт, но, возможно, атмосфера более раскрепощенного ночного клуба помогла бы им стать более открытыми. Или Поттер придумывал себе то, чего нет, воспринимая переглядки с Драко за взаимную симпатию, когда на деле это могли быть дежурные взгляды легкой заинтересованности человеком, с которым вы когда-то не очень ладили.       — Твои друзья пялятся на нас, — заметил Малфой, когда Ханна и Невилл уж слишком очевидно вытянули шеи, пытались разглядеть их за барной стойкой среди остальных посетившей бара.       — Твои тоже. Панси игриво и нагло подмигнула Поттеру, когда тот посмотрел на нее, и принялась показательно прихорашиваться, копируя фирменные движения Драко, поправлявшего свои волосы. Генри и Блейз принялись миловаться и строить друг другу глазки, а подошедший к ним Дин, которому нужно было забрать оплаченный счет, флиртующие склонился к Теодору, что протягивал ему заполненный монетами кожаный мешочек, и принялся нести какую-то безумную околесицу, вызвавшую у Нотта громкий яркий смех.       — Я дружу с идиотами, — побежденно признал Малфой.       — Они кажутся классными, — искренне произнес Гарри. — Может быть, в следующий раз нам всем стоит сесть за один стол.       — И смотреть на то, как Финниган и Паркинсон наконец-то дорвались друг до друга? — фыркнул Драко, соскользнув с барного стула. — Хотя, это наверняка будет забавно.       — Добавь туда не отлипающих друг от друга Рона с Гермионой и еще Невилла с Ханной, которые никак не могут понять, что их симпатия взаимная. Драко заинтересованно стрельнул глазами на столик друзей Гарри, где семья Уизли была полностью поглощена друг другом, перешептываясь и пьяно обнимаясь, тем самым откровенно намекая своим приятелям, что после бара отправятся прямиком домой. С другой стороны от них на стуле вальяжно развалился Симус, откинувшись на задние ножки, и не сводил очарованного взгляда с Панси, что красовалась перед всем баром своим новым лавандовым платьем, прекрасно зная, что на нее смотрят. Невилл и Ханна все еще пытались издалека разгадать, о чем разговаривали Поттер и Малфой, оба слишком напуганные оставаться друг с другом наедине под влиянием градуса.       — Звучит многообещающе, — иронично протянул Драко и вытащил кошелек из кармана брюк.       — Шоты за мной, это я тебя позвал выпить, — Гарри предупреждающе вытянул руку, останавливая его от того, чтобы отсчитать монеты за виски.       — Такой джентльмен.       — Пытаюсь. Робин, который искоса наблюдал за ними, кивнул сам себе и сделал мысленную пометку записать выпивку на счет Гарри, с которого Дин и Симус никогда не хотели брать деньги, потому что он когда-то помог им с открытым этого места, но он всегда настаивал на оплате. Склонив голову к плечу, Драко оглядел его с ног до головы, от чего по телу Поттера пробежалась горячая волна, и поднял серые глаза обратно к его лицу.       — Было приятно увидеться с тобой.       — Уже пора баиньки, Малфой? — беззлобно поддел его Гарри, поднимаясь со стула.       — Встреча с клиентом с утра. Но ребята, насколько я понял, подумывают о том, чтобы пойти в клуб. Уверен, они будут рады, если вы присоединитесь.       — О, мы будет несказанно рады! Из-за спины Драко плавно выскользнула улыбающаяся Паркинсон, заправив короткую черную прядь за ухо, украшенное несколькими серебряными сережками с драгоценными камнями.       — Что думаешь, Поттер? Пойдете с нами?       — Мне нужно спросить остальных, — бросил Гарри, стараясь не выдать то, как был расстроен из-за того, что Малфой уходил домой.       — Тогда мы ждем. И, пожалуйста, можешь передать миссис Уизли, что это платье шикарно на ней смотрится?       — Это твое платье? — неуверенно протянул Гарри.       — Да, именно поэтому, — лучезарно улыбнулась Панси. Малфой закатил глаза и протянул Гарри руку, чтобы попрощаться.

***

      — Я действительно начинаю думать, что ты снова преследуешь меня, Поттер. Справедливости ради, Гарри даже не заметил появление Малфоя в «Слизень и Джиггер», потому что был слишком сосредоточен на разглядывании, на первый взгляд, абсолютно одинаковых бутыльков с экстрактом бадьяна, представленных на витрине. Темно- бордовая жидкость в стекле с красной яркой этикеткой справа, и точно такая же, но в белой упаковке — слева. И также справедливости ради, если бы Гарри знал, что в помещении находится Драко, то точно бы не вздрогнул от испуга и не схватился за свою палочку, спрятанную в кармане джинс, когда услышал за спиной чужой голос.       — Черт возьми, Малфой! — выдохнул Поттер, приложив руку к сердцу. — Я потерял три года жизни из-за тебя сейчас.       — Вот они, блестящие аврорские навыки, — фыркнул Драко.       — Я не аврор. Это прозвучало чуть резче и грубее, чем Гарри бы хотелось, но он все еще не договорился со своим эго, задетым тем фактом, что его образование в итоге оказалось почти бесполезным, и остро реагировал на то, как окружающие обсуждали, чаще с осуждением и недоумением, то, что Избранный после окончания Академии не присоединился к Аврорату. Еще больше вопросов у магического сообщества вызвала новость о том, что Поттер стал преподавателем Защиты от Темных Искусств в Хогвартсе. Конечно, обучение в лучшем военном учебном заведении страны здорово помогало на его нынешней должности, где ему было необходимо обучать детей способам защиты и тому, как бороться с врагами. Но Гарри раздражало, когда его называли аврором или намекали на разговор о том, что ему все же стоило пойти работать по профессии.       — Я и не имел этого в виду, — спокойно ответил Драко, но Гарри заметил легкое беспокойство в его глазах, будто он не хотел облажаться и задеть его. — Что ты тут делаешь?       — Забегал помочь Рону и Джорджу в магазин, — пояснил Поттер, кивнув на большое решетчатое окно, где в конце Косой аллеи виднелся разноцветный магазин «Всевозможные волшебные вредилки». — А потом решил пополнить свои запасы бадьяна.       — Зачем он тебе?       — Я веду Дуэльный клуб в Хогвартсе. Если Ханна будет обрабатывать детям каждую ссадину и синяк, полученные во время занятий, она скоро задушит меня собственными руками. Заинтересованно склонив голову, Драко убрал руки в карманы прямых черных брюк и еще немного приблизился к нему, потому что в аптеку вбежало несколько молоденьких волшебниц в пышных цветных юбках и с висящими на руках светло-сиреневыми пакетами с рисунком анютиных глазок по краю. Они сразу заметили Драко и Гарри, стоящих у одной из витрин, и смущенно разулыбались и начали тихонько перешептываться, хихикая над чем-то. Поттер, который никогда не понимал, как нужно было реагировать на подобный заигрывающий флирт, неловко повернулся и схватил со стеклянной полки первый попавшийся бадьян. Но его ладонь ловко перехватил Малфой, осторожно вытянув тонкий пузырек с пипеткой и вернув его на место на витрине. Почувствовав себя подростком, которому объект симпатии улыбнулся через стол на обеде в Большом зале, Гарри сжал руку в кулак, чтобы не вытворить что-нибудь глупое, вроде совсем не по-дружески обхватить его за плечо.       — Что ты...       — Тебе не говорили, что лучше покупать зелья у зельеваров, а не в аптеке? — спросил Драко. Гермиона и Андромеда говорили ему что-то об этом. Что-то о том, что в обычных аптеках продавались лекарства и зелья не самого высокого качества, потому что они выпускались массово не совсем уж воодушевленными своей работой волшебниками-фармацевтами. Поэтому и цены на эти товары была достаточно доступными для всех слоев населения. Но волшебники старались покупать зелья, особенно лекарственные, у сертифицированных зельеваров, в идеале Мастеров зелий, потому что их продукция отличалась наивысшим качеством. Андромеда дружила с профессором Чаттерджи, который преподавал у Поттера Зельеварения в Академии авроров, и каждый месяц готовил для малыша Тедди профилактическое Лунное зелье, а Гермиона закупалась у миссис Гардинер, что была одной из лучших студенток Слизнорта и жила где-то в Манчестере, принимая клиентов со всей страны.       — Слышал что-то такое, - ухмыльнулся Гарри. — Но, к сожалению, не знаю ни одного хорошего зельевара. У тебя есть кто-нибудь на примете, Малфой? Раздраженно выдохнув и закатив глаза, Драко заставил Гарри радостно рассмеяться от той неожиданной легкости, что была в их разговоре, несмотря на бывшую вражду, десять лет разлуки и не совсем дружеский разговор в прошлую среду. И Поттер подумал о том, что все же ему действительно стоило перестать топтаться на месте и начать прощупывать почту их возможных отношений. Даже если в итоге окажется, что Малфой вовсе и не был в нем романтически заинтересован, он мог получить хорошую дружбу или, на худой конец, какой-то опыт.       — Есть один маг, — чопорно сказал Малфой, вскинув подбородок. — Очень талантливый Мастер зелий. Ты не пожалеешь.       — Думаешь? Я могу полагаться на твою рекомендацию?       — О, не сомневайся, Поттер. Я настоятельно его тебе рекомендую. Возможно, Драко также не надеялся получить от общения с Гарри всего лишь дружбу. По крайней мере, Поттер надеялся, что произнесенные им слова были флиртом, а не просто попыткой Малфоя заполучить себе еще одного обеспеченного клиента.       — Тебе нужен только бадьян? — спросил Драко, бросив взгляд легкого отвращения на темные бутыльки на витрине.       — Наверное. Я больше особо ничем не пользуюсь, — пожал плечами Гарри.       — Рад слышать. Я приготовлю тебе небольшую партию.       — Когда я смогу забрать? — и Гарри вдруг осмелел, предложив, — или я бы мог помочь тебе? Удивленно улыбнувшись, Драко осмотрел его с ног до головы знакомым внимательным взглядом.       — Насколько я помню со времен Хогвартса, Зелья не были твоей сильной стороной. Или что, профессору Чаттерджи удалось влюбить тебя в эту науку?       — Совсем нет, — рассмеялся Гарри, вспомнив долгие нудные пары в Академии. — Но, может быть, у тебя получится влюбить меня. В Зелья. А вот это, кажется, уже был перебор. В панике улыбнувшись, чтобы загладить собственный же шок от сказанной им фразы, Гарри дернулся в сторону, когда провизор аптеки, пожилой волшебник в бутылочного цвета пыльной мантии, прошаркал к витрине с заживляющими средствами, возле которого они застряли.       — Я очень постараюсь, — медленно проговорил Драко, обхватив его за плечо и потянув в сторону, чтобы освободить фармакологу дорогу. — Сможешь прийти завтра? Где-то в обед.       — В мэнор? — выдохнул Гарри, согласный прийти куда угодно. — Да, я все равно ничем не занят во время каникул.       — О’кей, тогда буду ждать тебя завтра. До встречи, Поттер. И Малфой захватил со стойки кассы небольшой крафтовый пакет, непонятно откуда там взявшийся, и, бросив Гарри еще один долгий взгляд, вышел на улицу.

***

Ожидаемо, Малфой не позволил ему лезть к приготовлению того же самого зелья, которым занимался сам, но любезно предоставил ему отдельный оловянный котел, разделочную доску, мерные стаканы и все остальные инструменты, предложив Гарри в конце самому оценить разницу между двумя магическими заживляющими эликсирами, один из которых сделан Мастером, а второй — дилетантом. В ответ Гарри закатил глаза и швырнул в него пучок свежего бадьяна.       — Сколько его нужно настраивать?       — Три дня, — на автомате ответил Драко, уменьшив огонь под своим котлом. Он вряд ли подозревал, что своим сухим профессионализмом и спокойным голосом, которым объяснял все детали приготовления экстракта бадьяна, развивал у Гарри сильнейшую сексуальную фантазию. Особенно учитывая то, что на нем снова была футболка, не мешающая разглядеть всю красоту его татуировки дракона, а также сильные жилистые руки. Образ дополнял серо-зеленый фартук, повязанный вокруг его талии, который наводил на уж совершенно бесстыдные мысли и картинки в его голове, поэтому Поттер предпочитал больше слушать, чем смотреть, что Малфой делал, иначе не смог бы уснуть этой ночью.       — Мне кажется, что я неправильно что-то делаю, — хмуро пробормотал Гарри, заглянув в свой котел. Сырой экстракт бадьяна, если верить «Расширенному курсу Зельеварения за шестой курс», что насмешливо вручил ему Малфой, должен был иметь ярко-изумрудный цвет, глянцевую зеркальную поверхность и консистенцию, как у обычной воды, и только после трехдневного настаивания приобретал классический бордовый цвет и становился более густым. Но его зелье имело легкий золотистый оттенок, про который Драко не сказал ни слова в процессе всего приготовления.       — Давай я посмотрю. Протерев руки хлопковым платком, что драматично висел в кармане на груди его фартука, Малфой обошел длинный стол с разнообразным стеклянным и золотым оборудованием для приготовления зелий, к которому Гарри боялся прикоснуться, и приблизился к его котлу. Это заставило Гарри капризно сморщиться и отступить на шаг в сторону, чтобы уступить ему место, что слишком остро напомнило ему об уроках в Хогвартсе, когда Снейп или Слизнорт проверяли успешность выполнения заданий, и о парах в Академии аврората, на которых Чаттерджи каждый раз кривил губы перед тем, как получал в руки образец зелья Поттера. Драко зачерпнул ложкой часть его сырого экстракта бадьяна, придирчиво склонившись к горячему котлу и нахмурив светлые брови. Инстинктивно сжавшись в ожидании замечаний, Поттер сложил руки на груди, не заметив, как испачкал свою белую футболку в ярко-розовом соке смоковницы.       — Ты передержал его на огне, — заключил Драко, отправив ложку в раковину.       — Разве ты не сказал, что его нельзя снимать с огня? — с сомнением протянул Гарри.       — Да, но нужно было выкрутить огонь до минимума, когда ты добавил корень аира. Раздраженно простонав от того, что за всю его жизнь он приготовил удачных зелий меньше, чем было пальцев на одной его руке, Поттер взял со стола свою волшебную палочку, чтобы испарить брак, но Драко знакомым жестом перехватил его ладонь, возмущенно спросив:       — Что ты собрался сделать?       — Избавиться от него? — недоуменно буркнул Поттер, когда Драко мягко отпустил его руку.       — Зачем? Его еще можно исправить. Снейп порой собственноручно испарял неудачные зелья своих студентов, произнося безжалостное Эванеско над их котлами, а Слизнорт, обнаружив ошибки в работе ученика, лишь сочувствующие качал головой и предлагал начать все заново. Чаттерджи был чуть более лояльным в этом плане, но один его разочарованный взгляд заставлял Гарри выливать все содержимое котла в раковину и возвращаться к толстенному учебнику в попытках разобраться, на каком именно этапе он облажался.       — Исправить? — тупо переспросил Гарри.       — Это не настолько сложное зелье. Конечно, оно будет менее качественное, но царапины и ссадины твоих студентов уж точно сможет подлатать. Уменьшив огонь под дном котла, Драко молча призвал себе колбу с чистой водой и медленно влил его в чужое зелье, помешивая против часовой стрелки. Гарри совершенно бесстыдно завис, не отрывая зачарованного блестящего взгляда с чужого профиля, думая, что да, его Чертов экстракт бадьяна получится не самым лучшим, но ему удалось запомнить большую часть рецепта еще на первом объяснении Малфоя, а потом лишь оставалось полагаться на его корректировки. Он даже не заглядывал в издевательски предоставленный ему хогвартских учебник, хотя пять лет Зельеварения в Академии под предводительством Чаттерджи выдрессировали его никогда не терять из руки книгу с подробной инструкцией.       — Ты правда не хочешь преподавать Зелья в Хогвартсе? — все же решился спросить Гарри.       — Я все ждал, когда же ты снова заговоришь на эту тему, Поттер, — фыркнул Малфой, взмахнув над его зельем волшебной палочкой, чтобы отследить его температуру.       — Я серьезно. Это был самый классный урок Зельеварения в моей жизни, — искренне произнес профессор Защиты, бездумно играясь с мерными весами.       — То есть ты бы смог приготовить экстракт бадьяна самостоятельно?       — Скорее да, чем нет, — нахально улыбнулся Поттер. — Но моя проблема в том, что я больше пялился на тебя, чем пытался чему-нибудь научиться. Вряд ли у хогвартских студентов будет такая же проблема.       — Я очень надеюсь на это, — фыркнул Драко, бросив Гарри острый взгляд из-за замеченной попытки заигрывания. — Но мой уровень терпения к твоим ошибкам очевидно будет отличаться от уровня терпения к ошибкам каких-нибудь гриффиндорцев- третьекурсников.       — Не было нужды уточнять про гриффиндорцев.       — Это чтобы ты яснее представил себе картину. Усмехнувшись и боднув Малфоя в плечо, Гарри оттеснил его со своего рабочего места и снова взглянул на вроде как пока еще не совсем испорченное зелье, прикинув в голове, что можно было сделать, чтобы привести его в порядок. Раз он случайно переварил его, а Драко добавил свежей воды, пытаясь исправить, значит, теперь экстракт был более разбавленным, чем нужно было для необходимой концентрации лечебных веществ в его составе. Задумчиво потянувшись к белым ароматным цветкам бадьяна, Поттер услышал одобрительное хмыканье сбоку от себя и принялся увереннее нарезать ингредиенты.       — Молодец, — похвалил его Драко, хлопнув по плечу. — Только не добавляй слишком много. И еще три капли смоковницы. Кивнув, Гарри последовал инструкциям Малфоя, внутренне радуясь тому, что в Дуэльном клубе вскоре будут пользоваться бадьяном, который он приготовил для всех его участников своими руками. Естественно, он всеми возможными способами старался избегать того, чтобы школьники получали ранения во время занятий кружка, но зачастую его одного не хватало для того, чтобы уследить за всеми. В итоге это привело к тому, что теперь в клуб принимались ученики с третьего курса и старше, потому что совсем младшие, хоть и не знали никаких серьезных заклинаний, также и не очень-то старались следовать элементарным правилам безопасности. МакГонагалл настоятельно порекомендовала Поттеру привлечь к управлению кружком кого-нибудь еще из преподавателей, но ему в голову не приходил никто, кроме Невилла, но тот был слишком увлечен своими теплицами и исследовании по селекции новых сортов Мандрагоры. И еще мечтаниями о Ханне Аббот, конечно же.       — Сколько я буду тебе должен? — спросил Гарри, высыпав нарезанный бадьян в котел.       — За что? Поттер улыбнулся, услышав угрожающие нотки в чужом голосе.       — За зелья.       — Еще будут блестящие предложения, Поттер? — иронично спросил Малфой, прикрыв крышкой свое зелье и наслав на плиту заклинание таймера, чтобы она выключилась через несколько часов. — Ничего ты мне не должен.       — Но я использовал ингредиенты из твоих запасов. И ты мог работать над чем-то другим вместо того, чтобы готовить со мной чертов бадьян. Посмотрев на него, как на полного придурка, Драко снял с себя фартук и отправил его заклинанием обратно на деревянный крючок на стене, а сам приблизился к раковине. Гарри поспешно отвел взгляд от сильных длинных рук, чтобы в последний раз помешать свое зелье одиннадцать раз против часовой стрелки и накрыть его крышкой.       — Вообще, я тут подумал, что мне еще не помешает зелье для защиты комнат? Или как оно там правильно называется. Мой кабинет в Хогвартсе взламывали трижды, а любые запирающие чары моя дверь почему-то отторгает.       — О’кей, — безразлично отозвался Малфой, будто приготовление настолько сложного зелья не представляло для него никакого труда. — Мне понадобится пару недель.       — Без проблем, — хмыкнул Гарри, цепляясь за эту возможность. — Я могу приходить помогать?       — Конечно, — легко улыбнулся ему Драко, собирая свои новые инструменты, чтобы помыть их перед приготовлением следующего заказа. — Если не будешь мешать, иначе это затянется надолго.       — Я никуда не тороплюсь. Уровень заигрываний достиг точки, после которой либо нужно было переходить к открытым действиям, либо сдавать назад, пока не стало неловко. Поэтому Гарри улыбнулся взглянувшему на него Драко и стянул с себя второй фартук, предложив выпить по лимонаду.

***

      — Как ты думаешь, кто станет новым деканом Слизерина? Драко, который сосредоточенно читал письмо на французском от одного из своих иностранных клиентов, являющегося вампиром и нуждающегося в Отваре железа и соли, чтобы сдержать свою жажду, вскинул вопросительный пустой взгляд на Гарри. Они с комфортом устроились в беседке на заднем дворе мэнора, и теперь Поттер утопал в мягких пуховых подушках, что ему услужливо принес Пинки вместе со своим фирменным лимонадом и сэндвичами с хрустящем корочкой. Вообще, это Малфой вышел утром на улицу, чтобы разобрать свою утреннюю почту и ознакомиться со свежим номером «Ежедневного пророка», но Гарри бесцеремонно ворвался в его тихую рутину, потому что ему было слишком скучно торчать дома на летних каникулах.       — Что? — переспросил Малфой.       — Раз Слизнорт уходит из школы, Слизерин останется без декана, — Поттер хитро растянул губы в улыбке и закинул руки за голову, удобно откинувшись на подушке. — Ты же слизеринец. Вот я и спрашиваю, кто, по твоему мнению, подходит на эту должность. Гарри в любом случае планировал этим днем навестить Малфоя, потому что они собирались начать работу над запирающим зельем для его хогвартского кабинета, но поторопило его полученное от МакГонагалл письмо, в котором директриса спрашивала о том, какой ответ Малфой дал на предложение занять должность преподавателя Зельеварения. Помимо него у нее на примете было еще два кандидата, Минерва условилась встретиться с ними в Хогвартсе ближе к концу недели. По сути, Поттеру было все равно, кто станет новым преподом в школе, пока этот волшебник не будет доставлять никому проблем. У него получалось сохранять профессиональные дружелюбные отношения со всеми коллегами, кроме того же Слизнорта, что покидал свою должность, и Флитвика, потому что они когда-то сами обучали его и не могли до конца серьезно его воспринимать. Здорово помогало то, что в школе вместе с ним работали Невилл и Ханна, а также Алисия Спиннет, которая сменила профессора Трюк на месте тренера несколько лет назад. Однако вопрос нового декана Слизерина был для него более волнителен по ряду причин.       — Деканом факультета должен быть слизеринец, — твердо заявил Драко, убрав письмо обратно в конверт и взяв со стола чистый лист пергамента. — Среди преподавателей есть еще слизеринцы? Я давно перестал следить за новостями из Хогвартса, там наверняка много что изменилось.       — Профессор Дамори, — Гарри вспомнил неразговорчивую, но харизматичную волшебницу с дерзкими голубами глазами. — Она преподает Алхимию. Ну, и, может, новый преподавателем Зелий будет слизеринцем, кто знает?       — Мерлин, Поттер, — Малфой принялся писать ответ своему клиенту, бросив на Гарри взгляд исподлобья. — Тебе нужно было стать дипломатом, а не учителем. Усмехнувшись, Гарри устроил почти пустой стакан лимонада, где медленно таяли кубики льда с замороженной в них мятой и розмарином, на своем животе и прикрыл глаза от яркого солнца. Напротив него Малфой, который бросал все силы на то, чтобы сохранить свою мертвенную аристократичную бледность в ее первозданном виде, наложил на себя защитное заклинание и наколдовал большой черный зонт, что закрывал его от обжигающий лучей.       — Кто сейчас вообще деканы факультетов? — спросил Драко, подписывая светло-серый картонный конверт.       — Ну, Слизнорт заведовал Слизерином, но это поменяется в следующем году, — размеренно начал Гарри. — Флитвик все еще работает, так что Когтевран за ним. На Пуффендуе профессор Хантсман, он преподает Уход за магическими существами. И... на Гриффиндоре профессор Олдридж.       — Ты не его фанат, судя по всему, — проницательно сказал Драко, заметив эту паузу. Поттер неопределенно пожал плечами, повернув голову к цветущей яблоне, где заходились в утренней песне семья свирелей. В профессоре Олдридж, который сменил МакГонагалл на посту преподавателя Трансфигурации, действительно был мастером своего дела. Даже мастером с большой буквы «м». Его пары проходили блестяще, студенты и сама директриса были им более чем удовлетворены, но когда Минерва предложила ему пост декана Гриффиндора, он не выразил никакой радости или желания заполучить эту должность. Он не нес за своих студентов почти никакой ответственности, не помогал ребятам зарабатывать больше очков для своего факультета, с безразличием выдавал разрешения на посещение Хогвартса или бронь квиддичного поля для команды, поэтому ожидаемо, что вскоре гриффиндорцы привыкли справляться со всем самостоятельно. Когда в школу пришел Гарри, то за ужином, где красно-золотые приветствовали его громкими радостными аплодисментами, Невилл заговорщицки прошептал ему на ухо, что теперь все будут надеяться, что он сменит декана. На справедливый вопрос, почему Лонгботтом не предложил МакГонагалл свою кандидатуру, потому что гриффиндорцы проявляли к нему глубокое уважение, друг лишь со смехом ответил, что не видел себя на позиции лидера.       — Потому что МакГонагалл готова была в лепешку разбиться ради нас. Хотя она была первая, кто отчитывал нас за все. Снейп покрывал вас во всем. Флитвик и Стебель всегда заботились о своих факультетах, а ему... Ему просто все равно.       — А что МакГонагалл говорит об этом? — спросил Малфой, запечатав конверт и отдав его молодому энергичному филину, который все это время сидел на ограждении ротонды и вычищал свои черные перья.       — Надеюсь, думает о том, чтобы сменить декана факультета.       — Ты был бы отличным деканом для Гриффиндора, — искренне произнес Драко. — Не думаю, что кто-либо волнуется об этом факультете сильнее тебя во всем Хогвартсе.       — Не знаю, - усмехнулся Гарри. — Я и так уже веду Дуэльный клуб помимо Защиты... Не уверен, что смогу потянуть еще и должность декана.       — Ну, тогда Гриффиндором продолжит управлять этот... как ты его там назвал...       — Профессор Олдридж.       — Неважно. Уверен, это пойдет на руку Слизерину, — тонко улыбнулся Малфой, вскрывая заклинанием новый конверт. — Сколько кубков школы вы уже потеряли за последние несколько лет?       — Я посмотрю на то, как будут обстоять дела у Слизерина с приходом нового декана, — вернул ему шпильку Гарри. Ничего на это не ответив, Драко вернулся к чтению своей утренней почты и составлению ответов для заказчиков.       — А если серьезно, — вдруг начал Поттер. — Ты подумал о предложении МакГонагалл? Обещаю, что это последний раз, когда я спрашиваю об этом. И постараюсь больше не шутить об этом.       — Как самоотверженно, — закатил глаза Драко.       — Я могу раздражать тебя другими способами, у меня довольно богатая фантазия.       — Да что ты? — подхватил его флиртующий тон Малфой, но через секунду снова стал серьезным. — Я правда не думаю, что я подходящий человек на место преподавателя Хогвартса.       — Может быть тебе все же стоит встретиться с директрисой МакГонагалл? Она явно лучше обрисует тебе всю картину, чем я. Многозначительно посмотрев на его, Малфой потянулся к столу и поднял с него уже распечатанный конверт, который Гарри до этого не заметил. На нем была восковая бронзовая печать с гербом Хогвартса и знакомая подпись изумрудными чернилами.       — Она пригласила меня поговорить в пятницу, — объяснил Драко, отложив конверт обратно.       — И что ты решил?       — Пока ничего, — коротко ответил Драко. — Думаешь, стоит согласиться?       — Черт возьми, Малфой, — нетерпеливо выдохнул Гарри. — Если ты станешь работать в Хогвартсе, жизнь там станет намного интересней. Не только для меня, но и для студентов. Плюс, ты профессиональный Мастер зелий и смог бы стать деканом Слизерина.       — Просто скажи, что хочешь видеть меня каждый день в черной мантии, — зельевар отложил белое длинное перо и потянулся за расплавленным воском, чтобы поставить свою печать.       — Зачем говорить об очевидном? Они разделили еще один долгий взгляд, но Драко вернулся к разбору своей корреспонденции. Некоторое время между ними стояла комфортная умиротворяющая тишина, во время которой Малфой ответил на все полученные им письма и принялся строчить несколько своих, ограничиваясь емкими сдержанными фразами для ведения своих переписок, Пинки принес им еще лимонада, Эвр, третий эльф-домовик мэнора, затеяла масштабную работу в саду, а Поттер почти уснул на горе подушек. Поэтому, чтобы хоть немного взбодриться, он сел прямо и заметил, как зельевар вытащил из одного из конвертов салатовый банковский чек.       — Я придумал, как я могу отплатить тебе за твои зелья, — вдруг сказал Гарри, в очередной раз доверившись своему инстинкту.       — Если ты собираешься предложить мне деньги — Луи проводит тебя к воротам, — вкрадчиво произнес Драко, не отвлекаясь от своих писем.       — Нет. Сходишь поужинать со мной завтра? Это смогло отвлечь Малфоя от его чертовых клиентов с их проклятыми запросами. На что Гарри и рассчитывал, улыбнувшись, когда Драко вскинул голову, наконец-то посмотрев на него, но он буквально на ходу продумывал собственное предложение сходить на свидание, вспоминая планы на завтра.       — Ужин?       — Да. Я буду занят весь день, поэтому не смогу прийти и помочь с зельями. Но я подумал, что будет классно, если мы сможем сходить поужинать?       — Конечно, — спустя несколько секунд ответил Малфой, отложив свое чертово белое перо. - С радостью.       — Я зайду за тобой часиков в семь, о’кей? — улыбнулся Гарри, дождавшись кивка. — А теперь заканчивай уже со своей почтой, святой Мерлин, я умираю со скуки.

***

Он обещал себе захлебнуться слюнями от вида Малфоя позднее. Что же, тот предоставил ему потрясающую возможность для этого. Легкая льняная рубашка кремового цвета с продольными золотыми полосками свободного кроя, что была на размер больше нужного и давала простор воображению для размышления над тем, что именно она скрывала. Верхняя пуговица расслабленно расстегнута, но все же они пришли в ресторан, а не в клуб или бар, поэтому совсем раскрепощаться зельевар не собирался, зауженные черные брюки с кожаным змеиным ремнем и начищенные до блеска оксфорды. Видимо, Драко не очень любил демонстрировать свои татуировки на публике, поэтому предпочитал длинные рукава, чтобы привлекать к себе меньше внимания. Из украшений на нем были несколько серебряных и платиновых колец, цепочка с кулоном из черного бриллианта и серьга-кольцо в левом ухе.       — Меню у тебя в руках, Поттер, — самодовольно протянул Малфой. Выйдя из оцепенения, Гарри несколько раз моргнул, чтобы вернуть своему взгляду осознанность, и опустил глаза на раскрытые страницы с ассортиментом блюд любимого французского ресторана Гермионы в Челси, где он забронировал столик для них двоих.       — Ты выглядишь куда аппетитнее, — честно заявил Поттер.       — Поверь, ты тоже выглядишь куда интереснее, чем говядина по-бургундски, но официант крутится вокруг нас уже минут десять. Вышеупомянутый официант, словно в подтверждении слов Драко, снова прошел мимо их столика, бросив на них внимательны пытливый взгляд, и Гарри, тяжело вздохнув, все же решил сосредоточиться на выборе блюд. Сказанный Малфоем комплимент крутился у него в голове, и Поттер попытался слишком уж широко не улыбаться, потому что потратил на свой образ чертовых два часа, попытавшись выглядеть хотя бы приближенно к той элегантности и утонченности, что сопровождали каждый выход Драко. Обычно одевающийся в разноцветные футболки и рубашки и удобные джинсы, для этого вечера Гарри выбрал темно-синее поло и бежевые чиносы, которые заставляли его чувствовать одновременно и дискомфорт, и уверенность. Браслет из перламутровых жемчужин, что Тедди сделал для него прошлым летом, тонкое обсидиановое кольцо на указательном пальце и наручные часы отца, он попытался усмирить свои волосы с помощью геля ультра-сильной фиксации и вспомнил о парфюме, что Джинни подарила ему на Рождество.       — Готовы сделать заказ? — официант, судя по всему, достиг лимита своего ожидания и подошел к, их столику с блокнотом в коричневой кожаной обложке. Драко вызвался говорить первым, произнося названия французских блюд идеально, с тонким флером акцента южного побережья Ниццы, на что официант восхищенно улыбнулся и проникся к их столику еще большей симпатией. Которая ранее основывалась только на ожидании приличных чаевых. Гарри, чувствуя себя на их фоне неотесанным аборигеном, заказал то, что обычно брал, когда ходил сюда ужинать вместе с четой Уизли. Это помогло ему избежать ошибок в совершенно ему непонятных иностранных словах и снизило вероятность выставить себя полным дураком. Ему предстояли еще сотни поводов для этого впереди.       — Как продвигается твоя работа над зельем по восстановлению сознания? Драко выглядел искренне удивленным этим вопросом, потому что они с Гарри его исследования особенно не обсуждали. За приготовлением экстракта бадьяна или запирающего зелья они больше болтали о жизни Малфоя во Франции и его обучении у разных Мастеров зелья, о днях Поттера в Академии авроров и смешных случаях с хогвартскими студентами, вспоминали свои школьные дни и беззлобно сплетничали о друзьях. Ему удалось лишь однажды краем глаза увидеть стопку пергаментов, которые Драко оставил в своей лаборатории, где были различные заметки про органические изменения сознания людей, подвергшихся многократным воздействиям двух из трех Непростительных заклинаний. Но Гермиона постоянно выписывала себе научные журналы, и месяц назад в одном из выпусков вышла короткая статья про опыты Малфоя над различными составами, так что Гарри не выставлял себя уж таким большим сталкером.       — Пока застрял, — с досадой признался Малфой, сделав глоток вина. — Действие очень слабое и много побочных эффектов.       — Побочных эффектов? На ком ты его проверял?       — На себе. В шоке вытаращив глаза, Поттер обрадовался тому, что не успел последовать примеру Малфоя и попробовать божоле, потому что точно бы подавился им. От греха подальше он отставил тонкий бокал подальше от себя и наклонился ближе к столу, в голове стараясь сформулировать как можно более цензурное вопросительное предложение в попытке узнать, не сошел ли Драко с ума со всеми своими исследованиями.       — Попался? — нахально ухмыльнулся Малфой. — Есть магические методы для проверки качества зелья. Они не идеальные и не показывают на сто процентов, как зелье будет себя вести, если его примет волшебник, но этого достаточно на начальных этапах разработки нужного состава.       — Придурок, — выдохнул Гарри, за что получил косой взгляд от официанта, что принес им горячее.       — Нельзя быть таким доверчивым, — с улыбкой предупредил Драко, расправив салфетку на своих коленях.       — Да иди ты... То есть ты думаешь, что проблема в составе?       — Большое количество побочных эффектов говорит о том, что проблема в самих ингредиентах. Либо они не сочетаются, либо в процессе приготовления зелья начинают проявлять токсические свойства. Из этого впоследствии вытекает, что и сам алгоритм приготовления зелья может быть неверным. Поэтому просто нужно пробовать много разных вариантов.       — Звучит очень весело, — саркастично протянул Гарри, вызвав смех у Драко. Но после этого он искренне попросил рассказать побольше об этом исследовании, и Малфой начал объяснять, сначала с большой долей скепсиса к чужому интересу, потому что кому вообще захочется слушать про изобретения зелья от последствий Круциатуса и Империо, но постепенно расходился все больше, погружаясь во все, даже самые мелкие подробности. Драко упомянул о том, что этот проект зародился в Страсбурге полтора года назад, когда ему пришло письмо с подтверждением лицензии Мастера в Англии. Он уже давно раздумывал над тем, чтобы вернуться на родину и продолжить работу там, но все ждал одобрения от местного Министерства, что его профессиональные качества были признаны. После этого Малфой собрал свои вещи и переехал обратно в мэнор, зная, что дома найдет больше ресурсов для продвижения своего исследования.       — А ты связывался с профессором Чаттерджи? — спросил Гарри, млея от вкуса своего рататуйя. — Уверен, он смог бы тебе чем-нибудь помочь.       — Он мой научный куратор, — хмыкнул Драко. — И тот, кто принимал мою аттестацию на сертификат. Я могу попросить у него помощи, но для начала мне нужно собрать хоть какой-то материал.       — Тогда у меня закончились блестящие идеи. Ученый из меня никакой.       — А преподаватель? Расскажи мне об этом. И Гарри был чертовски очарован, потому что Драко внимательно и охотно слушал о том, как напуганный до икоты Поттер проводил свое самое первое в жизни занятие по Защите от Темных Искусств у пятого курса Гриффиндора и Пуффендуя, решив рассказать им о барьерных заклинаниях и их разновидностях. Он со смехом вспомнил, что у него от нервов получилось наколдовать щит Протего для демонстрации только со второй попытки, что вызвало у Драко широкую веселую улыбку. Рассказал о том, что самым сложным оказалось организовать отработку практических навыков, особенно у старшекурсников, потому что они привыкли изучать все заклинания только в теории, что Гарри категорически не устраивало. Поэтому он выпросил у МакГонагалл разрешение возродить Дуэльный клуб и теперь разбирался, чему именно обучать ребят в его рамках. У него не было острой необходимости показать им все защитные и боевые заклинания, как это было с Отрядом Дамблдора, но все же ему хотелось, чтобы хогвартские студенты не выходили из школы совсем беспомощными.       — Больше всего я ненавижу всю эту бумажную работу, — пожаловался Поттер, придвинув себе тарелку с шоколадным десертом.       — Если ты станешь деканом, ее будет еще больше, — предупредил Драко, вспомнив их вчерашний разговор про проблему с главами факультетов Хогвартса.       — Не факт, что я им стану. Один из кандидатов на преподавателя Зелий гриффиндорец... Прости, — спохватился Гарри.       — За что ты извиняешься? — с улыбкой спросил Малфой. — Я еще ни на что не согласился.       — Ты встречаешься с МакГонагалл завтра? Я буду там с утра.       — Зачем?       — Невиллу нужно приготовить теплицы к новому учебному году. Мы с Хагридом договорились помочь ему.       — Тогда, возможно, мы завтра пересечемся. В субботу же вы не пойдете никуда с друзьями? Из-за твоего дня рождения. Естественно, все магическое сообщество Британии знало, когда родился Национальный герой и Победитель Второй магической войны, это не было каким-то секретом. Но, ожидаемо, мозг Гарри взорвался фейерверками радости и своеобразной гордости влюбленного от осознания того, что предмет его симпатии уделял ему столько значения, что помнил о дне его рождения. Он не планировал как-то грандиозно отмечать этот праздник, просто хотел собраться в кругу самых близких и хорошо провести время, а этим вечером как раз планировал включить Малфоя в программу субботнего вечера.       — Нет. Я собираю друзей у себя на ужин... Я как раз собирался сегодня пригласить тебя.       — Правда? — удивленно спросил Драко.       — Да, — улыбнулся Гарри. — Можешь взять своих ребят тоже. Мы просто соберемся у меня, я приготовлю что-нибудь, поболтаем, выпьем, Симус и Рон может быть разведут нас на какие-нибудь настолки, в результате чего все поссорятся...       — Звучит многообещающе. Я буду.

***

Им не удалось пересечься в Хогвартсе, потому что к моменту, как Драко закончил свое собеседование с МакГонагалл, Гарри и Невилла утащил в Запретный лес Хагрид, обнаруживший пару дней назад, что местное стадо единорогов разбрелось по всей чаще, рискуя тем самым по одиночке попасться в лапы хищников или браконьеров. Наверно, это было к лучшему, потому что на фоне вчерашнего свидания Поттер выглядел далеко не лучшим образом, измазанный в черной почве, пахнущий кислыми удобрениями и вспотевший в тех местах, о которых было стыдно говорить в приличном обществе. После учебы в Аврорате и год работы в Хогвартсе он привык просыпаться достаточно рано, поэтому уже в девятом часу утра прохаживался по рядам маггловского супермаркета, что находился в квартале от его квартиры, пытаясь не забыть все ингредиенты, необходимые для приготовления йоркширского пудинга. На него оценивающе взглянула пожилая женщина, заметив его наполненную до отказа металлическую тележку, а дети одобрительно замычали, когда Гарри забросил к своим покупкам пару упаковок кислого мармелада и кукурузные сырные чипсы, поэтому поход в магазин можно было считать успешным. После оплаты он незаметно для немагов наложил на свои пакеты заклинание левитации и, благодарно улыбнувшись кассиру, что всегда помогал ему аккуратно сложить продукты, отправился домой, зная, что Ридженс, его домовой эльф, уже активно занималась чисткой швов между плиткой на кухне с помощью его старой зубной щетки. Поместье Блэков не подлежало полному восстановлению, от фундамента до шпиля на крыше пропитанное темной магией и из-за нескольких лет заброшенности постепенно разрушающееся из-за ослабевающих поддерживающих чар. Поэтому Гарри принял решение передать дом на Площади Гриммо под контроль Министерства магии, которое надежно скрыло его от чужих глаз и преобразовало в своеобразный памятник древнейшему чистокровному роду Англии. Сам же Поттер подыскал себе небольшую квартирку возле самого красивого парка в Лондоне и учился жить самостоятельно, ранее лишенный этой роскоши. Ему здорово помогала Ридженс, которую он взял на работу спустя полгода после своего переезда, и несмотря на то, что они жили в маггловском районе города, домовик отлично справлялась с поддержанием не только порядка и уюта, но и магического барьера, защищающего их от любопытных людей и еще более приставучих волшебников, желающих узнать побольше о личной жизни Национального героя. Поставив мариноваться мясо и еще раз перепроверив, что купил все необходимое, Поттер решил помочь Ридженс в уборке квартиры, принявшись собирать забытые то тут, то там вещи, но эльфа это довольно быстро начало раздражать, поэтому она выгнала его в кабинет, чтобы не мешал. Это означало, что Гарри пришлось заняться разбором своей почты, которая в день его рождения была в несколько раз больше обычного, и от количества произнесенных им заклинаний, проверяющих на наличие следов темной магии или зелий, его совсем скоро начало тошнить. Писем от близких было не так много, потому что сегодняшним вечером Поттер отмечал праздник в компании друзей, а завтра его ожидал грандиозный ужин в Норе под руководством Молли Уизли. Но его порадовали теплые поздравления от коллег из Хогвартса и однокурсников из Академии, позабавил огромный конверт от Полумны и ее жениха, писавших ему откуда-то из Южной Африки и заставило закатить глаза претенциозное торжественное послание от Министерства магии. Несмотря на то, что его адрес проживания был неизвестен широкой публике, некоторые фанаты содержали слишком уж умных сов, способных найти человека лишь по имени, поэтому такие письма мгновенно отправлялись в огонь. Он как раз занимался тем, что с каким-то садистски удовлетворением наблюдал за тем, как дотлевал громовещатель, напоследок пропищавший что-то о том, как она влюбилась в его улыбку с обложки «Ведьминского еженедельника», когда Ридженс с хлопком появилась в его кабинете, прибранном ею в самую первую очередь, и недовольно поджала губы, увидев забитый разноцветными лентами и блестящей упаковкой камин, неровные стопки писем на столе и его измазанные в фиолетовых чернилах пальцы.       — К вам пришел мистер Малфой, — сообщила она, щелчком пальцев усилив огонь за железной решеткой.       — Малфой? — удивленно переспросил Гарри, посмотрев на наручные часы. Они показывали третий час, когда все гости должны были начать собираться только к шести. Быстро осмотрев себя и придя к выводу, что все равно не успеет переодеться во что-то более приличное, чем серые спортивки и растянутая алая футбола с эмблемой квиддичной команды Академии авроров, Поттер сказал Ридженс, что откроет дверь сам, и поспешно выбежал в коридор. Эльф лишь проводила его невпечатленным взглядом и принялась ожесточенно рассортировывать его почту на уже прочитанные письма и те, что еще не были вскрыты. На скорую руку попытавшись поправить свои непослушные волосы, которые он еще не успел сегодня попытаться расчесать, Гарри отрыл входную дверь, пораженно вздохнув. Большой букет огненных ароматных лилий в белой пергаментной упаковке и мягкая улыбка на лице Малфоя, что протянул ему цветы и сказал:       — С днем рождения.       — Привет. Спасибо, — широко улыбнулся Гарри, забрав букет. — Проходи. Ты чего так рано? Драко зашел за ним в прихожую, выглядя незаконно потрясающе в черных рубашке и брюках. Он с любопытством осмотрел довольно простое оформление, пока Поттер пытался не сожрать его глазами, не представляя, как он может спокойно провести эти несколько часов почти наедине с Малфоем, пока не прибудут его друзья. Почему-то в мэноре это было значительно легче, возможно из-за того, что он не давал себе расслабиться в окружении дорогой мебели, портретов чужих предков, роскошного королевского сада и сложной запутанной лаборатории. А свою квартиру Гарри знал наизусть, поэтому чувствовал себя комфортно и свободно, что могло привести к тому, что он не сможет сдержать себя в руках в какой-то момент.       — Ты сказал, что будешь сам готовить ужин, — ответил Драко. — Я думал, что смогу помочь, раз ты помогал мне готовить зелья все эти дни.       — Я просто набирал для тебя воду и нарезал ингредиенты. И то не все, — фыркнул Гарри, направившись в сторону гостиной. Ридженс уже подготовила большую хрустальную вазу, наполненную прохладной водой, куда Поттер поставил лилии, наложив на них чары свежести.       — Жди от меня примерно такой же помощи. Я полный ноль в готовке.       — Значит пришла пора мне чему-нибудь тебя научить, — заискивающе протянул Гарри. К счастью Поттера, Малфой совсем не врал когда говорил, что ничего не смыслит в приготовлении еды, поэтому ему предоставилась замечательная возможность объяснять и показывать ему каждый шаг. Что означало, что Драко все время на него смотрел, они соприкасались руками, когда Гарри помогал ему что-нибудь нарезать или смешивать, а от жара плиты и духовки чужие щеки очаровательно порозовели. Ридженс притащила им маггловское радио, которое Поттер предпочитал магическому, и включила им станцию с популярной сейчас в Англии музыкой. Малфой ее слышал впервые, но не высказал ничего против, тихонько кивая в головой в такт неизвестным мелодиям и переспрашивая, все ли он делал правильно.       — Ты сказал, что мои друзья тоже могут прийти, — сказал Драко, заклинанием отправив картошку отчищаться от грязи в раковину.       — Да?       — Это была плохая идея.       — Почему? — усмехнулся Гарри, заворачивая кусок малинового мяса в фольгу.       — Потому что они придут, — серьезно заявил Малфой, будто это действительно было чем-то плохим. — Одна Паркинсон, которая наконец-то дорвется до Финнигана, чего стоит.       — Буду рад поспособствовать началу новых отношений.       — Подрабатываешь Купидоном, Поттер?       — Некоторым людям нужна помощь. Я не исключение. Драко бросил на него долгий пробирающий взгляд, но клубни картофеля начали агрессивно стучать и кататься по железной раковине, что перетянуло его внимание. Они до сих пор не поговорили о том, как прошла вчерашняя его встреча с МакГонагалл, но Гарри пообещал себе больше не затрагивать эту тему и не давить на Малфоя. Если тот не хотел работать преподавателем в Хогвартсе, то это его решение, он не мог никак на это повлиять. Было бы классно видеться с ним каждый день, потому что влюбленность Поттера стремительно сформировывалась и укреплялась, но отказ Драко от должности никак не помешал бы им строить их возможные отношения. Профессор Защиты не жил в Хогвартсе на постоянной основе, это была его стандартная работа с восьми утра до семи вечера после чего он отправлялся к себе домой, а выходные всегда принадлежали полностью ему. Отправив мясо в духовку, Гарри взял небольшой овощной нож и принялся очищать картофель от кожуры и нарезать его на дольки, чтобы он побыстрее сварился. Драко недоуменно смотрел на его действия несколько секунд, а потом резонно спросил:       — Почему ты просто не используешь магию?       — Ты тоже не используешь магию, когда подготавливаешь ингредиенты для своих зелий.       — Потому что это может нарушить их магические свойства, — занудно протянул Драко. — Поэтому все делается вручную.       — Я вырос с магглами, — пожал плечами Гарри, довольно проворно избавляясь от кожуры. — Привык все делать так. Молли пыталась научить нас хозяйственным чарам, но нам с Гермионой легче по-старинке.       — Я всегда думал, что полукровки и магглорожденные, попавшие в магический мир, быстро перенимают наши привычки, — задумчиво проговорил Малфой, магией уничтожив все картофельные очистки.       — Большую часть, да. Но, наверное, это в первую очередь касается того, что ты не любишь делать руками, как маггл, — улыбнулся Гарри, заметив неподдельный интерес на чужом лице. — Типа того, чтобы заправлять кровать и гладить вещи. Но готовка, на удивление, не приносит мне много хлопот.       — Почему на удивление?       — Это была одна из форм наказания от моей тети. Некоторые маггловские семьи... Сложные.       — Волшебные тоже, — фыркнул Драко, наполнив большую кастрюлю водой из палочки. Согласно промычав, Гарри забросил нарезанный картофель и поставил кастрюлю на огонь.

***

Спустя пятнадцать минут после своего прихода, с почти получасовым опозданием, Панси начала в открытую флиртовать с покрасневшим и уже не таким смелым Симусом, который привык полагаться на обстановку бара и свое подвыпившее состояние. Забини завел невероятно нудный разговор с Гермионой о каких-то министерских делах и грядущих реформах, распугав всех остальных гостей в радиусе полутора метров от себя. Теодор и Генри зацепились языками с Дином, Роном и Алисией о квиддиче, естественно, потому что близилось открытие нового сезона, а Драко мило беседовал с Невиллом и Ханной о хогвартских теплицах, которые собирался расширить профессор Травологии. Можно было сказать, что бывшие слизеринцы неплохо вписывались в их разношерстную компанию. Паркинсон подарила ему красивую изумрудную рубашку, которую заставила тут же надеть, сказав что-то о том, что она идеально подходит к его глазам и черному образу Драко. Гарри со смехом начал отнекиваться, потому что не хотел переодеваться из удобной футболки и джинс во что-то более праздничное и форменное. Но энтузиазм Панси поддержали Гермиона с Ханной, пришедшие к нему в гости в потрясающихся летних платьях, от чего бороться за свой комфорт стало втройне сложнее, но добил его словно невзначай обороненный комментарий Малфоя, что ему действительно будет очень идти эта рубашка. Это все привело к тому, что горячее к столу Гарри подавал, уже переодевшись в вышеупомянутую зеленую рубашку и классические черные брюки. Но восхищенный цепкий взгляд Драко того стоил. После хорошего ужина, который все искренне расхвалили, Гермиона и Рон внесли праздничный пирог с патокой, что стал самым любимым для Гарри с момента, как он поступил на первый курс в Хогвартсе. Двадцать семь разноцветных свечек радостно дрожали, пока друзья пели для него «С днем рождения!», а Поттер пытался со смехом отбиться от загребущих рук Симуса, что был намерен во что бы ни стало нацепить на него блестящий розовый колпак на резинке. Вспышки колдоаппарата и маггловского поларолида, белое и красное французское вино, Взрывной дурак и почти вдребезги рассорившая их Монополия, сладкий десерт, вполне достойная попытка игры Рона на гитаре, уничтоженный конфети ковер и теплые дружеские разговоры. Драко и Гарри весь вечер переглядывались друг с другом, что напоминало их столкновения в барах и клубах Лондона, но это было более осмысленно и интимно, чем когда-либо. И когда все стали постепенно расходиться, столпившись в небольшом кабинете Поттера, где был камин, Гарри, обнимая на прощание Ханну, заметил на себе пристальный взгляд Малфоя.       — Еще раз с днем рождения, Поттер, — сказала Панси, мягко пожав ему руку. — Спасибо, что пригласил, было очень весело.       — Я рад, что ты пришла, — искренне ответил Гарри. — В следующую субботу увидимся?       — Куда ты денешься, — рассмеялась она, шагнув к каминной решетке, где уже исчезли Мальсибер и Нотт. — Уверена, мы будем видеться куда чаще. И она многозначительно подмигнула Малфою, ожидающему в углу кабинета и явно не собирающемуся в ближайшее время уходить домой. Нервно сглотнув, Гарри повернулся к оставшимся супругам Уизли и Невиллу, у которых на лицах были не менее заговорщицкие улыбки.       — Завтра в четыре в Норе, Гарри? — Рон затянул его в крепкие медвежьи объятия.       — Конечно, — выдохнул Поттер, хлопнув его плечу. — Спасибо, что пришли.       — О чем разговор? Это был классный вечер. На удивление, — фыркнул друг, намекнув на свой шок от того, что они действительно смогли поладить со слизеринцами.       — Да, вечер прошел потрясающе, Гарри, — улыбнулась Гермиона, а потом тише добавила, — Будь осторожен, ладно?       — Я всегда осторожен, — неловко пробормотал Поттер.       — Конечно, профессор, — рассмеялся Невилл, потянувшись обнять его. Попрощавшись с ним, друзья один за одним скрылись в зеленых всполохах огня, и они остались в квартире вдвоем. За исключением Ридженс, которая постепенно сходила с ума, пытаясь счистить все блестки и конфети с пола в гостиной. Повернувшись к Драко, Гарри улыбнулся и нервно запустил ладонь в свои волосы, не зная, что нужно было сказать, чтобы не выставить себя полным идиотом. Но какие-либо панические мысли в его голове опередил сам Малфой, стремительно шагнув вперед и схватившись за ткань его рубашки. Не успев по-дурацки пошутить о том, что Панси убьет их, если они ее испортят, Гарри тихо выдохнул и закрыл глаза, когда его настойчиво поцеловали. Драко притянул его вплотную к себе, обняв за талию, наконец-то разрешив между ними вопрос о том, была ли взаимна их симпатия.       — О’кей, вау, — прошептал Поттер, когда они отстранились.       — Спасибо, что пригласил.       — О, в любое время. Я буду только рад, если каждая наша встреча будет так заканчиваться, — торопливо пробормотал Поттер, вдруг почувствовав ударившее в голову вино.       — Я буду рад, если ты согласишься пообедать со мной в понедельник. А потом, если захочешь, можешь помочь мне с зельями.       — Договорились. Они снова неторопливо поцеловались, не давя друг на друга и ни на что не намекая. Просто изучали чужие границы комфорта и наслаждались приятными чувственными эмоциями.       — Мне лучше пойти домой, — выдохнул Малфо, озвучив мысль, которая пронеслась в голове у них обоих. Что если они не остановятся, то все может зайти дальше.       — Какой джентльмен, — улыбнулся Гарри, скользнув руками с его плеч на ладони.       — Кто бы говорил. Ты пригласил меня на свидание и даже пальцем не тронул, а я набросился на тебя, как только все ушли.       — Не то что бы я против, — резонно произнес Поттер. Коротко чмокнув его, Гарри проводил Драко к камину.

***

Они плотно пообедали в «Дырявом котле», зашли поздороваться с Тео в Гринготтс, с Роном и Джорджем во «Волшебные вредилки» и с Панси в «Сиреневое чудо», а потом взяли мороженое у Фортескью и аппарировали в мэнор. Драко как раз работал над Железом и солью для своего давнего клиента из Франции, и Гарри старался всячески ему помогать и не особенно мешать. Но Малфой делал хуже сам себе, постоянно отвлекаясь на чужое присутствие и болтая обо всем подряд вместо того, чтобы сосредоточиться на заказе, который ему нужно было отправить в Милан через пару дней.       — Как подтверждается лицензия Мастера?       — Ты подаешь заявку в Департамент науки и образования местного Министерства, после чего эксперты изучают твое досье, статьи и исследования. После этого, если тебя считают достойным для прохождения, тебя приглашают на экзамены, где тебя оценивает комиссия.       — Для получения Мастера зелий нужно просто приготовить какое-то супер сложное зелье? — спросил Гарри, разливая уже готовый экстракт бадьяна по маленьким пузырькам.       — В экзамен обычно входит тестовое задание и практическая часть. Зельеваров просят приготовить какое-то зелье, которое выбирает комиссия, и второе на выбор самого волшебника.       — Что ты готовил, чтобы получить Мастера тут?       — Меня попросили сварить Стальные нервы. Это одно из тех зелий, чем известно британское сообщества зельеваров. И еще я решил сделать Лингвистическое зелье.       — Что? Я никогда о таком не слышал.       — Это зелье для того, чтобы понимать и говорить на любых иностранных языках. Оно действует несколько часов, — пояснил Драко, с мерзким шлепком вывалив сырую селезенку мантикоры на разделочную доску. Гарри вскинул шокированный взгляд. На третьем курсе Аврорате его и еще двадцать других курсантов отправили на неделю в Германию, перед этим буквально в двух словах объяснив заклинание- переводчик. Оно позволяло понимать речь любого иностранца, но вообще не помогало с обратно коммуникацией. Поэтому их немецкие коллеги только хмуро смотрели на кучку англичан, что приехали перенимать опыт, но не могли задать ни одного вопроса.       — Охренеть. Ты такой крутой.       — Спасибо. Рад, что ты так считаешь, — ухмыльнулся Драко, накрыв зелье крышкой. К счастью мистера Шантэ, вампира из Милана, Гарри сидел от него достаточно далеко, поэтому все же у Малфоя было много пространства для того, чтобы сосредоточиться на его заказе и не сильно отвлекаться.       — МакГонагалл хочет назначить тебя новым деканом Гриффиндора, — вдруг сказал Драко, высыпав в котел нарезанную селезенку.       — Что? — нахмурился Гарри, не позволяя себе слишком надеяться. — Это она тебе сказала?       — Да, в пятницу. Что она поговорила с профессором Олдриджем, и он совсем не против передать эту должность кому-нибудь другому.       — Это... Хорошо, — осторожно сказал Поттер. — Наверное.       — Ты смеешься? Это замечательная новость. Ты же хотел этого, нет?       — Да, но... Я не знал, что она правда может назначить меня деканом. Я так молод и неопытен на фоне других профессоров.       — Ну, она сказала, что отдаст мне Слизерин. Это вообще полное безумие на мой взгляд, — фыркнул Драко, ножом плашмя раздавил пару дремоносных бобов.       — Так ты согласился? — вырвалось у Гарри.       — Условия мне выставили довольно соблазнительные, — издалека начал Драко. — Свой кабинет, лаборатория, декан Слизерина... МакГонагалл сказала, что хочет, чтобы возобновился кружок Зелий, потом что Слизнорт сделал из этого больше клуб знакомств и интересов...       — Я мог бы помогать тебе с кружком, — закинул удочку Гарри.       — Помогать с кружком по Зельям? — усмехнулся Драко.       — Если это будет что-то похожее на это, — Гарри махнул на личную лабораторию Малфоя, — то я всеми руками «за». Плюс, мне нужна помощь с Дуэльным клубом.       — Всегда знал, что внутри ты слизеринец. Гарри рассмеялся и перегнулся через стол, чтобы поцеловать его, наплевав на то, что на котле начало закипать зелье, а все руки Драко были перепачканы в крови мантикоры и бобовом соке.