21:34

21:34 Шум генератора перекрывает все остальные лабораторные звуки и, спустя пять часов работы, бурлит и закипает в головных нейронах. Фиддлфорд допечатывает последний отчёт за день, отъезжает на колёсиках к упиханной компьютерными датчиками стене, вырубает надоедливый механизм, встаёт с кресла, забирает папку с некоторыми бумагами, и натыкается на полу-мёртвое лицо Форда. В полу-темноте оно кажется зловещее, чем обычно, и Фидллфорд едва не роняет всё, что нёс в руках. — Ты меня напугал — Извини — хрипом отвечает собеседник, нервно дёргая пальцем. Фиддлфорд подходит ближе и проводит ладонью по щеке. Тёмные впадины под глазами казались ярче, как будто кто-то провёл по ним фломастером; безжизненный взгляд смотрел не на него, а куда-то в пустоту, губы чуть припухли и отказывались смыкаться вместе. — Дрянные пивовары... — После рассмотра говорит Фиддлфорд, но друг даже не реагирует на его необычное речевое выражение — Кто это так с тобой? — Я сам... — Тише говорит Форд и падает на его плечо. Фиддс качнулся и сделал полшага назад — тело Форда почти вполовину было больше и массивнее его. — Я так устал, Фиддс... — Неразборчево бормочет он, руками обвивая спину товарища. В бункере пахнет наукой, сыростью, даже не свежестью, какую обычно представляют, когда говорят о Гравити Фоллз, и неприятной прохладой. Но прижимаясь к чужому телу, Форд чувствовал только тепло, какой-то недорогой, но приятный и идущий ему парфюм, и почему-то огонь. Мягкий такой... О который они грели руки, когда были студентами, и пошли после сессии к местному — только для студентов! — озеру. Форд вспоминал, как тем же холодным вечером они садились вчетвером и пели-пели-пели... Тогда вместе с ними пошли знакомые Фиддлфорда, со смежного курса, и, на удивление, они оказались не такими плохими ребятами... Но до Фиддса им далеко. — Сколько часов ты не спал? — Снизил голос ассистент. Он зарылся ладонью в мягкие каштановые волосы и позволил себе закрыть глаза. — В-вос... емь... — невнятный бубнёж Форда вибрацией распространился по всему плечу, а оттуда и во всё тело. Фиддс дёрнулся. — Ты ведь... Не спал прошлой ночью? Форд томно выдохнул. Его охота за знаниями и жажда сделать больше, быстрее и лучше других приводила к хорошим результатам, но никогда к хорошему самочувствию. Ещё в колледже Фиддлфорд грустно обнимал сидящего над очередным конспектом друга и с такой же тоской на душе смотрел на время. 4:30 А они не спят. Потом у них, как обычно, завязывался какой-то разговор, по окончании которого Форд долго смотрел ему в глаза, а после выключал звенящую от работы лампочку и прижимался к нему всем телом. Спать им оставалось всего два часа. Но это не проблема, когда ты лежишь в объятиях самого дорогого для тебя человека. — Что я могу сделать для тебя? — Отвлёкшись от воспоминаний, спросил Фиддлфорд. Форд сонно потёрся лбом о его рубашку и поднял голову. — Просто будь рядом. — С тем же хрипом ответил он, склонив на дружеское плечо голову, но не разорвав зрительного контакта. Фиддлфорд улыбнулся. — Хорошо.