***
Женщины приехали домой каждый на своем автомобиле. По пути они заехали в магазин и купили продукты. — Блин, сметану забыли, — Лаура выкладывала продукты из пакета, передавая жене. — Значит, будет салат с оливковым маслом. — Масло я тоже забыла взять, — брюнетка закусила нижнюю губу. — Хорошо, — Мария глубоко вдохнула, медленно выдыхая, — будем сегодня без салата. Лаура удивилась, что не последовала очередная порция претензий от жены и слегка подвисла. — Ты чего? — блондинка протянула ладонь, ожидая пока в нее, любимая вложит продукт. — Нет, ничего, — Лукина улыбнулась и продолжила действие, — что у нас на ужин сегодня? — Хочу паэлью приготовить. — Хорошо, я помогу, — брюнетка кивнула. — Чего? — Теперь уже Мария удивилась от услышанного. — Помогу приготовить, вдвоем быстрее же, — Лаура улыбнулась, — только руководи, я не помню рецепт. — Ну, хорошо, — Третьякова закрыла дверцу холодильника, — чисти морковку, лук и перец, а я пока нарежу филе кубиками. — Есть, товарищ лейтенант, — брюнетка приняла строевое положение, сдерживая улыбку. — Вольно, товарищ майор, — Маша рассмеялась, — я уже давно гражданская. — 15 лет, ничего не меняется. — Стабильность, — Мария пожала плечами. — Наше всё, — голубоглазая кивнула. Напряжение и обиды друг на друга отошли в какой-то момент на второй план. Женщины вместе готовили ужин, впервые за супружескую жизнь, разговаривая нормально. Без агрессии и подколов. — Ангелочек, подай еще одну тарелку, — Лаура накладывала блюдо, посыпав нарезанной петрушкой. — Мм…как давно ты меня так не называла, — блондинка передала тарелку. — Всё потому что в какой-то момент твой нимб над головой сменился дьявольскими рожками, — Лукина улыбнулась. — Лаура, — Мария нахмурилась, слегка толкнув любимую. — Но, — брюнетка поставила две тарелки на стол, — у тебя есть еще ангельские крылышки, — она подошла к жене и обняла за талию, глядя в карие глаза. — Лукина, я тебя, конечно, люблю, — Маша провела ладонью по щеке любимой. — А я тебя тоже. — Но иногда хочется тебя придушить, — Третьякова показала руками удушающий жест. — Это взаимно, — брюнетка улыбнулась, — но если решишься, сделай это во время секса, хочу умирать счастливой. — Дурочка, — Мария рассмеялась и прижалась к жене. — Слушай, а Марьяша еще не скоро вернется, — брюнетка поглаживала бедра любимой. — Мм…да, не скоро, — кареглазая кивнула. Брюнетка аккуратно отодвинула белоснежную прядь волос, заставляя пропустить удар сердца. Она приблизилась к жене, нежно обхватила её лицо ладонями и мягко коснулась губ, сразу получая ответ. Языки чувственно ласкали друг друга. Мария потянула за затылок, углубляя поцелуй. Руки блуждали по телу, а дыхание сбилось. Голубоглазая глубоко вдохнула и прервалась. — Чем-то горелым пахнет, — Лаура принюхалась, — у тебя новые духи? Маша обернулась и посмотрела на плиту. На панели лежала пластиковая лопатка, которая постепенно плавилась. — Блять, — блондинка схватила лопатку за оставшийся нерасплавленный элемент и бросила в раковину, выключив панель. — Я же выключала её. — Тут сенсор с защитой, сначала на эту кнопку нажать надо было. — А я откуда знала, — Лукина развела руками. — Лаура…– блондинка закрыла глаза и медленно выдохнула, сражаясь с нарастающим внутренним гневом, не хотелось провалить задание от психолога в первые же часы, — ладно, ничего страшного, ты действительно не знала, — она кивнула, — откуда ты могла знать, если готовишь себе только кофе, — последняя фраза была брошена шепотом, сказанная самой себе. — Что? — Лаура услышала неразборчивый шепот. — Ничего, проветрить нужно, — Третьякова открыла окно. — Я всё отмою, не переживай. — Угу, — блондинка вздохнула, — давай ужинать.***
После нескольких часов попыток вымыть плиту Лаура настояла на том, чтобы купить новую. Мария с трудом согласилась, так как очень привыкла к этой плите и знала все режимы наизусть, но это было действительно единственное верное решение. Пластик до конца убрать не удалось и при нагревании гарь и запах только усиливались. Чуть позже женщины переместились в гостиную. Лаура сидела на кресле, зависнув в телефоне, бездумно листая социальную сеть. А Маша на диване смотрела свой турецкий сериал. — Стас женился, — брюнетка листала карусель фото. — Какой? — Мария перевела взгляд на жену. — Комаров, одногруппник твой, — Лукина показала фото мужчины в смокинге, который обнимал девушку. — Поправился то как, — блондинка вернула взгляд в экран телевизора, — а я на первом курсе в него тайно влюблена была, — она усмехнулась. — Да? — Лаура подняла брови. — Представляешь сейчас бы там, рядом с ним мое лицо было. — Да не дай бог, — брюнетка улыбнулась. — Подожди, он у тебя в друзьях есть? — кареглазая подняли брови. — Сам нашел, — Лукина пожала плечами, — лайкнул нашу совместную фотку и написал, что догадывался, что у нас особые отношения. — Врет, — блондинка отрицательно покачала головой. — Да конечно врет, че он там догадывался, — Лаура приблизила фото, — а жена симпатичная. Мария медленно перевела взгляд от экрана на любимую. — Ну просто симпатичная, не в мое вкусе, че ты начинаешь. — Я тебе даже слова не сказала, — блондинка закатила глаза, — а что он? В структуры МЧС пошел? — она с интересом посмотрела на жену. — Ага, меня перещеголял, уже подполковник внутренней службы. — Молодец, хотел и добился, — Мария кивнула. — А ты? — А я не хотела и не добивалась, — кареглазая усмехнулась, — всё чего я хотела у меня уже есть, — она улыбнулась, — но вообще удивлена, он даже классы пожаров путал, какой из него подпол. — Ой, а сама-то хоть помнишь что-то? — Лукина усмехнулась. — Класс А, пожары твердых веществ и материалов, — Третьякова произнесла быстро и четко, — Класс В, пожары горючих жидкостей и плавящихся твердых веществ и материалов. Класс С. — Всё, я поняла, — Лаура улыбнулась и отложила телефон. — Меня на слабо не возьмешь, — блондинка улыбнулась и вернулась к просмотру сериала. — Слушай, — голубоглазая встала и подошла к жене садясь рядом на диван, — давай что-то другое посмотрим? Твои через чур эмоциональные турецкие сериалы уже надоели, — она взяла пульт, чтобы переключить. — Ну, подожди, — Маша отобрала пульт обратно, — мне же интересно Эда расскажет Серкану, что дочь от него или нет. — Да конечно расскажет, и будут они жить долго и счастливо, дай пульт, пожалуйста. — Лукина, отстань, я первая взяла пульт, значит, буду смотреть что хочу. — Давай нашу свадьбу посмотрим? — Лаура сдерживала улыбку, так как знала, что жена ей не откажет в этом. — Включай, — блондинка отдала пульт, — но если ты снова будешь кричать во время просмотра «не иди туда» в момент, когда выходишь ко мне на церемонии, я тебя прибью. — Не буду, — Лукина взяла флешку и подключила к телевизору, — этим уже не поможешь. — Лукина, — Маша бросила подушку в жену. — Да шучу я, — брюнетка поймала брошенный предмет и кинула обратно на диван, — готово. — Иди ко мне, — Мария удобно расположилась на диване. — Так, салфетки, — голубоглазая положила салфетки на журнальный и села рядом с любимой. Блондинка включила видео и заиграла лиричная песня, которая уже с первых секунд вызывала волнующее чувство в груди. Лаура обняла жену одной рукой, а второй сплела их ладони. Видео началось с подснятых колец в красивой шкатулке. Далее момент, Марии. Ей аккуратно визажист подводит глаза, на уже готовом макияже. Лаура находится в другом номере отеля. Она приложила платье к себе и покружилась вокруг. Следующий кадр, Маша уже готова. В завершении Мари завязывала ей на корсете 12 узлов на счастье. Белое умеренно пышное платье в пол с квадратным вырезом на груди и рукавами сеточкой, на которых были вышиты стразы, переходящие на корсет с открытой спиной. Волосы были убраны в низкий объемный пучок, зацепив на него фату длиной в пол. Одним словом она выглядела, как принцесса из диснеевского мультфильма. Нежная, легкая и воздушная. — Какая красивая, — брюнетка коснулась губами виска любимой, прижимая к себе крепче. — Молодая тут еще, — Третьякова улыбнулась. — Ой, не начинай, ты всегда у меня красивая. — Стразы эти кололись жуть, — Маша положила голову на плечо любимой. — А я говорила… — Помню-помню, — блондинка поцеловала жену. — Мари еще с узлами этими, пол нашей брачной ночи развязывала их тебе. — Она прочитала, что это на семейное счастье, чтобы ссоры и конфликты обходили нас стороной. — Ошиблась наверно где-то, может, обсчиталась. — Лукина, — Мария легонько толкнула жену. — Ладно, давай дальше смотреть. Девушка читала клятву, репетируя её, держа лист в дрожащих от волнения руках. Кадр меняется. Лаура надевает последний элемент — туфли на квадратном устойчивом каблуке. Но и он не спас её на весь день и ночь. Поэтому позже ближе к вечеру пришлось переобуться в более удобную обувь. На брюнетке атласное белое платье по силуэту с небольшим шлейфом, разрезом на левой ноге и оголенными плечами. На корсете тоже вышиты камни со сборкой у декольте. Волосы завиты в локоны и убраны от лица красивой заколкой, а сзади закреплена фата длиной чуть ниже ягодиц. — Как же на тебе это платье идеально смотрится, — Мария заглянула в голубые глаза, — ты его украшаешь еще больше. — Но шлейф этот до жути неудобный был, считала часы, когда я смогу его снять. — А я представляла, как снимаю его с тебя, — блондинка улыбнулась. Следующий кадр был Марьяны. Свадьбу было решено сыграть после родов, так как живот уже был виден и ни одно платье не подходило. Но в итоге всё откладывалось по разным причинам. До годовалого возраста дочки. Виктория — мама Маши одевала внучку в белое боди, сверху которого была юбка и цельным образом, это выглядело, как платье. Белые носочки, сандалики и на голову ободок с белым бантиком. Всё, принцесса готова удивлять мам своим видом. — Ба-ба, — Марьяна сказала по слогам, показывая пальцем на Викторию. — Да, бабушка, — женщина кивнула, — la abuela, — она повторила на испанском языке. Маша взяла салфетку и приложила к глазам, стирая слезы. Слишком милый был момент. Она понимала, что дочь уже никогда не будет такой, какую она сейчас видит ее в экране телевизора. Такой маленькой. Держащей всех за указательный палец, развивая навыки хватки. — Ну чего ты, ангелочек, — брюнетка провела тыльной стороной ладони по щеке любимой. — Марьяша тут такая маленькая, — Третьякова всхлипнула и последовала вторая волна слез, — а сейчас уже невеста совсем. — Ну, до невесты еще годика 3 точно рановато, — Лаура прижала жену к себе, покачивая из стороны в сторону. — Я даже не заметила, когда она так выросла, повзрослела, — Маша глубоко вдохнула ртом, — потом она найдет себе кого-то, вдруг он или она сломают ей жизнь. — Ну, ты чего, о плохом сразу, — голубоглазая поцеловала жену. — Ей уже 15, скоро 16 будет… — А потом 20, — Лаура сама растрогалась и стерла слезы рукой, не показывая этого жене, — а потом она выйдет замуж или женится, и мы поведем её к алтарю, в белом самом красивом платьем, а потом она родит нам внученьку. Ну чего ты плачешь, так же и должно быть. — Я понимаю, но хочу, чтобы она всегда была маленькая, не хочу, чтобы она уезжала. — Ой, горе ты мое, — Лукина глубоко вдохнула, целуя любимую, — может, ты еще одного ребенка хочешь? Маленького такого карапуза. — Хочу, — блондинка содрогалась от слез. — Серьезно, что ли? — голубоглазая улыбнулась, увидев кивок головы, — давай, мы подумаем над этим, позже, хочешь? — Угу. — Хорошо, — брюнетка стирала слезы любимой, — мы вернемся к этому разговору, а сейчас успокаивайся, — она поцеловала жену в припухшие от слез губы, — я люблю тебя. — И я тебя. — Мамы, я дома, — из коридора крикнула девушка, снимая обувь, — вы где? — Мы в гостиной, — Маша наспех стерла слезы, натянув улыбку. — А вы…что делаете? — Марьяна остановилась в дверях. — Свадьбу нашу смотрим, — брюнетка пожала плечами. — Ага…всё в порядке? — девушка подняла вопросительно брови. — Да, — Третьякова улыбнулась. — Ну ладно, я к себе пошла, на гитаре поиграю. — Хотя, подожди, — Мария шмыгнула носом, — сядь, — она кивнула на кресло. Марьяна тяжело вздохнула, сняла с плеча рюкзак, бросив его под ноги и села на кресло. — Я была у директора. — Угу, — девушка опустила голову вниз. — Что это за поведение, Марьяна? — Cuál es el problema? — В чем проблема? — блондинка разозлилась за секунду, — ты нахамила учителю. — Не без причины. — Нет такой причины, за которую необходимо показывать свое неуважение к учителю, — Лаура скрестила руки на груди. — Я не усвоила тему по физике и физичка сказала, что с такими знаниями, как у меня я буду дворником либо сопьюсь, — Марьяна встала, подхватив рюкзак с пола, и направилась в свою комнату. — Мы не договорили, — брюнетка пошла следом, — может ты не усвоила тему, потому что вместо игры на гитаре нужно уроками заниматься. — Что вы от меня хотите? — девушка повысила голос. — Чтобы ты так больше не поступала, мы тебя не так воспитывали. Как бы себя не вёл учитель, ты должна иметь уважение, она, прежде всего старше тебя и… — И только из-за её возраста мне нужно всё это…как это на русском? — Марьяна поджала губы, вспоминая, — хавать? Хорошо, я так больше не буду, всё? — Что купила нового? — Лукина только сейчас поняла, что дочь вернулась без покупок. — Ничего не понравилось, — Марьяна пожала плечами. — У тебя всё хорошо? — У меня всё нормально, оставьте меня в покое, — девушке вдруг стало очень обидно, что родители защищают в первую очередь учителя, а не её. — Но, — Лаура сделала шаг навстречу дочери, но она закрыла дверь прямо перед лицом, — мы оставили тебе ужин, паэлью твою любимую приготовили, — она постучала ноготком в дверь, но ответа не послышалось. — Ну что? — Маша вопросительно кивнула, когда жена вернулась в гостиную. — Не в духе что-то. — Да уж, куда нам второй ребенок, мы с одним то не до конца справились. — Думаешь, в этом есть наша вина? — А чья еще? — Мария выключила телевизор. — Ну, куда, мы же только начали смотреть. — Не хочу что-то уже, — Маше вдруг стало обидно, что возможно она не та мать, которой мечтала быть и сделала что-то не так. — А что хочешь? — Голубоглазая села на диван. — Лаур, можно я побуду 5 минут одна, не трогай меня сейчас, — блондинка бросила пульт и направилась в спальню. — Всем надо побыть одним, никого трогать нельзя, вы смотрите какие все неприкасаемые! — раздраженно крикнула Лукина, включив телевизор и бездумно листая каналы, — а потом, Лаура у нас проблема, ты не уделяешь время, мы не слышим друг друга, — она процитировала слова жены, — тут даже психолог не поможет, — она сердилась на то, что каждый решил абстрагироваться и провести время наедине с собой, а не с семьей, — да и в жопу всё, — она выключила телевизор и легла на бок, прикрыв глаза.