fire chase

      Под шум осеннего ветра, Ибо выходит из машины и спокойно пытается снять шлем. Будто не замечая Ван Сичэна проходит мимо, пока тот пытается остановить его под громкие визги зрителей. Пробные гонки для Ибо, как и настоящие, поэтому он был слегка раздражен, что некоторые пилоты сегодня отсутствовали. Перед гонкой, Ибо получил сообщение, содержание которого говорит о том, что ему не следует пока что участвовать в соревнованиях.       — Ты должно быть шутишь? – Сичэн подхватывает шлем младшего, когда тот уже со злостью кидает защиту. — После этого меня отец не впустит в свой кабинет! – Сичэн подает Ибо чистое полотенце и последний наконец останавливается.       — Я буду в порядке. На следующей неделе важная гонка. За первые три места дадут хорошие деньги. Сичэн всегда знал, что Ибо не любит тратить отцовские деньги, поэтому всё, что он сейчас имеет, начиная от собственной квартиры до машины, он купил благодаря деньгам, которые честно заработал на гонках.       — Но ты не услышал ещё одну плохую новость! – Ибо поднимает брови в вопросе и подходит к брату, кто почти выше на голову. Сичэн молчит недолго. — Вэнь Нин попал в аварию, он не выйдет до следующей гонки. Ибо потирает влажный лоб полотенцем и медленно рассматривает людей вокруг. Он не может заставить своего механика приехать и осмотреть машину. Но кому тогда доверить столь важную работу?       — Кто знает об этом? – почти шепотом спрашивает Ибо.       — Пока никто кроме нас двоих. Плохо дело, когда нет первого механика . Поэтому Ибо задумывается, имел ли кого-то ещё кому, он мог бы доверить свою машину. Вариантов совсем нет, чтобы он мог выбрать.       — Я найду механика, ты проследи, чтоб этом не узнали, – не услышав ответ, Ибо быстро уходит, на ходу снимая форму.       — Какой же ты упрямый, – Сичэн остаётся рядом с командой Ибо, чтоб спросить, как у него в последнее время с настроением. Единственный механик, к кому Ибо может обратиться сейчас, из тех с кем он перестал контактировать годы назад. Он заходит в раздевалку и сразу же звонит своему отцу:       — Пап?       — Как прошли пробные? – спрашивает грубый мужской голос, а Ибо за вопросом отца отпускает накопившийся стресс.       — Отлично, – мягко отвечает Ибо. — Папа, мне нужен механик. Тот единственный механик, до кого теперь Ибо сложно дозвониться.       — Сынок, давай сначала мы поговорим о твоём состоянии. Врач сказал… Ван Ибо прекрасно знает о чём сказал. Он всё контролирует. У него всё в порядке.       — Желательно тот сын твоего друга, – перебивает и игнорирует.       — Сын Чанцзэ? – удивление приходит медленно и приятно. На взрослом мужском лице появляется улыбка. — Я дам тебе адрес, поговоришь.       — Спасибо, пап. Ван Ибо четыре года назад оставил Сяо Чжана. Он так это называет. Хотя их связывали дружеские отношения, на фоне романтических, которых Ибо представлял и желал получить. В то время он не так был уверен в себе, да и всю проблему он услышал позднее, что их отцы хотели бы своих сыновей поженить. Ван Ибо действительно был заинтересован в нем с первой же встречи. Он до сих пор следит за ним в соцсетях, за новостями с новыми точками его офисов. В свои двадцать шесть лет, Сяо Чжань стал одним из богатых бизнесменов. Ван Ибо помнит, как старший рассказывал, что любил машины с малых лет. Он тогда видел в его глазах талант, теперь же, спустя несколько лет, он производит машину собственного бренда. Ван Ибо только рад за его успехи.       — З-здравствуйте, – Ван Ибо даже не успел поздороваться первым. Парень за компьютером, вероятно секретарь, смотрит удивленными большими глазами и почти не моргает. Офис оказался ближе к центру, поэтому добраться сюда не заняло даже восьми минут. Ван Ибо осматривается и оценивает богатую атмосферу офиса.       — Мне нужен Сяо Чжань. Парень встаёт с места и Ван Ибо думает, что он пытается понять, кто выше. Ван Ибо оказывается выше него и на секунду он пропускает мысль, стал ли он выше именно Сяо Чжана.       — Директор на собрании, освободится через минут десять, – парень говорит взволнованно. — Давайте, вы подождете его в кабинете, – парень указывает двумя руками в левую сторону, на личный кабинет Сяо Чжана. Ван Ибо знают все. Особенно люди вокруг Сяо Чжана. Ван Ибо думает, если бы их отношения продолжились тогда, возможно они стали бы горячей темой для обсуждения. Тогда они не имели популярность, а сейчас их обсуждают, но по отдельности. Через десять минут секретарь наконец видит, выходящего с собрания, директора, поэтому спешит быстрее сообщить о важном госте.       — Директор, там …, – не успевает парень закончить, а ведь он и не смог бы закончить. Сяо Чжань отдаёт планшет парню и забирает несколько папок с его рук.       — Что просит?       — Директор, это… Ван Ибо. Что-то внутри отдаёт теплом. Сяо Чжань на миг застывает и прикладывает ладонь к сердцу – там глубоко внутри что-то отзывается на это имя, такое родное и тёплое. Он вспоминает о мальчике, что приходил к нему на работу по утрам, чтобы смотреть, как старший собирает машину, а после обеда брал с собой, чтобы купить запчасти. Он вспоминает яркую улыбку, которую мальчик показывал исключительно ему. Рассказывал, как любит кататься с отцом на машине и когда ему исполнится восемнадцать, первым делом сдаст на водительские права. Как только открывается дверь, Сяо Чжань глубоко вдыхает запах сандала. Ибо сидит на кресле, напротив его большего стола. Запах его тот самый, благодаря которому он представляет невероятно лучшие виды природы. Сяо Чжань до сих пор не понимает, как ему удалось сохранить в памяти первую встречу – тогда у него впервые сердце так сильно трепетало, а тело невольно хотело горячего источника. Сяо Чжань удивляется, что запах Ван Ибо всё ещё вызывает одну и ту же реакцию.       — Ибо? Сяо Чжань не смеет не позвать его по имени. Ведь четыре года назад он звал по-разному, но только не по имени. И теперь ощущает каково это в реальности, звать по имени человека, кто тебе очень дорог. Как только Ван Ибо слышит своё имя, поворачивается и смотрит на старшего. Сяо Чжань тут же мысленно хватается за сердце, пораженный тем, что спустя столько лет он снова видит в нём того самого мальчика. Но мальчик повзрослел, стал выше и мужественнее.   А у Сяо Чжана болит. Снова там, глубоко внутри, пытаясь победить прошлые воспоминания. Если бы не отличный контроль эмоций, Сяо Чжань бы заплакал.       — Чжань Гэ? Первым делом Сяо Чжань смотрит ему в глаза. Они стали серьезными, на лице полная безэмоциональность, только черному цвету волос и короткой стрижке он не изменяет. Плечи стали шире – чёрный пиджак сидит на нём так красиво, что Сяо Чжань почти не замечает, как Ибо первым протягивает руку. Тех длинных и хрупких пальцев уже нет, Сяо Чжань глазами подмечает, что его ладони стали больше собственных, когда наконец касается него.       — Чем могу помочь? За спокойным тоном прячется вся хрупкая правда старшего. Никто не пытается отвести взгляд. Сяо Чжань даже не пытается строить из себя занятого и взять в руки хотя бы какие-то листы. Нет. Они будто прокляли друг друга. Самой крепкой любовью.       — Мне нужен механик на следующий четверг, – Ибо пытается отвести взгляд, но он находит это трудной задачей. Старший похудел в лице, немного отрастил волосы, а Ибо всё также любит его тонкие губы и родинку под ними.       — Могу отправить Цзинь Гуанъяо, ты его знаешь.       — Я доверяю только тебе, – Ван Ибо плевать хотел на других. И это становится понятно по его тону. — Никто кроме тебя не сделает это лучше. Сяо Чжань чувствует, как вина в груди, цепляющаяся столько лет, наконец ослабевает. Ван Ибо по сей день считает его самым надежным и талантливым. Они будто прокляли друг друга. Самым крепким доверием.       — Это мой номер, – Сяо Чжань отдаёт свою визитку. — Отправь своё расписание и … где находится твоя машина? Ван Ибо берёт кусок плотной бумаги и подушечкой пальца проводит по его имени.       — Я забираю её к себе. Сяо Чжань мысленно радуется, что это станет для них причиной видеться каждый день.       — Тогда и адрес свой не забудь добавить.       — Хорошо, увидимся. Ван Ибо не смеет лгать, он выходит с такой улыбкой, как и четыре года назад. Если бы не тот самый день ссоры про свадьбу, вероятно, они могли бы пожениться. Ван Ибо думает, что это первый и последний шанс попробовать. Попробовать вернуть человека, кого он сам оставил четыре года назад.

четыре года назад

      — Я об этом не знал, Чжань Гэ! Почему ты разговариваешь со мной так, будто свадьба была моей идеей? Посреди коридора Ван Ибо начинает ссору. Сотрудники компании делают вид, что не обращают внимания, но заостряют уши. Ссора длится уже несколько минут – глаза младшего на мокром месте, но он держится.       — Как ещё я мог бы подумать? – даже в такие моменты Сяо Чжань не повышает голос на Ван Ибо. Ему плевать, что их слышат. Плевать, что они в компании отца, плевать, что потом эти люди будут говорить о них. — Даже наша встреча не случайность!       — Получается… ты не хочешь быть со мной? – Ибо не знает какие ещё могут быть варианты, чтобы старший не желал с ним быть в романтических отношениях. Пусть Ибо никогда не пересекал черту, хотя желал – он открыто показывал, что старший ему нравится. Какая тут может быть игра?       — Проблема не в этом, – после такого ответа, Ибо сильнее злится. Ведь этим утром у них всё было хорошо.       — Тогда в чём? – повышает голос.       — Ты несовершеннолетний, Ван Ибо! Вот в чем проблема! Сяо Чжань впервые кричит на него. Он следит, как у Ибо дергаются края губ и глаза краснеют от подступающих слёз. Он убегает. Сотрудники возвращаются к работе, когда видят отца Сяо Чжана выходящего из своего кабинета. Чжана никто не волнует. Даже собственный отец. Не посмотрев в сторону отца, он заходит в лифт. Только тогда он замечает, что руки чертовски выдают его чувства. Они дрожат, но Сяо Чжань находит силы, зайти в лифт и нажать на парковочный этаж. Если бы Ван Ибо видел, что у старшего после этой ссоры красные глаза от слёз и что он сидит в машине, пытаясь успокоить дрожащие руки и ноги, то был бы уверен, что чувства между ними правдивее всего существующего. Они будто прокляли друг друга. Самым первым поцелуем.

настоящее время

      Сейчас Ван Ибо двадцать. Сяо Чжань тогда видел в нём братика, а не парня. Ван Ибо часто находился с ним – видел, как он собирает машины и ремонтирует. Видел его сонным по утрам, мокрым после душа и каждый день уверялся, что старший вызывает в нём именно те чувства, которыми влюблённые называют свои отношения. Влюбленность. Ван Ибо в те года не принимал себя за шестнадцатилетнего. Возможно, он много читал, много встречал новых людей, но для окружающих был маленьким мальчиком. Если его сверстники начинали половую жизнь в четырнадцать лет, в том возрасте Ибо только впервые влюбился в сына друга отца. Хоть их разделяли шесть с лишним лет, Ван Ибо нашёл с ним общий язык. Ибо любил скорость, а Сяо Чжань настраивать её. Сяо Чжань долго сидит в кресле. Откинув назад голову, сквозь закрытые глаза пытается уловить запах сандала в кабинете. До конца рабочего дня постоянно отвлекается – ему хочется поговорить. С кем-нибудь.       — Он попросил тебя? С кем-нибудь и это Ван Сичэн, старший брат Ван Ибо и ровесник-приятель Сяо Чжана. Сичэн иногда молится, чтобы Ибо не узнал, что он и Сяо Чжань всё ещё общаются. Придёт время – узнает, разозлится, обидится, не станет отвечать ему. Сичэн готов ко всему этому. И он конечно же знал какого механика Ибо имел утром ввиду.       — Да, он так изменился. Изменился не то слово. Если Сичэн стал бы сравнивать своего братика с телевизором, а его черты характера каналами, то после ссоры с Сяо Чжаном у него будто канал переключили. Совсем новый, неинтересный даже самому себе. Кроме работы ни о чём не думает.       — После того, как вы поссорились, он долго не выходил на улицу, – как Сичэн вспоминает то время, ему всегда становится жалко своего братика. Но он не винит Сяо Чжана, потому что на его месте, поступил бы так же. — Ибо сейчас совсем не разговаривает, представляешь? – Сяо Чжань виновато опускает глаза и опустошает стакан виски. — Стал очень тихим, будто сверху кто-то молотком колотил.       — От прежнего Ибо будто ничего не осталось, – кто бы ни говорил, Сяо Чжань считает, что он тогда был резок с Ибо. Ведь после того разговора в коридоре, Ибо напрочь отказался с ним контактировать. Сяо Чжань много пытался – он даже поехал к ним домой, сначала попросил прощения у его отца, а после хотел и у Ибо, но… младший даже видеть его не хотел.       — Ты ему всё ещё нравишься, Сяо Чжань. Он знает. И хочет доказать, что он тоже. Не просто нравится, а любит. Всегда любил. И тогда, и сейчас. У Сичэна звенит телефон. На экране ярко высвечивается надпись диди. Он кидает взгляд Сяо Чжану, поднимает трубку и ставит на динамик:       — Ван Ибо?       — Алло, директор? – Сяо Чжань хмурит брови, как только слышит чужой мужской голос. — Вас беспокоит бар в районе Чаоян, тут господин Ибо напился и уснул. Сяо Чжань громко ставит стакан на стол.       — Хорошо, я его заберу.       — Я заберу, – Сичэн даже не смеет вставать между ними. И положительно кивает.       — Только осторожнее с ним, он дикий, когда пьян, – предупреждающе смеется Сичэн и они вместе покидают кабинет Сяо Чжана.

***

      — Цзинъи! – Ибо уже жалеет, что так много выпил, но жгучую обиду внутри надо было чем-то подавить. — Ты позвонил брату?       — Да, господин! Он уже в пути!  – парень достаёт салфетки и снова вытирает блестящую от пота шею. — Молодой господин, вы так много выпили, что-то случилось?       — Сегодня была гонка, вот и решил расслабиться после победы.       — Тогда вам нужно было отпраздновать шампанским, а не виски! – возмущается Цзинъи, снова и снова проверяя Ван Ибо на целостность и сохранность, чтобы не слышать от Ван Сичэна лишних вопросов. — Ну вы даёте, молодой господин! Цзинъи вдруг отвлекается на звонок Ван Сичэна.       — Да, господин?       — Цзинъи, за Ибо приедет Сяо Чжань, только ему не говори, хорошо?       — Понял вас, – Цзинъи даже рад. Ведь он впервые увидит первую и последнюю любовь молодого господина. Проходит около пятнадцати минут. Цзинъи не замечает, когда высокий мужчина подошёл к стойке и начал гладить спящую спину молодого господина.       — Много выпил?       — Он перемешал всё, что можно, – честно отвечает Цзинъи, пытаясь успокоиться, когда видит перед собой высокого и красивого мужчину. Сяо Чжань аккуратно кладет одну руку ему на плечо. Другой медленно опускает под шею и поднимает голову. Никакой реакции. Крепко спит. Наконец повернув его в свою сторону, Сяо Чжань поднимает спящее тело на руки. Цзинъи выходит вместе с ним, чтобы открыть ему дверь машины. Сяо Чжань благодарит и забирает Ибо к себе домой.  До дома, Сяо Чжань держит его свободной рукой – как и Сичэн говорил, он дикий, как дикий новорожденный щеночек, который ещё не открыв глаза, ищет маму по запаху. Ибо то ли резко дергался, то ли ногой чуть ли не залез на его сидение, поэтому Сяо Чжану пришлось остановиться и опустить ему сидение. Накрыл своей кожаной курткой и только после этого Ибо перестал дергаться и тихо засопел. Сяо Чжань не знает, какую реакцию ожидать утром. Да и не знает, во сколько проснётся Ван Ибо – если до него, то Сяо Чжань боится, что Ибо может уехать тихо и без драмы, а если позже него, то Сяо Чжань попытается с ним поговорить. Сяо Чжань впервые видит Ван Ибо пьяным – в его большом доме много пустующих спален, но он решил уложить на собственную кровать. Присаживается и несколько минут не хочет оставлять его. Желает коснуться. И он не может противиться желанию своего сердца. Сяо Чжань проводит по черным волосам, слегка задевая его ухо. Чертит указательным пальцем линию от виска до подбородка, незаметно для себя наклоняясь ближе. Сяо Чжану нравятся его губы – он вспоминает, как впервые поцеловал его, именно тогда утром, до той ссоры. Всё ещё помнит ощущения – губы младшего были холодными, из-за того, что он пил холодный латте перед поцелуем. Он держал кофе в руках и не знал, куда поставить, поэтому Сяо Чжань тогда взял кофе сам и оставил на капоте машины. Сначала медленно целовал, пытаясь понять почему именно эти губы он так желал всё это время. Кусал, пытаясь подавить зверское желание внутри, которое горело адским огнем с ног до головы. Было мало. Сяо Чжань сжимал его волосы и как только услышал тихий стон, по-взрослому поцеловал. И ощутив Ван Ибо совсем близко … остановился. Увидел раскрасневшегося Ибо в первый раз. Такого любимого и всё ещё утренне-сонного. Сяо Чжань хочет вернуть его назад. Хочет с ним поговорить долго и долго, попросить прощения и объяснить почему всё так обернулось. Почему именно в тот день, почему именно в день первого поцелуя всё разрушилось прямо перед их глазами.

***

      Ибо делает попытку разлепить глаза. С первого раза не получается. Глаза открываются лишь напряжением бровей. Усилие привести мысли в порядок и Ибо уже неприятен себе. Несколько глубоких вдохов и Ибо замечает, что он не на своей кровати. Тяжелые удары пульса отдаются в шее, и Ван Ибо заставляет себя встать, чтобы его не вырвало прямо на чужой кровати, чьей бы она не оказалась. Он оглядывается и замечает ванную. На коленях встаёт перед унитазом и ощущает, как горечь подступает в горло. Его впервые рвёт сильно. Он вчера должен был посетить своего врача, но и отца обманул, и брата обманул. Оказался в баре вечером, выпил много и вот результат. Ибо не знает, как вообще тут оказался, если он точно попросил Сичэна забрать. Открывается дверь в спальню. Несколько судорожных вдохов, дыхание постепенно восстанавливается, дрожь уходит и Ван Ибо открывает глаза, догадываясь почему.       — Чжань Гэ? Сяо Чжань кладет чистую одежду на кровать и подходит к Ибо.       — Тебя вырвало? Ибо не знает, как реагировать. Будто он во сне, нет, в тех в своих представлениях, где он с Сяо Чжаном живут в одном доме.       — Чжань Гэ, – снова зовёт его по имени, так как ничего в голову не приходит. Он слишком удивлен, чтобы спросить, как он тут оказался.       — Прими душ и переоденься, – Сяо Чжань помогает ему встать и отдаёт чистые вещи. Показывает, что где расположено и Ван Ибо положительно кивает, когда Сяо Чжань просит потом спуститься вниз. Ван Ибо становится легче после душа. Он накидывает на себя одежду старшего и глубоко вдыхает запах апельсина. Спустившись, он присаживается за стол и Сяо Чжань наливает ему чай с дольками апельсина. Помнит. А ведь Ибо из-за него начал пить чай с апельсином и до сих пор не перестал.        — Я вчера был с Сичэном, – Сяо Чжань присаживается напротив и глазами просит кушать. Завтрак Ибо обычно пропускает, сам не умеет готовить и никого не просит приготовить ему.       — Вы до сих пор общаетесь? – Ибо на миг чувствует себя преданным. Ведь их отцы партнеры, а его брат с Сяо Чжаном ровесники. Получается только он ходил в стороне. Как чужой.       — Да, – Сяо Чжань не отрывает взгляда. Он следит за каждым изменением в лице, за каждой морганием. Он хочет знать его нового, изменившегося Ван Ибо.       — Почему ты забрал меня? – резко вытягивает Ибо старшего из раздумий.       — Хотел поговорить, – Сяо Чжань ближе ставит тарелку и даёт Ибо вилку, что он не собирался пока брать. — Мы всё равно потом бы встретились.       — Хотел поговорить о чём? Сяо Чжань чувствует раздражение. Над ним злость и обиду.       — Ибо, перестань смотреть на меня так, будто я твой враг, – спокойно просит и дотрагивается его руки.       — И как, по-твоему, я должен смотреть? – Ван Ибо резко встаёт и за ним старший. — Я тебя не просил меня забирать! Сяо Чжань в этот момент мог бы улыбнуться, так как видит в нём прежнего Ибо. Он не менялся, он тот же самый упрямый парень.       — Ван Ибо! – хватает за руку и останавливает. — Я и не думал, что ты можешь разозлиться из-за этого!       — Ты хочешь, чтобы я поблагодарил тебя? – неожиданно для старшего Ибо отвечает низким тоном прямо ему в лицо. — Где мой телефон? Сяо Чжань достаёт его телефон из кармана.       — Отвези меня домой. Ван Ибо быстрыми шагами выходит наружу, оставив Сяо Чжана нервно потирать шею.

***

      — Ты вчера пил? Ибо присматривается к чистому халату Цзян Чэна, подперев рукой тяжелую голову. Если бы не его состояние сейчас, стрессовое и слабое, он бы, наверное, приехал только после течки.       — Да. Цзян Чэн выпускает возмущенный выдох.       — Смотри, по календарю, у тебя течка должна была начаться в ближайший вторник, но сейчас твоя температура выше нормы, давление снизилось, острая головная боль, тебя вырвало утром, – Цзян Чэн на пальцах считает, чтобы на максимуме показать в каком состоянии Ибо оказался за ночь. — Сегодня пятница, вероятно, твоя течка начнётся уже в воскресенье, – Ибо выпрямляется в недоумении.       — Как такое может быть?       — Ты что-то скрываешь от меня? – немного наклонив голову, Цзян Чэн быстро-быстро моргает красивыми глазами. — Альфу что ли нашёл?       — Объясни нормально, Цзян Чэн, что происходит?       — Что тут объяснять то, – врач показывает на планшете непонятные, для Ибо, узоры. — Феромоны какого-то альфы подействовали на твоё девственное тело, поэтому твоя течка начнётся раньше, – Ибо закрывает глаза.       — У меня матч в этот четверг, – Цзян Чэн в курсе, что он готов бить голову своей папкой.       — Это будет какой день течки? Пятый? – Цзян Чэн открывает календарь. — Пятый день не тяжелый. Я дам, что нужно.       — Ты уж постарайся, – Ван Ибо берёт листок с рецептом и шагает к двери.       — Ты тоже старайся приходить ко мне в указанные даты, понял? – кричит ему как брат.       — Понял! С Не Хуайсаном, как и с Цзян Чэном, Ван Ибо знаком долгое время. Парень талантливый и свою машину Ван Ибо доверяет только ему, после Сяо Чжана. В такие моменты Ибо старается не уходить с головой в работу – Не Хуайсан уже два года как имеет проблемы с одной ногой, поэтому Ибо ставит здоровье своей команды на первое место. С этими мыслями он поднимается на восьмой этаж, где и лежит его талантливый механик.       — Ты сюда больным приехал или это курортная палата? Ван Ибо рад, что зашёл вовремя. Парень не спит, а значит и поговорить можно.       — Умеешь же шутить с таким каменным выражением лица, – Не Хуайсан наблюдает, как Ван Ибо ставит корзину с фруктами и отходит к окну.       — Как ты?       — В целом нормально, но врачи сказали не нагружать ногу, – с грустным тоном отвечает парень.       — Получается тебя не будет месяц?       — Как я помню, ты собирался отдохнуть после этого матча, – с подозрением говорит парень, поднимая брови. Ван Ибо положительно кивает.       — Ты нашел механика?       — Да, Сяо Чжань поможет. Не Хуайсан знал, что это будет старший Чжань, но всё равно решил спросить.       — Волнительно, наверное, осматривать машину, которую собирал собственными руками, – Ван Ибо также думает. Каково будет старшему, когда он увидит машину, собранную ими вдвоём?       — Он знает свое дело.       — Не сомневаюсь. Они ещё немного разговаривают и Не Хуайсан просит звонить в крайних случаях. Ван Ибо отвечает, что только в крайнем случае, а так, старший может разобраться. Уходит и желает своему механику скорейшего выздоровления. 

***

      — Что с механиком? Сяо Чжань не видел эту машину тоже четыре года. Тогда они с Ван Ибо вместе собирали эту машину – она тогда была белой, с красными точками в некоторых местах. Сейчас она больше зеленого цвета, с красными надписями городов, где Ван Ибо выигрывал первые места. Сяо Чжань знает, потому что тоже следит за ним.       — В больнице, – Ван Ибо удивлён, что со вчерашнего дня его жизнь стала насыщенней. За один день будто не только у него, но и у всех жизнь перевернулась с ног на голову.       — Не Хуайсан?       — Ты его знаешь? Сяо Чжань положительно кивает.       — Ты что следишь за мной? – с ноткой раздражения спрашивает Ван Ибо.       — А у меня был выбор?       — Да, – старается не переходить на грубый тон. — Не следить за мной. Если бы это был шестнадцатилетний Ван Ибо, то он бы разозлился. Сяо Чжань видит, Ван Ибо действительно повзрослел. — Ведь я несовершеннолетний. Ставит точку. Напоминает тот день.       — Давай поговорим, – Сяо Чжань просит его сесть в машину и Ван Ибо занимает пассажирское сидение. — Не перебивай.       — Хорошо, – получив положительный ответ Сяо Чжань вдыхает его запах.       — Мы познакомились, когда тебе было четырнадцать. Наши отцы уже тогда подумывали, что поженить нас будет хорошей идеей для их компании. Они ждали, когда исполнится тебе шестнадцать.       — Но почему именно в тот день ты решил поссориться со мной? – Ван Ибо всё же встревает.       — Сам подумай, если бы тогда мы поженились, стали бы всеобщим обозрением для всех. Тебе было всего шестнадцать, тебе неинтересна тема компании, разве тебе это принесло бы удовольствие?       — Нет, – Ван Ибо по сей день ненавидит тему компании и бизнеса.       — Потому я решил, что нам надо закончить отношения, пока мы не успели что-то натворить, – Сяо Чжань делает недолгую паузу. — И ты был слишком юн, чтобы вступать со мной в отношения.       — А сейчас? Сяо Чжань немного теряется от прямолинейности Ибо.       — Сейчас мы оба свободны в решениях, я самостоятелен, ты тоже, – старший пытается повернуть ответ в лучшую сторону.       — Получается, ты специально сделал меня виноватым?       — Да, – Ван Ибо теперь понимает всю суть. Сяо Чжань хотел, чтоб он полностью исчез. Первая причина – ранний брак. Вторая причина – бизнес отношения. — Я знал о свадьбе, я знал обо всём и это был единственный способ остановить тот абсурд.       — Завтра приедешь вечером, – к удивлению старшего, бросает Ван Ибо. Сяо Чжань понимает его чувства. Ему нужно время подумать. — Я буду занят весь день. Сяо Чжань уезжает, оставляя Ван Ибо тонуть в собственных мыслях. С одной стороны ранний брак не был для них лучшим решением, с другой стороны, это бизнес, который Сяо Чжань тогда начинал.       Следующий занятый день проходит по особой схеме. Утром Ибо встаёт с эрекцией – от высокой температуры голову будто затянуло, вся спальня пахнет сандалом. Он звонит менеджеру и предупреждает, что опоздает на полчаса. Принимает прохладный душ, завтракает как положено и только после этого принимает подавляющие таблетки. Приезжает в северный район, на трассу, где пройдёт гонка через четыре дня. И чувствует себя намного лучше – прохладный ветер сбивает температуру, чистый воздух даёт ему хорошо дышать. Когда находит минутку, звонит Цзян Чэну и предупреждает, что течка начинается сегодня. Они снова вместе пробегают по таблеткам и Ван Ибо благодарит его. И тут он вспоминает, что сегодня вечером приезжает Сяо Чжань. Ван Ибо на минуту стоит и думает, как же ему поступить. А Сяо Чжань сегодня почти ничем не занимался – лишь отвечал на важные звонки и попросил секретаря не назначать крайне важные встречи на эту неделю. Он хочет думать о Ван Ибо, о его желаниях, о его стремлениях. Поэтому спешит к нему домой, не просто помочь в роли механика, но и поговорить с ним, ответить на все вопросы, которые его волнуют. Как только Сяо Чжань поворачивает в нужный район, на экране телефона высвечивается имя Ван Ибо. Сяо Чжань принимает вызов моментально:       — Ибо?       — Чжань Гэ?       — Я почти у твоего дома, – Сяо Чжань слышит в его голосе слабость.       — Чжань Гэ… сегодня не получится, – Ван Ибо сидит в своей машине. Дела закончились поздно, а как только он сел в машину, понял, что за рулём ему будет трудно сосредоточиться.       — Что случилось? – Сяо Чжань резко останавливается. — Тебе плохо?       — Нет, – Ван Ибо морозит. Он включил кондиционер, но руки и ноги всё ещё холодные.       — Дай мне адрес, я заберу тебя, – Сяо Чжань сворачивает назад.       — В этом нет необходимости.       — Ибо! – Сяо Чжань повышает голос. — Скажи адрес!       — Ты не можешь приехать, – Ван Ибо не знает, что лучше. Остаться тут на ночь или поехать домой со старшим.       — Почему? – совсем без других мыслей спрашивает Сяо Чжань.       — У меня течка. Ван Ибо думает, что это его остановит. Хотя нет, он верил, что это его остановит. Ответ не заставляет себя ждать долго.       — Ты думаешь я спокойно усну, пока не узнаю черт возьми ты где? Ибо ждёт его ровно девятнадцать минут. Он был на парковке – ровно через девятнадцать минут он слышит рев мотора биэмви и как старший резко рулит именно в сторону его машины. Ибо не может даже самостоятельно выйти. Сяо Чжань одет как обычно – черные, идеально выглаженные, брюки, черный тренч и под ним белая рубашка. Он подходит к машине и только открыв дверь, удивляется насколько сильно салон заполнился запахом сандала. Ибо смотрит вперёд и не выходит. Сяо Чжань тяжело вздыхает.       — Какого чёрта ты думал, что остаться тут будет хорошей идеей? – Ван Ибо даже не хочет представлять плохие вещи. — Ты видишь этих охранников? – Сяо Чжань даже посчитал, их тут больше десяти. — Тут полно незнакомых тебе мужчин, ты думаешь, что твой запах никого не спровоцирует? Сяо Чжань прав. Никто не уверен на все сто, что мужчины альфы тут могут тихо стоять и делать работу, пока на парковке популярный омега не может сесть за руль из-за течки.       — Пожалуйста, не кричи на меня, – Ибо наконец поднимает глаза. Сяо Чжань видит в них боль и усталость. Целый день находиться с другими людьми, обсуждать трассу и возможно он даже сел за руль, возможно ему было ещё хуже… Сяо Чжань успокаивается. Он не хочет сильнее добивать Ибо, чтоб потом снова сидеть и просить прощения.       — Можешь ходить?       — Да, – Ибо берёт только телефон, таблетки и выходит из машины. Сяо Чжань следует за ним. Уложив сзади, Сяо Чжань его накрывает пледом. Ибо держит низ живота и скручивается в клубочек.       — Подавляющие пил? – Сяо Чжань начинает вести аккуратнее.       — Пил.       — Ибо, чтобы такое было в первый и в последний раз, понял меня? Ван Ибо молчит. Долго.         — Почему ты так беспокоишься? Я не слабый, – Сяо Чжань не имеет права сомневаться в его словах, но он омега. И этот факт ему не вычеркнуть.       — Я волнуюсь о тебе, Ибо. Ван Ибо становится приятно с этих слов до боли в сердце. И он плачет. Он выпускает наружу всё, что скопилось за это время. Он не может поверить, что Сяо Чжань забирает домой, на собственной машине и заявляет, что волнуется о нём. Ван Ибо сильнее плачет.       — Мне остановиться? Где болит? – на испуганный вопрос, Ван Ибо быстро-быстро отрицательно качает головой, пока из глаз текут слезы собранные за четыре года.         — Скажи, что ты заботишься обо мне не из-за жалости, – всхлипывает и сильнее тянет колени к груди.       — Ни в коем случае, как ты можешь так думать? – Сяо Чжану тоже плохо. Он впервые видит, как плачет Ибо. Спустя некоторое время Ван Ибо успокаивается и спрашивает:       — Приедешь завтра?       — Утром, – Сяо Чжань думает, что перемены настроения из-за течки. Возможно, завтра утром, Ван Ибо даже не будет помнить, как оказался дома.       — Хорошо, – совсем тихо произносит и хватает минуты две, как он уже спит крепким сном, благодаря запаху Сяо Чжана. А старший отвозит его домой. Снова Ибо на крепких руках – Сяо Чжань знает, как младший хорошо успокаивается благодаря его запаху. Поэтому спит так крепко, не догадываясь, что Сяо Чжань оставил самый трепетный поцелуй на его щеке. Сяо Чжань кладет его телефон и таблетки на тумбочку и уезжает домой.

***

      Три дня до матча прошли по-разному. В первый Ван Ибо было совсем плохо. Его вырвало с самого утра, вызывая слабость. Сяо Чжань не мучал его вопросами, поэтому попросил просто быть с ним, пока он будет разбираться с машиной. Ибо спал крепким сном после первого дня. Второй день начался немного раньше, так как Сяо Чжань предупредил, что собирается работать на задней части машины. Ван Ибо стало лучше и он много разговаривал. Третий, последний день до гонки. Ван Ибо познакомил Сяо Чжана с командой, и они вместе до вечера обсуждали завтрашнюю гонку. Всё прошло гладко, каждый остался доволен и без лишних вопросов. Сяо Чжань отвёз Ван Ибо домой и попросил, чтобы он хорошо отдохнул. Младший спал крепко и без кошмаров.

***

      Сяо Чжань стал ощущать, что воздух в северном районе намного чище, чем у них. Зрители давно расположились и Сяо Чжань в некоторых глазах будто видит боязнь за страшные последствия гонки. Погода давала о себе знать – на небе двигались серые облака, и все насторожились с утра, что возможно опустится густой туман через некоторое время. Сяо Чжань прекрасно осведомлён, что не все гонщики умеют водить при такой погоде, а вот Ван Ибо… Сяо Чжань улыбается, увидев баннер с именем Ибо в руках молодого парня. Он помнит, как много раз брал Ибо с собой в ужасающих погодных условиях водить машину и заоблачное вождение Ван Ибо прекрасно достиг благодаря практике со старшим. Через несколько минут у команды Ван Ибо кипит работа – инструментальные ящики разбираются и расставляются по строго установленным местам, кто-то пританцовывает под громкую музыку, но все настолько напряжены в лицах, что Сяо Чжань ощущает огромную ответственность и за Ван Ибо, и за его машину, которую он до сегодняшнего дня осматривал сам. Через десять минут появляются сами гонщики. Ван Ибо всех горячо приветствует и даёт знать своей команде, что он в полной уверенности сегодня выложиться на полную. Он отправляется прогревать машину и резкий рев моторов поднимает шум зрителей. По возвращении, Сяо Чжань и другие парни проводят последнюю проверку. Сяо Чжань вызывает младшего в сторону на небольшой разговор.       — Как самочувствие? – старший успокаивается, увидев Ибо совершенно бесстрастным.       — Пойдёт, – такой же спокойный ответ.       — У меня небольшой подарок для тебя, – Сяо Чжань аккуратно вынимает длинную коробочку из внутреннего кармана и открыв сначала показывает Ван Ибо. В черной коробочке лежит необычная цепочка.       — Косточка?       — В ту ночь, когда я забрал тебя пьяным, заметил кулон собаки у тебя на шее, – Сяо Чжань помнит, как долго выбирал подарок на его день рождения, четыре года назад. — Теперь к дополнению к нему я хочу дать косточку, – Сяо Чжань глазами просит, может ли надеть ему подарок. Ван Ибо положительно кивает и старший немного опустив молнию надевает косточку ему на шею. Сяо Чжань смотрит на него не отрываясь. — Ван Ибо, вернись ко мне. Ван Ибо перестаёт слышать шум вокруг себя. Он долго стоит и смотрит в самые добрые глаза, в которые до сих пор боится смотреть без надежды. Без надежды на то, что сегодня ему по-крупному повезёт. Ван Ибо не знает когда начал ассоциировать старшего с удачей – была ли эта цепочка, подаренная четыре года назад или же его неожиданное осознание, что зеленый цвет для него цвет старшего и удачи в одном. Поэтому он закрасил машину всеми оттенками зелёного. Сяо Чжань – его самая большая удача в этой жизни.       — Чжань Гэ, ты ведь так и не спросил, как я назвал свою машину, – Сяо Чжань потирает лоб и улыбается.       — И как ты назвал её?       — Я назвал … По всему стадиону слышится свист и показывают табличку 5 . Ибо берёт косточку в кулак и снова посмотрев на старшего улыбается. Сяо Чжань сжимает его руку и желает удачи. Ибо подъезжает к стартовой решётке, а команды гонщиков отступают назад. Снова свист и на экране видна табличка 3 . Все гонщики на месте. Предпоследний свист и на экране уже табличка 1 . Ибо заводит машину и глубоко вздохнув запах апельсина в салоне, берёт косточку и целует на удачу. Последний свист и последние пятнадцать секунд. Ибо полностью подстраивается под свою машину и когда перед ними взмахиваются зеленые флаги, даёт себе старт. Дальше всё идёт очень быстро. Ван Ибо фокусируется на своей скорости, но как только он заканчивает первый круг, он глубоко уходит в воспоминания с Сяо Чжаном. Он начинает думать, как впервые сел за руль и попал в небольшую аварию. Ван Ибо немного всхлипнул, протирая влажные глаза рукавом свитера. Сяо Чжань быстро накинул на мальчика свой пиджак и принялся утешать:       — Чжань Гэ здесь, не бойся, – сидя на корточках перед мальчиком, Сяо Чжань внимательно рассматривает открытые участки кожи и волнуется не поранился ли младшенький. — Почему вовремя не затормозил? Ибо начинает сильнее плакать. Старший уверен, что явно тут дело не так. Ведь Сяо Бо уже за рулем несколько месяцев и не может быть, чтоб он мог допустить столь маленькую ошибку.       — Я испугался, – всхлипывает. — Подумал, что ты за мной гонишься, – мальчик наконец еле выговаривает. Сяо Чжань притягивает его к себе и крепко обнимает, понимая, что это его ошибка.       — Чжань Гэ сожалеет, простишь меня? – Сяо Чжань вытирает его слезы и держит теплое лицо в руках.       — Да.       — Сяо Бо, ты ведь говорил мне, что не хочешь бояться ничего? Мальчик положительно кивает, и старший ощущает, что он медленно успокаивается.       — Я научу тебя, – мальчик с недоумением хлопает глазками. — Научу тебя не бояться. Ван Ибо делает ещё один круг и видит на табличке, что уже сделал девятнадцать кругов.       — Чжань Гэ, спасибо, что научил меня не бояться. Ван Ибо делает свой последний круг и заканчивает игру первым. Вокруг зеленой машины начинает скапливаться его команда. Открывают ему дверь, и он со слегка ватными ногами выходит из машины. Ван Ибо ждёт его. Сяо Чжань крепко обнимает.       — Ты большой молодец, – Сяо Чжань обнимает крепче. — Ты действительно стал сильным.       — Чжань Гэ?       — Да? – отпустив, Сяо Чжань вопросительно поднимает брови в улыбке.       — Я назвал свою машину Преследователем. Сяо Чжань застывает на месте.       — Первая авария…, – медленно вспоминает Сяо Чжань. Именно в ночь его первой аварии, Сяо Чжань почти стал виновником. Ведь Ван Ибо подумал, что Сяо Чжань не просто едет за ним, а гонится. А ярко-пламенный цвет машины, у Ибо ассоциировался с огнём. Вот почему Ван Ибо имеет особую тактику сначала показывать, что отстаёт, а потом всем видом своей машины, звуками, показывает, насколько опасен, когда он именно сзади них. Он же преследователь. Он же тот, кто преследует с опасностью.

***

      После матча они возвращаются вместе домой к Сяо Чжану. Долго разговаривают после ужина и не замечают, что уже потемнело. Ван Ибо решает остаться на ночь и просит старшего дать ему именно его спальню. Ведь там его запах, уволакивающий младшего в безопасность. Сяо Чжань также даёт ему чистую пижаму и оба идут спать в разные комнаты. Когда весь город спит, Сяо Чжань просыпается от кошмара. Спускается попить воды и решает проверить спокойно ли спит Ибо. Сяо Чжань тихо открывает дверь и замечает, что Ибо не спит. Прижав колени к животу, Ибо одной рукой сжимает простыню, другой держит живот. Сонное лицо тут же меняется на обеспокоенное и Сяо Чжань заходит в спальню. Бросает взгляд на закрытое окно и собирает в легкие насыщенный запах сандала.       — Ибо? – Сяо Чжань аккуратно дотрагивается его плеча и как только Ибо поворачивается к нему лицом, видит, насколько ему плохо. Сяо Чжань касается лба, потом шеи и дрожащих рук. Горячие. Вероятно, что запах старшего не успокоил, а наоборот усилил его течку. Сяо Чжань виновно опускает голову, увидев влажные глаза.       — Чжань Гэ, – Ибо тянет его за руку и делает попытку встать, но проваливается. — Я теперь достаточно взрослый, чтобы ты мог быть со мной в одной кровати? Сяо Чжань присаживается на кровать. Дотрагивается красных щёк и не может оторвать глаз с его губ. Ван Ибо их кусал.       — Ты правда уверен, что хочешь этого? – совсем тихо шепчет над ним Сяо Чжань.       — Я никогда не поменяю решение, – Ибо вытирает влажные глаза. — Я хочу только тебя. Старший медленно склоняется над ним и крепко обнимает, чтоб Ибо успокоился. Медленно гладит низ мягкого живота и целует в открытые ключицы. Ибо в полном сознании – он закрывает глаза и глубоко уходит в ощущения, он отдаётся чувствами, телом, голосом, дыханием и ничего не оставляет. Он отдаёт всё без остатка. Сяо Чжань поднимает Ибо к себе и усаживает на бедра. Облокотившись на спинку кровати, Сяо Чжань опускает голову к груди Ибо и гладит его спину. Тело горячее, спина влажная, а его руки немного дрожат. Сяо Чжань избавляет его от рубашки и поднимает глаза – Ван Ибо тихо отпускает слёзы. Он всем телом уверен, как хочет этого мужчину. Ибо сбито дышит так близко и слышит, как сердце напротив стучит сильнее, когда он проводит большим пальцем по нижней губе. Он касается тонких губ, но не целует. Ибо хочет знать, как Сяо Чжань дышал четыре года без него. Четыре года, они не виделись, не стояли рядом, не разговаривали. Ван Ибо сжимает черные волосы на затылке, когда Сяо Чжань следует ему, касаясь губами. Так же, как и Ван Ибо дышит в губы, которые он хотел ещё тогда целовать, но если поцелуются, будто проклянут друг друга. Самой страстной любовью. Большой ладонью, Сяо Чжань проводит по влажной спине и изучает тело, невесомо касаясь подушечками пальцев. Ибо немного приподнимается и снова возвращается в своё положение и отпускает удивленный стон, когда меж бедер ощущает твердый член сквозь боксеры. Сяо Чжань крепко держит его за талию и Ван Ибо, пользуясь этим опирается в спинку руками с обеих сторон, поднимаясь на колени. Сяо Чжань немного опускается и высвобождает небольшой член. Аккуратно берёт в рот и Ван Ибо тут же кладет ладонь на живот. Сяо Чжань сосёт его член медленно, будто пытается по одному тянуть с него удовлетворительные стоны. Он со спины скользит пальцами вниз и двигается к промежности. Там всё влажно – Ван Ибо почти плачет от удовольствия, когда ощущает толстые пальцы меж ног, что двигаются от яиц к кольцу мышц и обратно. Тянет старшего за волосы к себе и наконец заканчивает это мучение поцелуем. Сяо Чжань так глубоко целует Ибо языком, что последний забывает о пальцах меж ног и вздрагивает вверх, когда ощущает два длинных пальца в себе. Он откидывает голову назад и стонет громко, пытаясь удержать себя в этой позиции. Сяо Чжань двигается внутри аккуратно и наблюдает, как Ибо, собирая руки в кулаки, пытается держаться на коленях, но они чертовски дрожат от новых ощущений, что в какую-то секунду, Ибо не чувствует ног и падает на бедра старшего. Сяо Чжань валит его на спину – пока он поцелуями добирается вниз, Ван Ибо немного склоняется набок, открывая взор на красный влажный анус. Сяо Чжань хватается за одну ногу и приподнимает его. Ван Ибо сжимает теплую простыню, когда ощущает горячий язык внизу и перестаёт контролировать абсолютно всё. Сяо Чжань его оставляет на несколько секунд и полностью избавляется от одежды, показывая, как он его хочет там – томным взглядом проводит по толстому члену несколько раз и Ван Ибо сглатывает, когда видит, как член всё больше набухает. Сяо Чжань отвлекает его поцелуем. Как только Ибо ощущает головку, кусает старшего за плечо. Сяо Чжань проводит рукой по горячей щеке и просит расслабиться. Член полностью сжимается узкими мышцами и Сяо Чжань низко простонав, входит глубже.       — Чжань Гэ! Ибо не контролирует голос – он думает, насколько глубоко может он ощутить Сяо Чжана, если каждый толчок он чувствует с головы до пят. Внизу Ибо ощущает, будто он сейчас сгорит и с новым толчком он все сильнее ощущает, как приятно иметь его внутри. Сяо Чжань внимательно наблюдает, как медленно Ибо двигается к нему навстречу – извивается, тихо постанывает и сильнее сжимает его запястье.       — Глубже, – просит Ибо. — Пожалуйста, ещё глубже. После эти слов, Сяо Чжана будто прокляли до утра. Он наконец понимает, как же ему приятно быть с Ван Ибо в одной кровати. До боли кусать его губы, а потом наслаждаться его красными опухшими губами, проводить по его выпуклому адамову яблоку, сжимать тонкую шею и грубо толкаться сзади. Взять его над собой – Ван Ибо никогда не думал, что, лежа над ним и раздвигать ноги шире, пока он глубже толкается, доставят его прямо до небес. Он стонет сколько хочет – знает, что теперь их ничего не держит, почти кричит, когда Сяо Чжань ставит его на четвереньки и опускается туда языком. Ибо плачет от удовольствия – он боится называть это удовольствие словами. Оно замечательное до дрожи в ногах, неудержимое до резких движений руками, что Ван Ибо не замечает, как начинает двигаться вперёд, словно хочет убежать. Очень приятно, что хочется убежать, но его тянут назад за бедра, снова достают до точки удовольствия и Ван Ибо окончательно сходит с ума. Сяо Чжань думает, что их любовь похожа на импровизацию. Никаких сценариев, подготовки и позиций. Только чистая импровизация, которая следует желанию тела обоих. Ван Ибо к утру слабо смеётся, когда сидит на старшем и играется его волосами. Оба обнаженные, прижатые телом к телу, уставшие и счастливые. Лениво целуются, вместе встречая рассвет. Сяо Чжань наконец открывает окно и впускает осенний прохладный ветерок и спешит накрыть обоих теплым одеялом. Когда все только просыпаются, Сяо Чжань тихо напевая песенку, наблюдает, как Ибо начинает засыпать.