Comeback

Разобравшись с этими тремя идиотами, Такемичи ужасно проголодался. Он спустился на кухню, чтобы поесть приготовленную Осанаем еду, и заварил себе чашку горячего какао. Войдя в гостиную, он увидел Коко, сидящего на диване и что-то записывающего. Присмотревшись, он понял, что это книга по финансам, толщиной примерно с половину ладони. Коко удалось прочитать её целиком и даже детально проанализировать — поистине ум прилежного и интеллигентного человека. Увидев своих подчиненных, стоящих у двери на ледяном холоде, он задался вопросом, почему им было поручено стоять там. Внутри были одни чудовища; кому вообще нужна защита? Однако Такемичи понимал, что это знак уважения подчиненных к своему лидеру, поэтому он повернулся и вернулся на кухню. «Я и так уже некоторое время не работаю, а руки и ноги так и норовят вернуться к работе.» — Вот. Выпей. Коко вздрогнул и поднял глаза. Темноволосый человек перед ним протянул ему чашку горячего какао, а его расслабленная улыбка, освещенная солнечным светом из окна, внезапно стала настолько яркой, что почти ослепляла. Коко на мгновение замер, прежде чем принять чашку, нерешительно кивнув. — Спасибо. Такемичи усмехнулся. Раньше он нечасто общался с этим парнем, но самое яркое воспоминание о нем связано с его высокомерием в Чёрных драконах. Теперь, увидев его в таком растерянном состоянии, к нему было гораздо проще подойти. Эти ярко-голубые глаза сверкали от веселья. Коко на мгновение замер, затем быстро отвел взгляд, откашлялся и сказал: — Это… Задание, которое ты поручил, выполнено наполовину. Оно обходится очень дорого… Времени мало… Я не уверен, что смогу закончить его вовремя. Такемичи вздохнул, его глаза были полны уверенности, он не осознавал, насколько зависимым был его тон: — Я тебе доверяю, поэтому и отдал тебе все свои деньги. Я знаю, ты гений в зарабатывании денег... У тебя всё получится. Сердце Коко замерло, и он неосознанно повернулся, чтобы посмотреть в эти яркие голубые глаза, чувствуя, что всё больше сходит с ума. Какао в чашке мягко закрутилось. Коко нервно сглотнул, представляя, как Аканэ улыбается ему. Не подозревая, что в гостиной разворачивается настоящая интеллектуальная война, Такемичи вынес на улицу поднос с горячим какао. Его подчиненные, одетые в ярко-красные мундиры, резко контрастирующие с белым снегом, широко раскрыли глаза. Каждый из них тут же выпрямил спину, сложил руки за спиной и громко поклонился. Привыкший к чопорности этих парней, Такемичи передал поднос с десятью чашками горячего какао своим подчинённым, стоявшим по стойке смирно, и с улыбкой сказал: — Ребята, стойте на крыльце, а не на снегу. Вы весь день стояли на холоде, выпейте что-нибудь, чтобы согреться. Они с изумлением смотрели друг на друга, застыв на месте, а затем с неохотой взяли чашку горячего какао; их глаза и носы покраснели от волнения. Услышав подобные эмоциональные рассказы от других, они теперь, испытав всё на собственном опыте, могли поверить в их правдивость. Чёрт возьми, только этот человек к ним хорошо относится. С тех пор как собаковод Тосвы, присоединился к Поднебесью, система внутри полностью изменилась. Она стала строже, но и мягче. Строго следят за ненадлежащим поведением, пресекают изнасилования и наркотики, но снисходительнее относятся к принципу «крупная рыба ест мелкую». Несколько раз главы Поднебесья избивали людей почти до смерти, и только благодаря этому человеку никто не погиб. И он обращался с ними исключительно хорошо… Он невероятно хладнокровен, когда это необходимо, но также добросердечен. Он может кричать на Четырёх Небесных Королей и даже на хладнокровного вождя, но всегда уважает своих подчинённых... Вся банда поклонялась Ханагаки Такемичи превыше всего. Да, даже если это означает смерть, они должны защитить этого человека. Такемичи совершенно не подозревал, что его группа последователей яростно стремится возвести его в ранг божества, он был погружен в свои мысли, глядя на белый снег во дворе. Прошлой ночью выпал сильный снег, сугробы достигали уровня колен, образовав потрясающе красивый белый покров. Такемичи не смог устоять и выбежал на улицу, чтобы поваляться в снегу, и так увлекся, что его щёки покраснели. Подчинённые украдкой огляделись и, убедившись, что никого нет, быстро сделали дюжину фотографий на свои телефоны, втайне размышляя о том, какие проблемы эти снимки могут вызвать в культе Ханагаки Такемичи. Эти фотографии точно будут распроданы! Услышав знакомый смех, Коко вышел посмотреть, что происходит. В тот момент, когда он увидел густые чёрные волосы на фоне белого снега, его сердце чуть не выскочило из груди. Такемичи увидел Коко, стоящего перед домом и обхватившего грудь обеими руками, и помахал ему рукой. — Коко! Хочешь поиграть? Снега так много! Будет очень весело!! Две щёчки, ухоженные всей бандой, были круглыми, румяными и мягкими, словно два маленьких персика — их так и хотелось укусить… Коко чуть не врезался головой в ближайшую стену. Он стиснул зубы, медленно вышел и пробормотал себе под нос: — Мы же парни, зачем мне их кусать?.. Санзу закончил перевязывать рану и бросился вниз. Увидев черноволосого, лежащего в снегу и ничего не замечающего, он испепеляющим взглядом посмотрел на Коко, его вид словно кричал: «Не трогай его!» Коко пришел в ярость от взгляда этого безумного, похожего на собаку ублюдка. Он усмехнулся, обнял Такемичи за левое плечо, наклонился к его мягкой, белой мочке уха, контрастирующей с прядями черных волос, и тихонько усмехнулся: — Тебе не холодно? Такемичи внезапно осознал, что на нём только тонкая пижама, и валяться в снегу было очень холодно. Прежде чем он успел заметить, насколько странным было положение между ним и Коко, снежок со скоростью пули метнулся прямо тому в лоб, настолько быстро и сильно, что Коко отлетел назад. Санзу радостно усмехнулся, но прежде чем он успел приблизиться к цели, два снежка с молниеносной скоростью полетели в него, попав прямо в лицо. Санзу вздрогнул от боли, схватился за нос и отшатнулся на несколько шагов назад. Ран и Риндо, с приклеенными к лицам обезболивающими пластырями, холодно ухмыльнулись, в их глазах читалось удовлетворение от совершённой мести. — Бля-!!! Санзу только выпрямился, когда ему прямо в затылок бросили снежок, боль была настолько сильной, что на мгновение затуманила ему зрение. Коко поднял бровь, высунул язык в надменной ухмылке, его тон был провокационным: — Ой, больно? Санзу смахнул белый снег, прилипший к ресницам и затылку, его бледно-голубые глаза были полны безумия. Четверо бывших сообщников крупнейшей преступной организации будущего мгновенно сверкнули друг на друга взглядами, словно между ними летели искры, затем тут же наклонились, зачерпнули снег и начали яростно бросать его, словно пытаясь убить друг друга снежками, и зарычали: — Умри! — Сам сдохни! Такемичи сидел в стороне, наблюдая за полем боя с другой стороны, и снова задавался вопросом, как эти четверо смогут работать вместе в будущем…