Хэллоуин в компании Тёмного Лорда

— Вас приветствует агентство по выполнению желаний «Дорого и качественно». Меня зовут Саманта. Ваш номер определился, как номер телефона нашего постоянного клиента Повелителя. Это так? — Да, это я, — послышался уставший голос на другом конце, а после звук хрусталя, скорее всего бокал поставили на стол и сейчас наполнят алкоголем. — Я устал и хочу расслабиться. — Конечно, Повелитель. Насколько я поняла, это внеплановый заказ, поскольку сегодня не пятница, а вторник. — Да, Саманта. Работать трудно, — хмыкнул мужчина, делая глоток. — У вас есть свободные мальчики? Не старше двадцати пяти. Как обычно, — вздохнул мужчина. — В пятницу у меня был некий Питон. Он мне понравился. — Питон занят, Повелитель. Но сейчас свободна жемчужина нашего агентства — Избранный, который приходит сам и подписывает контракт на одну ночь. — Неужели я попал на вашу невидимку? — хмыкнул мужчина. — Да. Сто семьдесят пять рост, тёмные волосы, небрежная прическа, зелёные глаза, немного смугловат, занимается спортом, одевается свободно. Повелитель резко поставил бокал на стол, жидкость выплеснулась, а мужчина воодушевлённо облизал губы. — Он дорогой? Скажем так, до восьми утра. — У нас с ним контракт подписан всего до семи утра, но Вы можете с ним договориться ещё на час, а наша сумма за него составляет… — Сбрасывайте номер карты, — перебил Том девушку. — Скажите, он бреет руки и ноги? — Насколько мы знаем, то бреет пах, меж ягодицами и подмышками. «Мерлин, ты сжалился надо мной!» — Сбрасывайте сообщением номер карты. Сейчас всё оплачу. И я жду его в ближайший час. — Я сейчас с ним параллельно переписываюсь. Он будет через десять минут, если Вы не меняли адрес. — Не менял. Жду! Повелитель осмотрел свою просторную квартиру, которую снимал у одного мужчины, но Повелитель здесь не жил. Квартира была местом уединения и страсти. Местом, где Повелитель мог быть любовником мужчин, которые никогда не расскажут, что спали с ним, что он любит в постели, насколько его хватает. Многие его подчинённые вообще думали, что он в душе тибетский монах-отшельник, который до сих пор девственник. И не только подчинённые, наверное. Повелитель считал, что у него есть время принять душ, поэтому сразу туда и направился. Он желал смыть с себя тяжёлый день, сделку с американцами и албанцами. Казалось, что он разнесёт зал переговоров, когда общался с итальянцами, и желал мумифицировать египтян. Выйдя из душа, только сейчас заметил, что зеркало украшено под стиль Хэллоуина паутиной. Сегодня 31 октября. Самайн. Как он мог забыть? Уборщица, которой он платит, видимо решила устроить ему праздник, мало ли придёт. И пришёл. По идее, в этот вечер необходимы костюм и грим, но Повелитель сразу же засмеялся, ведь грим ему не нужен, чтобы выглядеть страшно. Будь конкурс по самому устрашающему и натуральному мейкапу, он бы победил. Услышав звонок в дверь, когда вытирался, то решил, что не стоит заморачиваться с одеждой. Она точно лишняя. Избранный был на слуху Повелителя вот уже полгода. Именно шесть месяцев назад Повелитель гулял по парку ночью и услышал разговор одного парня, который советовал другу поработать в этом агентстве. Они разговорились и Повелитель услышал заветные цифры номера телефона, которые быстро набрал на своём мобильнике. Об Избранном он услышал от того же парня в парке. Избранного не любили. Когда он работал, то все самые богатые мужчины выбирали его. И если оплачивали ночи, то это выливалось в такую копеечку, что агентство работало на условиях Избранного. Золотая жила, а не любовник. Он там как бы был, но только тогда, когда хотел. А его внешность была типажом Повелителя. Он давно мечтал отыметь подобную задницу. Повелитель посмотрел на себя в зеркало, растрепав влажные смоляные волнистые волосы, подмигнул себе тёмными, будто ночь, глазами, осмотрел своё идеальное подтянутое тело, поправил на бёдрах белое полотенце и пошагал к двери. Стоило ему её открыть, как у него расширились от удивления глаза. И удивление вызвало не дорогой скотч в руках парня, а то, что эти изумрудные глаза, которые прятались за оправой очков и были такими же обескураженными, Повелитель знал. — Да неужели? — Что ж, — хмыкнул Избранный, проходя в квартиру, ведь Повелитель ступил шаг назад, — неожиданные у Вас предпочтения, Министр, — двадцатилетний парень закрыл за собой дверь, ухмыляясь. — Я покупаю, а вот сын главных авроров страны работает в маггловском эскорте — новинка, — протянул мужчина. — Я же говорил, когда ты меня соблазнял перед выборами, что будешь много играть языком, трахну? — Припоминаю, — протянул парень, запрокидывая голову, ведь его ухватили за волосы. — Больно! — Любишь дырку подставлять, Гарри Поттер? — Я предпочитаю трахать! Так в моём контракте прописано. И всегда в презервативе. — Я тебя возьму на своих условиях и по своим правилам. — Посмотрим, я буду сопротивляться, — улыбался Поттер, — Том Реддл. Губы Гарри накрыли резко и жёстко, что понравилось парню, который прижался к влажному телу Министра магии, желая получить больше. Том выхватил бутылку из рук парня и начал распечатывать, глядя на желаемого мальчишку, а тот снял парку, ботинки, носки, свитер, под которым было поджарое тело, и подошёл к мужчине. Гарри улыбался, но глаза не горели. И Том не мог понять причины. Неужели он так ужасно выглядит. — Ты меня не хочешь, — почему-то обиженно произнёс Реддл. — Удивлён? — Я самый обаятельный мужчина Туманного Альбиона. Даже Блэки рядом не стоят. Даже Малфои. Тебе не нравится моё поведение? Мой шарм? Обаяние? Гарри закусил губу, забирая стакан со льдом наполненный алкоголем, и после оценил почти голого, если полотенце можно считать одеждой, мужчину. Он дёрнул полотенце на себя, оценивая размер пениса, и ухмыльнулся. — Хорош. — Каких клиентов ты предпочитаешь? Уверен, выбираешь ты. — Да. Но меня давно просили переспать с тобой, с Повелителем. Меня увлекло твоё имя, — честно заявил Гарри, присаживаясь без спроса на белый диван. — Повелитель. Милорд, — играл Гарри, — тёмный лорд. Том сразу ухмыльнулся, заглядывая в изумрудные омуты, которые глядели куда угодно, только не на Тома. А тот увидел то, что его повергло в небольшой шок. Он помнил их первую встречу, но не думал, что оставил такие впечатления. Гарри был ребёнком, это случилось на первом году обучения в Хогвартсе, когда он на отработке заметил тёмную фигуру, блуждающую по Запретному лесу, а рядом полз гигантский змей. Змей и человек в тёмном плаще говорили, ноги мужчины были босыми, а пальцы бледными и длинными, имели заостренные ногти, что не утаилось от мальчика. Змей зашипел и маг повернулся к Гарри. Он отдал приказ змею, и тот уполз дальше, а вот другая змея, выпрыгнула из-за другого дерева и готова была укусить мальчишку. Но тот даже не дёрнулся. Он глядел на мужчину в капюшоне, чьи рубиновые омуты даже в тёмном лесу освещали путь. — Я знаю, кто Вы, — прошептал одиннадцатилетний мальчик. — Вы — лорд Волдеморт! — Нагини, — попросил змееуст, восхищая даром гриффиндорца, а сам волшебник оценил паренька, который точно не был опасным, и снял с себя капюшон, показывая своё змееподобное лицо. — Смеешь звать меня по имени? — Я не боюсь. Я сын своих родителей. Я — Поттер, — гордо заявил мальчик, на что Волдеморт улыбнулся, заглядывая в редкого цвета глаза. — Вас считают мёртвым. Все твердят, что родители убили вас на Хэллоуин в 81-м году. Вы напали на наш дом. Хотели убить нас. Любите Поттеров навещать в 31 октября? Родители говорили, что вы два года подряд нападали на них в эту дату. — Нужно было как-то исчезнуть, а твои родители влезали со мной в драку при любом возможном случае. — Почему Вы ушли? Вы ведь бесстрашный, — улыбался мальчик. — Мне нужно исчезнуть, потому что это лицо страшит, а я хочу власти. Силой ничего не добился, пришло время разуму. — Почему изначально нельзя было разумно поступать? — Я кое-что сделал со своей душой, о чём сожалею. Но я могу менять лицо, и это лицо понравится волшебникам. Меня не будут бояться. — Так правда, что ты бессмертный? — Больше нет, мальчик. Хорошо учись и, может быть, поймаешь меня, — хмыкнул мужчина. — Аврорат… — вздохнул Гарри. — Я подумаю. — Почему? — Если нет Вас, смысл мне с кем-то воевать? — улыбнулся мальчик. — Вы самый интересный и ровня мне, — Волдеморт засмеялся наглости ребёнку. — То есть, я стану ровней Вам, — не смущаясь, а гордо говорил паренёк. — Что ты делаешь в лесу так поздно? — удивился Волдеморт, желая помочь мальчику найти выход, слушая шипение Нагини, говорящей, что сюда бегут. — Отработка. — Гарри! — послышалось откуда-то. — Тебя нашли. Мне нужно стирать тебе память? — Нет, я никому не скажу. — Охотно верю. Волдеморт прошипел на парселтанге змее что-то и оба быстро покинули поляну, а мальчик восхищённо и возбуждённо смотрел на то место, где стоял тот, кем мальчишка восхищался с детства: полукровка, заставивший преклонить колени чистокровных снобов. А его имя боялись выговаривать даже такие маги, как Блэки и Малфои. И Гарри понравился змееподобный облик мужчины. Он бы такому служил. Он бы у такого учился. Не каждый готовый признать свои ошибки и попытаться всё исправить. — Хватит! Гарри уронил бокал на пол, доставая палочку из джинсов, наставляя на Тома. — Какие воспоминания, — протянул довольный Реддл. — Извините, Министр, но мне придётся стереть Вам память. Я девять лет хранил эту тайну! — Твои клиенты старше тебя, верно? — оскалился Том, не боясь Гарри, к которому подошёл, а кончик палочки вонзился ему в грудь. — Твои клиенты лысые? И ты трахаешь их, потому что хранишь дырку для него, да? Ты влюбился! — Заткнись! Ты ничего о нём не знаешь! — А ты знаешь? — улыбался хищно Том. — Я с ним знаком лично, — рука Гарри дёрнулась, а Реддл и рад выхватить палочку, бросая на диван. — Думаешь, он умеет чувствовать и любить? — Не важно, что он умеет. Я ему буду верным. Не слугой, а другом. Хотя бы другом, — прошептал с горечью Гарри, открывая свои истинные чувства. — Как можно влюбиться в того, кого даже не знаешь? Он кромешная тьма! — Я тоже! — закричал Гарри. — Поэтому и хочу бросить Аврорат! Мне скучно! Я всю библиотеку Блэков перечитал, я могу быть ему ровней! Я никогда не свергну его! Я хочу учиться у него! И может быть, я стану чем-то большим. — Ты не рассчитываешь на секс с ним? Хотя бы секс? — Тому было важно понять, как далеко может зайти Гарри, если получит желаемое. — Я не смею лезть к нему. Ты можешь познакомить нас? Я стану его верным приспешником. Я всегда прикрою спину. — Гарри, нельзя влюбиться в того, кого не знаешь. — Я не разочаруюсь в нём. Я бы желал его возвращения! Желал бы, чтобы именно на Самайн он бы принял меня. Он столько лет пытался убить Поттеров в Хэллоуин, а тут их сын преклонит перед ним колено в такой святой волшебный празник, — мечтательно произнёс Гарри, а после понял, что по-дурацки улыбается и быстро стёр улыбку с лица. — У меня есть свои люди! Не слизеринцы! Они знают, кому я хочу служить. И готовы пойти за мной. — К примеру? — это уже было интересно по мнению Тома, чья рука играла с соском Поттера, а тот даже не замечал. — Я тебе больше ничего не скажу! Где моя палочка! Гарри хотел обернуться, но его за шею ухватила холодная, будто лёд, рука, царапая ногтями. Гарри был уверен, что у Реддла минуту назад ногтей не было, а когда вопросительно изогнул брови, то чёрные омуты окрасились в кровавый цвет. — Да не может быть? — Я же сказал тебе, мальчик, мне нужно было измениться. Эти шипящие нотки в голосе Реддла… Нет. Волдеморта! — заставили Гарри бояться дышать без разрешения. С его глаз хлынули слёзы. — Для чего я тебе? Ты же меня уже третий год не оставляешь в покое в Министерстве? Я дам тебе армию. Но не играй мной. Я дам тебе власть. — Дашь, — Гарри застонал, слушая парселтанг, который много лет только снился, как напоминание о том, кого никогда не получит, — Дашь, и я готов даже вернуться, чтобы тебе было не так скучно в Аврорате, — Гарри сглотнул, когда его притянули за талию к себе другой рукой. — Я ведь не шутил, говоря, что ты мне нравишься. Но ты должен будешь стать — официально после этой ночи — женихом Тома Реддла. — Отдел правопорядка себе хочешь? — Да, — его глаза потемнели, а оскал на лице и без перевода дал ответ. — Что ты хочешь снова увидеть во мне помимо глаз? Неужели тебе нравится мой истинный облик? — А этот какой? Я видел фотографию твоего выпуска. Ты был таким же. — Я создаю его, но не могу постоянно держать, не затрачивая много сил. Меня подпитывает дар смерти, — он указал на кольцо на пальце. — Палочку Дамблдор сжёг, так что… — Если я стану твоим мужем, третий дар смерти твой. — Она у Поттеров? Мантия? Гарри расплылся в улыбке, давая ответ, удовлетворивший Тома. Он сбросил с Тома полотенце, которое тот успел надеть, пока Гарри был поглощён воспоминанием, глядя на то, как тот отпускает магию кольца, и на его теле исчезают все волоски, как его лицо меняется, как чары представляют перед ним самого Волдеморта без красок. Гарри смотрел с восхищением, но не безумным. А нежным, преданным. — Теперь понятно, почему тебе не нравился Министр, Гарри, но мы с ним один волшебник. — Так бы и сразу, — оскалился Поттер. — А то трахаюсь с какими-то стариками. Ты ведь перестанешь звонить в агенство? — А ты ведь перестанешь себя продавать? — Я только твой. Как и моя задница. Гарри оглаживал идеально-гладкую кожу мужчины, от которого был без ума. В хорошем смысле, потому что он никогда не думал, что ему будет позволено его любить. Он желал быть рядом. Помогать. Он желал сделать всё, чтобы его Отряд взошёл на самые верхушки, а после лорд Волдеморт занял кресло Министра. Оно уже у него. У Тома Реддла. Но Реддла не так уважают и боятся, как Тёмного лорда. Нужно исправить эту ситуацию. Нужно вернуть и Волдеморта в общество, чтобы кошмарить народ. Гарри потянулся за жгучим поцелуем, который заставил мурашки по его коже расползтись. Этот поцелуй заставил член стоять колом. Этот поцелуй ознаменовал выбор партнёра Тёмного лорда. — Готов смириться, что я слишком красивый? — Ты идеальный в любом облике, — ответил Гарри, позволяя снимать с себя штаны. — Даже в таком? — Волдеморт вернул облик красавца и Гарри зарылся пальцами в его тёмные кудри, касаясь языком пухлых губ. — Идеальный Тёмный лорд. Гарри опустился на колени и вобрал вставшую плоть в рот, насаживаясь до основания. Том только сейчас заметил, что шторы открыты и взмахом руки закрыл их, отдаваясь наслаждению. Ведь этот мальчишка и его ласки только для него. Он зарылся в тёмную макушку головы, позволяя себе вцепиться в неё и насаживать на свой член, чтобы наказать мальчишку за все отказы. А пошёл бы с ним хоть раз, давно бы были вместе. «Надо же какой верный в плане своей задницы. И армию для меня собрал. Верную. Знающую о тьме Волдеморта и его полукровности. Зная, что будут захватывать власть. В прошлом у меня было слишком мало таких верных людей. Точнее, мало умных». Том застонал, теряя свой прекрасный облик, позволяя себе не пользоваться магией, а действительно расслабляться. Волдеморт прикрыл свои змеиные алые глаза и сильнее застонал, двигая бёдрами, пока Гарри давился слюной. О, Гарри было очень сложно дышать, он готов был задохнуться, но доставить удовольствие своему наваждению. И Гарри засматривался на прекрасного Тома Реддла, но верность не позволяла дать надежду на любовь тому, кого он поставил бы на второе место в этой жизни. И на первом отнюдь не благородные воспитанники Дамблдора с семидесятых. Гарри ухватил Волдеморта за ягодицы и стал сильнее сжимать ртом член, ещё быстрее насаживаться на него, позволяя мужчине кончить, отчего Гарри был в незабываемом восторге, ведь сумел минетом довести любимого до оргазма. Он желал бы проглотить всё семя, но небольшая струйка всё же потекла по подбородку и капельки скатились на пол. Волдеморт выглядел расслабленным, оценивая Гарри своим алым взглядом. Он тяжело дышал, переводя дыхание, а после опустился на колени и слизал змеиным языком сперму с щеки и подбородка. Гарри подставил сразу же шею, которую облюбовал этот язык, поглаживая мужчину по затылку. Почувствовав, как отрастают волоски, ухватил Волдеморта за руку с кольцом. — Нет! Ты мне нужен таким, какой ты есть. Поттер снял кольцо и положил на диван, заставляя алый взгляд ещё больше желать своего мальчишку, член которого тронь и тот взорвётся фейерверком. Волдеморта любили. — Ты сядешь на меня, — приказал Волдеморт. — Да, мой лорд, — облизываясь, прошептал Гарри, не в состоянии отвести взгляда от любимого, который повёл за собой в спальню, держа за руку. Гарри отметил, что ягодицы у мужчины были упругими, спина ровной, живот отсутствовал. Волдеморта ничего не портило. Он невероятный по мнению Гарри. И его любовь к нему заставляла бабочки в животе разлетаться. — Ты подготовлен? — Конечно, нет, — ухмыльнулся Гарри, удовлетворяя ответом, ведь Поттер не думал о роли пассива никогда, кроме в мокрых снах о Волдеморте. — Покажи, как ты это делал, играя с собой и представляя меня. Поттер оскалился, залез на кровать в синих цветах, присел на колени, упёрся одной рукой спереди в кровать, а второй полез к своей неразработанной дырочке, мышцы которой сжались, а значит пальцев у парня не было давно. Пальцы Гарри скрылись в дырочке после того, как Том шепнул заклинания смазки и очищения, и тот начал себя ими трахать, разрабатывать, желая найти простату. Волдеморт оценивал талант и отдачу мальчишки, но ему было мало, оттого засунул туда свои пальцы, позволяя Гарри упереться обоими руками в кровать, чтобы его разработали под себя. Мужчине нравилось, что от тела Гарри исходил запах зелени, а сам Поттер учащённо дышал. И мальчишка нравился со своей потной спиной и этот запах шампуня или геля для душа успокаивал нервы. В дырочке было горячо и чисто, а главное туго. Хотелось войти членом. — Ты себя иногда трахаешь, да? — хмыкнул Волдеморт, проводя языком по позвоночнику парня, вызывая мурашки по коже. — Только пальцами… — Только пальцами? — ухмыльнулся мужчина, задевая своими пальцами простату, отчего парень застонал во весь голос. — Достаточно. Волдеморт лёг на подушку, протягивая руку желанному парню, который тут же оседлал его бёдра и накрыл губы в сладостном, глубоком поцелуе, полном любви и заботы. Гарри нежно целовал губы, играл с языком, наслаждался алым взглядом, целовал шею мужчины, вдыхая запах хвои, опускаясь к соскам, облизывая их языком, вырывал небольшие стоны из уст возлюбленного. — Садись, малыш. Гарри ухмыльнулся, взял в руки член Волдеморта и сразу же насадился, делая себе больно, будто прося прощения за отказы, когда тот был в облике Тома Реддла. Волдеморт не был против такого, а Гарри двигался, насаживаясь на член, чувствуя дискомфорт сзади. Ему что-то упиралось меж ягодиц, хотя он уже сидел на пенисе, а когда завёл руку, то увидел и второй член. С него, видимо, спали чары. Сильные чары, раз он даже не чувствовался во время минета. — Я наполовину наг, Гарри, — оскалился Том, демонстрируя клыки. — Не советую его всовывать в себя.  — Почему? — Гарри уже представлял два члена внутри себя, которые забрызгают его дырочку спермой, а Волдеморт будет слизывать её с его ног. О, даже Волдеморту понравилась эта фантазия в голове любимого. — Потому что второй член может оплодотворить даже мужчину. Там древняя магия. Я прячу его. Да и больно тебе будет. А я не желаю тебе боли. — Они будут во мне обязательно, но позже, — понял Гарри, поглаживая второй член, который был таким же прекрасным, как и первый. Он не был против детей от Волдеморта. Но не сейчас. Лет через двадцать может быть. Гарри обхватил его рукой, надрачивая, и продолжил насаживаться на первый член, постанывая, как и Волдеморт, который вцепился в бёдра парня. Гарри так сильно сжимал его плоть задницей, что мужчина не выдержал и наполнил семенем парня. Тем более, желал его очень давно. Оба члена выстрелили, пачкая Гарри внутри и снаружи. Поттер остановился, любовно глядя, как быстро дышит Волдеморт, как его глаза наливаются ещё больше кровью, считая его совершенством. Гарри улыбнулся, склоняясь к груди мужчины, целуя её, а после подарил нежный поцелуй. Волдеморт перевернул Гарри на спину, наслаждаясь его возбуждённым состоянием, обвёл свои губы змеиным языком и опустился вниз. Гарри заслужил на оргазм. — Даже так? — Гарри, я же сказал, ты только мой, а значит, я тебя хочу всего без остатка и не желаю причинять тебе вред. Твой оргазм — моя услада. Змеиный язык сразу начал кружить вокруг уретры и уздечки, задевая крайнюю чувствительную плоть, отчего Гарри громко застонал, сжимая простынь так сильно, что костяшки побелели на руках. Он желал разрядки от горячего рта идеального Тёмного лорда. Желал давно. Смазки было так много, что ею можно было подавиться, настолько был возбуждён Гарри. Кончая в рот, Гарри вскрикнул, не ожидая от самого себя, а с правого глаза покатилась слезинка, которую сцеловал Волдеморт, накрывая губы Гарри своими, и теперь оба знали друг друга и себя на вкус. Гарри крепко обнял любимого, наслаждаясь его алыми глазами и объятиями. Он и помыслить не мог, что оргазм может сносить крышу. Что заставит забыть имя. Что можно забыть, где ты находишься. — Ты моё сердце, Том Реддл — лорд Волдеморт, — ухмыльнулся Гарри и Том сразу же вернул себе облик Министра магии, только глаза оставил красными, но при этом Гарри нащупал второй член Тома и поглаживал оба. — Ты можешь оплодотворить меня в любое время? Том решил не скрывать от Гарри правду о себе. Они отныне в одной лодке. — У нагов бывает период гнездование, где они ставят метку избранникам, передавая дар парселтанга и выносливости. Выносливость и регенерация организма после гнездования исчезают, но не парселтанг. И в этот же период гнездования может забеременеть партнёр, если желание обоюдно. — Да будет так, мой излюбленный Тёмный лорд, — ухмыльнулся Гарри, понимая, что сможет говорить на змеином языке и они с Томом будут строить свои планы. — Я стану твоим женихом уже по утру. И сделаю всё, что ты прикажешь. — Я не сомневаюсь, Гарри. Я не сомневаюсь в твоей преданности. Гарри потянулся за поцелуем, который ему с удовольствием подарили. Рука Тома опустилась к члену Гарри, побуждая к чему-то большему. Гарри застонал, когда губы Тома коснулись его шеи, ставя засос, а после кусая сосок, заставляя Гарри вскрикнуть. — Ты же не думал, что я закончил с тобой — Поттером — в ночь Хэллоуина? — Гарри засмеялся, а после озорно облизал губы. — Я всё-таки победил Поттеров в эту ночь. Я заполучил дар Самайна — Избранного! — Да, Повелитель!