Город Спящих.

    С трудом приоткрывая глаза и чувствуя сухость во рту, Уилбур смог таки их разлепить окончательно.

 Перед взглядом плясали звездочки, постепенно втягиваясь в пределе. Черная дыра, пятно на потолке, все сгущалась, покрывая светлое полотно неба, полностью поглощая разум Уилбура. 

 В этой впадине тело совсем не ощущалось, в прямом смысле слов парило. И в то же время как будто каждая иголочка поверхности впивались в руки да ноги, спину, веки и ресницы. Вода под ногами хлюпала, разводами посылая звезды в пляс, а искры начали пробираться в ямочки на щеках.   Слезы, непонятно почему идущие, разъедали кожу, оставляя красивые и странные, по своей форме несуществующие красные пешеходные дорожки.   Эта ”чернота” беспорядочно двигается, живет своей жизнью и хватает за конечности, насильно больно сжимая и опрокидывая на спину, приостанавливая передвижение тела. Собирая ее податливую, беспомощную материю можно делать все, что угодно с ней. Чувствуешь себя властителем и Богом, которым не являешься в этой плавленной клетке, ртуть, из которой она сделана, поглощает весь воздух и остается лишь лежать и думать, думать, думать, думать, думать, думать, думать, думать, думать, думать, думать, думатб, думпоь, щумолю и экмаоь, жудпли…….  — Уилбур! Уже двенадцать часов, а ты все спишь! Пора вставать, — резко-бодрящий голос его папы, Фила, заставляет Уилбура таки прейти в сознание, хотя вместе с ним пришла и головная боль, будто разъедающая его виски изнутри, заставляя мошек зажужжать с новой силой… ***    Огромные монстры заполонили всю голубую гладь, разинув свои пасти и готовые в любой момент кинутся на тебя с рыкам, светя глазищами как фарами машины. Как те, что гусеницей оставляют космический след на лжи, скрывая пленкой воспоминания, хотя для них нет обратной дороги.    Сидя на скамейке в парке Уилбур размышлял о облаках в небе, пока Техно, чрезмерно заботливый, но слишком скрытный брат причитал о вампирах в белых одежках, каждый раз заставляющих Уилбура подкармливать их и которые измываются над ним, настаивая на танцах с бубном возле железяк, как они их называют приборы взвешивания и тех, что обрабатывают какие то их анализы. Именно в эту машину и погружают его бесчисленное количество крови на протяжении столетий и веков. Так же Техно говорил о тошнотворных и разъедающих его горло искрах, таких же мимолетных как и действие их, ведь помощь оказать непосильно простое человеческое: «выпей».  — Уилбур, ты слушаешь меня хоть одним ухом? — грубовато спросил Техноблэйд, грозно посмотрев на него.    Послышался тяжелый вздох, секундная тишина и ответ: — Да, Техно, я помню когда прием. Хорошо, я схожу дополнительно к Мисс Чарли для профилактики и сдам все, что нужно. Не стоит так переживать, я уже взрослый мальчик. — Взрослый, да только совершаешь глупости похуже современной молодежи, поэтому не надо мне тут лапшу на уши вешать, понял? Два раза уже поверили тебе, да только толку мало было, хуже сделали, — не унимался он, злобно смотря на него.    А Уилбур лишь думал- да, тут можно согласие подписать под мелким шрифтом огромного, размером с Камчатку списка.   Все таки медом мазал он умы своих легких не один раз, а столько, сколько в небе звезд не сосчитать. А ведь только именно они заставляют его еще дышать, и если бы их не было- мошки заполнили бы его туннель жизни да и канул бы он в далекую-далекую лужу, из которой уже не было бы и шансу проскользнуть увидеть луч святила.     Ох, а где они вообще? Они в парке, море бумажек вьются туда сюда, щебеча что то на птичьем друг с другом.   И как они тут оказались? Вопрос проще паренной репы скажет кот, который впился когтями ворона мыши в брюха сродни доблестному воину, одолевшему змея-дракона. Конечно же пришли на своих двух, как же еще тут можно появится? Не из неба же, ну нет. Из неба появляются только неземные, у которых заоблачные дела превыше всего на свете, и опаздывать никак нельзя.   А для чего они здесь? Фил отправил их освежится, плюсом назначил Техно главнокомандующим-наблюдателем за Уилбуром. Иногда ему и в прям казалось, что его брат не просто какой то спортсмен, а самый настоящий надзиратель колонии домашнего режима…. ***    И вот, снова это событие прошло мимо глаз его. Как и говорят, мимолетное мгновение именно поэтому так и называется- не замечаешь ничего, и стоит закрыть глаза дольше трех секунд а день и прошел. Не бессмысленно, ох нет. Ни в коем случаи. За эти три секунды забвения перед глазами пробегают подобно без копытным лошадям столетия и века, неся с собой крики петуха- знак предупреждения о опасности и как раз он, этот сильный духом звук заставляет оттопырить веки на третий секунде, ведь если дольше задержать их- пройдут миллиарды лет заблуждения и страха, сродни всем тем сказкам про принцесс и принцев. Но это, наверно, в другой раз…    Оказавшись после разговора с Техно в кровати собственной комнаты, опустившись гнилью на подушку и закрыв глаза подумалось на инкрустации его черепа- голова болела весь день, а гадкая сороконожка проползала в его сине-зеленых полосах жизни еще больше, четверо суток…. […]