Часть 1
23 сентября 2024 г., 20:00
Что же может испортить в этот день, когда вокруг прекрасно и идеально? Погода наконец после весеннего года подослала своё тепло в виде яркого солнца, которое своими лучами не только грело, но и освещало город. Деревья приобрели шубку зелёного цвета, теперь появилась возможность послушать звук покачивающихся листьев в ветряную погоду для успокоения. Одежда людей поменялась из тяжелой на более лёгкую и довольно открытую для избежания жары, которая настигла недавно. Природа снова произвела свои краски, что давало больше впечатления красоты Родины. Районы с ужасным состоянием не упустили момента преобразиться в особо заметную красоту. Запах еды распространялся по каждым улицам, ведь появился шанс довольствоваться ей не только внутри, но и снаружи с изображением дивной красоты естества. Мир полон загадки.
— Да, да, я скоро буду. Мне пришлось задержаться из-за пробок, извините, — наступая на асфальт, слышалось отчётливое постукивание по дороге, произведённое высоким каблуком обуви. Девушка с быстрым темпом добиралась до нужного места, периодически разговаривала по телефону со своей начальницей.
— Уж постарайся, но знай, это я не спущу с рук. Тебе придётся принять наказание, отключаюсь, — не дав досказать, скинула звонок, что произвело недовольство подчинённой.
— Вот стерва. Если бы ты не была нашей начальницей, то я бы высказала все свои недовольства прямо тебе в лицо, — остановившись, вытянула руку с телефоном вперёд. Высвеченный экран отображал контакт собеседницы, и разозлённая дама, стала выговариваться своему же телефону. — Чёрт, я же сказала, что задержусь из-за пробок. Я и так вышла раньше, чем нужно. В чём моя проблема? Только и можешь делать выводы с первых слов, сучка, — последнее слово прозвучало громче.
Не замечая ничего и никого, плечи соприкасаются с мужскими, что производит итог удара и выскальзывание из рук аппарата для связи. Вещь с характерным звуком ударяется о жёсткий материал — это послужило поломке хрупкого экрана. Заметив исчезновение вещи, с глубоким вздохом обратила внимание на высокого мужчину крепкого телосложения.
— Из-за вас мой телефон разбился! Требую возмещения, — скрестив руки на груди, тон голоса был похож, кажется, на приказ. На это незнакомый человек только нахмурился.
— С чего я должен вам возмещать? Вы встали посреди дороги, люди должны вас обходить, чтобы продолжить свой путь по этому тротуару. Не моя вина, что у вас руки-крюки.
— Это у меня руки-крюки? А у вас ширина тела слишком длинная. Видимо, у вас рост идёт в ширину, а не в длину, — ухмыльнувшись, победа высветилась перед глазами, которая тут же исчезла.
— А я смотрю, у вас каблуки для увеличения роста. Комплексы? Так решайте их сами, вместо того чтобы самоутверждаться засчёт других. Сняв их, ваш рост тут же станет ниже. По сравнению с вами, с вашей обувью, я имею высокий рост, — не желая выслушивать глупые отмазки в своих ошибках от хамки, со спокойной походкой ушёл прочь.
— Урод! Попадись ещё мне на глаза, я тебе врежу и не пожалею сил, — и напоследок средний палец высветился вслед грубияну. — Блять, меня убьют, — посмотрев на наручные часы, те показывали предостаточно времени, чтобы уже находиться на работе.
Быстрой походкой на высоких каблуках мигом направилась к компании, как профессиональная спортсменка с многолетними навыками бега в такой обуви. Эх, взволнованный мозг вытворяет виданные чудеса в напряжённой ситуации.
Первым делом её встречает проблема с пропуском, который был никак не найден в дамской сумочке. Коллега, заметив копошившуюся девушку в поиске проходного, открывает дверцы с помощью своего. На что получает поклон и благодарность. Миён вновь прибавляет скорость, но тут же сбавляет по причине идиотской лестницы, которая идеально вымыта, но уж слишком скользкая, и многие именно в этом месте получили болячки.
— Чёрт вас всех побрал. Почему именно со мной происходит какая-то фигня в этот день? — дыхание участилось, как и сердце, бьющееся непрерывно.
Достигая своей цели, нужный отдел стоял перед глазами, где разъярённая женщина средних лет в недовольной позе, с недовольным лицом уже пронзала взгляд своей подчинённой, что в стоячей позе пыталась привести в норму своё дыхание.
— Ты где шляешься? Совсем стыд потеряла? Сама сказала, что скоро придёшь, а в итоге прошёл один час, и твоё рабочее место пустовало, — только небольшое расстояние было между ними, но тёплое дыхание ощущалось, как и взгляд хищника.
— Извините, были пробки, и кое с кем поругалась, — чувство стыда было, как и злость. Но вид подать нельзя, поэтому ради уважения к старшим, за свою действительную ошибку, поклонилась. — Ещё раз извините. Я могу идти работать?
— Можешь. Есть ещё одна новость. С вами будет работать новый сотрудник. Прошу к нему относиться с уважением, — после завершения своей речи ушла прочь из поля обозрения.
— Интересно, что за новичок к нам пришёл? — с любопытным выражением лица зашла в отдел, где напарники хором поприветствовали, ведь у них царит уважение и дружба, кроме одного. Взглянув на недавно пришедшего человека, те воспоминания неподалёку от компании пробежались, что дали гневу проснуться. Эта та самая личность, которая не извинилась, и из-за него телефон вовсе не работает.
— Приветствую вас, колючка, — с довольной улыбкой взглянул.
— Ты что тут делаешь? Гнида! Чего сюда припёрся? В мире мало компаний, что ты именно эту выбрал? — слова, поразившие остальных людей, молча наблюдавших за происходящим. Все с недопониманием смотрели друг на друга, с мыслями, что они знакомы. Вот только не в лучших отношениях.
— Во-первых, мне посоветовали как лучшую компанию. Во-вторых, ты не в праве указывать мне, куда устраиваться. В-третьих, я был не в курсе о твоём существовании здесь, поэтому прекрати истерить, — самодовольный вид, похотливый взгляд, спокойствие в душе — всё это приводило в шок многих, как другой собеседник извивался от накопившейся ярости.
— Сукин сын! Думаешь, я истерику развожу? Ты сломал мой телефон. Мне должно это нравиться? Неужели нельзя вперёд смотреть? Даже не удосужился извиниться передо мной.
— С какой стати должен просить прощения? Ты встала посреди дороги, а на проезжей части много машин. Должен пожертвовать собою, чтобы обойти тебя? Смешно, — скрестив руки на груди, тем самым очертания накаченных мышц через рубашку стали намного выделяться. Прибавить капельку сексуальности, потребовалось расстегнуть две первые пуговицы. Теперь открывался вид на выпирающие ключицы, что были хорошо выражены, как и шея с хорошо видимыми венами. Сексуальность на этом не заканчивалось. Засученные рукава давали любоваться сильными руками с многочисленными, выпирающими венами, что давало мужчине расслабленность, уверенность и сексуальность. Женщины-работяги, сидящие за столом, любовались только им, а остальное проскальзывало мимо ушей. Хоть подобранная одежда под соотвествующий тип фигуры и спортивное тело идеально добавляли горячий образ, но золотые часы с чёрным ремешком, волосы с короткой стрижкой чёрного цвета, что подходило мужчине — заставляло задыхаться.
— Другой стороны не бывает? Там безопаснее.
— И узкая дорога.
— Если не твои накаченные плечи, то широким не был. Смог бы спокойно пройти.
— Да ладно, злишься от моих накаченных мышц. Тебе же самой нравится, — с уверенностью утверждал.
— Чёртов красавец! И откуда вас таких берут? Все красавцы — идиоты, — из-за отсутствия желания продолжать глупый спор, высокомерная дама покинула это место.
Рабочий день с новичком был той ещё занозой. Видеть его смазливое личико категорически не хотелось, но совместная работа не давала шанса. Многие работники жаловалась на постоянные споры, что не пройдёт одной секунды, как эти начинают ругаться. Многим это произвело недовольное чувство, вот только двоим в удовольствие друг друга подкалывать. Их остановит только выговор, увольнение с работы или замечание начальства, — но не факт, что повлияет на все сто процентов. Но это произойдёт в любом случае, ведь коллеги рано или поздно не вытерпят постоянный шум и пожалуются высшим, чтобы их подослали куда подальше, где смогут их вытерпеть, либо же заставят подружиться на работе, а в не рабочее время, хоть пусть друг друга мучительно поубивают.
— Я тебе говорю, что это неправильно! Переделывай!
— С чего это мне выполнять твои приказы?
— Я заместитель начальницы. Её сейчас нет, поэтому отвечаю за неё я! А ну марш переделывать документы, — не в силах терпеть. Все накопившиеся эмоции выпускать только через ругань, иначе другого способа нет против этой машины.
— А я говорю, что всё правильно. Какой ты заместитель начальницы, если даже не знаешь как их писать? — весь отдел в напряжении от этих двоих. Все сидят, словно мышки в своих норках без лишнего шума, но один смельчак всё-таки решил разрулить ситуацию.
— Прекратите ругаться, достали. Дай я взгляну на бумаги, — только-только Бан Чан приготовился передать в руки документ, как из его рук выхватили эти бумаги.
— Шуруй отсюда. Мы сами разберёмся, — двое мужчин взглянули с недопониманием на неё.
— Как вы разберётесь, когда целые тридцать минут пытаетесь друг другу что-то доказать? Дай я взгляну.
— Не лезь не в своё дело. Понял? — разорвав бумаги, ушла прочь на своё рабочее место.
— Блять, они же правильно написаны. Стерва! Мне придётся снова писать их, — появилось желание снести всё и растерзать всех, кто здесь находился.
***
Следующий день стал намного мрачнее. Погода никак не хотела улучшаться, поэтому с самого утра лил дождь как из ведра. Температура понизилась, что соотвественно стало холодно. Ветряная стихия набирала обороты и только усиливалась: жителей Кореи сносило с ног. Это стало причиной причинения боли корейцам. Может быть, аномальность в скором времени пройдёт, и жизнь приобретёт прежние краски. Несмотря на неправильность естественного мира, люди по-прежнему добирались до своих работ. Миён, подходя до места компании, была в ужасном настроении, что хотелось его всем испортить, но понимая невиновность своих коллег, выпустила эмоции прямо на улице около высокого здания с панорамными окнами огромных размеров. С чувством облегчения направилась начинать новый рабочий день. — Доброе утро, коллеги, — хором работники встали с поклоном, здороваясь в ответ. — Добрый день, начальница. Как дела у вас? — Спрашиваешь, как дела у меня? Нахалка! Как могла нагрузить новичка работой?! Он у нас только вчера начал работать! — в полный голос кричала женщина в очках с чёрной кругловатой оправой, одета в деловой костюм без всякой открытости. Причёска собрана в пучок, что добавляет больше строгости внешнему виду. — Пусть привыкает к тяжелой работе. — Ты не представляешь, кто его отец? Он многоуважаемый отец, который инвестирует нашу компанию. — Тц, если родители — богачи, то для чего пришёл в компанию? Так ещё в такую унизительную должность. Мог сразу идти в начальники. — Чон Миён! Дерзкая девчонка, ты что себе позволяешь? Я выше тебя по должности. — Вы просто боитесь увольнения из-за ошибки угодить ему, — хрупкий силуэт покинул место главы отдела. Проходя мимо множество кабинетов, все были едины. Отличие только в интерьере, либо людях, сидящих за компьютерами. Стук каблуков разносился по всему коридору, оповещая приход заместителя начальницы, весь отдел приготовился встречать, кроме одного человека, который сидел с серьёзным взглядом, рассматриваемый экран техники. — Здравствуйте! — снова поздоровались работники. В их отделе это было принято по приказу руководительницы. — Тебе особое приглашение нужно? — обратилась к самому неуважительному человеку, что сидит и делает массаж шеи. — А до тебя как достучаться, чтобы ты отвалила? — Совсем страх потерял? Если твой отец — инвестор нашей компании, то это не даёт тебе права так общаться со мной. Моя должность выше твоей! — Заткнись, сука! — с характерным звуком встал со своего места, обходя свой рабочий стол, схватил тонкую руку девушки и мигом ушёл с ней. Остальные не отходили от шока. Никто из присутствующих действительно не знал информацию, ведь та являлась конфиденциальной. — Следи за своим языком. Ты уже слишком перешла границы. Я, — прижимая её к стене, опустил голову с чувством разочарования. — Теперь все будут относиться ко мне по другому. Некоторые подумают, что я попал из-за своего отца, но это не так. Я трудился многие годы, чтобы попасть в эту престижную компанию. Мне приходилось не спать по ночам, редко есть, не отдыхать. Я столько учился, а ты в считанные секунды попортила мою репутацию! Сука! — полной силой соприкоснулся кулаком со стеной. Порыв эмоции выбирался из наружи, поэтому удары не прекратились. На руках выводились раны, а кровь вытекала из них, как ручей с тонкой струёй. Девушка с испуганным лицом смотрела вниз, ей стало по-настоящему страшно. — Вали, пока не прибил, — кровоточившие раны в области пястных костей фаланг пальцев дрожали от боли. — Чёрт! Чёрт! — по приказу парня, Чон убежала прочь. То ненависть, то тепло Царит в наших душах, И только одно мы не поймём, Почему только ненависть чувствуем? Может быть не разобрались в своих чувствах.***
— Давай, будет весело. Тебе как раз нужно развеяться, — девушка пыталась протиснуться в дверной проём. — Ну пусти меня! — С возмущением приказала. — Юна, свали отсюда, — другая пыталась отогнать нежданную гостью. — Не свалю, пока не откроешь мне дверь. — Вот же нахалка, — опустив ручку двери, перестала сопротивляться порыву подруги. — Я тебе отворила дверь. А теперь свали! — А вот тут другой разговор будет. Пошли! — взяв за руку Миён, направилась к её комнате. Преображение Чон изменило её стандартный внешний вид, теперь любой знакомый человек не сможет узнать, не рассмотрев повнимательнее. Короткое платье чёрного цвета из шёлка с длинными рукавами необычного стиля, имелся глубокий вырез груди, и виден часть бюста. Для полной красоты добавили кулон из белового золота, который ярко блестел на свету и выделял идеальную красоту в области шеи, ключиц. В комплект вошли чёрные туфли на высоких, немного широких каблуках. Изменился не только стиль одежды, но и лицо благодаря макияжу не яркого оттенка. Волосы остались прямыми, которые ничуть не портили вид. — Какая стала красоткой, — наблюдая за приятельницей, восхищалась результатом своих стараний. — Не слишком ли для встречи с коллегами? Всего лишь попоём в караоке и уйдём. — Нет, подруга, так скучно не уйдёшь. Увидишь — узнаешь, — оставляя её в недопонимании, в очередной раз за руку увела на назначенное место. — Пошли обратно, — но уже было совсем поздно. — Нет-нет, мы уже пришли, — распахивая водностью дверь, перед ними появились люди — коллеги, что бурно обсуждали о своей жизни, о сделанных делах за сегодняшний день, о работе, и другое. Но первым попавшимся на глаза был именно он — Бан Чан. — Почему опаздываете? — спросил мужчина с полноватым телосложением. — Вам штраф в виде выпитой чашки соджу, — уже присоединилась девушка. — Обязательно исправимся, — в то время как Юна разговаривала, её подруга прожигала дыру своему ненавистному работнику. — Ты во мне дыру сделаешь, — развалившись на диване, с широко раздвинутыми ногами, опираясь локтями об спинку дивана, в нетрезвом состоянии смотрел зверским взглядом, готовый сию секунду на этом месте разорвать в клочья ткань, что открывала вид на самые привлекательные участки тела. — И вовсе не на тебя смотрю, — не попасться с поличным, подошла к алкогольным напиткам, что помогут хоть как-то расслабиться в неудобной обстановке. — Я предлагаю спеть. Кто со мной? — обстановка приобрела тишину. — Ну давайте. Вам всего лишь нужно отклеить свою задницу от дивана и спеть одну песню. — Одну песню? — многие стали живее. Один вовсе встал, забрав со стола ещё микрофон, и обнял своего товарища. — Погнали! — Белые розы, белые розы… — все приложили руки к уху, не желая слушать непопадание в ноты. Есть те, кто ушёл вовсе подышать воздухом. — Я лучше пойду припудрю носик, — Миён, встав со своего места, исчезла из обозрения других. — Ах, как же утомляют все эти вечеринки, — взглянув на себя, не узнала собственными глазами, что сейчас с макияжем находится именно она. — Даже не помню, когда наносила макияж. Возможно, слишком увлеклась работой, — включив кран, подсунула под струю воды свои белоснежные руки. По окончанию водных процедур, вода была перекрыта, а девушка всё так же стояла. — Ненавижу, — вспомнив о работе, вспыхнули воспоминания с новым работником — Бан Чаном. — И почему снова он у меня в голове? — от раздражения по пространству разнесся удар об раковину. Воспоминания: Проходя по длинному коридору, в надежде отыскать нужного человека для передачи документов и важной информации. Взгляд метался по кругу, но тот не появлялся в поле обозрения. И никакие недовольные взгляды не останавливали, ведь работа не ждёт, а закончить нужно поскорее. Большинство людей просто-напросто коротким взглядом могли осмотреть, и дальше следовать своей дороге. Всё же один нашёлся, что был недоволен. Остановив, напал со всех стороны с претензиями. — Смотри, куда идёшь! Чёрт, весь день насмарку. — Ну уж извини, не думала, что в просторном коридоре не вместишься, — закатив глаза, скрестила руки на груди. — Это я ещё виноват? Ты не смотришь себе под ноги. Пора начать смотреть на дорогу, а не в облака. — Ублюдок! — Истеричка! — Захлопнулись оба, — перед ними стоял мужчина в офисном костюме чёрного цвета. — Ведёте себя как маленькие! Ну сколько можно ругаться из-за пустяков. Вам пора повзрослеть. — Не считаете это уместным, врываясь в чужой диалог? — спросил любопытный Бан Чан, на что ему женская рука закрыла рот. — Ммм, — он совершенно не ожидал такого поворота. — Как бы это не казалось грубым, но отвечу на твой вопрос. Нет, я считаю это уместным, потому что всем надоело видеть ваши концерты. — Мы уяснили, извините, — взяв за крепкую руку молодого человека, ушла прочь. — Ты что творишь?! Этот человек — важная персона. Он наш отдел поднял, когда нам пригрозили сокращение. — Поэтому вы все ему ноги вытираете? Паршивец, ещё ходит с поднятой головой. Так бы и врезал. — Не надо, иначе проблем нахватаешься. Тебе лучше молчать. Он не терпит разговорчивых, даже если твой отец — акционер нашей компании. — А чего это ты мне помогаешь? — Это… считай как извинения. Я же проболталась, что из-за этого у тебя появились проблемы. — Ещё какие. На меня каждый день смотрели с презрением, относились как к избалованному мальчишке, даже не стеснялись обсуждать в моём присутствии. — Вот это мои извинения, прими их. Мне нужно идти. — Ц, — перед его глазами хрупкий силуэт отдалился восвояси.***
— Глупая девчонка! Как ты смеешь мне грубить. Забыла благодаря кому осталась здесь? — Извините, я не хотела нагрубить вам. — Не хотела, но нагрубила. Сядь на колени, — приподняв подбородок, посмотрел сверху вниз на девушку с самодовольной улыбкой. — Что? — Я что-то непонятное сказал? Сядь на колени и проси прощения. Быстро! — Но, господин… — на что ей повторили в грубом тоне. — Давайте лучше… — Так унизительно просить прощения у меня? Тогда не надо было грубить мне, паршивка! Я не буду ждать, — схватив крепко тонкую руку, грубо посадил на пол, повторив крича приказание. — Будешь противиться — ударю. — Может… — Надоела, паршивка! — замахнувшись рукой, приготовился соприкоснуться своей ладонью с щекой Миён, но мужская рука с выпирающими венами остановила затею. — Вы переходите все границы. Если всех спасли от кризиса, это не даёт вам права относиться ко всем, как барин к крестьянам. Все прилагают усилия для улучшения компании. А вы только ходите и критикуете других. — Как ты смеешь поднимать руку на старшего? Сопляк! У тебя ещё молоко на губах не обсохло, чтобы перечить мне. Я в этой компании дольше, чем ты. — Это не отменяет того, что вы не можете относиться так к коллегам, — схватив за воротник рубашки, приблизил своё лицо к его лицу, смотря ужасающим взглядом, что даже видна кровяные сосуды в глазах. — Знаешь, что с такими делают, кто ставит выше других? Их бьют так, что они сами становятся марионетками своих прошлых жертв. Понял меня?! — Психопат что ли?! — Ненавижу высокомерных людей, — швырнув всей силой, что тот упал на пол спиной. — Вставай на колени и извиняйся! Я уж точно не буду ждать и врежу как следует. — Да я на тебя жалобу напишу! — Пиши куда хочешь, старик, но не докажешь. — Совсем глупец, здесь столько свидетелей. Они уж точно всё расскажут. — А ты уверен, что они будут тебя защищать? Всех твоё высокомерие достало, — близко лицом к лицу произнёс слова. — Сукин сын… — Быстро извиняйся! — на что получил тишину, что не долго длилась, ведь Кристофер Бан держит своё слово, поэтому лёгким движением ударяет по лицу виновника. — Нравится? — Чан! Остановись! — влезла та, кого недавно обвинили в грубом обращении. — Не надо. Остановись, прошу. — Он должен получить своё. — Нет, Чан, не становись, как он. Если не хочет извиняться, то и пусть, — взяв его за руку, отошла с ним от мужчины, сидящего на коленях. — Господин Ким, это будет на вашей совести, — держа руку мужчины, ушла для уединённого разговора. — Ну и зачем ты влез? Только-только свою репутацию восстановил. — Если они умны, то поймут меня. — Чан… глупец, им сейчас важно, что приличный человек поднял руку на старшего. — Знаешь, твоя самая главная ошибка — это недоверие к людям. Ты боишься чужого мнения, опасаешься людей. Не учи тому, чему сама сомневаешься. — Чан! — на этом их диалог закончился.***
Погода сменилась на дождливую осенью. Капли, что падали с бешеной скоростью, впитывались по всем объектам. Люди, не ожидая перемены, стояли в ожидании смены на солнечную, ведь многие не хотели возвращаться домой с мокрой одеждой до ниточки. Чон Миён входит в их число. Вот только изменения придут ближе к ночи, а попасть в своё жильё необходимо. Осматривая зону территории, в надежде увидеть коллег с зонтиками, но те, как на зло, не появлялись. И только Бан Чан удосужился посмотреть прогноз, поэтому взял с собой приспособление для защиты внешнего вида от дождя. — Помочь? — услышав знакомый голос, тоненькие ножки сделали оборот, чтобы убедиться в хозяине низкого тона. — Бан Чан, — с восхищением смотрела на него, как на своего спасителя. — Собственной персоной, — лёгким движением раскрыл зонтик и накрыл им свою и собеседницы голову. — Пошли. — Спасибо, — оба старались идти в одном темпе. — Ты стала больше произносить моё имя. Это что-то новое. — А… это, — не заметив своей открытости, в эту же секунду закрылась в себе. В последнее время она с ним стала откровеннее. Их отношения стали более близки, что позволяло чувствовать комфорт, но маленькая неловкость стояла между ними, не позволяя избавиться от границ. — Ты не стесняйся. Мы не должны чувствовать дискомфорт между собою, поэтому практикуйся. У тебя быстро получается, молодец, — на что Чон Миён улыбнулась. Этот момент позволил им быть ближе. Их преграда в скором времени разрушиться, не смотря на прошлые отношения, они готовы сдружиться и понять друг друга.***
— Боже, я вовсе не выспалась, — уже на протяжении рабочего дня зевок никак не отходил. Глаза выдавали усталость работницы, что всю ночь выполняла работу на дом, не уследив за временем. — Что делала всю ночь? — Я не успела за один день сделать полную работу, поэтому начальница сказала взять на дом. А когда ложилась спать, то нужно было через час вставать. — Сходи за кофе. Я тебя прикрою, — коллега по соседству рабочего стола убедилась в занятости рабочих и рукой дала намёк, что можно отлучиться. — Хорошо, спасибо, — как только девушка поднялось, то перед ней поставили бумажный стакан, наполненный горячим кофе. — Пей аккуратнее, — с этими словами покинул место. Девушка в недоумении оставалось только улыбаться такой заботе со стороны бывшего врага. — Каким заботливым стал. — И вправду, — широко улыбалась, глядя на поставленный стакан. Их близость снова увеличилась…***
— Чанни! Ты где? — шагая каблуками по офисному коридору, искала мускулистого мужчину с волосами чёрного цвета. — Миён? Кого ищешь? — Видел Чана? Он мне срочно нужен. — Так он тебе не сказал? Бан заболел. — Заболел? Серьёзно заболел? Что-то ещё сказал? — переживание нахлынуло хрупкое тело. — Только это. Ты сама ему позвони и узнай. — Спасибо, Чонин. Рабочий день прошёл быстро. По окончанию Чон без колебаний направилась в одно место, где находился серьёзно больной. Она не стала ему звонить, а просто-напросто вторглась лично в его квартиру с возмущением по поводу умолчания своего состояния. Хозяин жилья был в полном в шоке: девушка не предупредила о своём появлении. И как хозяйка устроилась на кухне, где расставляла нужные продукты с полезными добавками для организма. В их число входили таблетки. — Ты ужинал? — Что ты делаешь? Почему не предупредила? — Сказала бы, то заранее закрыл дверь и не пускал. Я тебя знаю, заботливый, — подарив улыбку, принялась распаковывать продукты для приготовления пищи. — Миён, не нужно, — кашель разносился по всему дому, а тело горело, как в присутствии двухчасовой парилки. — И почему не ушёл лежать? Тебе нужно быть в кровати. Иди! — силком направила его в комнату. Позже принялась готовить. После приготовления, аппетитный аромат доносился по всему помещению. Даже запах приготовленной еды почувствовал больной, который не смог отлёживаться в ложе, поэтому пришёл на ароматный запах. — Ну я же просила не вставать, Чан. — Извини, мой желудок так пуст, что хотел поскорее испробовать великолепные блюда, приготовленные моей коллеги, — произнесённые слова прозвучали с гордостью. — Тогда скорее дегустируй мою стряпню, — с ложкой супа в руках протянула ко рту мужчины, на что тот принял предложение. — Это так вкусно. Покорми, — вместо сказанного ответа, мужчина ощутил на своём лбу женскую руку. — Ты чего? — Всё же этот бред из-за высокой температуры. — Ты насчёт «покорми меня»? С твоей ещё вкуснее. — Чанни… — и приказ был выполнен. Весь суп был съеден. — Ты столько съел. Всё хорошо? — Это и вправду тяжело, но всё хорошо. Твои блюда были вкусные, спасибо, Миён, — улыбка пухлых губ стала шире, а глаза изумрудного цвета стали ярче. — Подойди сюда, — с распростёртыми руками приготовился обнять её до смерти. Девушка поняла намёк и села на коленки, обнимая широкие плечи. В его объятиях она чувствовала себя безопаснее. Никто не хотел прекращать процесс. Каждое взаимодействие только сближало, а их отношения становились только крепче и искренне. Любой момент, проведённый совместно, оставался в памяти двоих.***
— Сколько воспоминаний, связывающих нас с тобой, — произнося зеркалу. — Какие воспоминания? — неожиданно появляясь, подходит ближе к даме, окольцевав её талию. — Надеюсь, что про меня? — с улыбкой на лице поглаживал открытые уголки тела, на что произвёл удовольствие мадам. — Чан, мы же в женском туалете, а если кто-то зайдёт? Давай дотерпим до дома, пожалуйста, — но мужчина не намеревался останавливаться. Он чётко настроен. — Детка, меня сложно остановить. Наряд выбирала для меня? — лёгкие поцелуи, оставленные в области шеи, заставляли мурашки пробежаться по всему телу. — Чанни, не издевайся. — Ты уже возбуждена? — руки переместились на две небольшие груди, сминая их в своих больших ладонях, что идеально помещались. — Я только целовал тебя, а ты уже чувствуешь возбуждение. — Ах, Чан, — извиваясь стоя, от возбуждения тёрлась спиной о груди Кристофера. — Пожалуйста, дотронься. — До чего дотронуться? Говори конкретнее. — Дотронься до моей киски, — мужские руки начали интенсивнее мять груди, что становилось сложнее выговаривать слова от возбуждения. — Желание любимой — закон, — руки с выпуклыми венами поглаживали линии тела, добираясь до эрогенной зоны. Задирая подол платья, трусики были выдвинуты, а пальцы добрались до дырочки. — Довольна? — Может в кабину зайдём? — Не хочу останавливать процесс. Ты должна насладиться, — два пальца вошли резким движением внутрь, что произвело стон напарницы. Желание получить больше мучало её, поэтому инициативу произвела она, но наслаждение закончилось из-за опустошения внутри плоти. — Тише, детка, прояви терпение. Я должен доминировать. — Тогда не издевайся надо мной, — на что мужчина ухмыльнулся и принял прежнее место пальцев, что уже были в движении. — Ах, не медли, — по желанию темп ускорился на нормальную скорость, которой не было достаточно, поэтому девушка двигалась навстречу. — Котик, если не хочешь, чтобы я вытащил пальцы, то прекрати двигаться навстречу. Ты должна только получать удовольствие. — Это издевательство надо мной, пожалуйста, быстрее двигайся, — скорость пальцев действительно увеличилась, что доставило больше приятных чувств. — Ты так принимаешь мои пальцы. Что же будет, если вставлю свой член? При первой же попытке кончишь? Это так возбуждает, — движения набирали бешенный темп. Женские стоны стали громче, а дыхание участилось. — Ах! — толчки не прекращались, они только увеличивались. Соки стали выделяться в большем количестве, что позволяло легче совать длинные пальцы, и звуки проникновения стали более слышны. Пик надвигался, который в скором времени достиг. Все биологические соки выделились наружу уже в больших количествах, стекая из киски по ногам. — Так бурно кончила, — взяв за руку, увёл в кабинку, запираясь на щелчок. — Теперь нам никто не помешает, — резким движением прижал тонкое тело и принялся настойчиво целовать в губы, тем временем руки пытались снять короткое чёрное платье. — Без одежды ты сексуальнее, — как только была снята одежда любимого человека, молодой человек принялся за свою, но не стал полностью раздеваться, а только расстегнул рубашку и брюки. После из трусов вытащил поднятый вверх член. — Я тоже на исходе, — в руках оказался мужской половой орган, который соприкоснулся с пахом, готовясь войти резким движением. — Приготовься, ты почувствуешь незабываемое удовольствие, — орган вошёл внутрь со сопровождением высоких стонов. — Ах, он внутри, — взгляды двоих встретились друг с другом, а губы соприкоснулись, уходя в долгий танец. Для полного проникновения, брюнет поднял Чон, а та в первую очередь окольцевала ногами накаченное тело. Теперь толчки начали своё движение в медлительном темпе, соприкасаясь со стенками вагалища, через страстный поцелуй партнёры издавали стоны. Скорость проникновения не останавливалась на одном уровне, медленно переходило в большое. — Ах, быстрее! Айщ, моя киска горит, — не вытерпев медлительного подхода, направление стало одинаковым, как и процесс секса увеличился. Скачки увеличились. Парень, поняв желание, схватился за бока и участил толчки с резким проникновением. С каждым разом предсемя стекало из женского паха на мужской, из-за чего создавалось трение для облегчения трахать дамочку. — О да-а-а, Чан, ускорься. — Какая ненасытная, сучка, — уже не замечая свои оскорбительные жаргонизмы, оба настроились на любовное занятие. Громкое хлюпанье в эротических зонах распространялось по помещению, как и наслаждение над приятным процессом. Дыхание участилось, сердцебиение бешено колотилось, молодые люди были на грани. Траханье с каждым разом увеличивалось, набирая резкие обороты, их пик удовольствия настиг. — Айщ, ты была прекрасна, — вдыхая носом в больших количествах воздух, прерывисто произносил слова. — Нас наверняка уже заждались, пойдём? — Подожди, — прикоснувшись рукой к подбородку, утянул в долгий, страстный поцелуй, который длился пока не настал дефицит кислорода. — Теперь можем идти, — перед выходом привёл себя в порядок, как и спутница. Оба вышли под галдящий гул. — Вы где были? Почему так долго? Мы вас потеряли. — Нам нужно было уладить кое-какие дела. Мы закончили. — Какие ещё дела? Веселиться нужно. Пошлите петь. Кто проиграет, тот выпивает две бутылки соджу! — все коллеги с громким хохотом отправились участвовать в пении. А сладкая парочка с улыбкой на лице последовали, смотря друг на друга.
