You're my now, Sixer!

***

это утро, вероятно, было лучшим в жизни билла. он не знал, как и когда, но где-то ночью они, должно быть, нашли друг друга в этих объятиях и теперь, лежали рядом. форд, он, должно быть, действительно, по настоящему святое существо. никто, абсолютно никто не мог так приятно пахнуть! так приятно пахнуть должно быть запрещено. билл не знал, что делать. в долгосрочной перспективе. в конце концов, он должен был что-то придумать для форда. утреннее солнце мягко проникало сквозь занавески, заливая комнату теплым золотистым светом. когда билл открыл глаза, он сразу заметил приятное присутствие в кровати рядом с ним. он посмотрел вниз и увидел, что форд мирно спит, его дыхание спокойное и ровное. он крепко прижался к нему. слабая улыбка скользнула по губам билла, когда он посмотрел на спящего паренька. он всегда бы мог вот так проснуться. с кем-то рядом. спокойствие на лице парня излучало определенный покой, который в тот момент охватил билла. то, как мирно спал форд, очаровало его. лицо парня было расслабленным, а заботы прошедшего дня, казалось, были забыты на мгновение. билл наблюдал за плавным движением своей груди, поднимающейся и опускающейся, и почувствовал, как его сердце становится теплым и будто бы воздушным. что ему делать с этим пареньком? может быть, позволить ему остаться с ним на неделю, а потом отпустить, если он не представляет угрозы для его бизнеса? что бы он сделал, если бы этот ангел представлял угрозу? билл предпочитал не думать об этом. он еще не сделал ничего, что могло бы привести к его падению. ему нравился этот тихий момент с фордом. пока не возникла следующая проблема, и он не подумал, что с сытным завтраком ничего не случится. о, как он ошибался. билл откинулся на спинку стула и окинул взглядом стол, уставленный множеством изысканных блюд. здесь было все – от изысканной икры до нежнейших стейков из филе и изысканных десертов. но его планы произвести впечатление на форда роскошным ужином казались обреченными, когда парень наотрез отказался. билл собирался вгрызться в стол. — я это есть не буду! озорная улыбка появилась на губах билла, когда он повернулся к форду и сказал с поддразнивающим подтекстом: — что ж, может быть, ты мог бы оказать мне это маленькое одолжение. и мог бы и тебя покормить. – он оставил предложение несколько двусмысленным, зная, что это может немного разозлить форда. форд покраснел еще больше, и его глаза расширились от удивления. он снова откашлялся, как будто ему было трудно подобрать слова, наконец покачал головой и сказал с легкой улыбкой: — даже если так, спасибо. билл нахмурился, услышав упрямую решимость форда. — ты сейчас пытаешься морить себя голодом? это голодовка? форд скептически поднял бровь, его взгляд был вызывающим одновременно. — нет, я этого не говорил. я просто не собираюсь это есть! — это лучшая еда, которую ты можешь себе позволить! это изысканная кухня! что ты, избалованный студент колледжа, хочешь съесть? – сердито прошипел билл. форду стало не по себе, когда он услышал слова «избалованный ученик». он не хотел расстраивать билла, но, похоже, его решение отказаться от ужина вызвало неожиданную реакцию. — я знаю, что еда здесь замечательная, – тихо сказал форд, тщательно подбирая слова. — не то чтобы я неблагодарный. но у меня есть определенные предпочтения и привычки, когда дело доходит до еды. он почувствовал, что хочет объясниться, не оправдываясь. его отношения с едой были сложными, и он попытался передать это так, чтобы билл мог понять. почему-то он так же боялся, что билл посмеется над ним или накричит на него. билл, казалось, еще не справился со своим гневом, но выражение его лица больше не было раздраженным. казалось, он услышал слова форда и подумал, прежде чем ответить. — давай начнем с простого. что ты обычно ешь на завтрак? — страччателла со сливками и миндалем! я ем это на завтрак и ужин. – он подтвердил это с ноткой энтузиазма в голосе. мысль о том, чтобы отведать его любимое блюдо, принесла ему немного привыкания и радости в этой новой обстановке, к тому же он был действительно голоден. реакция форда была понятной, и он, казалось, был полон решимости избегать любого напряжения из-за еды. — хорошо, я сделаю так, чтобы это произошло. запиши точно, чего ты хочешь, и желательно, что ты хочешь на обед, потому что я не хочу спорить с тобой из-за еды. один из его сотрудников довольно быстро принес запрошенную еду, и лицо форда просияло, словно солнце. когда форд сидел за завтраком, билл заметил, что парень неправильно держит ложку, когда ест пудинг страччателла с миндалем. его движения были изящными и обдуманными, как будто он нашел свой собственный уникальный способ взаимодействия с едой, и который соответствовал его потребностям и предпочтениям. билл не осмелился спросить его или поправить. форд взял ложку в руку, но вместо того, чтобы использовать ее как обычно, он держал ее наоборот, ручкой вниз. его пальцы слегка шевельнулись, когда он окунул ложку в пудинг и зачерпнул немного миндаля и сливок. затем он пальцами поднес ложку ко рту, слегка приоткрыл губы и осторожно влил смесь. движения форда были грациозными и деликатными, по-своему элегантными. его взгляд был прикован к еде, стоявшей перед ним, и он был полностью сосредоточен на поставленной задаче. на его губах заиграла улыбка, а взгляд был зачарованным, почти восхищенным. билл не мог не наблюдать за ним со смесью удивления и восхищения и даже снял солнцезащитные очки, чтобы убедиться, что он действительно это видит. он как будто открыл для себя совершенно новую сторону форда – ту, на которую не влияли социальные нормы или ожидания, а просто радость от того, что он ест по-своему. то, как форд ел свой пудинг, могло показаться нетрадиционным, но в его глазах была естественность и неподдельность, которые делали его еще более привлекательным. это был момент красоты в простоте, который заставил ьилла затаить дыхание и насладиться зрелищем. – мне еще нужно кое-что сделать. ты можешь осмотреть этот дом. если тебе понадобится что-нибудь поесть или выпить, один из моих сотрудников принесет это тебе. сотрудник просто молча кивнул.

***

пока билл был снаружи и время шло, он просто не мог выбросить форда из головы. человек быстро поселился в его голове и сердце. он не думал, что может влюбиться в кого-то так быстро. это было плохо. это была полная катастрофа! форд казался человеком, который жил в своем собственном мире, в буквальном смысле! даже если этому мужчине было всего лишь 25 лет, он, казалось, все еще обладал неосознанной невинностью, которая защищала его от грубости окружающего мира... у него определенно не было точек соприкосновения с миром, в котором жил билл. возможно, это было даже хорошо. он понял, что парень с характером и восприимчивостью вроде форда может очень легко попасть в беду, если его втянут в мир организованной преступности. форд казался свободным от трудных решений и моральных конфликтов, которые билл брал на себя. и, возможно, в некотором смысле это было хорошо. билл с нетерпением ждал вечера, когда он вернется к форду. предвкушение времени, которое они проведут вместе, заставляло его сердце биться в разы быстрее. он мог представить, как они лежат бок о бок, делясь своими мыслями, чувствами и переживаниями – черт возьми. у него возникло легкое чувство неуверенности, сопровождаемое вопросом о том, нормально ли так быстро к кому-то привязывается. он понял, что слишком рано осознал свои чувства к форду. вовремя, которое они провели вместе, было сравнительно коротким, но интенсивность его чувств была ошеломляющей. размышляя об этом, он задавался вопросом, действовал ли он слишком поспешно или, возможно, терялся в иллюзии. он умел заводиться из-за подобных вещей. тем не менее, он не мог отрицать непреодолимого чувства предвкушения, которое разлилось внутри него. он с нетерпением ждал вечера, когда вернется к форду. — черт, – тихо воскликнул билл, осознав силу собственных чувств. сила его чувств к форду застала его врасплох. это было почти так, как если бы он прыгнул в глубокий, неизвестный водоем, не зная точно, куда он его приведет. мысль о том, что он так сильно тосковал по близости и компании форда, вызвала в нем смесь радости и неуверенности. ему пришлось признаться самому себе, что его чувства к форду были намного сильнее, чем он ожидал. это был вызов для такого человека, как он, который привык держать дистанцию и не слишком увлекаться другими людьми.

***

— что он делает? – спросил билл, слегка нахмурив брови. он хотел понять, что стояло за этим действием, тем более что форд был очень осторожен в организации своих книг. он даже не заметил, что билл вернулся домой. — он реорганизует ваши книги, сэр. — почему? ты заставил его сделать это? – его слова были полны скептицизма, поскольку он предположил, что форда, возможно, заставили переделать свою коллекцию против его воли. — нет. он занимался этим весь день. кажется, ему это очень нравится. я не знаю, парень умственно отсталый. выражение лица билла омрачилось, когда он услышал слова сотрудника. пренебрежительное замечание о поведении форда ужалило его, как удар ножом в сердце. в нем вспыхнул защитный инстинкт по отношению к форду, и он почувствовал желание защитить парня. — хэй! не смей больше говорить о нем так, иначе проглотишь свой язык! – билл сердито прошипел. — иди домой, сегодня ты больше здесь не нужен. – оборонительная нотка в голосе билла была очевидна, и он не мог не выразить свое неодобрение снисходительному отношению сотрудника. он не мог позволить никому принижать или высмеивать такую уникальную личность, как форд. сотрудник, казалось, был удивлен реакцией билла и слегка откашлялся. – ну, я просто говорю... – неуверенно пробормотал он. – извините, сэр, это было неуместно с моей стороны. — тебе нужно дважды подумать, прежде чем что то говорить о форде, – перебил его билл спокойным, но решительным голосом. — он не просто какой-то парень. я ценю и уважаю его, и я позабочусь о том, чтобы он чувствовал себя здесь комфортно и его приняли. служащий сглотнул и опустил глаза, явно напуганный решимостью билла. билл ясно дал понять, что не оставит места для неуважения или предвзятого отношения к форду. взгляд билла вернулся к форду, и он почувствовал, что его беспокойство постепенно ослабевает. билл молча стоял поодаль, наблюдая, как форд почти грациозно скользит по его личной библиотеке, и он не мог не быть очарован грацией и преданностью парниши. форд пролистал ряды книг, аккуратно вытаскивая тома и расставляя их по цветам и авторам. весь процесс сопровождался почти медитативной концентрацией, которая наполнила комнату определенным спокойствием. билл стоял поодаль, наблюдая, как форд почти грациозно проплывает через его личную библиотеку. он не мог не быть очарован грацией и преданностью парня. форд пролистал ряды книг, аккуратно вытаскивая тома и расставляя их по цветам и авторам. весь процесс сопровождался почти медитативной концентрацией, которая на комнату определенным спокойствием. билл видел преданность на лице форда, то, как он погружался в мир книг и относился к ним с любовью и заботой. форд в тот момент чувствовал глубокую связь с литературой и порядком, и было трудно не быть тронутым его страстью и мягкостью. гангстер наблюдал за каждым его движением, за тем, как его пальцы скользили по корешкам книг, как почти нежно он расставлял их по полкам. форд казался художником, создающим свои шедевры - только его искусство заключалось в историях и идеях, которые он тщательно выстраивал вокруг себя. билл почувствовал, как его сердце слегка сжалось в груди, когда он погрузился в этот момент честности и аутентичности. это была любовь, которая развивалась тихо и незаметно, как медленно переворачиваемые страницы книги. маленькие жесты, то, как форд организовал свой мир вокруг себя, и теплота, светившаяся в его глазах, - все это создало связь, которая вышла далеко за рамки того, что билл когда-либо ожидал. — привет, мой любимый пленник, – поприветствовал билл мужчину, который наконец посмотрел в его сторону. — твой? — я так же могу оставить это между нами. было очевидно, что прозвище вызвало у него реакцию, может быть, небольшое смущение или чувство радости. но, хотя ему понравилось это прозвище, он, казалось, не понимал, почему билл назвал его «любимым», когда он уже назвал ему свое имя. но почему-то ему нравилось, когда его так называли. — тебе не нравится, когда тебя так называют? – когда билл спросил форда, нравится ли ему, когда его так называют, он почувствовал легкое волнение внутри. ему было любопытно посмотреть, как отреагирует форд, примет ли он это прозвище так же, как Билл. – все в порядке, мне нравится, когда это звучит из твоих уст. нежная улыбка заиграла на его губах, когда он наклонился к форду и тихо сказал: — тогда я продолжу называть тебя так.

***

когда форд подумал о том, как он проснулся тем утром рядом с биллом, его охватило теплое чувство удовлетворения и счастья. такого опыта у него никогда раньше не было — делить с кем то постель, – и все же это открыло ему новую перспективу. он вспомнил, как медленно пробуждался ото сна и понял, что он не один. тепло тела билла рядом с ним, нежное движение его дыхания - все это дало ему чувство безопасности и единения, которого он никогда раньше не знал. форд осторожно открыл глаза и с счатьем увидел билла рядом с собой. он видел его расслабленное лицо во сне, беззаботные морщинки вокруг глаз казались умиротворенными в этот момент. форд как будто мельком увидел ту сторону билла, которую он обычно скрывал от других. кто еще мог подобраться к этому человеку так близко? это была привилегия, и он не знал, как заслужил ее, но он будет уважать это доверие. билл казался довольно импульсивным. На месте билла он не стал бы делить постель с незнакомцем. теоретически, он ведь мог быть опасен. форд отчетливо помнил то чувство, когда билл крепче обнял его тем утром в спальне. это было так, как будто он испытал совершенно новый вид комфорта и уверенности. ощущение тела билла, крепко прижатого к нему, дало ему глубокий тактильный стимул, который он не мог игнорировать. вспоминая тот момент, форд почувствовал, как его сердце забилось в разы быстрее, а по телу разлилось приятное тепло. крепкие объятия подарили ему не только физическую близость, но и эмоциональную связь, которую он никогда раньше не испытывал с такой интенсивностью. было ли это тем, о чем говорили его собратья-люди? форду нравилось, как билл прижимался к нему всем телом, как крепкие руки обнимали его и давали ощущение безопасности. он как будто почувствовал себя в безопасности, и будто все его тревоги и неуверенность на мгновение улетучились. тактильная стимуляция совершенно особым образом помогла ему раствориться в моменте и позволить интенсивности прикосновений увлечь себя. воспоминание о том, как нежно билл приветствовал его тем утром, вызвало улыбку на губах форда. невинность того момента, когда они проснулись вместе в обнимку, дала ему почувствовать, как хорошо может быть быть рядом с кем-то, кто принимает его таким, какой он есть. форд испытывал огромную благодарность к биллу за то, как тот помог ему справиться с нервным срывом. момент, когда он почувствовал себя разбитым и достиг своего предела, был для него напряженным. но билл был рядом, чтобы поддержать его так, как с ним никогда раньше не случалось. он не знал ничего подобного. его брат никогда бы не помог ему выпутаться из этого. он сделал бы только хуже. вспомнив, как билл нежно обнимал его, форд ощутил прилив тепла и уюта. билл не давил на него и не ожидал, что он поступит по-другому. вместо этого он дал ему возможность разобраться в своих чувствах и терпеливо оставался рядом. форд вспомнил, как билл ранее мягко сказал ему, что обнимет его, прежде чем оттащит от стены. этот небольшой жест предупреждения дал ему чувство контроля и защищенности, что даже в этой ошеломляющей ситуации он контролировал свое поведение. воспоминание о поддержке и терпении билла наполнило форда чувством глубокой признательности. он знал, что не все реагировали с таким сочувствием, и тот факт, что билл принял его таким, какой он есть, глубоко тронул его. это было так, как будто он наконец нашел кого-то, кто смотрел на него без предубеждения. волнение и беспокойство форда были очевидны, когда он думал о том, чтобы провести ночь в одиночестве. связь, установившаяся между ним и биллом в те короткие моменты, доставила ему комфорт и безопасность, и он не мог отрицать, что определенно ценит этого человека. мысль о том, чтобы провести ночь без этой связи, вызвала в нем определенный страх. пока он боролся со своими мыслями и чувствами, он в конце концов оказался рядом с биллом. его сердце забилось быстрее, когда он думал о том, как сформулировать свою просьбу. было нелегко открыто выразить свою уязвимость, но он чувствовал, что должен попытаться. — а-э, билл, – нерешительно начал он, его голос звучал немного ломко от нервозности. — я... эм, я хотел спросить... не мог бы ты вновь переночевать в моей кровати сегодня вечером? – его слова звучали мягко и почти застенчиво, но желание общения и близости было очевидным. — ты останешься со мной снова? слова, произнесенные с ноткой неуверенности, тронули билла неожиданным образом. когда он почувствовал, что паренёк вновь просит его остаться с ним, он не мог не почувствовать теплую привязанность. — если ты этого хочешь. я просто хочу, чтобы ты знал, что у тебя есть возможность остаться в своей комнате в моем доме один. — я бы не просил, если бы не хотел, чтобы ты был здесь. – честность и открытость, прозвучавшие в этих словах, развеяли все сомнения. — конечно конечно, я просто хотел убедиться, что ты знаешь, что у тебя есть выбор. – это был выбор, который он сделал без колебаний, выбор, основанный на его растущей привязанности и глубоком желании поддержать форда и быть рядом с ним. — тогда я хочу домой. — у тебя нет такого выбора, IQ. но ты можешь спать один, ты даже можешь выбрать другую комнату, если тебе не нравится эта. — когда я здесь с тобой, мне хорошо. такими предложениями этот человек рано сведет себя в могилу. форд почувствовал, как его сердце забилось чаще, когда он лег рядом с биллом. матрас был мягким и манящим, а близость к мужчине, который стал такой важной персоной в его жизни за последние несколько дней, казалась знакомой и в то же время волнующе другой. билл, который лежал рядом с ним, казалось, чувствовал определенное беспокойство. его обычно уверенные манеры, казалось, немного ослабли в этот момент. — расскажи мне что-нибудь о себе, – начал разговор билл. он хотел узнать больше об этом интересном парне. — что ты хочешь услышать? — все, чем ты готов поделиться со мной. – билл подтвердил это теплой улыбкой. он хотел, чтобы форд почувствовал, что он уважает его границы и не предъявляет неуместных требований. — ммм, извини, иногда мне трудно находить ответы на бесконечные вопросы. — хорошо, не беспокойся. ты работаешь?” — я изучаю науку. – был короткий ответ. форд не знал, как далеко он может зайти. он не хотел расстраиватьэтого человека. стэн, его брат, часто говорил ему, как он раздражает, когда делает это, и он не хотел раздражать единственного человека, который относился к нему очень даже дружелюбно. — тебе это идет. чем ты планируешь заниматься после выпуска? – билл прокомментировал это с благодарной улыбкой. он вполне мог представить, что форд был поглощен своей страстью к науке. мысль увидеть форда в академической среде с его знаниями и энтузиазмом была довольно заманчивой. — я хотел бы быть профессором, – сказал он. — почему у тебя дома так много книг? — форд спросил напрямую. — иногда мне кажется, что я хочу быть кем-то другим, и все, о чем я могу думать, это о том, что я мог бы посидеть в уголке и просто почитать что-нибудь, чтобы взглянуть на себя с новой стороны. форд внимательно слушал, как билл рассказывал о своих книгах. вопрос, который он задал, вызвал в нем искреннее любопытство, и он хотел понять, какую роль книги сыграли в жизни билла. форд почувствовал, что благодаря этому откровению его связь с биллом углубилась. билл как будто дал ему понимание своих мыслей, понимание, которого у него раньше не было. мысль о том, что билл использовал книги, чтобы отвлечься от собственных мыслей и чувств, тронула его по-особому. он мог понять, как книги могут быть формой бегства для билла, способом временно отстраниться от собственной реальности и погрузиться в истории и идеи. тот факт, что билл искал новую перспективу, читая разные точки зрения, показал форду, насколько сложным и глубоким было мышление билла. форд слегка улыбнулся, почувствовав, что нашел связь с биллом, которая выходит за рамки их общих интересов. — это звучит как замечательный способ взять тайм-аут и погрузиться в другие миры, – сказал он с пониманием. — книги особым образом открывают перед нами новые перспективы и обогащают идеями, которые иначе нам бы никогда не пришли в голову. билл благодарно улыбнулся, услышав понимание форда. как будто форд не только принял его искренность, но и увидел более глубокий смысл за его желанием взглянуть на ситуацию с другой точки зрения. — да, это именно так, – согласился билл. — для меня книги – как окна в другие миры, возможности пересмотреть себя и посмотреть на вещи с другой точки зрения. удивительно, на что способны слова на бумаге. форд кивнул в знак согласия, переваривая слова билла. открытость, с которой они делились своими мыслями и чувствами, делала их связь еще более глубокой и значимой. форд был очарован откровением билла о том, что у него есть значительное количество книг, позволяющих отвлечься от мыслей и поискать новые перспективы. мысль о том, что кто-то, кто вел себя как билл, также прибегал к книгам, чтобы спастись от самого себя, тронула форда по особому. его интерес к литературе имел глубокие корни, и он сопереживал миру книг. идея о том, что билл также использовал книги для самовыражения и побега, создала между ними связь, которая превосходила их внешние различия. — удивительно, насколько по-разному люди находят разные способы взаимодействия с миром, – задумчиво заметил форд. — для меня книги – это окно в знания, истории и идеи. но осознание того, что ты также используешь их как спасение и смену точки зрения, показывает, насколько универсальными они могут быть. — ты милый. спасибо, что дал мне возможность заглянуть в твой внутренний мир, – сказал билл сонным голосом. биллу хотелось бы никогда не отпускать форда.