Люби меня

      В участке уже давно все разошлись по домам. Осталась одна Архипова в своем кабинете разбирать старые документы. Столько всего произошло за такое малое количество времени. Люди отходили от этого долго. Прошло уже два месяца. Игоря посадили на домашний арест, под наблюдением Дубина.        Юля жила отдельно, в маленьком уютном домике на окраине города. Она решила пожить там, пока её эмоциональное состояние не стабилизируется. Волосы давно окрашены в натуральный цвет.        Дима приезжал к ней несколько раз, но в последнюю неделю Дубин много работал и не мог съездить к Юле.  Он волновался за неё. Даже отпрашивался у Архиповой, чтобы уйти пораньше и проведать Юлю.       Мария понимала в каком состоянии находилась Юля, поэтому отпускала Диму.        Сегодня Дубин должен был приехать к Пчёлкиной и отвезти ей материалы для видео и продукты, но в городе стало происходить больше ограблений и убийств.        — Мария Андреевна можно? — генерал-лейтенант подняла голову на Диму. Женщина устало потерла глаза.       — Конечно. Чего тебе?       — Я могу уйти пораньше? Я понимаю, что у нас много работы, но это важно. — Дима стоял с прямой осанкой и гордым видом, хотя спать хотелось невыносимо.        — Это по поводу Юли? — незаметно, но Архипова напряглась.        — Да. Я давно не навещал её. Мне нужно купить ей продукты и успокоительные.        — Хорошо, но ты останешься здесь, а я поеду к ней и все куплю.       — Правда? — Дима смущенно почесал затылок. — Ох, спасибо Вам, Мария Андреевна. Юля мне очень важна и я должен хоть как-то защищать её от самой же себя. — тараторил Дима, слишком быстро, но понятно.        — Говори адрес и список продуктов. — Архипова надела свой светлый мундир и положила в сумку нужные вещи.        Дима быстро написал на листочке из своего альбома и вырвал его.        — И ещё, Вы можете отвезти ей некоторые документы? Для её нового видео. Я все проверил и она ничего не нарушит, а только поможет нам.        — Хорошо. 

***

      После суда жизнь разделилась на ”до ”и ”после”.  Гром не думал о Юле, если не смог просто прочитать текст на листке. Составить этот текст потребовалось два дня и две ночи, но Игорь просто плюнул на это.        Пчёлкина знала, что к Грому она чувствует далеко не романтические чувства. Скорее Игорь был ей как лучший друг.  Может, станет теперь легче, когда Юля расстанется с ним. Дышать станет легче. Свободнее и полной грудью.       Вот только стало ещё хуже. Без Игоря стало труднее жить. Снимать видео и монтировать не было желания и сил. Девушка все дни спала, уходила и избегала от жестокой реальности. В последнее время стала болеть голова. И перед сном Юля выпивала обезболивающие и отключалась.        Дима только сжимал на это губы и убирался в квартире Пчёлкиной раз в неделю. В его единственный выходной.        Юле прописали таблетки, чтобы было легче. Антидепрессанты. Но девушка не купила ни одной пачки, чтобы попробовать. Вдруг и вправду станет легче, но девушка все равно не купит их. Пчёлкина почти не вылезла из кровати, поэтому всегда грязно было только в спальне. Приходилось, конечно, и выходить на улицу, чтобы купить еды и пачку сигарет. Кажется, зажигалку тоже нужно купить новую, потому что кнопка зажигалки начала заедать.       Юля не хотела садиться на таблетки, потому что там было слишком много побочных эффектов. Она не хочет становиться овощем, потому что уже апатия съедала изнутри. Погружала свои когти глубоко во внутренности и давила.        Юля хотела слишком много сказать что-то. Высказаться, но слушателя есть, просто напрягать не хочется. И что говорить то? Бессмыслицу, которая никому не интересна? Про свое состояние? Идти к психологу не хочется. Не хочется доверять ему. Юля не больна на голову, но чувства сжирают.        Девушка легла на кровать, не в силах стоять и она прикрыла глаза тыльной стороной руки.  Неожиданно раздался тихий стук в дверь и Юля прислушалась.        Архипова приехала на нужное место и постучала в деревянную дверь.        — Дима? Это ты? — послышался приглушенный сонный голос за дверью.       — Нет. Это генерал-лейтенант Мария Архипова. — Юля медленно открыла дверь. Она была немного растерянной и смущенной. Хотелось спросить: ”Вы побудете со мной ещё немного?” Даже если это и будет выглядеть жалко. Потому что, кем приходится Мария Юле? Они даже толком и не общались.        — Здравствуйте. А Дима где? — Пчёлкина отвела взгляд. От неловкости она замирает и смотрит в одну точку. А Мария на это лишь мягко улыбается.       — У него много работы, поэтому я приехала вместо него. Я могу зайти?        — Конечно, извините. — девушка отошла от двери. — Вы замерзли?       На улице уже скоро зима.        — Немного. — Архипова сняла свои ботинки и бежевое пальто. — Я купила продукты и таблетки.        Мария поставила пакет на стул. Юля разбирала продукты и сразу открыла пачку успокоительных и запила водой. Генерал-лейтенант наблюдала за всем этим молча. Некая комфортная атмосфера накрыла её с головой. Уходить не хотелось.        Конечно, полным комфортом нельзя было назвать эту ситуацию, потому что Юля немного подрагивает от непролитых слез.        — А, ещё Дима попросил передать тебе документы. — Мария вытащила черную папку из сумки и протянула Юле.       — Спасибо большое. За все. Сколько я Вам должна? Что я могу сделать для Вас взамен? — Взгляд мечется от пола к глазам Марии.        Архипова улыбнулась.        — Давай перейдем на ”ты”, тогда ты больше не будешь мне должна.        Пчёлкина спрятала смущенную улыбку за ладонью и поставила чайник.        — Хорошо. Ты будешь чай? Чтобы согреться. Я знаю, что у тебя много работы, но останься со мной на ещё немного. Если, конечно, ты не так сильно занята. А то вдруг я отвлекаю тебя.        Генерал-лейтенант немного удивилась, почти показала свои настоящие эмоции. Может, даже чуть не покраснела, но она подавила свои чувства и лишь кивнула.       — Я не буду против чая, спасибо.        Юля налила горячую воду в чашки и кинула в них пакетики чая.       — Как там в участке? — неожиданно тихо спрашивает Юля, смотря куда-то вдаль.        — Не сладко, но мы не сдаемся.       — Это самое главное. Главное не терять веру в лучшее. — Мария внимательно посмотрела на скрытый взгляд Юли за её волосами. Пытается найти контакт. Пытается завладеть чужим взглядом. — На самом деле я хочу помогать вам. Я хочу приносить пользу. Я целыми днями тухну в этом доме и просто скучно и одиноко проживаю дни. Я могу чем-то помочь? Помочь тебе. — Юля осторожно и медленно кладёт руку поверх руки Архиповой, но та отстраняется от резкого контакта теплой кожи к её — холодным. Пчёлкина тихо извиняется и кладёт руки на колени, потупив взгляд на чашку.       — Извини, Юль. Я не знаю чем именно ты можешь помочь. Если только ты приедешь в участок и поможешь разобрать стопки бумаг на моем столе. — Мария прожигает взглядом поникшую девушку, и извиняется про себя. Извиняется за такой холод к ней. — Тебе стало легче? Знаешь, после того, как мы разобрались с Разумовским и Волковым.       Кухня погружается в давящую тишину. Только слышны тихие выдохи и вдохи. Мария не хочется погружаться в неё, не хочет чувствовать это, но не поможет сделать первый шаг.        — Я не чувствую, что они виноваты в том, что Игоря посадили. Да, он сидит на домашнем аресте. Но теперь всё совсем по другому. Игорь сам посадил себя. — Юля начинает беззвучно плакать и зарывается руками в волосы.— Почему он не подумал обо мне? Не подумал, что со мной будет, если его посадят. Почему он не прочитал текст, который я ему писала? Почему он не ценит меня?        Архипова проводит рукой по волосам. Борется сама с собой и все же встает и обходит стол. Поглаживает русые волосы, а Юля резко поворачивается лицом к Маше и обнимает её. Прижимает лоб к её животу и пачкает идеально выглаженный мундир.        Пальцы пробегают сквозь волосы Юли, осторожно гладят и перебирают их. Архипова молчит, а девушка плачет ей в живот и крепко обнимает.        — А тебе стало легче?       — Нет. Точнее, да, но осадок все равно остался. Впрочем, каждое мое задание оставляет осадок. Но эта ситуация повлияла на тебя значительно больше.        Они сидят так почти 10 минут. В тишине, но теперь в спокойной. Принимающей.        Столько не высказанных слов, но Юля не готова поделиться переживаниями с Марией. Даже не из-за того, что они мало знакомы, а потому что вряд ли это нужно Архиповой. Особенной сейчас, когда ей нужно, судя по тому как часто она смотрит на часы, уже уезжать обратно на работу.        — Я не хочу показаться эгоисткой. Я не держу тебя, ты можешь спокойно отойти и уезжать обратно. — но в тоже время сама притягивает ближе Архипову к себе.        — Ты не держишь меня. Я…— ”сама этого хочу.” Но все же Мария не смогла произнести эти слова. — У меня пока ещё есть время. Когда нужно я уйду.        Архипова прерывисто выдыхает. Чуть нервно перебирая волосы Юли. На самом деле они мягкие, приятные на ощупь.        — Знаешь, ты не одна. И ты прекрасно знаешь это. Если нужно выговариваться ты можешь в любое время позвонить мне и все рассказать. Если Диме не можешь выговориться.       — Я не хочу нагружать тебя лишней ненужной информацией. Тебе сейчас нужно много работать. — но правда ли, что это единственная причина, почему Юля не может даже и слова о своем состоянии и переживания сказать Архиповой? Даже сама Юля не уверена. — Я не хочу, чтобы ты нянчилась со мной. Говорить, что все будет хорошо, потому что это не так.        — Ты не нагружаешь меня и я не нянчусь с тобой. Думаешь, я сама хочу быть твоей нянькой? — Мария улыбается, нежно приподнимая подбородок Юли. — Я просто хочу помочь. Хочу узнать тебя больше. Узнать не твою личность в видео, а тебя настоящую. О твоих переживаниях и даже планы на будущее. Я уверена ты интересный человек.       Генерал-лейтенанту не свойственно быть такой… мягкой. Она всегда держит свою осанку прямо, а в лицо безэмоциональным, почти холодным. Но рядом с Юлей что-то щелкнуло внутри, что-то изменило. Резко и прямо, без церемоний.        Хочется сказать: ”Это ты виновата, Юль. Сделала меня такой приторно нежной.” Но Мария молчит. Она не может винить в этом Пчёлкину. По крайней мере не сейчас. Портить такой момент не хочется. Душа Архиповой просит держать язык за зубами, потому что теплое тело Юли и её горячее дыхание успокаивает. Заставляет обо всём забыть.        — Мне уже пора, Юль. — Архипова с тихим хрипом шепчет, прижимая подбородок к груди и смотря на макушку Пчёлкиной. Если бы была возможность Мария осталась подольше. Но вместо того, чтобы побыть ещё в таком положении рядом с Юлей она направилась к коридору. — Тебе больше ничего не надо?       — Нет. Спасибо, что приехали. Я рада больше Вам, — Юля осеклась, немного смущаясь. — точнее тебе, за то что ты приехала и побыла со мной, чем за продукты. Жить здесь одной не очень и легко.        Юля будто делает вид, что ничего важного, переломного, не произошло. Будто сердце в тот момент не замерло от касания и теплоты Марии.       Её русые волосы немного взъерошенные и Архипова не сдерживается, чтобы подойти и поправить её прическу. Нет, она не зависимая.        — Тогда почему ты живешь здесь?       — Мне больше некуда идти. Сейчас я больше снимаю видео, чтобы накопить достаточно денег, но сил не хватает на большее.        Архипова хотела что-то сказать, но только сжала губы, смазывая помаду.        Не время.       — Я приеду к тебе послезавтра, хорошо? — Юля кивнула и улыбнулась, даже поблекшие искры в глазах засверкали.       — Спасибо. Но тебе будет удобно? А то вдруг я тебя…       ”Заставляю? Принуждаю?”       — Нет, все хорошо. Я кое с чем разберусь и приеду к тебе.        Мария облегченно улыбнулась и напоследок обняла Юлю, даже не зная зачем. Не ожидая этого от себя.        — Тогда я буду ждать тебя, генерал-лейтенант. — Юля улыбается и прижимается губами к плечу Архиповой, обвивая её талию.        — Маша. Называй меня по имени, пожалуйста.        — Тогда, буду ждать тебя, Маш.