Нянька для адепта

Встречаться с адептом было тем же самым, что и дружить с ним, как успела выяснить девушка за небольшой период их отношений, которые шли, мягко говоря, ужасно. Если она прекрасно понимала эту грань между дружбой да отношениями, то тот явно нет, считая, что с той всё ещё можно остаться на прошлой стадии, не интересуясь даже новой, куда того нужно было постоянно подталкивать. Это бесило, это раздражало, это заставляло думать, как того направить на путь истинный, который тот явно предпочитал в упор не замечать, полагаясь всецело на Люмин, что порядком уже надоело. Попытки та предпринимала разные. То водила его на места, излюбленные парочками, то рассказывала разные истории, придуманные на ходу, про любовь и всё в этом роде, то невзначай делала вид, что читает какой-то роман с целью заинтересовать парня, то просто в открытую совала ему книгу, слыша в ответ, что не читает. В конечном итоге идеи кончились и руки опустились, от чего в последнее время настроение было поникшим и ужасным, что не укрылось от взгляда Сяо. Что что, а такое тот подмечал всегда, любые изменения в настроении светловолосой, любые действия, которые той были несвойственные, в попытке скрыть какие-то новые раны, которые тот замечал всегда. - Люмин. Лениво та кинула взгляд на приблизившегося, который прошел ближе, желая заполучить ответ на вопрос, который начал потихоньку того мучить. - Что? Сама же девушка решила принять ту сторону, которую и он всегда, сторону безразличия, незаинтересованности в чем-либо, в особенности в нем, что должно было стать последним шансом, в особенности в неком тупике их отношений. - Что-то случилось? - Все в порядке. Пожав плечами, девушка отвела взгляд в сторону, надеясь, что тот поймет, что не все в порядке, но... - Как скажешь. Но тот не понял, мысленно заставляя выругаться и подняться со своего места, без слов направиться на выход, с желанием выплеснуть где-нибудь всю скопившуюся злость и недовольство, которое с каждой секундой становилось все больше и больше. Сяо же непонимающе смотрел ту в спину, чувствуя, что что-то было не так, но что именно, тот не понимал, ведь разбирался в этом плохо. ***** Выплеснуть злость удалось, но не совсем желанным способом, а обычным киданием камушек в воду, которые сразу же уходили на дно, не желая делать «блинчики», на которые светловолосая сильно и не надеялась, предпочитая прокручивать в голове все возможные оставшиеся решения и варианты, которые в голове были весьма смутными, призрачными, за которые схватиться практически не удавалось. Те манили, те крутились вокруг, те хотелось схватить с жадностью, но те сразу же исчезали, стоило, казалось бы, потянуть к ним руку, пожелать их, попробовать схватить, как те с насмешкой исчезали, появляясь лишь вновь, когда удавалось в какой-то мере расслабиться. - Что ж... Видимо, это действительно не его. Вздохнув, девушка уселась на землю, готовясь смириться с тем, что отношения — это действительно не его стихия, даже с ее направлениями, с ее намеками, с ее пеньками, которые работали ужасно. - Придется смириться, что он дуб дубом! Злобно шикнув, девушка схватила ближайший камень, с агрессией кидая тот в воду. В очередной раз вздохнув, та подогнула под себя ноги, обнимая те руками и утыкаясь в коленки подбородком, кидая взгляд вдаль, видя, как водная гладь вновь принимает спокойствие, как будто бы и не прилетал камень. - Люмин. Вздрогнув, девушка повернула голову в сторону пришедшего, коим являлся обладатель всех ее мыслей, который неуверенно мялся в стороне, не решаясь подойти, что немного да посмешило. - Ты как меня нашел? - Ты сюда часто меня водила. - Забавно, что именно это место, я много куда тебя водила. - Я много куда ходил... Пожав плечами, парень сделал шаг в сторону девушки, которая от его слов хмыкнула, понимая, что тот все же не дуб дубом, как она считала всего пару секунд назад, хотя и откидывать вариант с подсказкой та не собиралась, все же и ему было куда обратиться за ней. - Зачем пришел? - Хочу извиниться. - За что же интересно? В голове же у Сяо проскочила мысль, что та дразнится, специально, вызывая стыд и выражая в открытую обиду, на которую имела право, все же тот действительно вел себя ужасно, неправильно и отвратительно, что понял, к сожалению, не сразу, а только после очередной беседы, на которую не хотелось совсем идти, но совет требовался, был полностью необходим, и, к счастью, тот его получил, применяя на деле. - За свое поведение. - И какое же? Закусив щеку изнутри, парень подавил желание сгрубить, что было бы для него несвойственно, особенно по отношению к девушке, но даже так, тот все равно терпеливо ожидал, когда дразнилка кончится и можно будет вздохнуть спокойно. - Люмин... Голос прозвучал жалобно, так и говоря, что он сожалеет искренне, желая поскорее прекратить эти дразнилки и обсудить все, желательно поскорее придя к общему соглашению и направлению. - Ладно, ладно... Одной рукой девушка похлопала рядышком по своему месту, куда парень быстро сел, не желая терять ни секунды. - Так... - Ты дурак. Слабо кивнув, парень стал молча выслушивать все недовольство девушки, которая решила вывалить все и сразу, желая этаким способом выплеснуть скопившуюся злость, которую выплеснуть камни не помогали. - ...поэтому я все ещё сержусь на тебя, но и я понимаю, что ты... Ты тот ещё дурак. Шикнув на парня, Люмин кинула на того взгляд, ожидая хоть каких-то возражений, но тех не было, вместо этого тот просто напросто кивал головой соглашаясь со всем что только можно. - Что-то скажешь? - Я полностью с тобой согласен и готов искупить свою вину. - И как же? - Ты только скажи и я все сделаю. - Тогда... Тогда в течение пары дней ты должен прочесть все, что я тебе дам, понятно? - И сколько же их...? - Много, начиная с самых уз. - С самых уз? - Да. - И что же входит в это начало? - Оу, поверь, тебе понравится все, что там будет написано. Улыбнувшись парню, Люмин поднялась на ноги, предвкушая, как совсем скоро наберёт целую кучу книг в руки, вручит их парню и заставит пройти весь курс отношений, которые начнутся с обычного знакомства, проходя все возможные этапы до отношений, а уже после до свадьбы и всего в этом роде. Сяо же мысленно проклинал самого себя, за то, что так сильно желал заполучить это все, при этом не зная, не удосужавшись даже подойти к этому вопросу со всей возможной ответственностью, за ошибку которую будет расплачиваться.