Morning

Раздался звук будильника, а утренние лучи уже проникали в комнату. Девушка, что обнимала со спины рыжеволосую лишь буркнула и прижалась сильнее, уткнувшись в шею и вдыхая уже родной запах. Йеджи только и хихикнув повернулась на другой бок, оказываясь теперь лицом к темноволосой, щёлкнув по носу, до сих пор продолжая улыбаться.  — Рюджин, на пары никто вместо тебя не пойдёт, - рыжеволосая приподнялась на локтях. — Больно я там кому нужна, мне компания с тобой в одной постели куда больше нравится, - Шин чуть приоткрыв глаза, показала чеширскую улыбку.  — Ой, знаю я эту твою.. Не дав договорить Йеджи, Шин одним движением усаживает её на свои бёдра, оставляя руки на талии рыжеволосой. Хоть и эта особа ещё в полудрёме, но силы для того, что она хочет всегда будут. Даже на парах по физре, ссылаясь на плохое самочувствие, жаловалась и строила щенячьи глазки куратору, а после с одногруппниками незаметно на улице играла в баскетбол, бегая как ужаленная, получав потом не от главного претензии, а от Хван за прогулы.  — Такая картина мне больше нравится, чем лицо препода и моя тетрадь по лекциям, - руки Рюджин осторожно забрались под футболку рыжеволосой и уже начали пересчитывать косточки. — Твоя тетрадь всегда пуста, ты даже её не открываешь, наглая. А ещё тебе вчерашней ночи не хватило? Опять сил выше крыши? - девушка сложила руки на груди и громко вздохнула.  — Подумаешь, опоздаем немного, никто не убьёт, но только если ты меня сейчас своим кошачьим взглядом, дурочка, но всё равно, даже сейчас, остаешься самой милой Шин пошла выше и уже осторожно положи руки на грудь Хван. Лицо рыжеволосой сразу сменилось с серьёзного на растерянное.  — Эй, много себе позволяешь с утра, - Йеджи надула губы и легонько ущипнула свою девушку за бок. — Эй, много говоришь, тебе же нравится, - приподнявшись наконец и сев в кровати, Шин лишь улыбнулась во все 32.  Не церемонившись Шин задирает футболку и припадает наконец губами к телу рыжеволосой. Осторожно с трепетом ведёт дорожку поцелуев от ключиц до груди оставляя отметины. Будто она делает это первый раз, а не сто первый за их полгода серьезных отношений. Захватывает в рот молочный ареол и посасывает, не забывая второй рукой поглаживать ягодицы Хван.  Руки Йеджи по-хозяйски легли на её плечи и чуть царапает коготками кожу Шин. Та лишь даже за этим делом успевает улыбнуться на секунду и опять припасть к груди, но только уже к другой. Поднимает глаза и смотрит на растрепанные волосы Хван, на её потрескавшиеся губы, аккуратный носик с родинкой, на глаза, которые также ловят взгляд темноволосой. Рюджин нравилась любая Йеджи, ведь она всё же её.  Оторвавшись, Шин тянется к её губам, и, конечно, получает их. Языки переплетаются словно в танце. Темноволосая даёт немного поиграться и взять немного вверх Йеджи, а после напирает и не даёт Хван даже вдохнуть кислород. Рюджин всегда нравилась эта власть, но границы никогда не переступала, ведь хотела только доставить одно удовольствие своей девочке. Оторвавшись, давая Йеджи передышку, коротко целует её в уголки губ и носик, спускаясь к шеи и оттягивает нежную бархатистую кожу, слыша мычание рыжеволосой. Пора переходить на кое-что другое. Не дав девушки отдохнуть, убирают нижнее белье и сразу устраивается между её бёдер. Темноволосая устраивается как можно ближе и сразу опаляет горячим дыханием чувствительное место. Хван лишь раздвигает чуть по шире ноги и подносит тыльную сторону руки к лицу, и прикусывает её, чтобы сдержать стон. — Девочка, я хочу слышать тебя, - хищно выглядывает Шин и приступает к делу. Спускаясь к упругим бедрам Хван, и как-то по звериному обхватывая их в крепкой хватке, раздвигает их, открывая своему взору нуждающуюся промежность. Обилие смазки на блестящих половых губах, сводят Рюджин с ума, видеть Йеджи такой уязвимой и открытой перед ней, было её личной одержимостью. Не в силах больше просто смотреть, горячий язык смазано скользит вдоль всей промежности, смакуя на языке солоноватый вкус.  Йеджи вскрикивает, глаза невольно закатываются от наслаждения.  — Ахх.. Рюджин-и.. нежнее прошу! — Девушке приходится сжать ткань постельного белья, чтобы хоть как-то справится ощущением чужого языка у себя между ног, который, будто издеваясь, задевал набухший клитор, не давая такой нужной полноценной стимуляции.  Рюджин не слушает старшую, её движения с каждым вздохом Хван становится все напористее, она слишком хочет её сейчас, чтобы быть нежной.  Гортанный стон срывается с губ Йеджи, когда младшая наконец уделяет должное внимание клитору, надавливает кончиком языка, тут же кружа вокруг него, создавая невидимые узоры. Но пик удовольствия достигается лишь тогда, когда Шин берет его в рот, посасывает с ужасно пошлыми причмокиванием, заставляя Хван сгорать от стыда. Рука старшей рефлекторно тянется вниз, отчаянно зарываясь пальцами в пушистые волосы брюнетки. Стоит ей сжать их, как Рюджин утробно рычит прямо во время процесса, посылая по телу Йеджи приятные вибрации, заставляя её выгибаться в спине.  — Господи! — голос дрожит, полный вожделения и желания. — Прошу, не так сильно. — Ты примешь все, что я тебе дам в эту ночь. — один лишь взгляд темноволосой заставлял не сомневаться в её намерениях ни на секунду, но будто в подтверждении своих слов, Шин не церемонясь толкается языком в текущий вход Хван, немедленно принимаясь ласкать горячие стенки влажным языком.  Тело Йеджи содрогается, она извивается словно змея жалобно всхлипывая, это было слишком приятно, слишком пошло, но слишком правильно.  — Быстрее! — молит старшая, готовая встать на колени перед Шин, если то будет нужно, лишь бы она не остановилась сейчас.  — Кончи для меня, вот так, будь хорошей девочкой только для меня. — словно в бреду шепчет Рюджин, чувствуя как тугие стенки Хван сжимаются вокруг нее.  Еще пару мгновений и Йеджи кончает обильно изливаясь, её тело охватывает крупная дрожь, выгибаясь в спине настолько, насколько это было возможно, с губ срывается последний громкий стон, прежде чем девушка обессилено падает на кровать.  Теплые ладони Шин ласкают бедра девушки, помогая прийти в себя, пока младшая слизывает последствия своей работы. Но на этом проделки младшей не заканчиваются, не дав Хван перевести дыхания, темноволосая усаживает её на своем колени, требуя привстать, шепча ей на ухо самые грязные слова, что снова доводит Йеджи и та послушно повинуется ненасытную дьяволицу, раздвинув ноги. Рука Шин опускается вниз и сразу находит комочек нервов, надавливает и сслышит над ухом протяжный стон. Ухмыляется и проводит рукой собирая вновь соки. — Такая грязная, только кончила, а уже снова течёшь, - проговаривает Рюджин с какой-то нежностью, что точно не подходит к этим словам. Целует и оттягивает нежную кожу, оставляя всё больше следов, и сразу зацеловывает, и зализывает место, проходясь так по всей шее. Её любимая часть тела рыжеволосой - лебединая шея, что так манит оставлять каждый раз на ней отметины.  Пока всё внимание Хван было сфокусировано на том, как младшая поедает её шею, Рюджин начинает играть пальцами с её клитором, быстро стимулируя, то замедляясь. Входит кончиками пальцев, а затем снова выходит, заставляя Йеджи вздрагивать и слышать её прекрасный голос.  Рюджин резко входит на две фаланги, чувствуя сразу узкие стенки. Давая привыкнуть, тянется за поцелуем, проходясь языком по чужим, но родным губам, вводит во всю длину палец и начинает двигаться.  Толчки со временем сменяются с нежных на более грубые. Под стоны Шин добавляет второй палец, стенки сразу сжимаются, а вздохи и стоны Хван стали более отчетливее.  Рюджин всегда знала насколько её хватает и когда нужно остановиться, поэтому понимала, что уже скоро наступит вторая волна удовольствия. Свободной рукой, которая покоилась ранее на бёдрах рыжеволосой, взяла Хван за подбородок, заставляя тем самым посмотреть темноволосой в глаза. Быстрые толчки доводят Йеджи до пика.  Рюджин выходит, сразу поднося пальцы полные природной смазки к губам и пробует на вкус, делая это уже как ритуал. Её любимый вкус. Пока Йеджи томно дышит, а после обессилено падает на саму темноволосую, та сразу же заключает её в объятия.  — Походу в ВУЗ мы всё же не едем, я выиграла, - Шин победно улюлюкает, а после целует Йеджи в макушку. — Мы опоздаем, а не «не едем», - Хван было уже собралась вставать, но сильные руки снова прижали её.  — Пусти, Рюджин-и,  - рыжеволосая легонько легонько ударяет упомянутую в грудь и освобождается. Рыжеволосая поправляет футболку, вставая с кровати, берёт белый халат, который висел на спинке стула, и накидывает его. Подходит к тумбе рядом с кроватью, достаёт оттуда новую пачку сигарет. Берёт её в руки и выходит на балкон.  Длинные аккуратные пальцы открывают пачку и Хван достаёт сигарету, подносит к пухлым губам, которые так нравились её девушке, поджигает и затягивается. Дым приятно попадает в лёгкие, а шарканье по полу были уже слышны, она оборачивается, прекрасно понимая кто решил снова поприставать к ней с утра. Тёмноволосая обнимает её сзади, располагая руки на талии и кладет голову на хрупкое плечо. Смотрит на сигарету в пальцах девушки и приоткрывает рот, прося так пару затяжек с рук. Выдыхает в шутку прямо на Хван и улыбается кончиком губ, рыжеволосая лишь морщится и даёт щелбан свободной рукой. Теперь она была похожа на недовольную рыжую кошку, второй в их семье. Пока первый претендент — Бёль, уже крутился у ног хозяек, намекая на плотный завтрак.  — Замечательное утро, - с той же улыбкой произносит Шин. — Замечательное?? Ты посмотри, я теперь снова леопард из-за тебя, - убирая в сторону край халата, приоткрывает участок шеи и демонстрирует это зрелище не для слабонервных.  — Не бурчи, кошка моя, - темноволосая пользуясь моментом целует в открытый участок кожи, а после сразу в щёку. — Да прям уж, не тебе же это скрывать и замазывать тональником. — Да-да, вредная, пошли собираться в любимый ВУЗ, - процеживает младшая, выкидывая окурок и снова целует в щёку Хван, беря кота на руки, а девушку за руку, уводя в комнату.