Наруто по сети

Из полумрака неспешно выступила высокая фигура. Лунный свет выхватил из темноты массивные плечи, бочкообразную грудную клетку и абсолютно невозмутимое лицо. Инстинкты Иширы срывали голос, требуя немедленно рвануть прочь, но он заставил себя остаться на месте, встречая незнакомца вызывающим взглядом. Он доверял стоявшей рядом Мисаки, не меньше напряженной, но готовой в любую долю секунды выдернуть их обоих Хирайшином в безопасное место. Вопрос заключался в ином: осознавала ли она, что этот надвигающийся громила по ощущениям казался куда опаснее даже Юичи? Незнакомец не ускорял шаг, словно нарочно давая время себя рассмотреть. Сократив дистанцию до пары метров, он плавно опустился на корточки, уравнивая взгляды. — Выдыхайте, — в густом голосе плескалась откровенная насмешка. — Я от Юичи. Ивами. Ишира шумно фыркнул и раздраженно развел руками. Следовало догадаться. Рано или поздно нечто подобное должно было произойти. — Тоже попаданец? — недоверчиво прищурилась Мисаки. — В точку, младшая сестренка Учихи Шисуи. Мисаки этот ответ не улыбнул. Внешне ленивая кошачья расслабленность, но мышцы под одеждой сжались в пружину. — И ты чисто поздороваться зашел? — хмуро поинтересовался Ишира. Ивами неспешно поднялся, со щелчком разминая широкие плечи. — Времена нынче мутные. Юичи ловит жесткую паранойю, что с его драгоценными мелкими попаданцами может случиться неприятность. Короче говоря, меня припахали за вами присматривать. — Какая трогательная забота, — ядовито буркнул Ишира. — А он не хочет сам вместо нас по миссиям бегать? Ивами басовито усмехнулся. — Надо же. Ты ровно такой, каким он тебя описывал. А про Учиху говорил, что она та еще колючка. Не наврал? Мисаки выразительно закатила глаза. Крутнулась на пятках и молча зашагала прочь, сквозь зубы цедя тихие ругательства. — Это что сейчас было? — Ивами посмотрел ей вслед. — Пока ничего, но потом она высосет мне мозг, — отозвался Ишира, глядя туда же. — Ну и ладно, без лишних ушей проще говорить по делу. Расклад такой: завтра к вам приставят человека. Будет пасти вас из тени, на случай если ребята из Акацуки вдруг воспылают желанием познакомится с вами. Ишира свел брови к переносице. — Так это будешь не ты? — У меня и своих дел по горло, — отмахнулся Ивами. — Так что давай, передай суть Учихе, а я откланиваюсь. Бывайте. Ишира смотрел, как массивная фигура размылась в воздухе, с чудовищной скоростью уходя вглубь леса. Меньше чем через минуту даже Бьякуган окончательно потерял его след. Юичи, конечно, предупреждал о чем-то подобном. Но такая параноидальная опека всё равно казалась Ишире чрезмерной. *** Правду говорят: от скуки человек способен на любую глупость. Особенно если дело касается детей. Сначала Наоми наотрез отказывалась ввязываться в эту дурацкую беготню, но теперь с каким-то диким азартом носилась по приюту, играя в салки. Комнаты сливались в сплошное пятно. Мелькали дверные проемы и тесные коридоры. Воспитатели жались по стенам, провожая несущуюся ораву беспомощными взглядами, но вмешиваться не рисковали. Наоми вылетела на крыльцо, ослепленная резким солнечным светом, пытаясь нагнать какую-то девчонку. На пыльном дворе гудела толпа, глаза разбегались, но взгляд мгновенно выцепил самую дерзкую, самую раздражающую цель. Наруто нервно дернулся, стоило ей только податься в его сторону, и ожидаемо дал деру. Наоми уже почти вцепилась в край его майки, как вдруг носок сандалии зацепился за землю. Ноги заплелись. Мир кувыркнулся, и она полетела вперед, больно прочесав лицом землю. В самых темных глубинах ее сознания кое-кто желчно хмыкнул. Она не раз пыталась пробиться в свое подсознание, но Кьюби наглухо закрыл двери. Зато сам регулярно напоминал о себе вот такими уколами чужого веселья. Следил за ней. Этот незримый сожитель бесил не только своими гадкими насмешками, но и полным нежеланием идти на контакт. Логика Наоми была проста: раз уж им суждено делить одно тело, придется выстраивать хоть какое-то подобие отношений. Взять над ней контроль она не позволит, к тому же Юичи заверил, что пока он рядом, это почти невозможно. И если выбора нет, значит, нужно выстроить хоть какое-то подобие тандема. Шумно выдохнув, Наоми приподнялась на локтях и сплюнула скрипящую на зубах пыль. Мельком глянула на содранные в кровь коленки. Ерунда. Раны у них с братом затягивались с нечеловеческой скоростью, что заслуга из родословной. Наруто подобрался поближе, но благоразумно остановился на безопасном расстоянии. Он виновато переминался с ноги на ногу. — Нээ-чан, сильно ушиблась? Она отмахнулась, поднимаясь и отряхивая шорты. — Порядок. Всё, не хочу больше играть. Вина на лице брата мгновенно сменилась широченной лисьей ухмылкой. — Хе-хе! Потому что никто не может за мной угнаться, вот ты и сдаёшься! Наоми угрожающе нахохлилась. Стоило ей сделать единственный шаг вперед, как Наруто сорвался с места и потерялся за углом. В приюте его знали как стихийное бедствие. Непослушный, шумный засранец, творящий что вздумается. Единственным человеком, способным внушить ему хоть каплю страха, была она сама, упорно пытаясь загнать его в рамки и доказать, что не всё будет сходить ему с рук. Выходило откровенно так себе. Что примечательно, другие дети ее тоже побаивались, стоило Наоми вспылить или броситься на защиту непутевого брата. И что было совсем уж паршиво, так то что невысказанный страх читался даже в глазах воспитателей, когда смотрели на нее и Наруто. *** Утро началось не с кофе, а с внеочередной миссии. Ивами грузно сидел на диване в холле резиденции Мизукаге, отчаянно борясь с накатывающей дремотой. После ночного марафона через границы хотелось завалиться спать, но увы. Никто, конечно, не заставлял его переться в Страну Лапши только ради того, чтобы помахать ручкой. Просто взыграло банальное любопытство вживую оценить, что представляют собой эти двое на фоне попаданцев из Кири. Итог разочаровывал: разницы почти никакой. На обратном пути он выцепил Хиёри и спихнул на неё присмотр за мелкими, если вдруг что-то пойдет не так. У нукенинов времени навалом. Сам Ивами или тот же Юичи подобной роскоши были лишены. У Юичи назревал конфликт с Учихами. У Ивами, как это ни иронично, в Кири тоже намечались проблемы из-за представителя этого же клана. Даже Масаши у себя в Камне увяз в каких-то делах. Каждый варился в собственном котле, и на тех же Акацуки времени катастрофически не оставалось. Будь у Ивами сегодня законный выходной, он бы обязательно занялся этим вопросом. Холл постепенно заполнялся прибывающими командами шиноби. Гул чужих голосов неприятно скрежетал по уставшим мозгам, но хуже всего были косые взгляды. Смотрели как на белую ворону. Многие здесь были лоялистами Четвертого, которых вполне устраивал кровавый хаос, поглотивший Кири. Тотальная коррупция и гниль на самых верхах стали повседневностью. Дезертирство росло в геометрической прогрессии: ряды нукенинов пополнили даже несколько Мечников Тумана. Сравнивая Киригакуре с другими скрытыми деревнями, Ивами отчетливо понимал, что этот пузырь рано или поздно лопнет. Вопрос лишь в том, кто будет разгребать последствия. Брать титул Пятого Мизукаге самому или расчистить дорогу Мей Теруми? Пока он не мог ответить на этот вопрос. Воздух тихо свистнул. Ивами лениво вскинул руку, не глядя перехватывая пущенный в него свиток. По лестнице спускался мрачный Нобу. Это ему выпала сомнительная честь обтекать в кабинете Мизукаге вместо Ивами, а находиться в одном помещении с Ягурой было тем еще испытанием для психики. Ивами развернул бумагу. Быстро пробежался по строкам, и челюсти невольно сжались. Клан Кагуя. Вечно жаждущие крови отморозки, по своей дикости превосходящие бешеных псов. Их врожденная способность манипулировать собственным скелетом делала их чудовищными противниками в ближнем бою. И именно их неконтролируемая агрессия в свое время стала катализатором массовой истерии и кровавых чисток носителей Кеккей Генкай по всей Стране Воды. Они и раньше были костью в горле, но теперь перешли черту, открыто посягнув на территории селения. Даже Ягура, будучи не в своем уме, не мог проигнорировать такую наглость и отдал прямой приказ: полное истребление клана. Хотя этот марионеточный правитель закрывал глаза и на куда более вопиющие вещи. Нобу тяжело опустился на диван рядом с ним. — Вечером выступаем вместе с командой Ао. — Блеск, — сухо отозвался Ивами, скатывая свиток в плотную трубку и пряча во внутренний карман жилета. Впереди намечались очень веселые дни. *** Дорога тянулась длинным караваном. Тяжело груженные повозки, доверху забитые тюками с тканями, провизией и каким-то диковинным барахлом, ползли вперед бесконечной скрипучей гусеницей. Наниматель — потный толстяк в неоправданно дорогом кимоно — без умолку трещал о грядущей масштабной ярмарке, коварных конкурентах и колоссальной важности их миссии. Ишира пропускал эту болтовню мимо ушей. Задача сводилась к примитивному «довести груз из точки А в точку Б», а лишние подробности только засоряли мозг. Но эта кристальная простота не делала миссию менее тошнотворной. Безжалостно палящее в зените солнце и бесконечные привалы по малейшему поводу вытравливали остатки терпения. Караван и так тащился черепашьим шагом, так к нему еще и постоянно липли случайные попутчики, превращая дорогу в затянувшийся балаган. И самое невыносимое — каждый встречный так и норовил залезть в душу с пустой болтовней и идиотскими расспросами. В конце концов, пробормотав невнятную жалобу, он сбежал в самый хвост колонны, где глотал пыль, зато наслаждался относительной тишиной. Кому действительно повезло, так это Мисаки. Макото-сенсей строго пресекал попытки подменить себя теневым клоном, но вот на вороньего эта бдительность почему-то не распространялась. Внешне подделка была идеальной, подвох выдавали лишь мелочи. Разумеется, Бьякуган Иширы сразу вскрыл обман, но он, движимый своеобразной солидарностью попаданцев, напарницу не сдал. Зато теперь он с глухой завистью косился на черное облачко птиц, лениво кружащее высоко в небе. Способ передвижения выглядел чертовски удобным. Это отдаленно напоминало бумажное Шикигами Конан, но стая ворон смотрелась куда внушительнее. Пожалуй, стоило задуматься о разработке чего-то подобного и для себя. Если подумать, Юичи уже изобрел целый арсенал авторских техник, да и Мисаки не теряла времени даром. Наверняка каждый попаданец в этом мире уже обзавелся парочкой уникальных козырей. Он-то чем хуже? Впереди раздался скрип деревянных колес, и движение снова застопорилось. Ишира раздраженно перегнал чакру к глазам. Бьякуган прошил вереницу повозок насквозь, выхватив причину заминки, и лоб Иширы недовольно нахмурился. У головы каравана стояла укутанная в плотный дорожный балахон знакомая блондинка. Хиёри перекинулась парой слов с ведущими, напросилась в попутчицы и, получив кивок, пристроилась к телегам. Караван со скрипом покатился дальше. Ишира, в принципе, не имел ничего против ее компании. Но сам факт, что к ним приставили тайную няньку, неприятно царапал гордость. Он скользнул по Макото-сенсею, что провожал Хиёри равнодушным взглядом — очевидно, не признал в случайной путнице нукенина. Ишира и сам видел лишь неприметный очаг чакры, едва дотягивающий до уровня рядового шиноби. Прекрасная маскировка, особенно если учесть, что Ишира-то прекрасно помнил ее истинные объемы резерва. Клон Мисаки вычислил Хиёри почти мгновенно. Двойник тут же прилип к блондинке, засыпая ту вопросами. Сам Ишира не сдвинулся с места. Зачем? Он так и остался плестись замыкающим, молча перебирая ногами по пыльной дороге. *** В свободные часы Наоми спасалась рисованием. Художества выходили на уровне детского сада, но она с упрямством изводила бумагу, пытаясь добиться хоть какого-то результата. На столе громоздился ворох изрисованных листов. Карандаши в живописном беспорядке валялись на столешнице. Сама Наоми, подперев щеку ладонью, лениво водила грифелем по бумаге, вырисовывая очередные кривые линии. Распахнутое окно пропускало сквозняк. Ветер то и дело трепал края рисунков, грозясь сбросить их на пол. Наоми всё ждала, что на подоконник вот-вот спланирует черная ворона и обернется Мисаки, спасая ее от этой удушающей скуки. Но Учиха была на какой-то миссии, и надеяться было не на что. Тяжело вздохнув, она отшвырнула карандаш и откинулась на спинку стула, прикрыв глаза. Что-то было не так. Она не сразу поняла причину, но тишина в здании вдруг показалась неестественно затянувшейся. Обычно в это время суток Наруто всегда находился где-то в пределах слышимости — орал, носился как ошпаренный, ломал вещи или доводил других детей. Сейчас же не было слышно ни звука. Встрепенувшись, она вышла в коридор и сунулась в общую комнату. Пусто. — Извините, вы Наруто не видели? — окликнула она проходящую мимо воспитательницу. Женщина посмотрела на нее так, словно ей под нос сунули что-то мерзкое. — Не видела. И, не проронив больше ни слова, торопливо зашагала прочь по коридору. Наоми выбежала во двор. Дети спокойно ковырялись в песочнице и играли в мяч. Никакой блондинистый ураган не сносил их с ног и не ломал их постройки. Под ребрами неприятно заворочалась тревога. Она шагнула к кучке мальчишек, увлеченно мучающих муравейник, и с плохо скрываемым раздражением спросила: — Где Наруто? Один из пацанов, даже не подняв головы, равнодушно дернул плечом: — Без понятия. Нам и без него нормально. Ногти больно впились в ладони. Наоми еще раз прочесала взглядом двор, выискивая в толпе торчащие светлые волосы, но тщетно. Она обошла всё здание, заглянула в каждый пыльный угол, за каждую лестницу и шкаф. Ни единого следа. Беспокойство в груди начало стремительно закипать злостью. «Будь я на месте Наруто, какую бы пакость я выкинула? Куда бы я полезла?» — лихорадочно соображала она, машинально грызя ноготь на большом пальце. Где-то на задворках сознания шевельнулось темное присутствие, и издевательский бас протянул: — Туда, куда больше всего запрещают. Наоми злобно цыкнула. Только комментариев от гигантского демонического лиса ей сейчас для полного счастья не хватало. Но, скрипя зубами, она была вынуждена признать его правоту. Единственное абсолютное табу — им строго-настрого запрещалось покидать территорию приюта. Раз на территории Наруто нет, вывод напрашивался сам собой. Сдавать брата воспитателям она не собиралась, потому-что те с радостью спустят на него всех собак, и ему достанется по первое число. Нет уж. Одной Наоми будет вполне достаточно. *** — Макото-сенсей! — Знаю! — резко оборвал джонин. С коротким хлопком от него отделился теневой клон и мгновенно растворился в толпе. — Всем сохранять спокойствие! Какое, к черту, спокойствие. Стоило прозвучать слову «засада», как караван захлебнулся паникой. Люди метались, с воплями прятались за телегами, купцы вжимались в тюки с товаром, а наемники судорожно выхватывали оружие. С треском поперек тракта рухнуло массивное дерево, наглухо перекрыв путь. Ишира пустил чакру к глазам. Бьякуган вскрыл лес: не меньше дюжины бандитов брали колонну в полукольцо. Удивляться тому, что кровь прольется на первой же миссии, было некогда. В голове пульсировала иная мысль: сейчас он убьет человека. Впервые в жизни. Ну, как минимум в этой. Разумеется, таков естественный порядок вещей. Этот мир жил по волчьим законам, где отнять чужую жизнь было рутиной. И убивать он будет не беззащитного купца, а вооруженного головореза, который пришел за его головой. Логика была безупречна, но между сухой теорией и жестокой практикой зияла огромная пропасть. Ишира выкрутил Бьякуган на максимум. Бандиты брали караван в кольцо. Успокаивало лишь одно: их очаги мерцали тускло, а у некоторых резерв и вовсе отсутствовал. — Если не справляетесь — тяните врага на меня! — голос Макото-сенсея прорезал истеричный гул толпы. — Страхуйте друг друга! Ишира бегло оценил свою команду. Широ держался, не паниковал, но костяшки пальцев, сжимавших кунай, побелели. За ним нужен глаз да глаз. Чуть поодаль замерла Мисаки. Внешне — сама невозмутимость, но алые радужки Шарингана уже бешено вращались в глазницах, выдавая скачок адреналина. И только Хиёри стояла рядом абсолютно расслабленно, скучающе наблюдая за деревьями. — Помогать планируешь? — бросил Ишира. — Разве что Учихе, если прижмет. А ты сам справляйся. — А если меня убьют? — Не выдумывай, это кучка жалкого отребья, — отмахнулась она. Воздух разорвал грохот взрывной печати, следом резанул звон стали. Прямо на Широ из подлеска вылетели двое с занесенными катанами. Генин не сплоховал: его кунай со скрежетом высек сноп искр из чужого клинка, и Широ грамотно разорвал дистанцию. В ту же секунду возникший из ниоткуда клон Макото снес одного из нападавших. Ишира тем временем уходил от секущих ударов чужого клинка. Враг раскрывался раз за разом, подставляя уязвимые точки, но тело Иширы отказывалось бить на поражение. Он медлил. Противник с рычанием отскочил и стремительно сложил печати, ударив ладонями по в землю. Бьякуган видел не только сгустки чакры, но и векторы ее направления. Ишира отпрыгнул ровно за мгновение до того, как землю вспороли острые каменные шипы. Позади влажно чавкнула плоть — клон капитана добил свою цель. На Иширу тут же кинулись еще двое, зажимая в клещи. Взблеснули кунаи. Ишира встал в жесткую стойку. Он резко раскрутился на месте, выбрасывая плотный поток чакры из всех тенкецу. Небесное вращение беспрепятственно отшвырнуло нападавших в стороны. Один из головорезов с диким воплем кинулся на него снова, но вдруг остекленел взглядом и кулем рухнул в пыль. Над повозками с хлопаньем крыльев пронеслась стая ворон, осыпаясь фигурой Мисаки. Еще один бандит перед ней напоролся на гендзюцу и мешком осел на землю. Кому уж точно повезло не пачкать руки, так это ей. Зрение тут же выхватило Широ. Мальчишка глухо вскрикнул и осел на землю, зажимая кровоточащее плечо. Ишира сорвался с места. Мягким кулаком он ударил по запястью нападавшего, выбивая лезвие. Бандит зашипел от боли, потянулся здоровой рукой за кунаем, но Ишира не стал ждать. Сконцентрировав плотный сгусток чакры в ладони, он с силой вбил ее в грудь противника. Мощный толчок отбросил налетчика на несколько метров. — Просто взять... и ударить, — пробормотал Ишира, подхватывая оброненный кунай. Враг захрипел, пытаясь приподняться. Ишира оказался рядом в один скользящий шаг и, без замаха, холодно и точно полоснул лезвием по горлу. Горячая кровь с влажным шелестом ударила в землю. Тело с тяжелым стуком повалилось следом. Ишира не почувствовал ничего. Точнее, он осознал, что это оказалось… пугающе просто. Перескочив через дышло повозки, он метнул два куная. Один пробил колено бегущему врагу, второй вонзился в грудь другому. Возникший из шуншина Макото-сенсей одним ударом добил раненого и тут же исчез. Боковым зрением Бьякуган зацепил Хиёри. Какой-то самоубийца с криком занес над ней катану, но через секунду осел с дырой в груди — рука блондинки, искрящаяся чем-то подозрительно похожим на Чидори, прошила его насквозь. Осознав, что оказались в меньшинстве, оставшиеся в живых бандиты брызнули в лес. Над разгромленным караваном повисла тяжелая тишина, прерываемая лишь стонами раненых. Ишира медленно провел тыльной стороной ладони по щеке, стирая горячие капли чужой крови. Пустота внутри начала обретать форму вязкого отторжения. Ему это совершенно не понравилось. *** Ивами опустился на уцелевшую крышу, окидывая взглядом затянутые дымом улицы. Город пожирал хаос. Из узких переулков доносились истошные женские вопли, то и дело перекрываемые лающим смехом. Кагуя упивались устроенной ими же резней. Ни тактики, ни стратегии, ни грамма разума, только слепая жажда уничтожения. На соседние черепичные скаты бесшумно опустились остальные отряды. Рядом с Ивами соткался силуэт Ао, вены на его правом виске вздулись, когда он активировал скрытый под повязкой Бьякуган. Бесценный трофей Кири. Знали бы они, что совсем недавно Ивами вплотную разглядывал куда более уязвимого носителя этих глаз. Да и Шарингана тоже. — Шестеро прямо под нами. Около тридцати разбросаны по деревне, — бесстрастно доложил Ао. Ивами бросил короткий жест. Ударные отряды тенями скользнули прямо в залитые кровью улицы. Сам Ивами рывком ушел вниз, на звук ближайшего крика. С размаху высадил хлипкую дверь какого-то дома. Внутри, забившись в самый дальний угол, рыдала женщина, судорожно прижимая к груди двоих детей. Стоявший посреди комнаты головорез резко обернулся на треск дерева. Его лицо перекосила безумная эйфория. С тошнотворным хрустом прямо из его ладони проросла и удлинилась заостренная кость. Ивами плавно довернул корпус, пропуская лезвие в миллиметре от себя, сделал росчерк катаной и обрубил нападающему по локоть руку. Враг истошно заверещал, брызгая кровью, но агония длилась доли секунды. Ивами с силой впечатал подошву ему в грудь, вбивая противника в стену, от чего позвоночник громким треском переломился. Тело сползло вниз, оставляя на стене широкую красную полосу. Ивами не стал задерживаться. Выскочив на улицу, он втянул носом гарь, пытаясь вычленить ближайшие очаги чакры, но сенсорика сбоила. Грохот техник, вопли и лязг железа сливались в невыносимую какофонию. Слева от него с оглушительным треском вспучилась стена двухэтажного дома. Здание распирало изнутри. В следующее мгновение крышу пробили гигантские белые кости. На один из шипов было насажено изломанное тело местного жителя. Ивами мгновенно сместился туда. Противника разрывало на части от собственной силы. Из его груди, спины и рук безостановочно лезли новые кости. Они вспарывали кожу, рвали мышцы и выворачивали суставы под неестественными углами. Кагуя полностью потерял контроль. Его тело деформировалось, а сам он одновременно бился в конвульсиях боли и заходился в безумном смехе. Проклятый Кеккей Генкай. Способный не только даровать абсолютную защиту, но и свести с ума, медленно разрывая собственную плоть изнутри. Лезвие катаны блеснуло серебряной дугой, начисто снося голову безумцу. Агония оборвалась. Ивами не стал смотреть, как оседает изуродованное тело, и тут же сорвался на новую точку. Выскочив на центральную площадь, он оказался спина к спине с Нобу. Ивами вскинул клинок, сбивая летящие в лицо костяные снаряды, которые глубоко вгрызлись в брусчатку. Нобу уже заканчивал серию печатей. Вода в полуразрушенном фонтане вспенилась, взмыла ввысь и свилась в массивное туловище. С ревом водяной дракон обрушился на двоих нападавших, сминая их и впечатывая в фасады зданий. Но стоило потоку схлынуть, как из растрескавшейся земли частоколом поперли бритвенно-острые костяные шипы, отрезая пути к отступлению. Ивами сменил хват. Влив в клинок чакру ветра, он нанес широкий горизонтальный удар. Уплотненный Футон в клочья разнес костяную преграду, превратив ее в густое облако белой пыли, которое тут же сдуло сквозняком. Оттолкнувшись от воздуха, он взмыл вверх, сокращая дистанцию, и приземлился точно за спиной противника. Рубящий удар сверху вниз. Клинок отскочил от мгновенно наросшего под кожей костяного панциря. Враг резко развернулся. Из его плеч с треском выстрелили длинные пики. Ивами ушел в перекат, пружинисто выпрямился и выбросил вперед ладонь. Удар впечатал Кагую в мостовую и протащил по брусчатке несколько метров. Тот покатился кубарем, попытался вскочить, но не успел. За его спиной с легким звоном соткалось ледяное Демоническое Зеркало. Отражение Ивами шагнуло наружу, с размаху вгоняя катану прямо ему в затылок. Враг захрипел и обмяк. Ивами быстро огляделся. Кроме Нобу, перед которым как раз заваливался враг с перерезанным горлом, поблизости никого не было. Свидетелей нет. Не теряя ни секунды, они нырнули в соседний переулок, откуда доносился звон клинков. Путь преграждал высокий забор. Ивами сконцентрировал чакру в ладони и снес преграду резким порывом Футона. Нобу мгновенно проскользнул в брешь, выхватывая какого-то старика из-под занесенного клинка, в то время как Ивами уже принял бой на себя. Тело противника мгновенно ощетинилось костяной броней. Катана Ивами со скрежетом соскользнула по гладкому панцирю, не оставив даже царапины. Он плавно отшагнул назад, пропуская Нобу мимо себя, и в ту же секунду выудил из подсумка взрывную печать, проворно влепил её противнику между лопаток и разорвал дистанцию. Взрыв разорвал тело в ошметки. Во все стороны брызнуло месиво из крови, мяса и обгоревших костей. Из соседнего дома раздался грохот. Оконная рама вылетела наружу вместе с очередным безумцем. Но прежде чем его ноги коснулись земли, Ивами оказался рядом и одним восходящим ударом распорол ему грудную клетку от живота до ключиц. Дверь скрипнула. На улицу, переступая через обломки, вышел помятый, но совершенно целый Ао. — Еще пришло, — мрачно констатировал он. Ивами смахнул со лба испарину и тяжело выдохнул. — В следующей деревне то же самое? — Туда пошли другие отряды. Закончим здесь и выдвигаемся на подмогу. Времени на передышку не было. Они молча кивнули друг другу и разбежались в разные стороны, продолжая кровавую зачистку. Взяв разбег, Ивами мощным прыжком закинул свое отяжелевшее тело на крышу. И тут же поморщился: в икре отдалось саднящее жжение. Опустив взгляд, он с удивлением обнаружил торчащий из мышцы острый костяной осколок, который он умудрился поймать в пылу драки и даже не заметил. С абсолютно равнодушным лицом он выдернул шип из ноги, раздавил в пальцах и отшвырнул в сторону. Геноцид нужно было продолжать. *** Наоми кралась по незнакомой улице, скользя по краю тротуара и стараясь слиться с тенями. С каждой минутой мир за забором приюта казался всё более огромным и чужим. Её не пугали эти широкие мостовые и высокие дома, но всё вокруг дышало холодным равнодушием. Каждый встречный взгляд скользил мимо, не задерживаясь. Она совершила ту же глупость, что и её непутёвый брат — сбежала. Но, в отличие от него, Наоми собиралась вернуться до того, как воспитатели поднимут тревогу. Поначалу она пыталась действовать логично. Аккуратно останавливала прохожих, вежливо спрашивая про светловолосого мальчика её возраста. Но люди либо отмахивались, делая вид, что не замечают её, либо поспешно отводили взгляды и ускоряли шаг. Отказ за отказом. Отчаяние накатывало удушливой волной. Внутри неё дремала сила, способная стереть эту деревню в пыль, но она не могла найти родного брата, который по глупости встрял в очередную неприятность. И теперь она тоже потерялась. Всё это время она даже не пыталась запомнить дорогу. И теперь стояла посреди незнакомого квартала, совершенно не представляя, куда идти. Для полноты картины не хватало только разреветься. — Ну что, девочка, и что теперь будешь делать? Наоми поморщилась. Вибрирующий издевкой голос Лиса снова ввинтился в мозг. — Отстань. Чего ты привязался? — За тобой просто занятно наблюдать, — хмыкнул лис. — У меня впервые такой джинчурики. Наоми уловила скрытый подтекст, но сейчас ей было не до того. — Слушай, ты... квартирант, — хмуро буркнула она, глядя себе под ноги. — Помоги мне найти брата… пожалуйста. Тишина. Злясь на лиса, на деревню, на себя саму, она шагнула вперед, собираясь идти просто наугад, когда голос зазвучал снова: — Прямо и налево. Она вздрогнула, но промолчала. Сделав вид, что и так собиралась туда свернуть, Наоми послушно изменила маршрут. Кьюби работал как безупречный навигатор, а вскоре она и сама уловила знакомый отголосок чакры совсем рядом. Завернув за угол, она похолодела. Наруто вжался спиной в кирпичную кладку. Он сжался, как загнанный в угол зверь. Его обступила толпа. Это были обычные горожане, не шиноби, но от них исходила такая осязаемая угроза, будто они готовились разорвать ребенка голыми руками. Какой-то грузный мужчина с палкой в руках злобно тыкал ею в сторону брата, пока кто-то из толпы дергал его за плечо, то ли поддерживая, то ли пытаясь оттащить. — Кто вообще выпустил эту тварь?! — орал толстяк, багровея. — Почему он шляется по деревне?! Оцепенение спало. Наоми рванула вперед, встав между братом и толпой, рефлекторно выставляя руку. Что он успел натворить? Как он умудрился довести их до такого бешенства? Заметив её, люди вздрогнули. Враждебный напор на секунду сбился, толпа инстинктивно подалась назад. — Ещё одна! — шумно выдохнул мужчина с палкой, перехватывая её поудобнее. — Это точно они! Один блондин, вторая рыжая! — Те самые демоны? Не может быть! — Разуйте глаза, это они! Наруто судорожно вцепился в её футболку, прячась за спиной. В его дрожащем голосе прорвалась откровенная обида: — Да что вы ко мне прикопались?! — Заткнись, демон! — взвизгнул кто-то из толпы. — Чего стоите?! Бейте их! Наоми отпрянула. Толпа, подгоняемая собственной ненавистью, качнулась вперед. Наруто так рвался посмотреть на мир за стенами приюта, а мир встретил его неразбавленной ненавистью. Он не понимал, за что. Не понимал, в чём провинился перед этими взрослыми. Но Наоми поняла. В эту самую секунду разрозненные детали сошлись в один жестокий пазл. «Демоны». Она поняла, кого именно они видят перед собой. Кьюби, разорвавший деревню в клочья, сейчас сидел внутри них. Но по какому праву эти люди перевешивают его вину на них двоих? Разве справедливо ненавидеть их за то, чего они не совершали? Внутри нее заворочалась темная ярость. Она поднималась из самых недр, пробуждая нечто затягивающее — как бездонный омут, в который тянет заглянуть, несмотря на страх. Что ей оставалось? Нужно было как-то отпугнуть эту озверевшую толпу, дать им с Наруто шанс прорваться и сбежать. Но слова здесь были бессильны. В этот краткий миг, когда реальность вокруг будто поставили на паузу, когда чужая ненависть почти физически сдавила горло, Наоми снова толкнулась в закрытую дверь своего подсознания, которую Кьюби всегда захлопывал перед ее носом. Только в этот раз замки поддались пугающе легко. Наоми не успела осознать переход. В следующую секунду она уже стояла посреди колоссального зала, теряющегося во мраке. Под босыми ногами мягко плескалась водная гладь, тускло отражая призрачный свет. Впереди уходили в высоченный потолок массивные золотые прутья. А за ними, в давящей тьме, покоилось нечто древнее и подавляющее своей чудовищной аурой. Слышать его голос в голове — это одно. Но увидеть вживую… К горлу подкатил тошнотворный ком страха, но Наоми не дала себе времени на сомнения. — Это всё из-за тебя! — с вызовом выпалила она. — Поэтому давай, помогай нам! Вообще-то... я вроде как твоя хозяйка! Кьюби лениво приподнял голову. Во мраке за его спиной плавно зашевелились девять хвостов. — Я помогу. Силуэт поднялся, заполняя собой всё доступное пространство за решеткой. — Но потом ты расскажешь мне, кто ты такая на самом деле. Наоми удивленно вскинула бровь. — Пф… Идёт. Ей было нечего скрывать. Напротив, если бы им удалось наладить нормальный контакт, она и так планировала всё ему рассказать. Вода под ногами внезапно закипела. Чернота сменилась кроваво-красным. Бурлящая жидкость метнулась вверх, окутывая тело Наоми обжигающе-горячим покровом. — Никогда не думал, что произнесу это, но... держи эмоции в узде. Не смей впадать в ярость. — голос Кьюби звучал тяжело и непривычно серьезно, без грамма привычной издевки. — Твое тело еще слишком слабое. Даже такая капля моей чакры для тебя может стать плачевной. Прежде чем она успела вдуматься в его слова, иллюзорный мир схлопнулся. Реальность обрушилась на нее вместе с оглушительным грохотом: плотная ударная волна вырвалась из её тела, раскидывая напирающую толпу как тряпичных кукол. Воздух со свистом рассекли обжигающие шлейфы алой чакры. — Д-демон! — истошно завопил кто-то из толпы. Из горла Наоми вырвался звериный рык. Она не отдавая отчета царапнула воздух скрюченными пальцами, но бить не стала. Резко обернулась к Наруто. Брат не выглядел напуганным. В его расширенных глазах плескалась дикая смесь шока и щенячьего восторга. Наоми немедля вцепилась в его запястье и рванула с места, утягивая за собой. Чакра Кьюби испарилась почти сразу, оставив после себя чудовищный откат. Тело мгновенно налилось свинцом, в висках застучали молотки. Когда они наконец запетляли в лабиринте узких улочек, Наоми поняла, что ноги её больше не держат. Она тяжело привалилась к кирпичной стене. — Нээ-чан? — Наруто вовремя подхватил ее, не дав упасть. Его взгляд метался: он явно хотел вывалить на нее сотню вопросов, но не решался. А затем всё же не выдержал: — Ты видела, как они все попадали?! Так им и на... Ай, за что?! Наоми отвесила ему звонкий подзатыльник. Тыльной стороной ладони стерла со лба липкий пот. — Поговорим потом. А сейчас мы идем домой. Наруто обиженно потер ушибленный затылок и виновато пробурчал: — Только вот куда идти... я вообще не помню, ттэбайо. Наоми тоже. Она устало оглядела развилку переулка. В голове царил звенящий вакуум, который вдруг прорезал знакомый голос. Слегка уставший и привычно-раздраженный: — Направо.