Гендерная репрезентация в Саге о Форкосиганах

ВВЕДЕНИЕ. Все мы знаем (кое-кто слышал звон. кое-кто разбирался поподробнее) про знаменитый "тест Бехдель". Но все же давайте повторим. Это — тест на проверку художественного произведения (изначально — фильма, затем его стали прикладывать к комиксам и компьютерным играм) на гендерную предвзятость. Для того, чтобы пройти его, произведение должно содержать в себе хотя бы два женских персонажа, которые беседуют между собой о чём-либо, помимо мужчин. Иногда добавляют, что эти две женщины должны быть названы по именам, а не быть просто безымянными статистами. Тест назван в честь американской карикатуристки Элисон Бехдель: около тридцати лет назад она выпустила комикс, в котором две героини обсуждали, на что бы им пойти в кино, и так и не смогли выбрать картину, удовлетворяющую этим трем простым условиям. Конечно, при применении этих простых принципах к живой реальности возникают неясности. Например, что считать «разговором о мужчине»: если две девочки-подростка обсуждают, кто круче, Халк или Железный Человек, или мать в разговоре с подругой беспокоится о здоровье сына, или сотрудницы придумывают, что подарить на 23 Февраля единственному парню в отделе, а девушки-интерны беседуют о профессионализме главврача — это как? Или в условии «не о мужчине» речь идет о «мужчине — сексуальном объекте», и только так? В любом случае, сначала «принцип Бехдель» оставался шуткой из феминистического женского издания, но позже, когда назрела потребность как-то оценить, подходит ли продукция масскультуры женской аудитории, его начали прикладывать всерьез уже к оценке реальных фильмов, а дальше — собирать статистику по соответствию и несоответствию этому тесту актуальной кинопродукции (в разрезе успешности фильмов в прокате, в том числе). Обратимся к этой самой статистике. Проанализировав почти тысячу наиболее успешных кассовых фильмов США за вторую половину XX века, исследователи увидели, что в них на каждого женского персонажа в среднем приходилось два мужских. Другие исследования дают схожие, тоже интересные цифры: только треть персонажей в фильмах начала XXI века — женщины, и только каждый пятый главный герой этих фильмов на самом деле — героиня. Это даже если не говорить о пропорциональной длительности «эфирного времени», отведенного женским персонажам, там соотношение еще более неравное. Учитывая, что в реале женщины составляют целую половину человечества, легко сделать вывод: мы нашли хороший критерий, к которому нужно стремиться, чтобы в кино все выглядело совсем как в жизни, ура-ура. Инструмент есть, метод измерения есть, вектор развития задан. И хотя успешное прохождение Бехдель-теста не говорит ничего о качестве фильма или о том, несколько в нем сильна феминистическая составляющая, либо, напротив, присутствует мизогиния — но все же одну проблему этот принцип решает. Однако, как только этот же принцип аудитория пытается применить не к фильму, а к книге, начинаются проблемы. Состоят они прежде всего в том, что в большинстве книг наличествует фокализация изложения: читатель видит происходящее чьими-то глазами, со всеми ограничениями этого взгляда и возможностей фокального персонажа, тогда как в фильме работает камера "со стороны", представляющая более объективную картину. Ну и, помимо того, могут быть другие, более редкие, но тоже объективные, ограничения. Например, действие произведения происходит в гендерно разделенной культуре патриархального типа (монастырь, армия, тюрьма, школа для мальчиков, мафиозный клан…). Или число персонажей произведения резко ограничено: на сцене только две мужчин и одна женщина, все, провалено (особенно это хорошо видно на примере пьес). И все же какие-то параллели провести можно. БУДЖОЛД: СТАТИСТИКА. Не забываем, что мы сейчас представляем фэндом ЛМБ и говорим прежде всего о ее книгах — в частности, о Форкосигановской Саге (которой произведения Лоис Макмастер Буджолд не ограничиваются, но мы не делаем попытки объять необъятное). Давайте же посмотрим, как в этих книгах представлена усредненная гендерная модель для обоих полов (вне культурного контекста той или иной планеты), на каких ролях мужчины и женщины участвуют в сюжете и какова их судьба. Для начала проанализируем для этих книг самый простой признак — наличие женских персонажей как таковое. Среди рассказчиков и среди статистов, в толпе и на первом плане. Давайте условно и для наглядности разделим их всех на 4 основных группы по важности участия в повествовании. 1) Главные, они же в нашем случае — фокальные, они же герои-рассказчики. От их лица ведется повествование, их внутренний голос доступен читателю, их приключения составляют основной сюжет. Например, понятное дело, Майлз, но не только он. 2) Герои первого плана. Активно участвуют в сюжете, присутствуют в описываемом мире, сквозные для нескольких книг с разным временем действия. Например, Грегор Форбарра. 3) Герои второго плана. Непосредственно и активно участвуют в действии в одной или нескольких сценах в рамках одной книги. Решив свою задачу, со сцены повествования исчезают. К примеру, капитан Негри. 4) Герои третьего плана. Имеют собственное имя, в повествовании упоминаются в рассказах других лиц или видны мельком, сюжетную нагрузку в самом действии несут ограниченно, функциональны. Например, если вы такого вспомните, оруженосец Эстергази. Или, если посмотреть с другого боку, император Юрий Безумный. За пределами анализа остаются т.наз. «герои четвертого плана». У этих вообще нет имени, только роль, а появление в тексте зачастую ограничено единичным упоминанием. Охранники и супруги, врачи и бухгалтеры, родственники и капитаны кораблей и т.д. Их множество, и пересчитать их невозможно. Загибаем пальцы? Главных героев у нас всего 14. Львиную долю повествования на себя, конечно, оттягивает Майлз, но есть еще его мать Корделия с тремя книгами, по паре раз берущие роль рассказчика на себя Марк, Айвен, Роик и Катерина и, наконец, отвечающие каждый за часть своего романа Карин, Теж, Джин, Джоул, Этан, Лео Граф, Клэр и Сильвер. Итого, на 8 мужчин — 6 женщин. Неплохо, почти поровну. Если быть точным, 57%:43%. А что насчет героев первого плана? Важных для книжной Вселенной, сквозных для различных книг. Их мы насчитали 32 человека, 18 мужчин на 14 женщин. Пропорция все та же, 56%:44%. Вот список: Эйрел Форкосиган, Ку (Клемент Куделка), Дру (Людмила Друшнякова), Константин Ботари, граф Петр Форкосиган, Саймон Иллиан, Элена Висконти, Элис Форпатрил, Грегор Форбарра, Елена Ботари-Джезек, Бел Торн, Элли Куинн, Ки Танг, Харра Журик, оруженосец Пим, Ри Риоваль, барон Фелл, Николь, сержант Таура, Дув Галени, Ворон Дюрона, Вербена Дюрона, матушка Кости, Лаиса Тоскане, Даг Бенин, Пел Наварр, доктор Уэдделл, Георг Фортиц, Элен Фортиц, Никки Форсуассон, Байерли Форратьер, Хелен Форкосиган, Алекс Форкосиган. Ну, а как насчет второго плана? Вот тут, наконец и очень понемногу, проявляется диспропорция: из 125 персонажей целых 86 мужчин, это означает 68% джентльменов против 32% леди. В статисты в Саге набирают в основном мужчин, да. Но не забываем прозвучавшее выше предупреждение насчет гендерно разделенных культур: и барраярская, и цетагандийская армия + правящая военная каста — это сплошь и только мужчины. Отсюда, полагаем, и по большей части мужская толпа вокруг барраярских главных героев. Ок, женщины и мужчины у нас в книгах есть в достаточном количестве. Попробуем анализировать наши списки глубже. Что почти самое первое мы спрашиваем про человека, живого или книжного персонажа? Особенно, если нас интересует его пол? Правильно, семейное положение. Женат ли он, замужем ли она. Не так важно, формально или фактически, подтвердил свой статус с точки зрения закона или просто находится в постоянных отношениях, которые суконным языком документов зовутся партнерством либо гражданским браком… Так вот, сейчас мы возьмем одной кучей главных и первоплановых персонажей (почти полсотни штук) и определим, как у них с семейным положением и отличаются ли проценты для женщин и мужчин. (Почему только первоплановых? Для более второстепенных героев читателю совершенно не обязательно знать, что у них там с личной жизнью, согласитесь. Так что этой информации про них в книгах часто просто нет). На практике выходит, что пропорция отличается по полам. Подсчеты показывают среди главных героев Саги 5 незамужних женщин против 16 замужних (плюс разведенных и вдов), но 10 холостяков любого возраста на 16 когда-либо женатых. Пропорция не разительная, но все же холостых мужиков, посвятивших себя работе, в этих книгах попадается больше, чем одиноких по той же причине женщин. Что ж, у нас научная фантастика, или что? Зато из главных героев обоих полов одиноких нет вообще ни одного, если не считать детей. Тут Буджолд следует современной нормативной модели, которая не слишком признает одиночество и асексуальность за соответствующий счастливому сценарию вариант. Зато автор не ограничивает своих героев в том, кого именно им считать подходящим для счастья партнером – людей своего пола или другого, сверстников или старше/моложе себя, в парном браке или множественном. За что ей спасибо. Продолжим собирать нашу статистику в разрезе ЗАГСа. А именно: от того, кто из героев женился, перейдем к подсчету данных, кто же в Саге умер. Итак?.. Первое и ожидаемое открытие: Буджолд не очень любит убивать главных героев, это вам не Мартин. Спасибо тетушке Лоис за такую гуманность. Но кто-то у нее все-таки покинул этот мир? Книги охватывают период в добрых сорок лет, занятия у главных героев армейские и опасные, да и в гражданской жизни заговоров на всех мирах хватает. Посчитаем и в результате видим вот что: • среди главных героев не умер никто. Ну, с некоторыми оговорками. Во-первых, не считаем погибшим Майлза, чья смерть оказалась все же обратимой. Во-вторых, не плюсуем в графе «смерть» то, что случилось естественным образом за давностью лет за пределами действия книг: разумеется, персонажи «В свободном падении» до времен Майлза не дожили, несмотря на все генетические модификации, срок жизни в двести лет и более им недостижим. • среди героев первого плана потери уже есть, чаще – мужчины. Трое человек от старости: граф Петр, Эйрел, Таура. И один насильственной смертью – Ботари. Видно, что в пропорциях смертность у мужчин явно выше. • у второплановых героев мужчиной быть много опасней. Посчитаем и второплановых. Тут результаты еще более показательны: 20 покойников (…нет, не на сундук мертвеца, а на все те же 125 человек), из них почти все мужчины, женщин только две. И, что еще важнее, в отличие от первоплановых героев, большинство не умерло тихой смертью от старости в собственной постели, а погибло при тех или иных обстоятельствах. И именно они и образуют нам основную статистику: Но, может быть, это совершенно логично? Все-таки космоопера, войны, флоты, катастрофы… Снова приложив нашу линейку, получим, что среди главных и второплановых персонажей на 5 военных-мужчин приходится в среднем только одна дама, так что потери пропорциональны. Ну хорошо, а что, если делить нашу популяцию не на военных-гражданских, а на хороших-плохих? Самая опасная в книгах профессия – антагонист, противник главного героя (или героини); когда ГГ все-таки его (или ее) победит, злодею должно прийтись несладко. И что мы видим? Женщин-злодеек в Саге немного больше: около четверти от всей злодейской популяции. Если перечислять поименно (и не все они в этом списке прямо клинические злодейки, сами видите): Кавилло, Вио д’Чиллиан, доктор Мехта, Мара Маттулич, комаррианская заговорщица Елена Фоскол и экотехник Хельда с Клайна. Негусто. Для сравнения, вот вам мужчины-злодеи: Джес и Зерг, граф Фордариан и граф Фордрозда, генерал Метцов и адмирал Оссер, сер Гален и барон Риоваль, полковник Миллисор и генерал Гарош, Хессман, Формонкриф, Тьен Форсуассон, Ампад и ван Атта, Илсюм Кети, ба Дюбауэр, Рон Винг, Лука Тарпан (это тот, из чьих рук в кучу свадебных подарков Майлза приплыло отравленное ожерелье)… Мне кажется, что у мужчин в книгах был и размах пошире, не говоря о том, что их больше. Но тут в сюжете четко срабатывает одно правило: мужчины-злодеи-анатагонисты очень часто заканчивают фатальным исходом, который тем не менее воспринимается читателем как справедливое воздаяние за все, что они творили. Но даже настоящие злодейки после разоблачения подвергаются лишь социальной смерти: Виа отправляют в слуги-ба, Кавилло изгоняют, Мару Маттулич объявляют недееспособной, а Мехту вообще просто притопили в аквариуме без угрозы для жизни. Абсолютно все немногочисленные погибшие женщины в книгах Буджолд – жертвы. ВЫВОДЫ – женских персонажей в книгах Буджолд достаточно, причем именно в числе ведущих, описанных подробно и двигающих сюжет, – женский персонаж с большой долей вероятности будет ориентирован на традиционную модель успешной жизни – наличие семьи; но это совсем не значит, что, кроме семьи, у нее ничего не будет, – зато женщинам в книгах ЛМБ выживать легче. Тест пройден!