Тепло зимнего дня

— Жарко, Аякс, отстань, — простонала девушка, едва открыв глаза. — Не-ет. — Тебе недостаточно тепло? Камин же вчера согрел дом. — Мне недостаточно твоих объятий. Люмин громко вздохнула, позволив Аяксу прижать её к себе ближе. Он обнимал её со спины и уткнулся губами в тёплую шею. — Ещё пять минуточек… — простонал Аякс, приобнимая Люмин ещё крепче. В комнате было тихо и пахло свежестью постельного белья. Деревянные стены защищали дом от холода, а вчера согревающий камин добавил уюта своим теплом. Солнечные зайчики пытались пробиться в помещение — снег за окном закрывал свет солнца и не впускал его в тёплый домик. — Всё, пять минуточек прошло. Вставай давай. — Эх… Люмин скинула его руку со своей талии и спустилась с кровати, шумя половицами. Скинув с себя сорочку, девушка начала одеваться. Парень до сих пор лежал в постели и в полудрёме наблюдал за Люмин. Заметив его взгляд, она взяла свою подушку и кинула её в лицо Аякса. — Нам на рынок надо идти. Вставай давай. — Ах да-а, точно, — сказал он и протянул руку Люмин, намекая на то, чтобы она помогла ему подняться. — Ой, ты мой маленький. Сам встать не можешь? — саркастическим тоном произнесла девушка и подошла к кровати. Люмин протянула Аяксу руку, и он, обхватив её ладонь и откинув голову назад, медленно поднялся, сев на кровать. Он потер глаза и потянулся, до сих пор не до конца проснувшись. Люмин села возле него и смахнула волосы с его лба. Он, не открывая глаз, потянулся к губам Люмин за поцелуем, но она накрыла его рот своей ладошкой, хитро улыбаясь и прищурив глаза. — Я пока воды наберу. И девушка, успешно поддразнив Аякса, вышла из дома, не забывая обуть валенки. Аякс сразу распахнул глаза, так как играть роль сонного больше не было смысла, и поспешно начал одеваться. Он помчался на кухню, чтобы накрыть на стол. Спустя несколько минут вернулась Люмин и, положив ведро с водой на столешницу, подошла к шкафу, вытаскивая тяжёлый, немного потёртый от времени самовар. Аякс грел кусок масла над огнём, иногда поглядывая на утреннюю рутину девушки. Люмин налила молоко из большой банки в глиняный кувшин и тоже поставила на стол, накрытый молочного цвета скатертью, по краю которой была красная оборка. Парень взял ломтик хлеба и начал намазывать его тёплым маслом, а после — протянул девушке. Она взяла бутерброд и с удовольствием надкусила. Налив себе и Аяксу молока, Люмин села за стол и ждала, пока парень присоединится к ней. Вкусно позавтракав бутербродами с маслом, чаем и молоком, Люмин и Аякс засобирались на рынок. Не успев надеть второй валенок, Аякс вдруг про что-то вспомнил и на одной ноге проскакал в их с Люмин комнату, чтобы принести ей красный с узором цветов шарф. Он надел его на голову Люмин, завязав на подбородке, и чмокнул её в лоб. — Про меня никогда не забываешь, — отметила она, поправляя ткань на своей голове. — А своё забыл. Девушка взяла с тумбы у двери шапку-ушанку, которую она когда-то купила Аяксу на день рождения. Подарок был сделан из меха лисы и почти сливался с рыжим цветом волос Аякса. — Спасибо, родная. Он легонько поцеловал её в щёку, и они, взявшись за руки, вышли из дома на улицу, где пушистый белый ковер полностью покрыл всю деревню.

***

— Я куплю картошку, — сказала Люмин, надевая корзину на локоть. — Хорошо, я за мясом к Борису. Надеюсь, он уже здесь в такое время. Пара разделилась и направилась в сторону разных лавок. Люмин, держа в руках корзину, в которой был её небольшой мешочек с монетами, шла вдоль шумных продавцов, активно продававших свой товар. Идя вдоль улочек, Люмин улавливала запах пряностей, свежей рыбы и выпечки. Она подошла к часто посещаемой лавке и позвала продавщицу по имени. Из дальней двери послышалось мяуканье, а затем вышла миловидная бабушка, которая была завернута в пушистую серую шаль. Купив полкило картофеля, при этом мило побеседовав с продавщицей о её котах и сегодняшней удивительно для холодной зимы хорошей погоде, Люмин направилась в сторону других лавок, вспомнив, что ей не помешало бы купить мыло и шампунь. Когда она дошла до лавки, где продавали средства для гигиены, она мельком услышала беседу двух бабулек, которые с улыбкой глядели на Люмин. — Это же Аякса жёнушка? Красавица такая! — Да. Согласна, а муж-то у неё какой! Они оба друг друга стоят. Она девица красивая, а он служит самой царице. Видно, горда она своим мальчиком-то. — Ой, не говори, Люсь. Они единственные из молодых, кто мне действительно нравятся! Хозяйство ведут, огород у них пречудесный! — Прошлой осенью Люминочка со мной банками с огурцами поделилась. Такие вкусные! Видно, хорошая она хозяйка. — Ой, тут мне Наташа рассказывала, что они с Аяксом по вечерам с мечом тренируются! Она из окна их видела. Такая с виду хрупенькая девонька, а меч держит и наравне с мужем сражается! Ой, как Наташа их описывает! Любовь у них. Лю-бовь! Обе бабушки воодушевлённо вздохнули, наблюдая, как Люмин уже закончила с покупками и, подойдя к ним, поздоровалась с улыбкой на устах. — Ну красавица! — сказали бабушки одновременно и продолжили диалог, провожая Люмин взглядом, пока она с теплотой в сердце размышляла об их словах.

***

Люмин решила подождать Аякса у входа в рынок, и, увидев его издалека, приготовилась падать на снег, так как Аякс с разбегу налетел на неё, крепко обнимая. Неудивительно, что Люмин подскользнулась, но Аякс не позволил ей упасть, крепко стиснув в объятиях. — Соскучился уже, что ли? — сказала она, стараясь не уронить корзину, полную продуктов. — Да-а. Идём домой скорее. Взяв Люмин за руку, Аякс бодрым шагом направлялся в сторону их дома, неся в руках сумку, из которой можно было увидеть кость. Зайдя в дом, Аякс пошёл рубить мясо для сегодняшнего ужина, а Люмин решила почистить картофель. — Сегодня мама связалась со мной, — поделился новостью Аякс. — Оказывается, Борис ездил сегодня к ним в деревню, и она письмо через него мне передала. — О, и что она говорит? — Сказала, что придёт сегодня в гости. — Хорошо. Как раз ужин вкусный намечается, — сказала Люмин, поднимая тазик с очищенной картошкой на кухонную столешницу. Затем, заправив волосы за ухо, чмокнула Аякса в щёку, на что он заулыбался и тоже поцеловал Люмин в нос. Спустя час, когда Люмин закончила со стиркой, она вышла на крыльцо дома, чтобы повесить чистое бельё. Аякс с засученными рукавами, закончив рубить дрова, подбежал к ней и вызвался помочь. Издалека можно было увидеть, как соседские дети играют в снежки, проезжающего на телеге старика и двух девушек, несущих дрова в свой дом. Соседи изредка глядели на молодую пару, которая делила хозяйство между собой, не забывая шутить друг над другом и громко смеяться. Закончив с уборкой, Люмин заварила им обоим чай и вытащила вчерашнее печенье, которое передала мама Аякса. По её словам, это Тоня постаралась для Люмин, на что Аякс наигранно обиделся, жалуясь, что его братья и сёстры начали любить Люмин больше. — Я пойду тренироваться, — сказал Аякс, убрав за собой посуду. — Пойдёшь со мной? — Да, подожди минутку. И, доев печенье, Люмин догнала Аякса, и они вышли из дома, захватив свои мечи.

***

— Мимо, — сказала Люмин, ловко уклоняясь от меча Чайльда. — Ошибаешься, — выкрикнул он и смог поддеть её с другой стороны своим вторым мечом. — Нечестно! У тебя их два, — воскликнула Люмин, быстро поднырнув под второй меч. Она, перехватив свой меч в другую ладонь, прыгнула в сторону Аякса, захотев ударить сверху. Аякс отреагировал мгновенно, защищаясь своим вторым мечом, а затем ударил им, из-за чего Люмин сделала два твёрдых шага назад. Первый меч Аякса дернулся, захотев ударить по плечу девушки, но Люмин успела отойти в другую сторону. Однако это было ошибкой, так как второй меч парня молниеносно оказался за её спиной и в итоге сбил её, заставив упасть на снег. Люмин не вставала, принимая поражение, и когда Аякс захотел помочь ей встать, протянув руку, внезапно получил снежком прямо в лицо. Он быстро смахнул мокрые остатки снега и, громко рассмеявшись, бросил мечи в сторону, прильнув к Люмин, прижимая к снегу, в котором она немного утонула. Она улыбалась, гордясь своей ловушкой, но поняла, что тоже оказалась в ловушке сильных рук Аякса. Он обхватил её талию и закрепил в положении, что у Люмин не получилось вырваться. Затем Аякс приблизился к её лицу, поцеловал в щёку, потом быстро переместился к бровям, носу, глазам, расцеловывая каждый участок её белоснежного личика, как снег, на котором она сейчас лежала. — Ну всё, хватит, — рассмеявшись, произнесла Люмин, пока Аякс продолжал вести губами узоры на её щеках. — Нет уж. Это за снежок. — Ты же защекочешь меня до смерти, — сквозь смех сказала Люмин и попыталась оттолкнуть Аякса, но явно не прилагала усилий, так как из-за смеха не могла сосредоточиться на своих действиях. Затем Аякс поднял Люмин, словно новорождённого ребёнка, и, пользуясь тем, что она не вырывается как обезумевшая кошка, понёс в дом, чтобы продолжить свои ласки.

***

Кроме матери Аякса, пришли ещё Тоня и Тевкр. Глава семейства, то есть отец, не смог присоединиться к ужину из-за работы в шахте, а старшему брату Аякса пришлось уехать в другую деревню за мехом. Аякс наливал матери и детям чай, пока Люмин стояла у очага, чтобы набрать еду, которую они приготовили вместе с Аяксом. Тевкр и Тоня подошли к Люмин, чтобы помочь ей накрыть на стол, и она, погладив их по волосам, дала две миски, наполненные доверху мясом и картошкой. Люмин уже хотела спуститься в подвал, чтобы вытащить банки с капустой и огурцами, но Тевкр опять вызвался помочь, и чтобы не обидеть мальчика, Люмин согласилась, перед этим дав Тевкру фонарь. Наложив салаты в тарелки и приняв помощь Тони и Тевкра, Люмин села за стол, тихо выдохнув и Аякс приобнял ее за плечи, бодро растирая женские руки. Мама Аякса с усталой улыбкой наблюдала за парой, положив голову на ладонь, в другой руке держа тёплую чашку с ароматным брусничным чаем. Тевкр, уплетая вкусный ужин, начал вспоминать забавные случаи, произошедшие на воскресных службах. Тоня, добавив в чай немного сахара, тоже включилась в разговор и, с широкой улыбкой глядя на Люмин, рассказала, что у неё появилась подруга, живущая в другой деревне. Мама Аякса внимательно слушала своих детей, иногда поглядывая на старшего сына и свою невестку, с теплотой ожидая их реакции. Аякс громко смеялся, потирая глаза, а Люмин сдержанно улыбалась, иногда подливая чай. Вечер проходил замечательно за разговорами и планами на будущее.

***

— Мы планируем купить новые занавески, — поделилась Люмин со своей свекровью, продолжая сидеть за столом, пока Аякс, Тевкр и Тоня помчались на улицу для игры в снежки. — О, чудесная идея. Я вот знаю одну швею, которая у нас в деревне ткани продаёт и шьёт одежду на заказ. Я спрошу у неё в следующий раз, делает ли она занавески. — Большое спасибо. Ещё чая? — Благодарю, — произнесла мама Аякса и подала Люмин чашку. Женщина, заведя наполовину седые волосы за ухо, с огромной любовью глядела на движения Люмин и её улыбку. Она ею восхищалась и была искренне рада, что у её сына такая прекрасная жена, которая его искренне любит. Старая женщина открыла для себя, что Аякс может испытывать новые эмоции: нежную любовь, искреннюю заботу о любимой девушке и, конечно же, такую теплоту во взгляде. Она точно знала, что её сын так изменился благодаря этой девушке, с которой Аякс однажды подрался и постоянно о ней рассказывал с таким волнительным интересом. Мама Аякса даже думать не могла, что её сын может быть таким трепетным по отношению к кому-либо. И была очень благодарна девушке, сидящей напротив неё, которая с тихой улыбкой подала ей чай. — Кстати, я ведь не с пустыми руками. У меня там корзина в коридоре осталась. Совершенно забыла, что я вам принесла, — широко распахнув глаза, мама Аякса поспешно встала из-за стола, но была остановлена Люмин, которая мягко обхватила руку женщины и спокойно сказала: — Я сама принесу. Встав из-за скамьи и поправив бледно-зелёный передник, Люмин направилась вглубь коридора, вернувшись с плетёной корзиной и протянула её свекрови. Женщина, вновь убрав волосы со лба, потянулась к корзине и вытащила оттуда песочного цвета шаль и протянула невестке. — Вот, это я для тебя связала. Люмин искренне обрадовалась подарку и заулыбалась, раскрасив свои щёки в ярко-красный, из-за чего мама Аякса тоже улыбнулась. — О, благодарю вас. Я буду её беречь. — Ничего страшного, если она износится или порвётся. Я свяжу тебе новую, — тронув пальцы Люмин, произнесла пожилая женщина. — И для Аякса я носки купила. Уже не было желания вязать что-то ещё, но не говори ему об этом, а то ещё обидится. Они обе рассмеялись, и Люмин накинула на свои плечи тёплую шаль, рассматривая аккуратные узелки. От этой вещи точно веяло материнской любовью.

***

Когда разговоры закончились, а луна высоко поднялась, мама Аякса, держа Люмин под руку, вышла вместе с ней на улицу, где дети женщины до сих пор носились, пытаясь догнать друг друга. Аякс смеялся громче всех и с ехидством кричал, что дети никогда не смогут его поймать, но в итоге поддавался им, позволяя повалить себя на землю. — Ей-Богу, он ведёт себя как ребёнок, — со смешком сказала женщина и крепче вцепилась в руку Люмин, так как чуть не упала. Девушка рефлекторно обхватила свекровь за талию, спасая от падения. — Именно таким я его и полюбила, — поделилась Люмин и заглянула в глаза женщины, в которых увидела мягкую любовь. Аякс, Тевкр и Тоня уже закончили со снежками и просто играли в салки, громко смеясь и звонко визжа. Завидев свою маму, все трое подбежали к крыльцу. Тевкр и Тоня обняли Люмин, понимая, что они скоро уйдут домой. — Вау, какая у тебя красивая обновка, — заметил Аякс и приобнял Люмин, кладя руку на её плечо, мягко согревая, пока она сильнее куталась в шали. Попрощавшись с родственниками, Аякс вымученно улыбнулся Люмин и, крепче приобняв её, он прошёл вместе с ней в дом, где, по сравнению с улицей, было очень тепло.

***

Пара, закончив с посудой, хорошо её вымыв и убрав в шкафчики, наконец решила лечь спать. — Но перед этим надо искупаться, — сказала Люмин, распуская корсет на своём платье. — Отличная идея! Я сейчас принесу дров, — произнёс Аякс и вскоре вернулся с поленьями, занося их в купальню. Уже в купальне, где разлетелся тёплый туман от горячей воды, Люмин, завернувшись в одно полотенце, стояла перед сидящим на табурете Аяксом и тщательно мыла его голову новым, недавно купленным шампунем с запахом мёда. Пальцы Люмин осторожно перебирали рыжие пряди Аякса, хорошо втирая вкусно пахнущий шампунь, а он послушно не шевелился, положив руки себе на колени, иногда слегка недовольно жмуря глаза и брови, когда Люмин тянула волосы слишком сильно. — Твоя мама передала тебе носки. По её словам, они сделаны из овечьей шерсти, значит, точно очень тёплые. Говоря это, Люмин отстранилась от Аякса, подошла к ведру с горячей водой и, взяв ковш, начала наливать её на рыжие волосы Аякса. Он, закрыв глаза, смыл с себя шампунь, и даже после мытья запах мёда до сих пор бил в ноздри. — Здорово. Надену их завтра на нашу тренировку. А то после них часто ноги мёрзнут. — Потом и ночью у тебя они мёрзнут. Уснуть невозможно, — со смешком возмутилась Люмин и наконец смыла весь шампунь с прядей Аякса.

***

Полностью чистые и довольные, Люмин и Аякс направились в спальню, где парень, быстро переодевшись в пижаму, грохнулся на кровать, тяжко выдыхая стон из лёгких. Люмин хмыкнула и, переодевшись в сорочку, заодно аккуратно убирая шаль в шкаф, легла к Аяксу, где он укутал её в объятия, закинув на неё свою ногу. Его холодные стопы грелись о ноги Люмин, от чего у неё пробежали мурашки. — Задушишь! — Зато согрею и согреюсь. — Надень носочки тогда, — произнесла Люмин, делая вид, что она хочет вырваться. — Твои ноги лучше тёплых носков, родная. Затем Аякс вдруг навис над Люмин и поцеловал её в лоб, затем в скулу, а после — в угол губ. Она положила свои руки на его шею, улыбаясь его нежным действиям. Затем, взяв его за подбородок, она поцеловала его в губы, и он охотно на него ответил. Их губы мягко касались друг друга, вызывая тёплый трепет, который завязывал в них клубок из пушистых ниток. Поцелуй за поцелуем, затем Аякс прильнул лбом ко лбу Люмин, заглядывая в её чарующие глаза, и снова обнял, заваливаясь на бок и пристраиваясь к ней со спины, он последний раз поцеловал её в шею. Аякс грел свои пальцы о её ноги и обвил руку вокруг её талии, а она переплела их пальцы под одеялом. Его губы скрылись в её шее, и Люмин прикрыла глаза, поглаживая бо льшим пальцем руку Аякса. — Спокойной ночи, родная. — И тебе спокойной ночи. Люблю тебя. — А я обожаю, — сказал он, весело хмыкнув. И они оба погрузились в сладкий сон, продолжая обнимать друг друга до завтрашнего дня.