Copy-Paste

      Прохладная вода взбодрила, почти прогоняя остаки сна. Я вытер лицо, повесил полотенце на место и уставился в зеркало, прикидывая, достаточно ли презентабельно я выгляжу для похода к врачу.       Из зеркала на меня с скептической иронией уставился темноволосый парень в районе двадцати пяти лет.       Ну… Не самый ужасный случай, но и… Щеки еле выбриты, под глазами темные круги от засиживания допоздна сначала во времена учебы на институтских курсах, а затем и на работе. Ох нет, я не назову себя безгрешным трудоголиком, учащимся и работающим с полной отдачей. Были и долгие ночи в играх, и посиделки с друзьями. Но и сказать в принципе-то что я полностью положил болт и на учебу, и на работу — было бы несправедливо уже по отношению к себе.       Да впрочем что уж там расписывать? Обычная жизнь обычного человека.       Возвращаясь же к отражению в зеркале… Общую картину усугубляла общая осунутость, вкупе с мятой одеждой, привести которую в нормальное состояние я не мог уже наверное с месяц.       Не здорово, да. Но, учитывая что ноющая боль в шее не давала мне выспаться уже с полтора месяца и, из-за недосыпа, я и работал еле волоча ноги, не то что там занимался домашними делами… Простительно.       Ну и ладно, раздолбай я слегка тоже. Признаю.       Вернувшись в комнату, я все же сменил футболку на более свежую. Для успокоения совести. Щелкнув пальцами, развернулся на пятках, ища рюкзак со всякой мелочевкой, деньгами и документами, нужными для посещения доктора.       Цыкнув, я потер неприятно ноющую шею. Все готово. Добираться где-то минут десять на монорельсе, а у меня в запасе минут двадцать. Уже надо выходить.

***

      Я посторонился, пропуская предыдущего пациента, и зашел внутрь кабинета. Врач кивнул мне в приветствие.       — Минуту. — проронил он, не отрываясь от экрана монитора и продолжая печатать — скорее всего заполняя документы предыдущего посетителя — Сейчас я займусь вами.       Я безмятежно кивнул и принялся праздно осматривать кабинет. Я все равно особо никуда не торопился, будучи на больничном.       Кабинет как кабинет. Белые пластиковые стены с медицинскими документами, белый пластиковый шкаф… Полупустой, будучи заполненным только редкими личными вещами врача. Никаких карт больных — все они содержались только в электронной базе данных.       Мой взгляд упал на календарь. Девятое декабря 2039-го.       Ох. Я как-то и забыл за суматохой, что текущее десятилетие уже и к концу подходит.       Сороковой год, если уж говорить на эту тему — говорят, будет полон на всякие крупные выпуски.       Ну… Условно крупные, большинство из них заставляют закатывать глаза, если честно. Специализирующаяся на производстве слабых и отстающих от рынка телефонов по завышенным ценам, фирма Apple обещает абсолютно новый и инновационый iPhone 30, который, как они обещают, порвет всех конкурентов и обойдет все другие флагманы. Кроме того, они презентовали абсолютно новую и нужную функцию сенсорного экрана устройства, который теперь будет работать только по премиальной подписке. Ура?..       Многие от этого гениального решения на презентации остолбенели от этой «так нужной и полезной функции (тм)», и брызжа слюной, утверждали что он соберет считанные доллары на продажах.       Небезосновательный прогноз, но абсолютно пустой в своей бессмысленности утверждения очевидного. С таким же успехом можно с жаром доказывать что сахар сладкий, а вода мокрая. Более старые и прошаренные со знающей ухмылкой утверждали что они давно и не пытаются сделать действительно телефон для пользователя. Эпплы уже просто вовсю рофлят над собой.       А еще шестидесятипятилетний Эйитиро Ода божится, что в следующем, сороковом году, его манга обязательно закончится на ее семьдесят пятом томе. Вероятно, даже Ван Пис будет найден. А может быть и нет.       Наверное. Хотя у меня все так же большие сомнения, что даже мои внуки доживут до ее конца.       Так же, генеральный директор Бесезды — Тодд Говард II анонсировал абсолютно новую и оригинальную игру на ПК — Скайрим III, 24 универсальное издание.       Горд за них. Что ни год, то новая игра.       Ну и еще по мелочи. Что-то действительно меня интересовало, к чему-то я был полностью равнодушен.       Жизнь сейчас… Немного скучна. Иногда как-то до тоски хотелось чего-то нового, каких-то… Перемен, что ли.       Зевнув, я задумался, чем бы заняться после визита.       Моя бывшая сейчас вернулась ненадолго в мой город. Можно пересечься, сыграть во что-то… А там возможно и вечер перестанет быть томным, перейдя в немного более интересное русло.       Наверное немного странно слышать про такие мои планы на вечер с ней… Но мы с моей бывшей расстались после института вполне любовно. Она вернулась в свой город, я в свой — и наши отношения к сожалению как-то просто заглохли, хоть мы и поддерживали дружеский контакт. Но… Время от времени, когда по каким-то причинам оказываемся неподалеку друг от друга — вполне неплохо проводили время вместе, взачастую и в горизонтальной плоскости. Вспоминали времена учебы, так сказать.       Хмыкнув, я улыбнулся, с теплотой думая о ней.       Может… Может попробовать вернуть эти отношения, но уже всерьез? Приложить какие-то усилия?       Шея все так же неприятно и сильно ныла, будто в ней что-то давило. Устало выдохнув, я постарался задвинуть неприятные ощущения и размышления о них подальше и начал прикидывать, как бы еще более продуктивно провести вечер, но тут мой врач наконец закончил со своей бумажно-электронной волокитой и вернул меня на бренную землю, обратившись ко мне.       — Итак, мистер… — он глянул в документы. — …Андерсон. В принципе все результаты ваших обследований готовы.       — Ну? — оживился я. Но грудь неприятно сдавило от волнения. А вдруг это что-то… Действительно опасное?       Хрен ее, эту шею знает. Не нравилось мне это болезненное давление в ней.       Доктор слегка замялся.       — Не пугайтесь, но… — мои пальцы дергнулись, меня сильно напягали эти заминки. — …это опухоль.       Что-то в моей груди рухнуло, и я как-то остолбенело уставился на него.       — Нет-нет, не злокачественная. — Он успокаивающее поднял руку, похоже ожидая такой реакции. — При надлежащей операции мы сможем ее удалить без осложнений. Но небольшие трудности есть, да.       Я немного выдохнул. Оооокей. Все не так плохо. Но… Тем не менее, разговор идет и о неких «трудностях».       Вот все же этого только не хватало, а? Да и в сознании начала тихо шептать понимание, что любая операция, и тем более такая деликатная, как в районе шеи, гм... Ощутимо ударит по карману.       — Так а в чем проблема? — спросил я, нахмурившись и неосознанно нервно стуча пальцем по колену. Что с моей шеей?       Док задумчиво хмыкнул.       — Довольно неприятный случай липомы. Опухоль прилегает довольно близко к черепу и к позвоночному столбу. Для современной медицины, конечно, ее удаление хоть и выполнимая, но все равно, как бы сказать… — он махнул рукой. — кропотливая задача. Да и на рентгене много не было видно. Она может уходить еще глубже.       Я выдохнул, все же тревога по поводу моего здоровья несколько отступила.       Да, еще оставался финансовый вопрос, но — тем не менее. Я было подумал что, все — приехали. Это рак. Доброкачественные же опухоли, хоть и тоже малоприятная штука, но все же далеко не смертельная.       Я вопросительно глянул на врача, который ждал, когда я переварю новости.       — Нужны для начала дополнительные исследования — продолжил тот. — МРТ, УЗИ… Мы должны увидеть объем работы.       Теперь, когда страх возможной кончины от призрачного рака отступил за несостоятельностью, мысли о деньгах, которые уйдут на эту чертову опухоль, начинал тяготеть надо мной все больше и больше. Я стремительно мрачнел, прикидывая потенциальные траты.       Может, ну ее? Люди вполне могут жить с доброкачественными опухолями. Хотя, если добавить немного здравого смысла… Так-то она еще вблизи черепа и позвоночника, и вполне может разрастись… больше. И куда не надо.       Шея заныла особо неприятно, обозначая вышеуказанную опухоль, будто подчеркивая мои мысли.       Черт. Ну, окей — не сейчас а позже. Год я как-нибудь переживу, и тем временем накоплю нужную сумму.       Доктор тем временем наблюдал за мной, погрузившимся в себя. Похоже, даже довольно точно угадал тему моих мыслей, судя по его последующему вопросу.       — Вас волнует во сколько это обойдется? — откинувшись на спинку кресла, спросил он.       Я скривился и пожал плечами.       — Угу. Мне нужно привести в порядок мои финансы. Я надеюсь, ситуация с опухолью не критичная — подождать полгода-год?       Врач задумчиво постучал пальцем по подбородку.       — Разные липомы у разных людей ведут себя по разному. Да, в большинстве случаев ничего страшного за это время не случится, но изредка… — он развел руками. — они могут вырасти и еще больше. Ненамного за тот же год, но учитывая ее положение… Это может грозить еще большими осложнениями.       Мои глаза опустились в задумчивости. Хрен с ним, рискнуть потерпеть?. Да, есть вероятность осложнений, но небольшой. Подожду.       Но… Может лучше бы поднапрячься?       Я цыкнул, затрудняясь определится.       Док прервал мои метания.       — Я заговорил об этом, потому что по любому обследования будут проводится в районе головы и шеи. И, недавно нам тут… — он заклацал мышкой, ища что-то на компьютере. Нашел, и вгляделся в монитор, вчитываясь. — указали сообщать об этом желающим. Вознаграждаемое полное сканирование центральной нервной системы добровольцев, сбор статистических данных у нескольких сотен людей для исследований института.       Я нахмурился и поднял на него глаза. Внезапный разговор о сканировании немного сбил меня с толку в первые секунды, но я быстро сориентировался, к чему это.       — Обследования? Платные? Настолько, что могут потянуть эту операцию? И что же это именно за исследования?       Доктор махнул рукой.       — Я сам не очень вдавался в вопрос, немного не мой профиль. Но насколько я знаю, совместная коалиция институтов неврологии по всему земному шару начали сбор статистики, этих сканов головного мозга. Нейронных связей, в особенности. Вроде, для новых экспериментальных мозговых имплантов.       Я задумчиво хмыкнул. Помнится, когда-то в двадцатых-тридцатых годах пытались что-то такое сделать, но попытка была провальной. Было недостаточно информации, недостаточно понимания работы мозга.       А жаль. Идея выглядела интересной. Но… А сейчас?       Сейчас… В принципе, за недавние десятилетия наука постепенно продвинулась вперед. Помнится, только в начале этого десятилетия шумела новость о том, что вылечили человека, парализованного с подросткового возраста — у него была сломана спина.       Ему буквально заменили позвоночник на имплант. Немного страшно представить сумму, в которую это обошлось, но… Сам факт.       То есть, в принципе могли и снова приняться за головной мозг. Я за этим не следил — не мой круг интересов, но могли что-то снова начать.       Я приблизительно понимал, что значит «сканирование нейронных путей», и это немного смущало меня. Это же… Гигантский объем информации — и это только с одного человека, как-никак там несколько миллиардов связей между нейронами.       А тут несколько сотен.       Да и… Разве уже можно отсканировать что-то в таких количествах — настолько мелкое, настолько… Компактное?       Ну… Риторический вопрос. Сороковой год, двадцать первый век. Конечно, технически возможно.       Гм. Может и любопытные вопросы, но лично ко мне сейчас никак не относящиеся. Сейчас меня главным образом интересовало — насколько это покроет сумму операции.       Я задал этот вопрос доктору.       — Понятно, что не все — кивнул тот. — Но… Где-то на треть. Исследование большое и серьезное, поэтому деньги на человека такие большие. Ну, и… — он развел руками. — Я так думаю, для вас это может быть опцией не откладывать грядущую операцию. Если вас волнует вопрос хранения информации — исследования полностью конфедициальны и не будут предоставляться за пределами исследования. Ну, что скажете?       Это…       Это вполне себе поможет. Будет все равно трудно, но легче, чем вся сумма. Ну а конфедициальность…       Да, хоть и часто слышно о многочисленных ее нарушениях и утечках, но…       Кому нахрен будут нужны сканы мозга какого-то мужика, кроме каких-то ученых?       Это выглядит как действительно неплохая сделка.       — Где расписаться? — потерев руки, спросил я.       …Из больницы я вышел в приподнятом настроении. Вытащив телефон, я, насвистывая, направился к станции монорельса, на ходу пытаясь вспомнить номер той самой однокурсницы.

***

      Сканирование и обследование было назначено через день. Операция — в худшем случае, через две недели.       Я, насвистывая, шел по зданию института неврологии, озираясь на чистые белые стены и изредка сверяясь с бумажкой, на которой был указан кабинет снятия сканов.       В тот день все прошло удачно. С Дианой — той самой однокурсницей — вечер прошел не просто идеально, но и судя по всему… Она была тоже не прочь вернуть наши старые отношения.       Это были хорошие два дня. Мы с ней начали новую партию в относительно новой игре по правилам DnD, бурно обсуждали будущие релизы новых рпг, вот только…       Вот только кровать похоже надо поменять. У моей старой ножки похоже вот-вот сломаются нахер.       Я весело усмехнулся своим мыслям и принялся идти по коридору еще более энергично.       Наконец, я дошел до нужного кабинета.       …Сухой мужчина в районе сорока лет возился с монитором, выставляя нужные параметры и вводя мои данные. Я сидел в кресле, немного нервно и заинтересованно поглядывая на крупный шлем, явно весящий немало, от которого к компьютеру тянулись провода.       Компьютер явно был с расширениями, а не обычный пользовательский. Дополнительные блоки с разъемами для дополнительной памяти и процессоров; дополнительные приборы, подключенные к периферии…       Я перебрасывался словами об предстоящем сканировании с мужчиной, который, как оказывалось, был одним из ведущих исследователей проекта в этом институте.       — Старые попытки в мозговые импланты были действительно неуклюжи. — взмахнув рукой объяснял он мне. — Ну а мы пытаемся наконец вернутся к созданию этой технологии и получению опытного образца с помощью более актуальных методов. Исследование инициировано для создания новых чипов, с учетом новых данных от современных методов обследования, но и так же попутно — для исследования головного мозга, для продвижения его понимания. Для этого нам нужны, ммм… Как бы выразится… Это самое сканирование центральной нервной системы, все нейронные пути, их комбинации, и активности в разных участках мозга — и разумеется не просто от одного человека, но от большой выборки людей — чтобы было от чего вести наши исследования с применением статистики.       Он поправил очки и пожал плечами.       — Конечно, это гигантский объем работы с данными в нескольких сотнях терабайтах, но… — он улыбнулся. — Нам не привыкать.       — Ухты — тихо проговорил я, довольно впечатленный. — Это… Действительно неплохо.       Тема для меня конечно довольно далекая, но я помнил по старым учебникам и статьям, что в двадцатом веке и начале двадцать первого… да и сейчас, в принципе — мозг был довольно трудной темой. Многое было непонятно, во многих областях ученые заходили в тупик, чересчур большие и запутанные данные. А сейчас… Да, наука сделала несколько шагов, возможно необходимых для продвижения в этой области.       Хех. Как знать… Возможно, благодаря этим сканам я смогу поиграть в десятое переиздание Скайрима с новым уровнем погружения, действительно чуть ли не вживую. Может даже через какой-то десяток лет.       Да что уж там… Может я принимаю участие в создании исторической технологии. Может и мелкое… Но… Тем не менее.       Я в шутку поделился своими мыслями с исследователем, и тот рассмеялся, кивнув головой.       — Это довольно трудный процесс, для связи мозга и компьютера. — судя по всему, поглощенный любимой темой, начал он. — Конечно, все еще неизвестно, сколько потребуется для создания именно пользовательских образцов на продажу, но… Да. Десять-пятнацать лет, и это еще не оптимистичный прогноз.       — Но, скажем, возьмем чисто аспект, интересный для обычного народа и меня в том числе — начал любопытно расспрашивать я. — то есть, с помощью этой технологии можно будет загрузится в некий условный виртуальный мир — скажем, игру, фильм, некую сцену…       — Не-не, не совсем — помотав головой, прервал он меня. — Вы не будете загружаться в фильм или игру. Они, я бы сказал скорее, будут происходить у вас в голове, симулируемые этим чипом, этой технологией.       — Хм? Но почему нет?       Он слегка задумчиво поднял глаза и заговорил, судя по всему усевшись на своего любимого конька, касаясь темы, которая была ему действительно интересна.       — Нельзя, так сказать, перенести ваше текущее сознание на условный другой носитель. В принципе, как бы так сказать… Все эти, грубо говоря, нейронные связи, комбинация их и их активность — это вы, это то что вы есть. Если вот их скопировать, а потом программно создать модель на компьютере, виртуальной машине… Эта условная виртуальная модель мозга будет неотличима от вас. Я имею в виду, в том плане… Она будет вами, осознавать себя вами. И если скармливать ей соответсвующую информацию для соответствующих участков мозга — она даже будет видеть что-то, переживать, ощущать… — он запнулся, явно пытаясь подобрать слова.       Я щелкнул пальцами, у меня в голове промелькнул подходящий пример.       — Как в том старом фильме… как его… Матрице!       — О, вы тоже видели — кивнул довольно тот — именно.       Мужчина немного нахмурился и наклонился к монитору, заканчивая вводить данные.       — Это будет в неком роде ваше «я». Модель будет ощущать себя вами, думать как вы. Но… Это будет копия вашего сознания. Касаясь немного другого случая, если скажем, нейрон за нейроном или чип за чипом воссоздать ваш мозг, а затем дать ему тело… У вас будет два сознания на два тела. Это не в полном смысле перенос. Вы, гм… Даже сможете поговорить, так сказать, с собой — и одюнь не фигурально.       Мне стало слегка не по себе, но… Идея все равно была интересной, если просто рассматривать ее со стороны.       — То есть… Это буду почти в полном смысле… Я?       — Угу, — кивнул тот. — можно к теме даже вспомнить философские вопросы с кораблем Тесея, и так далее. Помнится, где-то в десятых-двадцатых годах была игра, затрагивающая эту тему…       Я задумался об этой идее.       Почему-то, что-то в этом, идее полной виртуальной копии меня было… Немного жутковато.       Хотя, и были интригующие возможности, не так ли? Вон, с минуту назад я прикидывал возможность сыграть в компьютерную игру «вживую».       Слова про «физическую» копию мозга как-то безмятежно прошли мимо меня.       Ученый явно хотел сказать какой-то общий вывод своей небольшой лекции, но тут на экране высветилось явно сообщение подтверждения подготовки.       — Ииии… Готово. — проговорил тот, энергично нажав кнопку подтверждения на клавиатуре. Поднял упомянутый увесистый шлем, и показал его мне, намекая позволить надеть его.       Я кивнул и откинулся на спинку.       Все интересные и философские мысли покинули мою голову. Будет возможно время обдумать на досуге, но оно не очень-то меня и касается, станет мне вредить и так далее.       Я наблюдал, как исследователь с легким трудом начал опускать шлем сканирования мне на голову.       Шлем со множеством датчиков опустился на меня, закрыв глаза и перекрывая любой наружный свет.       И наступила тьма.