Мицуба Соскэ
26 сентября 2024 г., 23:01
На подоконник Академии Камомэ падали первые лучи солнца. С каждым днем оно все раньше вставало из-за горизонта, предзнаменовая скорое наступление лета – самого долгожданного времени года для любого ученика. Во всей школе не нашлось бы ни одного живого человека, которого бы это расстраивало. Старшеклассницы из садоводческого клуба радовались предстоящему урожаю, а парни метко пускали солнечных зайчиков прямо во время уроков. Казалось, что солнечный свет – а вместе с ним и радостная атмосфера от предстоящего тепла – заполнили каждый уголок Академии Камомэ, и даже закрытые жалюзи не могли его остановить.
В мире живых Так оно и было. Но Академия Камомэ была местом большим, чем мир живых. Случалось ли вам в коридорах слышать о феях Мокке, ворующих конфеты прямо из-под носа? Или легенду о Полуночных Стеллажах, где хранятся книги с описанием жизни каждого из студентов, будь то живой, мертвый или нечисть? Если так, значит вы слышали слухи о Семи Школьных Тайнах?
воспоминания, ты все так же можешь передвигаться по школе, общаться. Проблемы, как таковой, и вовсе не существует.
Кроме той, что ты мертв.
Не то что бы Мицуба был из тех людей, чье резкое отсутствие в школе стало событием. Да и не из тех, что породило какие-то слухи. Из всей школы, вряд ли будет большим трудом поименно назвать людей, для которых новость о его смерти что-то значила.
Может даже, выйди он и покажись в коридоре в разгар учебного дня – даже сейчас, никто и не обратил бы на него внимания.
И все равно, пока шли уроки, с первых лучей солнца и до последних, Мицуба старался не выходить из своей Грани. Наконец-то, его колючая защитная оболочка из простых колкостей превратилась в физическое место, в котором он мог ото всех укрыться и выдохнуть. При жизни, став старше, Мицуба Соске решил, что обязательно заведет друзей. Он решил, что будет вежлив со своими новыми одноклассниками, не будет отказывать в помощи, сможет поддержать любой разговор, не показывая настоящего себя. Но началась учеба, помощи так никто и не просил, а разговор не начинал.
Можно ли было назвать школьный фотоклуб некой гранью настоящего Мицубы? Сейчас на этот вопрос уже не ответить, но, в отличие от Зеркального Ада, туда попадали те прекрасные солнечные лучи, которые можно было красиво поймать на камеру. Так красиво обыграть на чьем-то бенто, на листьях деревьев, на гнездящихся у окна чайках.
В Зеркальном Аду не было солнца.
Третья Школьная Тайна не помнила о той любви к камере, не помнила ярких лучей в кабинете фотоклуба. Но видя почти в каждом зеркале школы солнечные отблески, не способные пересечь поверхность, Мицуба все равно чувствовал глубокую тоску по тому неизвестному прошлому. А сильнее всего он тосковал, когда видел в зеркалах проходящего Коу.
Не видящий его Тэру вызывал у Соскэ только чувство облегчения, но каждый раз, видя проносящуюся мимо и так легко узнаваемую сережку, Мицуба не мог избавиться от неприятного ощущения где-то в животе. Он и раньше испытывал зависть, но теперь она изменилась, смешалась с чувством, которое эгоистичный Мицуба сначала не хотел признавать – ревность. Каждый день ему приходилось наблюдать, как младший Минамото делает то, за что Мицуба был готов отдать все способности школьной тайны, был готов сделать все, что его попросят, был готов умирать сколько угодно раз, лишь бы исполнить свое желание. Он всего лишь хотел жить жизнью обычного живого парня.
Повстречав однажды Минамото Коу, он кое-что осознал для себя. Ему не нужен был целый класс друзей, не нужна была популярность и известность. Ему просто был нужен хотя бы один человек, принимающий его настоящего – без масок и фальшивых улыбок. Тогда, оказавшись в Зеркальном Аду впервые, без воспоминаний и цельной личности, внутри Мицубы циркулировала лишь злость, обида и вселенская несправедливость. Соскэ злился, что снова и снова не может угнаться за своей, казалось бы, простой мечтой.
Он просто хочет быть, как все! Неужели так сложно это осуществить?!
Он еще не успел! Не успел завести друзей, не успел сделать достаточно фотографий для кружка, не успел повеселиться!
И среди комка этих чувств, он слышит:
– Меня зовут Коу! Коу Минамото!
"Как насчет того, если я тоже умру? Так мы сможем навсегда остаться вместе?"
Ему еще никогда такого не говорили. Даже в самых заоблачных мечтах он не мог представить, что однажды столкнется с таким уровнем принятия. Этот парень с дурацкой сережкой, стоящий перед ним прямо на краю пропасти, говорил все эти слова, пусть и адресованные прежнему Мицубе, но говорил с таким огнем в глазах, с такой кричащей уверенностью. Как он может так твердо утверждать что-то настолько нелепое? Это просто смешно. Теперь он Третья Школьная Тайна, ему не нужен этот придурок, легче было бы дать ему упасть.
Поэтому Мицуба так до конца и не понял, где пересеклась та черта, после которой он не мог оторвать глаз от того, как Коу живет ту жизнь, о которой он мог только мечтать. Было ли дело в Минамото, или же это все эти проклятые, черт их подери, солнечные лучи – но так или иначе, тоска волнами расходилась по телу. Как ни странно, вся эта обида так и не достигала Коу – Мицуба не хотел оказаться на его месте, он хотел оказаться на месте тех, кто стоит с ним рядом, сидит за соседней партой, обсуждает домашку за полуденным обедом.
Но хуже всего было не это. Вот опали летние листья с крон деревьев, а вот школьный двор уже покрыл тонкий слой снега. Успела зацвести и опасть сакура. А теперь это солнце. С каждой сменой сезона, по Мицубе ударяло это чувство неизбежности. Бывали моменты, когда хотелось бежать по кругу, кричать и просто перебить эти проклятые зеркала, чтобы не видеть и не принимать того, что обязательно случится. Мицуба Соскэ, Третья Школьная Тайна, знал и видел, что время идет, идет и обходит его стороной. В отличие от Минамото, он не будет сдавать экзамены, не пойдет в старшую школу и не закончит ее. И он не сможет выпуститься из академии. Он не сможет догнать Коу, что бы он ни делал. С каждым загаданным желанием, он понимал, что только больше падает в эту яму отчаяния и злости.
Он злился на Коу, который давал невыполнимые обещания со своим идиотским блеском в глазах и твердой уверенностью в голосе. Злился на себя за то, что продолжал верить ему, понимая, что мечте так и не суждено сбыться. Магический мир? Нечисть? Призраки? И все равно, умирая, ты проходишь точку невозврата.
Нет НИКАКОГО способа вернуться! Никто не поможет!
А еще, Мицуба злился, что этот дурацкий экзорцист (видимо, с помощью магии, он точно что-то наколдовал) никак не хотел покидать его голову. Всегда эгоистичный и себялюбивый, Соскэ мог загадать желание, влияющее на Коу. Убить его, сделать нечистью, призраком, тайной. Они бы навсегда остались вместе и продолжали веселиться. Как обычные друзья. Но сердце упорно отказывалось от этой затеи, как бы Мицуба ни старался уговаривать себя. Он не мог поставить себя выше друга и позволить себе вершить его судьбу. Не мог, потому что знал, что так будет лучше для Коу, а желания Коу все больше стали вытеснять желания самого Мицубы.
За это ничтожно малое время этот ничтожный экзорцист что-то перевернул в нем. Поэтому Мицуба уже все решил. Он легко мог выйти за пределы академии, продолжать гулять с Коу даже после окончания тем школы. Но как бы наивно Минамото ни верил в эти идеи, глубоко внутри даже он знал, что это не сработает.
И Мицуба заключил с Минамото сделку. После того, как Коу закончит старшую школу и сдаст все экзамены, Минамото изгонит Мицубу. При невозможности исполнить свою мечту, Соскэ слишком любил себя, чтобы позволять себе страдать целую вечность. Как и ожидалось, Тэру очень быстро согласился на это предложение. Но с одним условием – Коу никогда об этом не узнает. Они оба заберут эту тайну с собой на Дальний Берег в могилу.
И вот теперь, смотря за Коу через висящие вокруг зеркала, Мицуба наконец-то ощущал какое-то странное спокойствие и уверенность. Наконец-то он знал, что будет дальше и видел момент, к которому он движется. Минамото, конечно же, заметил, что его друг внезапно поменялся. Никто другой не мог этого понять, но когда они оставались вдвоем, Мицуба вел себя по-другому. Это беспокоило Коу, но он предпочитал не спрашивать, надеясь, что Соскэ сам созреет, чтобы ему рассказать.
Но для Мицубы Соскэ это все уже было не важно. Он загадал новое желание - до конца быть рядом с Коу и сделать его и себя счастливым.
И он знал, что это желание точно исполнится.
***
Вы знали, что солнечный свет не попадает в зеркало? Технически – да, зеркало может принять на себя солнечный луч – может и два, и три, и целый десяток. Но даже так солнечный свет не сможет пересечь зеркальную поверхность, а значит, и добраться до Зеркального Ада – грани Третьей Школьной Тайны, Мицубы Соскэ. Нельзя сказать, что становление нечистью ставит точку во всем человеческом. У тебя остаются руки, ноги,***
