Призрачный встречный

После долгих зимних каникул студенты едва возвращаются к работе. Тойя наблюдает за их бессилыми фигурами и старается вести лекцию в умеренном ритме. Ему повезло чуть больше — утренний туман и уличные лужи он проехал в теплом салоне автомобиля под короткую сводку новостей. И немного опоздал. Не по своей вине. Звонок, оповещающий конец занятия, поднимает студентов лучше любого кофе. Тойя думает ещё миг и отпускает их без домашнего занятия. Честное слово, несчастные дети. Кейго звонит, будто заведенный, когда он стоит у автомата с кофе. — Ласковый, — строгий тон неустанно смешит. Тойя сдержанно улыбается, убеждаясь в том, что его утренняя авантюра удалась. Кейго всё равно не умеет злиться на него по-настоящему. — Где мой кошелёк? — Как будто я знаю. Это твой кошелёк. Его несчастные деньги под водительским сидением. Тойя считает, что это была достойная месть за его опоздание в колледж — потому что утренние ласки не должны были затягиваться. Да, он всё ещё строгий местами. — Тойя, я в магазине. Скажи, пожалуйста, где кошелёк. — Я действительно не знаю. С утра мне пришлось так быстро собираться, что я не обратил на него внимание. Альфа на том конце долгое время молчит. Короткий вздох чередуется с усмешкой. — Я понял, ласковый. Прости, что задержал тебя утром. В знак извинений я хотел бы сделать тебе подарок. Без кошелька это будет немного... затруднительно. Пожалуйста? Тойя улыбается, наконец снисходя к нему. Умение Кейго заговаривать зубы каждый раз поражает, как в первый. Но, раз уж он так старается. — Под твои сидением. — О боже, Тойя, как? — Я вытащил его, когда мы обнимались, и подкинул на заправке, — он забирает свой кофе, неспеша проходя в сторону второй лестницы. Забава удалась. — Хитрый. Хорошо, спасибо, Тойя. Заглянуть к тебе? — Нет уж, я жду извинений вечером. Кейго на том конце знакомо фыркает и сбрасывает звонок. В приподнятом настроении Тойя проходит мимо окон — постепенно зеленеющие деревья на фоне облачного неба казались сбежавшей картиной художника. Проходящие мимо студенты странно на него оборачивались — Тойя угадывает в них старшие курсы, которых, наверное, сбивал с толку лёгкий запах корицы. Теневая лестница с краю здания встречает его переполоханными тенями. Не успевает он и на второй этаж подняться, как дорогу перекрывает запах нежных лилий. — Тодороки-сан! — Каяма улыбается ему совсем с материнской ноткой, придерживая в руках увесистую папку. — Поздравляю тебя, дорогой! Такое неожиданное и радостное событие. Мы все за тебя рады. Предательская краска вспыхивает на лице, что не уходит от синих глаз. — Так и... как же мне теперь звать тебя? — Таками. Я Таками, — Тойя сжимает стаканчик с кофе едва сильнее. — Самому до сих пор не верится. Каяма-сан улыбается, мимолетно опуская взгляд на его руки и возвращаясь обратно. Тойя делает вид, что не замечает этого, берет кофе в правую руку, приподнимая для лучшего вида. Белое золото уже не так остро ощущается на пальце, изредка проводит волну дрожи до белесого шрама на загривке, напоминая о сокровенном. Он уже не одинок. Венчание прошло чуть более месяца назад, но яркие искры то и дело продолжают вспыхивать по делу и без. Много людей не было — единственный Токоями со стороны Таками подозрительно легко влился в их компанию из Шото, Юты и будущей семьи Шимура. Знакомые из колледжа узнавали о новости постепенно. — Корица, — короткое напоминание Каямы-сан возвращает в реальность. — Очень хорошо подходит. Такой спокойный, мягкий аромат. Прям, как ты. А ещё корица местами острая — это говорит уже Кейго, напоминая Тойе о несчастных коктейлях и разбитой вазе. — Спасибо, Каяма-сан. Спешу обратно на занятие, если позволите. Женщина исчезает на нижнем этаже, махнув на прощание рукой. Стук её каблуков ещё несколько секунд отдаляется эхом от стен коридора. Тойя спокойно следует дальше по лестнице, сражаясь с тёплым клекотом в груди. На пролёте второго этажа его останавливает девичьий смех. Среди голосов раздаются отчётливые наставления. — Ни о чем не переживай, Очако! Цунагу-сенсей только кажется строгим с первого взгляда. Он хороший преподаватель и на уступки пойдёт, в случае чего. Голос Тоги звучит низким бархатом со стороны отдаленного угла. — А Нишия-сенсей? — Он тоже неплохой. Главное — вовремя сдавать конспекты. Сквозь металлический запах пробиваются нотки воздушного зефира. Химико говорила с омегой. Кто-то из первых курсов, юная студентка, боязливо спрашивающая о мелочах. — Не забудь подойти ко мне на большой перемене. На крыльце. Необъяснимый звук сопровождает их прощание, после чего тень Тоги пробегает к кабинету. Тойя ловит себя за открытым подслушиванием и поспешно следует дальше по лестнице. Кофе грозится выскользнуть от него на пол, но удерживается до стен кабинета. На пятиминутном перерыве вся группа скапливается около одной из парт. Что-то увлечённо обсуждает, перешептываясь, и Тойя решает мирно выйти в коридор. Пускай дети спокойно решают свои вопросы. Пустые стены навеивали мысль, что его обманули, а звонок был всего-лишь галлюцинацией. Пролетевшая птицей Каяма-сан рассеивает последние сомнения. Он думает, что может растянуть время перемены на несколько минут, и следует за водой в буфет. Уже возвращаясь обратно, Тойя замирает на лестнице. Несчастный пролёт сегодня особо привлекает его внимание. Шорох и едва уловимые голоса раздаются выше третьего этажа. Он мирится с этим достаточно быстро, поднимаясь на шум. Четвёртый этаж колледжа уже который год оставался незаконченной постройкой, без должного ремонта и функции. Студентам место нравилось — всё из себя темное, скрытое от посторонних глаз. Здесь можно было спрятаться от занятий и просто поговорить один на один. Тойя останавливается, когда в нос бьёт смешанный запах из знакомых ноток. Крепкий дуб вместе с свежей колючей ежевикой спускается потоком с отдаленной комнаты. Тихий подростковый голос смеётся, резко прерванный чем-то. Он выглядывает осторожно из-за угла, замирая перед открывшейся картиной. В последний раз на вопрос о Токоями Шото ответил довольно рассеянно, что-то вроде: "Да, разговор прошёл хорошо, мы во всем разобрались". И Тойе этого вполне достаточно, чтобы дальше не заботиться делами младшего. Главное, что его спокойствие вернулось и не мешало жить. Тойя за свою жизнь видел много чего — от самых невинных вещей до жертв страшных аварий, с которыми нужно сидеть до приезда скорой. Чего он не видел — целующихся альф. Парни его не замечали, увлеченные неловким местами процессом. Вот тебе и минималистическая уличная романтика — поверх голого бетона постелена забытая куртка. Из потерянного в стороне телефона доносились тихие голоса интервьеров. Подростки не видят и не слышать ничего — неловко отстраняются на несколько жалких секунд перед очередной попыткой. Близость им нравилась, вызывала в них странную дрожь. Тойя оживает, прячась обратно за бетонной стеной. Сжимает в руках бутылку с водой, осторожно отходя в сторону. Неожиданные новости едва возвращали его к реальности. Короткое сообщение для Шото в конце лекции напоминает, что стоит быть осторожнее. Младший с его словами соглашается, но никак не связывает совпадения между собой. Не то, чтобы Тойя был особо против. Он видится с подростками на улице, и по одному лицу Токоями видно, что ситуацию он понял. Большая перемена знакомо проходит в кафе. К удивлению, за стойкой уже не Юи, а незнакомый молодой парень. К их компании присоединяется освободившийся от уроков Изуку, странно молчаливый и задумчивый. Разговор мерно перетекает из одной новости в другую, пока юный омега не прерывает спокойствие на корню. — Я хочу татуировку. Тойя замирает, отзеркаливая движения удивленного Шимуры. Альфа оставляет свой кофе на столе, придерживая многострадальное ушко. Взгляд за красными линзами не сулил чего-то лёгкого. — Изуку, нет. — Почему сразу нет? — началось. Изуку, на удивление, остаётся спокойным. Видимо, готовился к этому разговору не день и не два. — Ты даже не видел её. — Нет, Изуку. — Но она совсем маленькая. И.. такая лаконичная. — Тебе даже по профессиональной этике непозволено. — А что, набью её там, где никто просто так не увидит. Вот, даже на бедре с внутренней стороны. По особо яркому выражению лица Тенко видно, как неправильно он себе представил такую картину. Тойя, наблюдающий за спором со стороны, старается разбавить чисто нейтральной информацией. — На бёдрах будет очень больно, Изуку-кун. Больнее, чем в другом месте. Когда удивленные взгляды обращаются на него, Тойя мотает головой. — Я просто знаю, ладно? Просто где-то читал. Тенко выдыхает с нескрываемой усталостью и на долгую минуту закрывает глаза. Изуку терпеливо смотрит на него, ожидая вердикта. Тойя для пущей уверенности подтягивает к нему поближе тарелку с десертом. Шимура возвращается с прежним аристократическим спокойствием. — Ладно, показывай. Мидория едва не подпрыгивает на месте от небольшой победы, выискивая в телефоне излюбленный эскиз. Альфа долго рассматривает предложенный вариант, эмоции на его лице сменяются калейдоскопом от непонимания, скептицизма и до полного смирения. — Вернёмся к этому разговору летом. Всё ещё будешь готов — так и быть, пойдём в салон. Изуку кивает, бросаясь обнимать Тенко с невнятными словами благодарности. Несчастный Тенко поддерживает его, переживая приступ чужой радости с едва уловимой улыбкой. Тойя возвращается в новый дом, снова встречаемый букетом в гостиной и шумом кухонной гарнитуры. Как так случилось, что в их семье чаще готовил альфа — загадка. Кейго держит в объятьях за просмотром фильма, внимательно слушает новости, смеясь с ситуации с подростками. Тойя расслабляется в коконе из сладкого запаха мандаринов, и сам тянется за поцелуем. День определённо удался.