ЯВТ

Бывают такие дни, когда кажется, что все и всё против тебя. Антон никогда не был истеричным или неуверенным в себе. Он точно знал, чего стоит и какими людьми хотел бы себя окружить. Но, отчего-то, собственные друзья последние пару недель стали обращаться с ним абсолютно по-скотски. — Антош, милый, прости! Сегодня никак не получится, у меня… работа, — щебетала явно на ходу Оксана, куда-то спеша. Позже выяснилось, что на встречу с Егором, их общим другом. Тот по неосторожности выложил сторис, затем тут же её удалив, но было уже поздно — Антон посмотрел.  И все бы ничего, они же не связаны договором на крови, обязывающим их встречаться всегда только втроем. Это было вполне нормально, хотя червячок обиды и горечи уже начал подъедать Шастуна изнутри.  С каждым разом таких их прогулок, совместных сторис и откровенной лапшой на уши, Антон все больше не понимал, что делает не так. Он пытался говорить откровенно, задавал вопросы, мол, «во мне дело?». Лучше было бы им сказать прямо, что дружба с Шастуном их больше не интересует, потому что тот был слишком «правильным» для их вечно токсичной компании и крысиных разговоров. Но этого Антон не услышит ни от них, ни от их общих знакомых.  На улице осень, такая любимая и долгожданная. Листья срывались с веток и падали на мокрый асфальт, мелкие вертолетики, кружась, липли к пальто и падали на волосы. Этот день он хотел провести с Клавой, они договорились посидеть в кофейне, обсудить всё, что произошло за последнее время и сделать пару скетчей для предстоящей выставки. Но встреча не состоялась из-за внезапного нового тиража у Клавы на работе в типографии, нанося настроению Антона критический урон. Клава, кстати, не знала, что часть их друзей откололась и предпочла междусобойчик. Вся эта ситуация с друзьями жутко напоминала подростковый ситком, в котором градус драмы повышался со скоростью света. — Мне не нравится, что это их поведение так меня тревожит, мне же уже не пятнадцать лет, блять, — гнусаво проговорил Шастун в трубку Клаве.  — По-моему, это совершенно нормально. С лицемерием со стороны друзей сталкиваешься не каждый день, — ответила девушка, гремя чем-то на фоне и крехтя, — явно пытается поднять что-то тяжелое.  — Не буду тебя отвлекать. Встретимся на выходных, если получится, — Шастун сбросил, не дождавшись ответа и бросил телефон в карман пальто. Желудок заурчал и сжался в спазме, сегодня он не смог запихнуть в себя ни куска. В портфеле одиноко болтался скетчбук, в котором ровно ноль новых набросков. Шастун безумно ждал осень — именно в этот сезон на него нападает вдохновение и он создает многочисленные эскизы сразу на пару сезонов вперед. Но пока что начало осени не обещало ничего приятного. Дома было тепло, в спальне горел светильник, а это значило, что Арс дома. Обессиленный Антон сел прямо на пол в коридоре, пытаясь разуться. Этот день хотелось закончить как можно скорее, и не важно, что сейчас только три часа дня. Он скинул пальто, и побрел в спальню, желая только упасть в кровать и заснуть в ту же секунду.  В комнате на их кровати сидел Попов, занимая почти всю свою половину бумагами и документами.  — Убери отсюда свои бумаги, ты их уже и в нашу спальню притащил, — резко бросил Антон, даже не поднимая взгляда на Арсения. Но тяжелый ответный взгляд на себе он ощутил вполне явно.  Не снимая с себя уличной одежды, Антон улегся на кровать, отвернувшись от Попова. Зажмурил глаза и попытался призвать сон, хотя, очевидно, им тут и не пахло.  — Солнце, ты чего сегодня? — послышалось из-за спины. Арс зашуршал бумагами, складывая их в стопку. Они очень скоро снова отправятся на рабочий стол в офис, но сегодня выходной, сегодня он дома.  Ответа на вопрос не последовало, Антон услышал тяжелый вздох и звук складывающихся очков, перекачивавших с переносицы на тумбочку возле кровати. Матрас прогнулся под весом мужчины, теплые руки обхватили за талию и прижали к себе.  — Ничего, — сдавленно ответил Шастун, стараясь прямо тут не расплакаться из-за несправедливости, усталости и обиды. Арсений снова вздохнул, посильнее зарываясь носом в мягкие кудри Шастуна, и прикрыл глаза. — Не ври мне, — с улыбкой отвечает, все же ожидая ответа. Не выдержав, Антон резко садится в кровати, вырываясь из объятий, и выдергивает Арсения из сладкого спокойствия, пришедшего рядом с любимым буквально за секунду.  — Я вообще нихера не понимаю, что не так со мной?! Я что, настолько жалкий, что не достоин честного разговора? Я что, не понял бы, если бы они сказали, что просто не хотят общаться? — яростно жестикулирует Шастун. Разворачиваясь к Арсению, складывает ноги по-турецки. — Я просто хотел честного ответа, а не выкручивания, лжи и каких-то отговорок. Мы хотели делать общее дело, у нас уже были черновики!  — Ты про выставку? — открывая покрасневшие от усталости глаза, отвечает Арсений, вникая в монолог.  — Про выставку, — всё так же раздраженно.  Все четверо, Антон, Клава, Оксана и Егор, планировали создать общую выставку своих работ. Шастун писал маслом, Егор и Клава создавали печатную продукцию, дизайн к которой рисовала Оксана. Собственно говоря, сошлись они однажды именно на этой почве, пока Егор с Сурковой не попали в другую компанию с излишними алкоголем и веществами. Это здорово повлияло на их общение и самоощущение, но Антон до последнего пытался «спасти» друзей. Наверное, это и стало его роковой ошибкой.  — Егор и Оксана объединились и кинули вас?  — Всё так, — внезапно желание обсуждать эту ситуацию куда-то исчезло, уступая усталости.  — Они ебутся, — ехидно улыбаясь, ответил Арс, подпирая голову рукой. В своей серой мягкой толстовке он выглядел так по-домашнему уютно, этот цвет безумно сочетался с голубым цветом глаз. Вид Арсения вызывал внутри приятные чувства, несмотря на остатки горечи и грусти. Захотелось прямо сейчас взять карандаш и сделать пару набросков, но Арсений и так везде на всех его рисунках, так что обойдется. — Ну-ну, рассказывай, — явно не веря, ответил Антон, отворачиваясь к окну. Что-то внутри подсказывало, что Арс снова был прав, это здорово раздражало. — Да я и не рассказываю, я точно знаю. Видел их в офисе, там тако-о-ое у них творится, — с несмываемой улыбкой проговорил Попов, усмехнувшись.  — Замечательно, могли бы просто об этом сказать, я бы не стал мешать. Мне вообще уже давным-давно стоило отстать от них и перестать спасать, какой же я тупой… — Ну иди сюда, — Арсений потянулся руками к Антону и тот, наконец сдавшись, упал ему в объятия. — Не все люди такие осознанные и умные, как ты у меня, — пытаясь утешить, сказал Попов, поглаживая Антона по спине. — Я знаю, сколько ты работаешь над собой и стараешься становиться лучше, но правда в том, что не каждый делает так же и не каждому это нужно. Ты их по себе не суди, солнце. Арсений был абсолютно прав. Ему часто удавалось быть абсолютно беспристрастным и честным человеком, поэтому Антон очень ценил моменты, когда тот выбирал подыграть Шасту и поддерживающе говорил: «Ну они и суки! Один ты у меня алмаз». Вообще, Попов всегда был единственным хоть чем-то постоянным в жизни Шастуна. Он не менял свое отношение не смотря ни на что, с ним всегда было спокойно, надежно и тепло. А еще он как-то так пах, что всегда хотелось облизнуть. На лице сама собой появилась улыбка, а на душе стало яснее. — У тебя вертолетик в волосах, чудо, — подсевшим хриплым голосом сообщил Арсений, выуживая высохшее растение из волос.  Внезапно чей-то телефон подал признаки жизни — это Попову звонили, а Антон не любил, когда ему звонили в выходной. Обычно это значило, что Арс срочно нужен в офисе, вот прямо сейчас. Уже готовясь расставаться, он попытался выпутаться из объятий, но Попов не отпускал.  — Что такое? — вместо «алло» ответил мужчина, сразу переходя к делу. — Да, я разобрал все. Завтра в рабочие часы все покажу и объясню. Всего доброго, — сбросил звонок, не дождавшись ответа, и положил телефон на тумбочку, попутно целуя кудрявую макушку, покоящуюся на своей груди.  — Ты уходишь? — Антон уже готов услышать положительный ответ. Ничего страшного, он просто сядет и будет играть во что-то, пока день не кончится.  — Куда я от тебя пойду? У меня сегодня выходной, — прижимая к себе сильнее, с улыбкой сообщил Арс. — Ну, я просто слышал, что… — Я выбрал тебя, — перебил Попов. Антон поднял голову и посмотрел прямо в глаза своей любви. — Я всегда буду выбирать тебя, что бы ни произошло.  Антон знал, что это правда. Антон знал, что Арсений был ему сначала другом, а уже потом любовником. Все эти романтичные размышления прервало громкое урчание живота Шастуна, на что Попов только недовольно поднял одну бровь. Ну вот, момент упущен. — Ты опять?  — Я не «опять», просто не успел сегодня поесть… - отговорки сейчас явно бессмысленны. Вместо ответа Арсений недовольно ущипнул Антона за бок, заставив того подскочить с места. — Бегом на кухню. Я обед приготовил. А еще сегодня хочу испечь кое-что, — уже из другой комнаты донеслось до Антона. «Я выбрал тебя. Я всегда буду выбирать тебя», — эхом слышалось в голове Шастуна снова и снова.