Так, как должно быть.

Звонок. Дверь открывается и Виктор Михайлович проходит в квартиру. Он всегда прибегает по одному лишь её слову. Не важно какому. Если он нужен Ей, то он всегда будет с Ней. —Ну... Кому тут грустно? На первый-второй рассчитайсь! — с улыбкой сказал учитель, смотря прямо в эти прекрасные голубые глаза. Они так и манили, заставляли в них смотреть... —Первый. — Лена делает большой шаг вперед, оказываясь прямо вплотную к Нему. Запрокидывает голову, смотря на Него снизу вверх. —Ленк.. Ну ты чего? — смущается Виктор, глупо улыбаясь. —А... Вы не знаете? — она уверена в своих действиях. В своих словах. Она на всё готова. Она решилась на этот шаг. —Нет... — неуверенно отвечает физрук, — Но если тебе что-то надо ты намекни, я –мигом! — краткий кивок на дверь. Лена тихо смеется, отрицательно матая головой. —Вы мне нужны. — девочка берет Виктора за ворот куртки и крепко целует в губы. Страстно, с напором, желая показать всю серьёзность своих чувств. Один поцелуй, второй... Виктор отстраняется, с огромной силой запрещая себе далее продолжать этот балаган. —Нет, Лена... Не надо... —Почему? — девочка крепко его обнимает, а Виктор стоит, точно вкопанный. —Это неправильно... —Но... Нас же никто не видит, да и дед в больнице... —Я не могу, Лен... — сожалеет мужчина. Он чертовски хочет... Хочет ещё раз поцеловать эти губы, вдохнуть аромат её волос... Но он продолжает стоять, поднимая взгляд к потолку, пытаясь найти ответ и принять правильное решение. —Давайте поговорим..? — молит Лена, получая тяжелый вздох и согласие. Они запирают дверь, Виктор снимает свою куртку, вешая в коридоре, а затем парочка проходит в зал, садясь на диван, рядом друг с другом. —Помните... Вы говорили, что любите меня? — разрубает тишину Лена. —Люблю. — твердо отвечает мужчина, опуская глаза в пол. Он ненавидит себя за эту любовь. Эту порочную, непристойную любовь. Он уже давно мог найти себе привлекательную ровесницу, но выбрал Её. Свою Ленку. Свою любимую спортсменку-мальчишку. Сначала всего лишь потенциал, затем тренировки, дружба... Он и не заметил, как Полюбил. Полюбил крепко и навсегда. И никогда он её не отпустит сам. —Тогда... В чём проблема? — интересуется девочка, точно ребенок. Она была готова расплакаться. Она сделала такой серьезный шаг, а он не ответил взаимностью, хоть и любил. А она... Будто ей было легче! Легче понять то, что она любит человека, который явно не будет видеть в ней серьезную личность! Виктор Михайлович присаживается перед Леной на корточки и берет её руки в свои. Она не сопротивляется. —Леночка, солнышко. Послушай меня... Ты замечательная девушка. Умная, рассудительная, красивая. Ты достойна большего, чем... Такого вот человека, как я. Я тебе не в пору, Лен... Это... Нельзя понять и простить. Я ненавижу себя. Я пообещал твоему деду, что не трону тебя. Я не трогал, никогда не трогал и не собираюсь!.. Ты прекрасна, Лена, но... Мы не можем быть... Вместе... С каждым словом сердце делало всё более резкий и гулкий удар о грудную клетку. Их сердца бились в унисон, а глаза одновременно наполнялись слезами и уже давно стояли на мокром месте. Она тут же кидается ему на шею, крепко обнимая и уже не скрывая своих слёз, своей обиды, своей вины... Она не скрывает от Него ничего. —А вы думаете легко любить Вас?! Любить и понимать, что я вас не интересую! Любить и знать, что между нами огромная пропасть... Пропасть, в которую я упала и потеряла свет... И Вы были моим проводником. И только благодаря вам я сейчас та, кто есть... —Леночек, успокойся, умоляю тебя. Ты самая прекрасная девушка, которую я видел. Но... Сейчас мы не можем быть вместе... Не можем, сейчас! Слышишь, Лен? — Виктор утирает слезы, которые катятся по её щекам, мягко улыбаясь. —Сейчас...? — тихий всхлип. —Сейчас! — Витя крепко-крепко обнимает девочку, на прощание крепко целуя ее в губы. Он уходит, не проронив ни слова. Лена плачет. Долго ещё подушка в ту ночь была мокрой от слёз. И ближе к утру, ровно на рассвете, телефон пиликает, говоря о какой-то смс-ке. Лена берет его, открывает сообщение, затем быстро проглядывает. Телефон выпадает из её рук, а по квартире проносится отчаянный крик боли. Лена обнимает себя, царапая ногтями руки, громко и жалобно рыдая. «Лена...Ты была для меня всем. Жизнью и смертью... Я помню тебя ещё совсем маленькой белокурой девчонкой с растрепанными косичками, когда мячик казался тебе огромным и неподъемным. Я и сам был молод, не так груб... Я видел в тебе то, чего ты сама в себе не видела и я воспитал в тебе ту волю к победе, ту силу духа, но... Я не смог найти её в себе. Теперь она в тебе. Лен, не сдавайся. У тебя впереди куча наград и побед! Я верю в тебя и буду наблюдать уже не с лавочки болельщиков... А с совершенного другого места. Но если тебе будет грустно... Ты меня вспоминай. Я тебя услышу, я тебя не забуду... Прощай. С уважением и сильной любовью, Твой Виктор Михайлович.» Уже к вечеру вся школа знала, что труп Виктора Михайловича Степнова был найден в Москва-Реке. Смерть быстрая, вовсе не мучительная. И умер он приблизительно на рассвете... А если бы люди любили взаправду... Нужны ли им были слова на ходу? Нужны ли им были пустые прощанья? И новые встречи у всех виду... Зачем они любят, раз вовсе не видят! Всех тех, кто давно перестал их любить... И ,если ты помнишь любимую песню, То пой её сердцем, не скрывая обид. И люди ведь любят... Да просто не знают! Что чустсва – лишь фальш. Лишь глупейший контракт! И чувства порой не понять ведь иначе... И ведь так легко получился просак. И слезы мы горькие на пол роняем... Уже не вернуть... Ни-ког-да и ни-как...