Sex quartet.

Пак Чимин оператор, обычно снимающий видеоклипы и рекламу, в перерыве между заказами согласился помочь своему другу Ким Тэхену, звукорежиссеру, с небольшой халтуркой. Подработка заключалась в видеосъёмке актеров, пришедших на пробы в кастинге, тема съёмок: «Ночь всех святых». Тэ, как всегда, опаздывал, поэтому зайдя в павильон для съемки Чимин, решил наснимать немного материала до её начала. Работники студии и съёмочной площадки уже всё подготовили и изредка перемещались по помещению поправляя реквизит. Больше всего оператора удивила кровать. Ну как кровать. Огромный двуспальный, черно-фиолетовый вашу мать… ГРОБ. «Гроб? Серьёзно? Где они его достали вообще или сами сделали? Всюду черепа, кресты, огромная висящая люстра с свечами, летучие мыши, фонари это понятно и даже в тему, чёрный цвет тоже то, что надо. Однако на фоне находившегося в павильоне гроба с изголовьем, фиолетовый цвет стен, штор и ковра как-то даже сразу и не бросился в глаза. Где носит Тэхена? У меня куча вопросов.» — ошарашенно продолжал смотреть на импровизированную кровать Чимин. А вот и виновник ввалился в дверь согнувшись пополам и пытаясь отдышаться. — О, здарова, фух. Ты уже тут, фух. Я опять в пробку попал, кхух. — Отдышись давай и объясни мне внятно, что тут будет? — Я же говорил, кастинг актёров надо снять. — Ну ок, а на хрена здесь гроб? — Э? Какой еще гроб? — Вот этот. — показывает Пак рукой на творение рук человеческих. — Ох ни хрена себе атрибут. — Ты не знал антураж съёмок — Тебе хоть какую-нибудь информацию по съемкам выдали? Или ты опять тупо ухватился за бабки ничего не спрашивая? Ты, кстати, так и не сказал про оплату работы. — А, да? Забыл, тебе уже должны были на счёт кинуть, полная предоплата. Достав мобильный Чимин присвистнул, на счету было новое зачисление, причём приличной суммы. — Охренеть, я за рекламу меньше получаю, а тут просто кастинг. — Доплата за неразглашение, с улицы людей не берут. — И часто тебя зовут? — Нее, у них свой звукарь имеется, но оператор упал во время съёмок и загремел в больничку. — Иии? — Что и? — При чем тут оператор, если я про звукаря спросил? — терпение Чимина было уже совсем на грани. — Ааа, так они женаты и звукарь свалила на больничный ухаживать за своим непутевым муженьком. — Часто падает? — Часто изменяет. — Господи, я с твоими объяснениями крышей поеду. — А вот этого не надо, ты мне сегодня нужен. — Ну спасибо, хотя-бы до завтра я доживу. — Ладно давай аппаратурой займёмся, скоро начинать. — Удачи, бро. — Тааак, а вот это не к добру. Парни разошлись к своему оборудованию проверяя всё-ли в порядке и начали ставить стационарные установки, которые снимали картинку и записывали звук с различных ракурсов. Кастинг начался и в павильон зашли два парня. Пак не сразу их заметил, но, когда направил на них камеру его брови, начали ползти вверх и грозили убежать на затылок. Перчатки в виде лапок, меховые сапоги с труселями и какие-то облезлые хвосты. «Хвосты, торчащие из задниц, бля. Какого спрашивается хуя…» — все больше охреневал Чимин. Эти отбитые еще и достали огромные волчьи головы нацепив их себе на далеко не умные бошки. «Ну, это клиника ёпта.» — думал Чимин «Что за хуйня тут творится? Это, что за актёры такие? На анимешников вроде не катят. Тэхён сука, ты куда меня притащил бля, я тебе сейчас откручу всё что можно и нельзя». — роились мысли в голове оператора. Пак отошёл от камеры и разгневанно пошёл в сторону друга. Зайдя ему за спину, постучал по плечу. Ким от неожиданности дёрнулся и испуганно обернулся. — Чимин ты чего такой бешеный? Напугал, я чуть в штаны не наложил. — Тэхёнаааа, у меня к тебе вопросик, мааааленький такой. — Харе меня взглядом сверлить, а то дырку сделаешь, че хочу? — Ты когда собирался мне сказать, что это за кастинг? — Так я писал же, порно-кастинг. — Аааа писал значит. У меня, конечно, зрение не стопроцентное, но приставки ПОРНО я там не увидел ГРЕБАННЫЙ ТЫ ПРИДУРОК! — Тише, не ори ты, серьёзно не написал? Ну, прости Чимин~а я не специально, ты же знаешь. Я везде бегом-бегом, вот и подумал, что всё написал, а оно вон как вышло. Отказаться уже нельзя, деньги переведены, а народ там серьёзный. — Да что ты говоришшшь.- сквозь зубы шипит Чимин и старается сдержать себя, чтобы не огреть чем-нибудь этого… Резко развернувшись на сто восемьдесят градусов Чимин, отошел подальше от Тэ и старался вообще не смотреть в его сторону. Глубоко дыша и пытаясь, сосредоточится, а точнее отключится от происходящего тупо снимая и не думая, кто, кого и как будет иметь. Пока он снимал парочку ебливых «волков», ему даже удалось сделать пару крупных планов, при этом не психанув и не наорав на них в камеру. Когда с этими, боже упаси «актерами» было покончено, зашли еще трое, но теперь уже в балахонах. «Пиздец, а эти, кто? Дементоры? Жаль пропеллер не прицепить, так бы летели куда подальше, да и послать их некуда, они явно уже во всех придуманных местах были, — грустно думал Чимин, — хотяяяя, экспекто патронум вашу мать! — мысленно захихикал Пак. Всё больше и больше фриков, ах простите актёров, заваливалось в павильон и в каких только позах не изгалялись они в этом гребанном гробу. Кто-то даже до несчастного комода добрался, как они его не развалили уму непостижимо. До чёртиков злой Чимин, пыхтел как взбесившийся дикобраз готовый стрелять смертоносными иглами в разные стороны, а особенно в сторону своего уже кажется бывшего друга. Тэхён же иногда с опаской поглядывал в его сторону, пытаясь осознать размеры грядущего пиздеца, совершенно точно ожидающего его, когда закончится съёмка. Судя по тому, что он видел выжить ему не удастся. В открывшуюся дверь входит пара накаченных парней, слава богам без хвостов и масок, а лишь в ошейниках и латексных труселях чёрного цвета. Один держал поводок и вёл на нем другого, иногда натягивая шнур от чего тот, который полз на четвереньках, издавал лёгкие стоны. «Господи, а я так надеялся, что хоть эти адекваты». — Чимин глубоко вздохнул и приготовился снимать. Тот, что крупнее и выше подвёл второго к гробу и уложил его на него. Сам, сел на край этого чуда человеческой мысли и начал танцы с прелюдией, усевшись на партнёра и перекинув ноги по бокам его пресса, здоровяк глубоко, ну прям ооочень глубоко стал его целовать, Чимин даже подумал, что тот его сожрать пытается. В какой-то момент Паку, снимавшему крупным планом, как верзила жамкал грудь парнишки, показалось, что он снял что-то не то. Пальцы сидящего сверху парня укорачивались и обрастали шерстью, а из кончиков выдвинулись чёрные, звериные когти. «Э-это, что за херня?» — Чимин внимательно следил за верзилой и не заметил, что у парня под ним появились маленькие рожки, прямо как у оленёнка. «Когда они успели это всё надеть? Надеюсь, он его этими когтищами не порвёт.» — мысли оператора хаотично скакали, пытаясь догнать друг друга. — Намджунааа. — простонал тот, что снизу и упёрся в плечи второго руками с поджатыми пальцами, чем ещё больше напомнил оленёнка. Верзила намотал на свою руку поводок и с силой потянул, а в ответ лишь раздался несдержанный громкий стон. Стояки у обоих, были уже во всю наготове и оба члена бились о животы и друг о друга. Чимин старательно снимал то, как порно актеры отыгрывают свои роли. Паку никак не удавались нужные ракурсы, парни трахались с упоением, так, как будто они пришли сюда не на кастинг, а потому что больше негде. Внезапно дверь в павильон с силой распахнулась и на сцену выплыл третий актёр. — Ой, а кастинг уже идёт, да? — прошествовало это чудо виляющей походкой, размахивая хвостом, кажется лисы. — А к вам можно? — он подошёл к паре в кадре, которая и не думала прекращать сношаться как животные. Только, когда новенький попытался присоединиться, пристроившись к заднице верзилы, на него обратили внимание. — Ну что вам, жалко что-ли? — надул пухлые губехи и плюхнулся в гроб рядом на подушки, когда здоровяк, схватив за гриву белых волос скинул его подальше от своей пятой точки. Чимин натурально офигевал от происходящего и пытался понять, они реально кукухой тут все поехали или это ему пора себе бригаду вызывать. В гробу разразилась нешуточная борьба, где переменными было кто скинет с себя хвостатого, здоровяк-медведь с этим справлялся куда лучше, чем не очень крупный парень-олененок. Снимать теперь было абсолютно не реально, летающая ткань халата лиса и их смены позиций не позволяли заснять нужный материал. — СТОЯТЬ. — терпелка у Пака пошла по швам, и он просто начал орать.- Какого хрена вы творите? Тэхен подбежал к другу и ухватил его за локоть пытаясь успокоить, но тот уже рвался разнести всё в щепки и, кажется, даже дым из его ушей стал заметен. — Чиминааа стой, успокойся я сейчас всё им объясню, дай мне пять минут. — Как ты их разлеплять за эти пять минут собираешься, чтобы они тебя хотя бы услышали? — Это уже моя проблема. — Ну да, конечно, напомнишь мне, когда ты сам хоть с чем-то справлялся? Тэхен прыгал и жестикулировал вокруг этого трио слипшихся пельменей. Рогатый пассивчик не собирался так просто выпускать член лиса и продолжал смачно его обсасывать, смотря своими осоловелыми глазами на прыгающего звукорежиссера и пытался осознать, чего до него докопались? Верзила рычал и портил инвентарь медвежьей лапой, потому что его наконец-то заставили вынуть член из задницы рогатого. «Боже мой, какой дурдом». — уже раз сто пожалел себя мысленно Чимин. Когда этих трахарей удалось все-таки разнять и они слаженно кивнули на объяснения звукорежиссера, Чимин вздохнув постарался заснять все еще раз. Прилично лохматый и разъяренный паузой верзила, перевернул рогатого животом вниз и прижал его за шею к кровати, всунул подушку ему под живот и смачно шлепнул по заднице. Взвизгнув рогатый, дёрнулся и на его копчике появился коротенький хвост, который резво повиливая и подергиваясь демонстрировал, что обладателю этой пушистой милоты всё в кайф. Здоровяк ухватил лиса за удлиненное ушко и потянул его к ним, закинув на рогатого. Довольно облизнувшись, лис шустро пристроился под маленький хвостик парня-олененка. Сам же верзила, сжав основание хвоста ушастого нетерпеливо зарычал и вогнал свой член ему в задницу по самые яйца. И этот своеобразный бутерброд Чимин пытался запечатлеть хоть более-менее нормально. Когда эта какофония опять перетекла в бесконтрольные потрахушки и видимость для съемки снова стала нулевая Чимин, сам не заметил, как подскочил к троице и с рыком дёрнул верзилу за ошейник. Глаза рогатого ошеломленно распахнулись по максимуму и на дне них заплескался кошмар, ожидающий оператора, лис нервно ерзал и недовольно шипел на остановившегося медведя, а Чимин замер с камерой в руках смотря на грядущий ему пиздец. Медведь медленно и как-то особенно устрашающе, повернулся и посмотрел прямо на Пака. — Сорян, просто вы опять увлеклись и портите съёмку… — Ррррр. — Я случайно, извините не хотел вас прерывать. — Ррррр, рррр. — Я правда не хотел вмешиваться, давайте вы тут сами закончите, а я пойду всё равно кастинг уже закончился. — Грррр! Пак только сейчас осознал, что за время их маленького диалога он так и не отпустил ошейник на верзиле. Максимально медленно расцепил пальцы и заведя руку за спину от греха подальше. Медведь так же медленно и очень внимательно наблюдал за рукой Пака и тяжело сопел. Приподнявшись с края гроба на котором он все это время сидел, Чимин осторожно развернулся и уже хотел уйти подальше от этого дурдома. Сколько раз по телевизору объясняли не поворачивайся спиной к медведю? Правильно дохрена. Верзила схватил Пака за руку, ту самую, что держала его ранее за ошейник и дёрнул на себя. — Э-эй прекратите немедленно, я не участник кастинга. — А теперь сам покажи, как же надо. — рыкнул ему на ухо здоровяк и повалил его на спину, медленно пройдясь когтями по телу и оставив рваные полосы на рубашке Чимина. — Убери лапы придурок! Если ты не знаешь, как делать это на камеру какого хрена вы сюда припёрлись?! — заорал Чимин пытаясь вырваться из сильной хватки, — Тэхён вызывай охрану блять! — Только попробуй, и на одну маленькую задницу в этом мире станет меньше. — ухмыльнулся медведь. Техен беспорядочно метался по площадке не понимая, как же помочь другу. Сотрудники в ужасе разбежались, лишь охрана стояла у двери и ожидали указаний. — Бери камеру и снимай. — кивнул звукарю здоровяк, зажав рот Чимину, дав сигнал рогатому и тот резво снял всю одежду с оператора. Техен стоял с камерой и никак не мог поймать фокус из-за трясущихся рук. Верзила перевернул Пака задницей кверху и вжал лицом в подушку, проделывая с ним тоже самое что ранее и с рогатым. Громкие шлепки раздавались по съёмочной площадке. Чимин мычал в подушку и пытаясь отодвинуться от сильных шлепков елозил уже сильно покрасневшей от следов задницей. — Это чтобы не повадно было тянуть свои крошечные ручонки туда, куда не просят. А ещё за то, что прежде нужно включать свою прелестную головку и думать к кому лезешь. С трудом извернувшись Чимин, освободив рот от подушки. — Хватит уже! Я понял, что не надо было дергать тебя за ошейник. Отпусти уже. — Ээээ нееет, ты ещё в кое чем провинился. — Да что ещё то? — А вот не повезло тебе малыш, этот ошейник никто не решается трогать, потому что это меня слишком сильно заводит и остановить меня уже не выйдет. «Гррр», —медведь говорил это всё на ухо Паку вжимая его всем телом в кровать-гроб. — Да откуда мне было знать?! Слезь уже с меня! Рогатый подполз сбоку к оператору и виляя хвостиком шепнул Чимину что-то на ушко, от чего у Пака глаза превратились в блюдца. — Не не не не не, вы ебнулись на всю голову? — Все, с кем он трахается знают, что последует после поэтому и не трогают, а тебе не повезло птенчик остановить его всё равно не смогут, порвёт любого так что расслабься и постарайся получить удовольствие. Марафон будет очень долгим. А я, пожалуй поиграю в сторонке», —произнес рогатый, скинул подушки на пол утягивая за собой ушастого лиса и не забывая подглядывать за главным действием. Тэхен продолжал снимать всё происходящее. Руки у него уже устали держать камеру, а медведь всё вдалбливал в гроб раскрасневшегося и мокрого от пота Чимина. Парень метался и скулил, из последних сил не выдерживая такого напора. Как его только не крутили и не вертели за это время, сколько это продолжалось уже не понимал никто. Лис и рогатый иногда присоединялись, устроив групповушку, но быстро понимали, что мешают друг другу и уползали в импровизированное гнездо на полу. Издал ещё один рык и упав на подушки, верзила утащил за собой Пака. Наконец покинув его задницу и заграбастав его ручищами, он прижимал парня к своей огромной и мокрой груди. — Чимина ты как? — тихонько спросил звукарь. — Тэхен, иди-ка ты на хуй, из-за тебя меня оттарабанили в зад! — Да ладно тебе Чимина, зато теперь кажется ты станешь звездой! — Ты ахуел в конец? Даже не смей это слить, убью. — Но, это же кастинг. — Хуястинг! — Гррррррр. — услышали оба за спиной Чимина порыкивания. — Ладно, ладно! Понял, не буду. — Тэ сжался от страха и положил камеру возле кровати попятившись назад. Хрюкнув с реакции Тэхена плечи Чимина начали содрогаться. — Ты чё, ревёшь? — медведь развернул Пака к себе лицом и увидел, что тот еле сдерживает смех. — Совсем сбрендил? — Пха, ну то, что мне нужен психолог после таких приключений это неудивительно. — продолжая хихикать ответил Пак. — Я думал у тебя истерика, так же, как и у тех, кто из любопытства раньше решался дёрнуть за мой ошейник и не выдерживал, ломаясь. Ты первый кто не отключился и не рыдал с криками остановиться. Тут и рогатый высунул голову из своего убежища на полу. — Знакомится будем цыплёнок? Я Чонгук. Этот увалень Намджун. Ммм кстати, ушастый, а ты то, кто? — Джин я. — Из лампы? — хихикнул оленёнок. — Иди в жопу. — Уже был. — Да ну тебя. — Джин надул губы и махнув хвостом отвернулся от Чонгука. — Да ладно, не дуйся — рогатый подполз к лисьему хвосту и обняв ногами со спины поглаживал его мягкий мех. В это время медведь смотрел на человека в своих объятьях и не хотел его выпускать, лишь понимание того, что сюда скорее всего уже едет полиция, заставила его подняться и помочь встать Чимину, который уже проваливался в сон от усталости. — Надо найти хоть какую-нибудь одежду. — А вы так и пришли сюда в труселях? — хихикая в полусне спросил Пак. — Нет, в гримёрке всё осталось. — Вот и неси меня туда искать одежду и валим отсюда. Намджун поднял его на руки и понёс спящий комочек на выход из павильона, нашёл подходящую по размеру одежду и осторожно помог человеку одеться. Поднял его снова на руки и унёс в свою берлогу, потому что этот медведь свое никому отдаст.