Ледяной феникс

      Ашка встала с кровати и собрала с пола свои вещи. Была уже середина ночи, и девушка хотела поскорее очутиться в своей кровати, чтобы урвать хотя бы несколько часов сна. Реддл задумчиво смотрел как она одевается, не говоря ни слова. Айсиг вышла, не оглядываясь. Под дезиллюминационными чарами она спокойно добралась до гриффиндорской башни и отправилась спать. На этот раз сон пришёл, едва её голова коснулась подушки.       Учебные будни шли своим чередом. На людях отношения Айсиг и Реддла оставались все также холодными. Днём они практически не встречались. Ночью же, несколько раз в неделю, молодые люди шли в Выручай-комнату. Том быстро учился, объяснения ему не требовались. Уже во время третьей встречи, он сам строил мост между их сознаниями. Его ласки становились смелее и откровеннее, инициатива редко оставалась в руках девушки. С тех пор как Ашка ушла из Выручай-комнаты, представшей кабинетом Зельеварения, они так и не сказали друг другу ни слова.

***

      Так продолжалось до конца марта. Субботним утром, за неделю до пасхальных каникул после очередного собрания правления Ордена ледяного феникса, к Айсиг подошёл Боунс. Он настойчиво спрашивал, как давно Ашка видела Фелицию. Девушка задумалась и поняла, что уже неделю не встречала Монинг. И на собрании она не присутствовала, что было не характерно для ответственной когтевранки. Пообещав Грегори найти подругу, Ашка побежала догонять Оливию. Хорнби тоже давно не замечала Монинг, но девушки и раньше не часто общались. Попросив выяснить что возможно в гостиной Когтеврана, Айсиг поспешила в библиотеку. Но пропажи там не было.       В полдень состоялся матч по квидичу между гриффиндорцами и слизеринцами. Фелиция не была любителем квидича, также как и Ашка. Но проверить трибуны все же стоило. Потолкавшись среди болельщиков со всех факультетов, Айсиг так и не нашла пропавшую девушку. Не появилась она и на обеде в Большом зале. За столом слизеринцев царило весёлое оживление. Похоже матч они выиграли, и на вечер явно намечается пирушка.        Боунс сам подошёл к грифиндорскому столу, в ожидании глядя на Айсиг. Девушка отрицательно покачала головой. - Когда ты видел её в последний раз? - стала расспрашивать Ашка. Волнение парня откликалось в ней собственным беспокойством. - Вчера мы должны были встретиться в библиотеке после ужина, но она не пришла. А сегодня утром не появилась на завтраке, - рассказал Грегори.       В этот момент к ним подошла Хорнби: - Она в спальне. Пришла вчера вечером, закрылась пологом кровати и отказывается выходить. Так мне сказали её соседки. - Я разберусь с этим, Грегори. Тебе пока не стоит вмешиваться, - Ашка встала из-за стола и в сопровождении Оливии пошла к башне Когтеврана.        Гриффиндорка вошла в чужую гостиную, и сразу поняла какая спальня ей нужна. Удушливый невыносимый смрад стыда, беспомощности и отчаяния ощущался уже на подходе. Ашка оставила Оливию и вошла в нужную комнату одна. Соседок Монинг не было. Одна из кроватей была плотно прикрыта занавесями. Айсиг замешкалась перед ней, загоняя поглубже собственные тяжёлые воспоминания, не вовремя вставшие перед глазами. Эта смесь эмоций, к сожалению, ей была хорошо знакома.       Вдохнув поглубже и разогнав навязчивые мысли, Ашка попросила Фелицию впустить её. С минуту было тихо. Девушка уже решилась было начать распутывать чужие заклинания с полога, но занавесь неожиданно приоткрылась. Ашка пролезла внутрь. Подруга лежала, свернувшись в неряшливый клубок. Белье на кровати, бесформенным комом, накрывало одетую в мятое платье девушку, со сбившимися в колтуны волосами и распухшими глазами. Её разбитые губы, покрытые корочкой подсохшей крови, дёрнулись не то в приветливой улыбке, не то в плаксивой гримасе. - Кто это сделал? - во рту Ашки пересохло, и она хрипло выплюнула свой главный вопрос. Сил посмотреть память подруги легилименцией у Айсиг не нашлось. - Долохов, - выдохнула Фелиция, - Затащил меня в пустой класс, отобрал палочку и... сказал, что я шлюха... и уничтожил мой медальон. И... - горло Монинг перехватил спазм, и она зашлась сухим кашлем, не в силах больше сказать ни слова.       Ашка сжала челюсти, задыхаясь от охватившей её ярости. В ушах шумело. Всхлипы и слова Фелиции сливались в непонятный гул. Магия пульсировала, разрасталась в груди, поднимаясь к горлу и растекаясь по конечностям. Внезапно что-то в сознании Айсиг дёрнулось, перевернулось и потянуло за собой в спокойную отрешённость, утихомиривая ярость и боль. «Реддл», - пришло понимание к девушке. Их мысленная связь крепла с каждым днём, давая неожиданные эффекты, как удобные, так и не очень. На этот раз его вмешательство пришлось, кстати. - Ашка, Ашка! Мне холодно, - как сквозь вату услышала гриффиндорка всхлипывания Монинг.        Айсиг пришла в себя и слезла с чужой кровати, отряхивая мантию от ледяных осколков. Под ногами тоже похрустывала ледяная корка, полог не удержал всплеск магии. Фелиция, забившись в дальний угол кровати, мелко дрожала. На её ресницах и щеках хрустальными дорожками застыли слезы. Девушка в ужасе смотрела на гриффиндорку. «Хороша подруга, с такой и врагов не надо», - сердито корила себя Ашка. - Прости. Сорвалась. Нам надо идти, - выдавила из себя Айсиг. - К-куда? - все ещё дрожа, спросила заплаканная девушка. - Пойдём к директору, все ему расскажешь, а дальше посмотрим, - более уверенно объяснила Ашка. - Нет, что ты. Я не пойду. Не переживу такого позора. Мне нельзя... Я не могу... Что ты! Никто не должен узнать! - запричитала Монинг, грозя скатиться в истерику.       Ашка схватилась за голову. Злоба бушевала где-то внутри, норовя смести условное спокойствие. Нельзя, нужно держаться. Айсиг принялась планомерно вычищать сознание от ненужных сейчас эмоций. Обретя, наконец, равновесие, девушка подняла глаза на когтевранку и непререкаемым тоном велела: - Пиши Долохову. Назначь встречу после ужина возле старого кабинета ЗОТИ на пятом этаже.       Фелиция в ужасе посмотрела на Ашку. - Вылезай и пиши. Или я потащу тебя к директору силой. Прямо сейчас. Мерзавец должен понести наказание. И если ты не хочешь идти законным путём, я не буду тебя уговаривать. Но тогда я сама, с твоей помощью, воздам ублюдку по заслугам. Тебе решать, какой вариант выбрать, - уверенно сказала Айсиг.        Монинг, заставляя себя двигаться, медленно сползла с кровати. Её руки тряслись, когда она коряво выводила слова на пергаменте. Закончив, девушка затравленно посмотрела на Ашку. - Так надо, Фелиция. Некоторые вещи нельзя прощать и отпускать просто так. Это неправильно. Когда я закончу с ним, могу стереть тебе память, если захочешь. Но, чтобы не совершил человек, он должен принять последствия своих действий. Иначе не будет. Я не позволю. - уже мягче сказала Айсиг.       Она оставила подругу приводить себя в порядок, пока сама пошла в совятню отправлять записку слизеринцу.

***

       Ужин прошёл относительно спокойно. Фелиция переоделась и кое-как справилась со своими волосами, собрав их в неаккуратный пучок. Лицо её было почти в порядке, лишь сильная бледность и опущенный под ноги взгляд выдавал её состояние. Боунс дёрнулся подойти к ней, но Ашка его перехватила. Не отвечая на его расспросы, велела подождать хотя бы до завтра, а лучше не тревожить когтевранку ещё несколько дней. Реддл подозрительно поглядывал на Айсиг, поворачиваясь к гриффиндорскому столу под благовидными предлогами. Долохов был расслаблен и перебрасывался шутками с Малфоем, иногда переводя взгляд на стол Когтеврана. Ашка пыталась уловить эмоции слизеринца, но из-за расстояния и большого скопления студентов, ей это не удалось.        Поев, гриффиндорка подошла к Фелиции и вытянула её из-за стола, не обращая внимание на вялое сопротивление. Они покинули Большой зал одни из первых. Не отпуская руки подруги, Ашка потянула её на пятый этаж.       У Айсиг не было ключей от старого кабинета ЗОТИ, где они с Реддлом практиковались в дуэлях. Но девушка, немедля, вышибла дверь магией. Доведя Фелицию до первых парт, посадила её и стала накладывать дополнительные охранные чары.       Почувствовав приближение своей цели, Ашка вышла его встречать, с удовлетворением отметив, что Долохов пришёл один. - Что происходит, где Монинг? - хмуро спросил парень. - Фелиция внутри, хочешь поговорить с ней? Не слишком ли ты припозднился с этим, - зло усмехнулась девушка.       Антонин, толкнув Айсиг плечом, прошёл мимо неё в класс. - Чего тебе надо, маленькая шлюшка? Решила шантажировать меня или тебе так понравилось, что привела мне свою подружку-грязнокровку? - скалясь, напряжённо спросил слизеринец у бледной девушки за партой.       Ашка заблокировала дверь магией, и без предупреждения напала на парня.       Первым заклинанием Долохова откинуло в дуэльный круг. Экспелиармус вырвал выхваченную им палочку, которая оказалась в руках Ашки. Проходя мимо парты Фелиции, гриффиндорка положила чужую волшебную палочку ей на колени. - Разве чистокровных не учат уважению к девушкам? - холодно спросила Айсиг у поднимающегося парня. - К приличным чистокровным девушкам, а не к распутным грязнокровкам, - сплюнув кровь, презрительно ответил Антонин. - С грязнокровками все понятно, - ухмыльнулась Ашка, - но почему распутная? - вслух задумалась девушка. - Я поняла! Пока ты варился в своём презрении к маглорожденным, Фелиция предпочла тебе другого мальчика. И как она только посмела! - ненатурально возмутилась Айсиг. - Решил показать ей своё истинное лицо сучьего ублюдка и вялый стручок гнусного извращенца?       Долохов покраснел от ярости и бросился к заносчивой пигалице, желая силой стереть с неё ухмылку и затолкать все мерзкие слова ей в глотку. Но Ашка снова откинула его ступерфаем. - Я ещё не закончила, - спокойно произнесла девушка, - имей терпение дослушать. Так вот, тебе не повезло, Фелиция отказалась сдавать тебя в руки закона. А значит твою судьбу буду решать я. - Да, как ты смеешь, грязнокровка! Я заставлю тебя пожалеть о каждом вдохе, который ты сделала без должного почтения! - выплюнул Антонин, снова поднимаясь с пола. - По праву сильного, выродок. Разве не это вам внушает ваш лидер? Кто сильнее, тот в своём праве творить то, что считает нужным. В некоторых обстоятельствах такая идеология может быть очень полезна, - задумчивое лицо девушки снова исказилось оскалом, - сейчас я для тебя закон, и я же буду палачом. - Круцио! - не теряя больше времени на разговоры, Ашка сосредоточилась на казни.       Ярость, пробив себе путь сквозь барьеры в сознании, снова расползалась в разуме девушки.       Слизеринец упал на пол дуэльного круга и закричал, срывая горло, в невыносимой агонии.       Айсиг замерла на месте с поднятой палочкой и отрешённым лицом. Долохов бился на полу, скрёб доски, сдирая ногти, и хрипел. Фелиция вдруг сбросила оцепенение и вскочила на ноги. Волшебная палочка Антонина слетела с её колен и покатилась вперёд, к границе круга. - Ашка, нет! Прошу тебя, остановись! Я пойду к директору, все расскажу. Прошу тебя, не надо! - слезы застилали ей глаза, но Монинг смахивала их и умоляла подругу. Она подбежала к Айсиг и вцепилась в её руку. - Поздно, Фелиция. И ты, и он уже сделали свой выбор. Тебе тоже придётся научиться принимать последствия своих решений. Мне жаль, что это происходит именно так, - Ашка не опускала палочку. Долохов продолжал кататься по полу, сдирая кожу окровавленными пальцами на лице и груди.        Монинг пораженно смотрела на эту фантасмагорию и не могла поверить в реальность происходящего. Её руки бессильно опустились, и она мелкими шажками стала отступать назад к двери, не смея отвести взгляда от страдающего от боли слизеринца и неподвижной позы той, кого она считала своей единственной подругой.        Когда Антонин полностью потерял контроль над своим организмом и стал исторгать из себя пищу, фекалии и мочу, Фелицию тоже скрутил рвотный спазм, но из-за отсутствия наполнения, её желудок выдал лишь слюну и желчь. Она закашлялась и, развернувшись, преодолела последние метры до выхода. - Не могу, я не могу это вынести, - выдохнула Фелиция и дёрнула дверь. Заклинание не пустило её, - выпусти меня, прошу. Я никому не скажу, что ты использовала непростительное.        Ашка печально посмотрела на когтевранку. Палочка опустилась, пытка прервалась. Айсиг отменила запирающие чары, и Монинг тут же скрылась за дверью. Повернув голову к своей жертве, Ашка заметила, что тот сумел правильно воспользоваться передышкой и добрался до своей палочки. Девушка устало наблюдала за действиями Долохова. Ярость потихоньку отупускала, оставляя опустошение.       Антонин не мог подняться, любое движение давалось с трудом и напоминало о пытке, которую он испытал. Но он нашёл в себе силы поднести палочку к разорванному рукаву мантии, приложить к метке на внутренней стороне предплечья и прошептать заклинание.       Ашка с лёгким интересом смотрела на действия Долохова. Странная татуировка в виде черепа со змеёй явно имела какое-то магическое назначение. Не дав своему противнику больше возможности для контратаки, девушка выбила палочку из его руки и возобновила пытку.       Через пять бесконечных минут агонии Антонин желал лишь одного, поскорее умереть, чтобы ускользнуть из жарких объятий всеобъемлющей боли, или сойти с ума настолько, чтобы окончательно забыть обо всем. Незапертая после ухода Монинг дверь резко открылась, впуская в класс разъярённого старосту.