Лорд Блошиного Конца

Деймон стоял в переулке, в воздухе витала густая вонь Блошиного Конца - запах пота, мочи и отчаяния. Но он не возражал против этого. Не здесь. Не тогда, когда его использовали те самые люди, которые боялись его днем. Ночью они брали его, владели им так, как никто другой никогда не мог. Он был их принцем, конечно. Но в этих сточных канавах, лишенный власти, он был просто еще одной дыркой, которую нужно было заполнить. "Посмотри на него", - насмешливо произнес голос сзади, грубая рука схватила Деймона за волосы, откидывая его голову назад. "Принц-разбойник, стоящий на коленях, умоляющий о члене". Деймон ухмыльнулся сквозь боль, в ноздри ударил тяжелый запах грязи и пота. "Разве это не то, чего ты хочешь? Принц на коленях?" Мужчина сплюнул, вязкая слюна попала Деймону в щеку. "Чертовски верно". Рот Деймона широко раскрылся, он был готов, знал, что делать. Другой мужчина встал перед ним, уже держа в руке твёрдый член, готовый засунуть его глубоко в горло Деймона. Он поперхнулся и закашлялся, когда член попал в заднюю стенку горла, но не остановился, не отстранился. Он позволил им использовать себя, наслаждаясь каждым толчком, более жёстким, чем предыдущий. — Хороший маленький принц, — пробормотал кто-то, хватая Деймона за бёдра и разводя их в стороны. — Я так тебя оттрахаю, что ты будешь вспоминать Блошиный Конец каждый раз, когда будешь сидеть на троне своей шикарной задницей. Смех был гортанным, мрачным. А затем последовал безжалостный толчок, разорвавший Деймона на части, когда мужчина глубоко вошёл в него. Он застонал, его тело откликнулось, твердый член прижался к грязной земле. "Еще", - прошипел он. "Сильнее". По переулку эхом разнёсся шлепок, грубая рука опустилась на его задницу. "Жадная шлюха". Деймон ахнул, почувствовав боль и грязное удовольствие, разлившееся по его венам. Он хотел этого, нуждался в этом. Грязь, грубость, то, как с ним обращались, как с обычной шлюхой. Он жаждал этого, как воздуха. Это продолжалось часами, каждый мужчина в Блошином Дне делал свое дело. Деймону было все равно. Он был их на эту ночь, и он отдал им все. Позже, когда первые лучи рассвета пробились сквозь дымку, Деймон сидел на краю улицы, тело болело, одежда была наполовину разорвана. Он вытер сперму со своих губ тыльной стороной ладони, на его губах играла довольная ухмылка. - Деймон наслаждался роскошью своих покоев, богатые шторы и полированное дерево которых были далеки от грязи Блошиного Конца. Но здесь, в этом избытке, он почувствовал, как его гложет пустота иного рода. Прежние ощущения все еще бурлили в его венах, но этого было недостаточно. Никогда. Он лежал обнаженный на раскинутой кровати, широко раздвинув ноги, шелк под ним смялся и стал влажным от пота. Его рука скользнула вниз по груди, по синякам, которые они оставили, воспоминание о руках, грубых и собственнических. Его член подергивался при каждом прикосновении, наполовину твердый, но его мысли были далеко, о ком-то. Кто-то, кого он не мог заполучить, но хотел. "Отто", - прошептал Деймон низким, язвительным голосом. Мысль о Деснице Короля наполнила его яростью, которая переросла в желание. Отто Хайтауэр, вечно насмехающийся, вечно играющий в свои маленькие интриганские игры. Такой чертовски праведный. Деймону хотелось разорвать его на части, посмотреть, как он упадет. Или, что еще лучше, увидеть, как низко он может опуститься. Его рука потянулась к ящику рядом с кроватью, вытаскивая толстый дилдо, который он прятал от посторонних глаз. Дилдо было непристойным, по форме напоминало настоящее мужское достоинство, как раз подходящего размера, чтобы заставить почувствовать себя маленьким и беспомощным. Его пальцы обхватили его, ощущая знакомую тяжесть. Деймон сначала поднес кончик к губам, медленно посасывая его, смачивая слюной, как будто это был член Отто. Его язык кружился вокруг него, представляя этот горький вкус, представляя лицо Отто, искаженное шоком, ужасом и похотью. "Да, верно, Десница короля. Ты хочешь этого. Ты хочешь меня". Он скользнул дилдо вниз по груди. У него перехватило дыхание, когда фаллоимитатор достиг бедер, его задница напряглась в предвкушении. Он не торопился — сегодня вечером у него не было настроения торопиться. "Черт ..." прошипел Деймон, прижимая кончик к своему входу, его бедра слегка приподнялись, открываясь ему. Он вошел жестоким толчком, застонав, когда дилдо широко растянул его, обжигая каждый нерв. Его разум наполнился образом Отто Хайтауэра, стоящего над ним, эта холодная, высокомерная ухмылка исчезла, когда Деймон принял его, жестко и быстро. Он засунул фаллоимитатор глубже, его рука входила и выходила с отработанной точностью, каждое движение становилось грубее, злее. Он представил голос Отто, пожилого человека, пытающегося сохранить видимость контроля. "Это то, чего ты хотел, Отто?" Деймон тяжело дышал, его голос прерывался с каждым толчком. Свободной рукой он нашел свой член, крепко сжав его, поглаживая в такт толчкам дилдо. "Ты лицемерный ублюдок... Ты думаешь, что ты лучше меня? Я, блядь, сломаю тебя." Темп ускорился, его бедра приподнимались навстречу игрушке с каждым толчком. Комнату заполнил скользящий звук, сопровождаемый резким дыханием Деймона, его тело дрожало, когда он приближался к краю. "Возьми меня", - прорычал он, представив Отто над собой, его лицо исказилось от удовольствия, глаза расширились от беспомощного желания. Деймон мог видеть это — Отто умолял о большем, его высокомерное поведение пошатнулось, превратившись в нечто отчаянное. Рука Деймона быстрее задвигалась на собственном члене, преякулят скользил по его пальцам по мере нарастания оргазма, напряжение туго скручивалось в животе. Он сильнее трахал себя дилдо, представляя, что это член Отто входит в него, ублюдок, наконец уступает всему, чего, как он притворялся, не хотел. "Да, — выдохнул Деймон, - Да, блядь, да!" Его тело напряглось, голова запрокинулась, когда кульминация пронзила его. Его член запульсировал в руке, горячая сперма потекла по пальцам, пачкая живот толстыми, белыми струями. Его бедра подрагивали, дмлдо все еще был глубоко внутри него, растягивая его. Он лежал, тяжело дыша, зрение затуманилось, вкус воображаемого подчинения Отто все еще был сладким на его языке. Его хватка на дилдо ослабла, но он еще не вытащил его. Он хотел почувствовать боль, хотел, чтобы ему напомнили о том, чего он не мог иметь. Однажды, мрачно подумал он, и улыбка расползлась по его раскрасневшемуся лицу. "Однажды я по-настоящему заставлю тебя потерять контроль".