Тысяча сожалений

Все началось с того, что Какаши явно превышал свои полномочия... Обито, как эксперт по психологии Хатаке без образования, в шутку назвал это "синдром шестого хокаге" Обито не так долго жил в Конохе, но что-то в руководстве каге понимал. У них были бумаги и полный рабочий день, но не настолько, чтобы менять время с 24 часов в сутках на 48... Но случился послевоенный период, и за все перестройки отвечал Какаши. Да, эту деревню перестраивали очень часто, но и тут технический прогресс дал о себе знать, так что все было в новинку. И все новинки приходилось изучать. А когда эти перестройки закончились, Какаши занялся международными отношениями. Из-за чего постоянные поездки выматывали еще хуже, чем работать со строителями и учёными. А ведь это только послевоенное время, что же будет дальше... И открытие Обито "синдром шестого заключалось в том, что если сказать эту злополучную цифру с уважением, или "Хокаге-сама", то Какаши будет бесится, как на число зверя. Нет, он не показывает это прямо, на то Обито и недо-психолог, чтобы распознавать эмоции Какаши. Хоть он и вежливо улыбнётся, но до боли заметно, как же он устал. Так что на "Хокаге-сама" или "Какаши-сама" ничего хорошего от Хатаке ждать не стоит. Сначала Обито реагировал на это с пониманием и бездействием. Это же работа Каге, что сделаешь? Потом Учиха стал успокаивать бедного Какаши, чтобы тот отдохнул, а не работал даже дома. Но ничего не помогало, поэтому Обито решил действовать радикально.

***

Ничем не примечательное утро. Какаши сел за новые документы, которые любезно притащила ему Шизуне ранним утром. И ничего не предвещало чего-то интересного, но в дверь постучали. — Входите... — Монотонно сказал Хокаге, уже думая, что ему принесли ещё работы и к нему зашёл... Обито. — Ну что ты, Хокаге-сама, справляешься? — Стоп, а как ты прошёл, тебя же бы Шизуна и за порог не пропустила бы, ты же сам знаешь... — Аккуратно сказал Какаши. Не все жители Конохи относятся к бывшему мировому преступнику хорошо. В особенности Цунаде и Шизуне, от чего их нужно было остерегаться за десятки метров, если Обито решится погулять. — Да знаю, но я проскочил мимо. В общем, я понимаю, что тебе тяжело и мне страшно думать о том, что ты переутомляешься. Поэтому я пришёл сюда. — Ну, не думаю, что мне нужна группа поддержки здесь. Я правда ценю твои старания, но не стоило — Какаши неловко улыбнулся. — Давай хоть с документами помогу, ну или кофе буду носить, как официантка. А может что-то нужно другое? — Во первых – нет, сделаешь ошибку и будет хуже, а во вторых – для этого есть Шизуне. Обито, ты помогаешь мне дома во всем, готовишь, убираешься, успокаиваешь меня, этого достаточно, даже много... — С нежной улыбкой сказал Какаши, подойдя к Учихе. — Это мало, в отличие от того, что сделал для меня ты... — Шепотом сказал Обито — Мне тяжело видеть, как ты, как труп падаешь на кровать... — Я знаю, что это плохо, но кто если не я буду работать? Я обещаю, что постараюсь не перегибать с работой и приду сегодня пораньше, чтобы ты не беспокоился. — Я запомню, Какаши-сама — Обито сказал это, лишь бы позлить Какаши, который сотню раз говорил не называть его так. Нужно же гордится своей теорией. И она оказалась рабочей, ведь на секунду бровь Хокаге недовольно дернулась. — Тогда не отвлекай от работы, поговорим об этом дома. — Хатаке улыбнулся и сел за стол, чтобы работать дальше.

***

Дома Обито ходил по квартире, дожидаясь Какаши. Перешёл ли он черту и теперь будет получать по голове за это? Обычно "дома поговорим" значили именно это в его детстве... если он его не исказил... На самом деле Обито ещё не оправился после войны, хотя пытается делать вид, что все прекрасно и его не тревожит абсолютно ничего. Он не понимает, что чувствует, он уже давно потерялся в понятии "реальность" и до сих пор иногда вспоминает, сколько всего лишнего сказал... и после этого поубираться и готовить это просто пустяки, которые ничего не искупят перед Какаши... Он застрял в своём же шоу Трумана, который соорудил сам, только вот теперь он понимает, что находится в нем, и пытается избавиться от этого чувства. Обито не может сказать ничего об этом Какаши. Да и о проблемах они редко говорят, они просто принимали их, как факт. Обито понимает, как Какаши мучает вина и может быть, он и перерабатывает из-за этого? Кто его знает... Какаши понимает, что травм у Обито целый вагон, о которых он может только догадываться. Учихе грех жаловаться, хорошо что жив, хотя мог умереть... трижды... если не больше... Обито не собирается жаловаться на жизнь, ведь он наизусть знает проклятие Учих, он понимает, как оно устроено. По сути, Учихи не отличается от собак... Верные к своей привязанности, и как Хатико ждут, когда он или же она вернётся, а ведь не вернётся, она умерла... И может, с Какаши будет то же самое, если Обито снова забудется и станет на те же грабли...

Так...

Куда-то не туда понесло...

Обито потряс головой, избегая этих мыслей. Он итак настрадался от этого проклятия, теперь – это мирное время, все прошло. И от всех этих мыслей его наконец избавил щелчок двери. Какаши действительно пришёл вовремя, нет, даже раньше. — Ну так... о чем хотел поговорить? — Спросил Обито, уже настраивая себя на какие нибудь упрёки. — Слушай, я ценю то, что ты хочешь мне помогать и я рад, что ты искренне беспокоишься обо мне. Но я привык к такой жизни и мне не нужна помощь. Я просто рад, что ты есть, не стоит вламываться в кабинет хокаге — Ответил Какаши — Прости, просто хочу, чтобы ты не работал до изнеможения — Слегка улыбнулся Учиха, что приметил Хатаке и вздохнул. — Не извиняйся, я все понимаю. Иди сюда... — Какаши сел на диван и похлопал по нему, и сразу же снял маску. А Обито сел рядом в недоумении. — Хорошо я тоже понял, но что ты хочешь сделать? — Спросил Обито. — Давай все обсудим. Ну вот прям все. Что ты мне хочешь сказать? — Какаши смотрел прямо на Обито сверля этим взглядом чёрных бездонных точек. — Ничего? — Сказал Обито. А что он скажет? Ещё что-то ляпнет, чем сделает все только хуже... — Обито... я слушал все, что ты говорил на четвертой мировой войне шиноби и ты можешь сказать все, что думаешь, все, что хочешь сказать... Я все пойму... — Сразу же догадался Хатаке. Обито хотел вновь отказаться от всего этого, как-нибудь отшутится и уйти, но Какаши положил свою руку на чужую и тут он расстаял. — Понимаешь, я просто хочу выразить благодарность, ты знаешь, я не силен в словах... — Тихо сказал Обито. Какаши улыбнулся и вздохнул. — Именно это я и хотел услышать. Не стоит благодарностей, я сделал то, что должен, после всего этого... Да и тем более, мы же квиты и я смог искупить свою вину, так ведь? Теперь уже вздыхал Обито. Сколько бы он не повторял, вина засела так глубоко... на той же глубине, что и у него. — Знаешь, мы никогда не сможем прийти к тому, чтобы понять друг друга. Но я не вижу в этом плохого или чего-то страшного... если ты уже подумал о чем-то другом просто... — Обито решил даже не пытаться сформулировать что-то душевное и тихо проворчал — Ты понял к чему я клоню?.. — Знаешь, на удивление да. И я рад этому, хоть ты и не можешь мне сказать конкретно... И кстати мы уже пришли к тому чтобы понимать друг друга с полуслова — Какаши улыбнулся и встал с дивана, слегка потрепав Обито по голове, от чего тот удивленно глянул на Хатаке, но так и не смог ничего сказать. Учиха в тупую наблюдал за тем как Какаши ушёл в спальню, а он остался сидеть тут... И как будто шестерёнки стали двигаться и сердце неожиданно забилось... Кажется он и правда все стал понимать. И себя, и Какаши, и весь этот разговор. Все встало на свои места, все глупые поступки, все, что он делал не думая и почему он так смотрит на Хатаке. А вот как реагировать на этот поток информации, Обито не понимал... Но походу он снова стал на те же грабли.

Твою мать...

Кажется он влюбился...