Sleeping sun

— Тебе надо было во дворце быть поваром--наслаждаясь лапшой, которую приготовила Лингли, нахваливал По. Девушка лишь улыбнулась. В лапшичной Пинга значительно увеличился рост клиентов, ведь теперь там работал новый сотрудник. Сотрудник, сбежавший из золотой клетки, где даже думать запрещали о самостоятельной готовке. Она ощутила свободу. Она начала новую жизнь. Но убегать от проблем— не лучший способ их решения. Во дворце три дня как все всполошились, узнав о пропаже Лингли. Велись масштабные поиски. Пугало ли это её? Нет. — Что ты будешь делать? — Я просто буду живой. Буду искать себя, буду у всех на виду, и это собьёт их с толку. Я не хочу быть бременем для тебя и твоего отца. — Каким бременем? Наш дом всегда открыт для таких, как ты.— в глазах Воина Дракона мелькнула искра сострадания. — Ты столько сделал для меня, мой друг..— её тон вдруг стал таким мягким, что у По пропало желание с ней спорить. — Останься.— Воин Дракона поравнялся с ней ростом, встав из-за стола и подойдя ближе. У него есть друзья. Но Лингли за эти три дня стала ему самым близким другом. —До вечера, Воин Дракона.—смотря ему в глаза, в пол голоса сказала девушка, после чего вышла из дома. Лингли ловила удивлённые и восхищённые взгляды жителей, которые смотрели на играющего на флейте парня, рядом с которым танцевала молодая и красивая девушка. На ней не было дорого и пышного платья, красивой причёски, макияжа. Она ничем не отличалась от жителей Долины. И она понимала, что это именно то, в чём она нуждалась. То, к чему стремилась её душа. Ей даже удалось заработать немного монет. Нет, не только танцами. Она прогуливалась по площади, параллельно помогая торговцам разгружать продукты, участвовала в подготовке декораций к мероприятиям. Одним словом--живая. К вечеру она вернулась в дом Пинга и По. За разговором Воин Дракона предложил ей посетить Нефритовый дворец. Странно, По ещё ни разу не рассказывал ей о своих друзьях. Кажется, пришло время вернуться к истокам. — Думаю, мастер Шифу не будет против новой ученицы. Словно поражённая молнией, Лингли остолбенела, услышав это имя. — Мастер.. Шифу?..— дрожащим голосом проронила она. — Ну да.. Ты что никогда не слышала о нём? — Мы можем пойти туда прямо сейчас?— сказала не она, а та маленькая беззащитная девочка, которую когда-то лишили любви.

***

Неистовая пятёрка едва ли держалась, чтобы во время зрительного контакта с Шифу не посмотреть на него с жалостью. Он сильно изменился. После каждой тренировки, старый мастер весь день лежал в кровати. Он словно утопал в коматозном состоянии. Он не ругал, не хвалил. Он просто был конвейером. Тренировки, спарринги--теория, практика. Мир вокруг стал не серым, он стал чёрным. Заметно постаревшее лицо мастера отражало переживание бесконечного стресса и многочисленных панических атак. Шифу медленно шёл по улице, направляясь в свои покои. Не хотелось ничего. Он не видел смысла жить, но зачем-то заставлял себя просыпаться по утрам. Всё же его ученики дороги ему. И пусть он не может это выражать. Услышав скрип дверей дворца, он остановился. В сердце будто что-то стрельнуло. Шифу медленно обернулся на источник звука.

Удар. В самое сердце.

Мастер словно под гипнозом не мог оторвать взгляд от По и Лингли, которые стояли в дверях. Он узнал это лицо. Пусть прошло почти тридцать лет. Рана внутри него всё ещё кровоточила. С каждым днём всё сильнее. Дыхание участилось. Волна шока накрыла мастера и не собиралась отпускать. — Дина?..— шёпотом бросил Шифу, прищурившись. Он не мог сдвинуться с места. Ноги уже практически были не в состоянии держать его тело. —Да..— также шёпотом и со слезами на глазах ответила Дина. Между ними расстояние было где-то метров семь, но они смогли услышать друг друга. Сердце девушки разрывалось на части. Тело также отказывалось двигаться, но она силой заставила себя сделать шаг вперёд. Она медленно приближалась к нему. К единственному родному ей человеку. Шифу медленно поднял руку, прикоснувшись к щеке дочери. Он не верил, что это происходит сейчас. К горлу подступил ком. Дина смотрела в глаза отца, полные усталости и боли. Когда слёзы водопадом хлынули из её глаз, она крепко обняла его, не выдержав больше такую бурю эмоций. По щекам Шифу также текли слёзы, а руки его крепко обнимали дочь. Оба они задыхались от слёз и не могли сказать ни слова. Словно боясь, что он вновь может потерять её, Шифу сильнее прижал к себе Дину. Этот момент, кажется, длился вечно. Шифу вытирал большими пальцами слёзы дочери, пытаясь успокоить её. В его глазах наконец зажглась искра жизни. —Тише, моя девочка.— наконец смог он сказать. Дина не могла успокоиться. И плакала всё сильнее. — Что болит? — Душа.— захлёбываясь в слезах, проговорила она. Услышав ответ, Шифу почувствовал ещё более сильную боль в сердце. Он вновь обнял её, поглаживая по голове. Дина уткнулась в плечо отца и продолжала плакать. Лишь через минут десять она смогла более менее успокоиться