выдуманный друг

***

      в их спальне по утрам царила тишина, дожидающаяся первых лучей. данила просыпался с рассветом, чтобы пропасть между ними для ильи ощущалась с самого утра.       звуки из открытого окна лениво кружили под потолком и давали повод открыться горящим янтарем сонным глазам. утро ильи начинается с ожидания того, чего не произойдет. они не просыпаются вместе, никогда. коряков не просил об этом, но очень надеялся, молчал и жаждал.       а на улице был легкий мороз, в воздухе стоял туман, мешающий ему взглянуть на мартовские улицы, даже сквозь открытое настежь окно. расстояние между ними тоже мешало. но, когда пелена сходила – даня сам оказывался рядом. илья находил такое поведение особенным, только для них, кашин же считал его просто глупым. влюбленных не судят, но не все здесь влюблены.       разочарованно поджав кусанную не раз губу, коряков заставил себя отогнать остатки сна и пройтись по известному пути к совсем маленькой кухне. он не знал, где сейчас даня, лишь одно – рыжий призрак обязательно вернётся. рано или поздно, когда будет совсем плохо или наоборот, так хорошо, что ему обязательно понадобится разбить эту радость. тоха ) Здаров! Мы с Максом ко второй завтра. Ещё твой тг у нас Денис просил, перваш такой с челкой белой, если встретишь сегодня то сами там попиздите ;) 1:33       коряков смотрел в телефон, что всю ночь заряжался на кухне. пару раз обновлял чат, больше по привычке, мало ли, тоха написал что-то после, а тупой интернет тормозит. антон, кстати, его лучший друг. после дани, естественно. ещё за сеть нужно будет закинуть со стипендии, и вообще провайдера поменять. ещё розетку в комнате поковырять, чтоб перед сном можно было ленту вк полистать. ещё чайник сейчас поставить кипятиться, раз телефон уже заряжен. ещё вспомнить этого дениса. ещё бы кашин дал о себе знать…       вышел из дома илья поздно, по меркам начала пары. метро забито, коряков проскользнул в самый конце вагона. но не к выходу, его задавят бабушкинскими чемоданчиками, которые очень нужны с утра пораньше и огромными рюкзаками школьников. зачем они так напрягаются? от одного взгляда на шестиклассника, на плечах которого портфель больше, чем он сам, илье становится страшно. это не упоминая полноватых мужчин, ругающихся на неудобные поручни, места и людей, наступавших им на ноги. будто ты чего-то другого ждал, когда заходил в метро. все они такие унылые. не такие, как… за два метра от себя парень видит кашина. на лице появляется легкая и совершенно искренняя улыбка. даже задевает одного из полных мужичков и сам становится причиной его очередного негодования. и как же ему насрать, когда их с даней разделяет всего секунда.       — ты тоже тут? – усмехается рыжий, снимая тёмные очки, в которых до этого отражался счастливый коряков — в уник?       — это я должен задавать такой вопрос, в уник! – шепчет илья и рукой опирается на поручень, ибо он тает сейчас, как и лёд в кофе сидящей рядом с даней женщины.       на станции в вагоне просто лавина из людей, норовящихся снести бедного студента и затоптать. говорят, конечно, что-то про свободное место и про придурка, мешающего потоку, но он не слышит. разговор с кашиным важнее их слов, даже, может, важнее адекватности. даня же говорит про музыку, что песнями бы занялся, что мечется от любви к «Oxxxymiron – Девочка Пиздец» до «Lida – Слёзки». отвлекается от своих рассуждений об андеграунде и «бля, ну всё равно хавать-то что-то надо» на людей, шипящих на корякова за излишнюю расплывчатость, будто места свободного пруд пруди. по коленке хлопает, приглашая, но илья головой крутит, смущается. странно, диалоги с воздухом ему пока не мешают. кашин закуривает. прямо в вагоне. глаза ильи улавливают каждую веточку дыма, сглатывает и открывает рот. женщина с растаявшим в кофе льдом странно смотрит на него.       — а если штрафанут? – голова кашина склоняется вправо в ответ на его попытку тихо задать вопрос.       — а если нет? кто-то же должен начинать, – рыжий пожимает плечами — давай со мной, компанию составь, ехать всего ничего.       шалость, вроде же, а корякову от неё голову сносит. даня не говорит ничего, лишь достает ещё одну сигу из пачки. взгляд у обоих затуманенный, и люди с их пустыми возгласами кажутся белым шумом. татуированные пальцы держат для него сигарету, почти мелькает огонёк дешевой зажигалки из Пятёрочки.       — молодой человек! – по шее ударяют сумкой, да так, что из рук ильи выпадает свёрток, тут же затоптанный чьим-то мокрым ботинком — с ума сошёл? народу сколько, а он покурить вздумал! ладно на людей всё равно, так о себе и о штрафах переживал бы!       бабулечка, давшая неплохую оплеуху, чуть его отрезвила. хоть не контралёрша какая-нибудь, они сразу орать начинают, даже если ты просто встал там, где ты стоять не должен, как ей кажется. илья поднимает взгляд на кашина, но рыжего и след простыл. только крутится под ухом «упс!» и усмешка его перед глазами. коряков нервничает.       — извините, простите! я это… не подумал, не посмею больше, не знаю как вообще в голову пришло и… – и илья выбегает из вагона за две станции до своей, лишь бы не оправдываться больше. есть за что, конечно, но он ведь не поджёг, вроде, да? — до свидания! здоровья вам! спасибо!       кричит напоследок и побыстрее к лестнице, потом ещё чуть-чуть, а там и эскалатор, и немного потом, и выход уже. сердце бьётся часто-часто, подышать не успеваешь, под ухом нашептывают, будто мантру, отдельные фразы про ссыкло и универ. а рыжего рядом и нет.