Утраченное знание

      Уютно устроившись в саду, Алина пила кофе. На столе перед ней лежали часы и карта, состоявшая теперь из двух частей, а еще книга профессора Лунга. Стол был накрыт для нее одной, но еды было слишком много. И, Алина, оценив свежие булочки и черничный джем к ним, не прикоснулась к остальному. Дул теплый ветерок, шевелил листья, солнышко поднялось уже достаточно высоко и ощутимо припекало, но Старкова не спешила уходить в дом.       Она встала поздно, ее никто не будил, не мешал ей, не торопил. Впервые за последние дни не нужно было никуда бежать, а можно было просто выспаться. Простыни приятно пахли свежестью, матрас и подушка были в меру жесткими, а в комнате было тихо. Старкова давно так хорошо не спала.       Не удивительно, что утомленная и поздним разговором, и событиями предыдущих дней, Алина встала поздно. Вежливая экономка сообщила ей, что господин Морозов и его гость отправились играть в теннис, и уточнила, где желает завтракать госпожа Старкова и что подать на завтрак. Алина так растерялась, что пролепетала нечто невнятное. Экономка понимающе улыбнулась и проводила девушку в сад, шестым чувством угадав, что Алине здесь понравится. Она окружила Алину такой заботой, что девушке стало неловко.       Среди цветов и деревьев, на свежем воздухе думалось лучше. А кофе у Александра был замечательный: ароматный и в меру крепкий, не кислый, с нотками карамели и лимона. Надо будет спросить милейшую экономку, что это за сорт такой.       Оникс следовал за Алиной по пятам. - Ты меня охраняешь? – с улыбкой спросила Старкова пса, – или охраняешь тайны этого дома от меня? Не переживай, милый, я специализируюсь на прошлом – настоящее меня интересует мало. Пес взглянул на девушку своими темными глазами и улегся прямо у ее ног. Алина смешливо фыркнула. - Я бы тебя погладила, милый, но без разрешения хозяина не могу. Это невежливо. Оникс едва слышно вздохнул, но не ушел. Так они и сидели в саду.       Алина вертела в руках часы: серебряные и действительно ничем не примечательные, кроме розы, выгравированной на крышке. Даже цепочка была без брелока, хотя такие часы часто украшались брелоками из эмали, например, с гербом владельца или знаком мастера, здесь же - ничего. Алина откинула крышку, блеснуло стекло, стрелки навсегда замерли, показывая пять часов пятнадцать минут. Может быть, значение имеет время?       Вчера Александр сказал, что не хочет портить старинное очарование этой вещи и чинить сломанный механизм. - Пусть всегда показывают это время, – пожал плечами мужчина. Он позволил Алине самой рассмотреть часы со всех сторон, убедиться, что ничем они не примечательны.       Но Старкова не привыкла так просто сдаваться. Потому сейчас сидела за столом и вновь вертела часы, открывала и закрывала, разглядывала линии гравировки, подносила к глазам, словно думала разглядеть, что есть, например, мелкий шрифт – ничего.       Рядом валялся блокнот с рисунками. Пытаясь отвлечься, Алина зарисовала часы и саму розу с крышки, знак магистра Ордена Беззвездного святого, розы сорта "Манора", которые цвели и у Александра в саду, немного любимых ирисов, набросала фигуру лежащего Оникса и едва удержалась от того, чтобы не нарисовать профиль хозяина дома. Глупо было отрицать, что Морозов ее волновал, сердце предательски сильно билось в его присутствии, и Алина сказала себе, что она просто смешна.       Старкова снова взяла часы в руки. - Не верю, – произнесла вполголоса, – что часы это просто часы. Заклинательница Солнца указывает на них, Эриньяк указывает на них, часы сделал Шефферд, и оба они были членами Ордена Беззвездного святого. Слишком много совпадений, Оникс. Пес приподнялся, повел ухом и снова положил голову на лапы, прищурившись глядел на девушку, которая налила себе еще кофе. - И книгу профессор Лунг подписал не просто так. Зачем так очевидно указывать на свою принадлежность к Ордену? Перстни магистров, знаешь, просто так не выдают. Я знаю его несколько лет, и никогда ни словом, ни делом он не показал, что имеет отношение к Ордену Беззвездного святого. Так ли случайно он обнаружил себя сейчас? Так ли случайно подарил книгу в то время, когда я получила кулон от Елизаветы? Или я начинаю подгонять факты под теорию, – Алина улыбнулась, – а я всегда опираюсь на факты, знаешь.       Девушка потянулась к книге. Такая же стояла у нее на полке дома, но Алина так ее и не прочитала, все не было времени. - Моей прекрасной коллеге и соратнице во всех начинаниях, – прочитала с выражением Алина, – соратнице во всех начинаниях, – произнесла задумчиво, – во всех начинаниях. Во всех.       У Елизавета была карта, которая явно когда-то принадлежала Александру Киригану или кому-то близкому из его окружения, у Елизаветы был секрет механизма орденской розы, который считался утраченным, и ее соратником был профессор Лунг, который, кажется, был одним из магистров Ордена беззвездного святого. Могла ли ее научный руководитель тоже состоять в Ордене? Какие тайны она хранила и почему доверила их Алине?       Старкова перевернула титульную страницу и замерла, дыхание сбилось на мгновение, все звуки отошли на задний план. Девушка осторожно коснулась пальцем букв, написанных простым карандашом, словно боялась, что это иллюзия, и они сейчас исчезнут. Елизавета очень любила писать карандашом, и почерк был, несомненно ее. Старкова пару мгновений тупо пялилась на совершенно невнятный набор букв: ФРЮРУГЫ       Алина взяла в руки чашку, вдохнула аромат кофе и уставилась вдаль, сощурилась. Это явно был какой-то шифр. На анаграмму было не похоже, не было смысла в слове, как бы Алина ни переставляла буквы. Быть может, дело не в самом наборе букв?       Старкова подставила к каждой букве ее порядковый номер в алфавите и получила набор цифр: 22.18.32.18.21.4.29. Книжный шифр, придуманный керчийцами еще в позапрошлом веке? Алина попыталась поискать в книге страницу и соответствующие цифрам строчки и слова. Но выходила какая-то бессмыслица, еще более странная, настоящая абракадабра.       Но эти буквы что-то значили! Елизавета написала их не просто так. Слово адресовано именно ей! Белова была уверена, что ее аспирантка сумеет разгадать шифр. Наверняка это что-то очень редкое и сложное, Елизавета любила трудные загадки. И эта скорее всего тоже не из простых. Алина снова посмотрела на буквы, перевела взгляд на цифры, откинулась на спинку кресла, закусив ноготь.       Если дело не в цифрах и в не в книге, в конце концов, в книжном шифре должно быть три цифры в ряду, а никак не семь. Слово из семи букв? Вариантов – миллионы! Алина постучала ногтем по столу, привлекая внимание Оникса, пес поднял голову и посмотрел в глаза Старковой. - Да, милый, это непросто. Но у Елизаветы, – улыбнулась, – никогда не было ничего простого. И пока твой хозяин намерен, очевидно, поставить на место Ланцова – но тут он ошибается, Николай великолепно играет в теннис! – я сижу тут и думаю за себя и за них обоих! – поняв, что скатывается в ворчание, девушка прыснула со смеху и осеклась, – стоп. А знаешь, – пробормотала Алина, – это может быть древнеравкианский шифр, который использовали в Ордене Беззвездного для передачи тайных посланий. Его создание приписывают первому Дарклингу. Но я думаю, что его поклонники готовы приписать своему святому все на свете, даже запуск ракеты в космос, хоть генерал Кириган умер давным-давно. Но вот беда. Нам нужен шаг. Цифра, на которую нужно сдвинуть буквы. Проклятье! – Алина выругалась.       И прищурилась недобро, глядя на две мужские фигуры, приближающиеся к ней. С удивлением обнаружила, что Александр самодовольно улыбается, а вот Николай выглядел не слишком счастливым. Оникс тут же подобрался и подошел к хозяину, который потрепал его за ухом и улыбнулся, когда пес вернулся к своему посту у ног Алины.       Девушка решила не акцентировать на этом внимание и повернулась к Николаю. - Ты что, – выгнула бровь, – проиграл? Ланцов бросил на Старкову мрачный и недовольный взгляд, заставив девушку развеселиться еще больше. - Ланцов, я поверить не могу, что ты проиграл в теннис! – захихикала Алина. - Могла бы и промолчать! – бросил ей Николай и сел напротив, самым наглым образом захватив ее чашку с кофе, осушил одним глотком. - О! Схватка была серьезной, – хмыкнула девушка и посмотрела на Александра. Тот улыбался с видом довольным и высокомерным. Старкова не могла вновь мысленно не отметить, как он красив, даже вот такой, встрепанный и раскрасневшийся.       - Итак, господа, – Алина поджала губы в притворном возмущении, – пока вы развлекались... - Ты спала! – возмутился Николай. - Как спалось, кстати? – подал голос Морозов. - Спасибо, прекрасно, – не сдавалась Алина, но глаза ее смеялись, – пока вы развлекались, – произнесла с нажимом, – я разгадывала шифр. - Что за шифр? – тут же заинтересовался Ланцов. - Елизавета оставила мне подсказку в книге, – произнесла Старкова, – я думаю, что это шифр Дарклинга, – скривилась, – но я не знаю, каков шаг. - Позволишь? – Александр протянул руку, и Алина отдала ему блокнот с записями и рисунками.       Николай же схватил книгу и попытался прочитать надпись, которую оставила Елизавета. Смешно вытягивая губы, он заунывным тоном прочел: - Фрюругы-ы-ы-ы! Что это за бред? И что еще за шифр Дарклинга? Алина и Александр переглянулись. - Считается, что шифр изобрел Дарклинг, но скорее всего это просто красивая легенда, – Александр поднял взгляд на Алину, – рисуешь? - Немного, – отозвалась девушка, – конечно, я не Ноэль Эриньяк, но что-то умею. Александр повертел блокнот, бросил взгляд на книгу. - Я не думаю, что это шифр Дарклинга, Алина, – покачал головой, – Елизавета не оставила бы тебе его без ключа. Чтобы его разгадать, нам нужен шаг, а у нас его нет. Я думаю, что это обратный шифр. Его часто использовали в Керчии, а Эриньяк... - Чтил свои корни, – выдохнула Алина, – ну, конечно!       Она буквально выхватила блокнот из рук мужчины и быстро написала равкианский алфавит, а затем второй строчкой его же, но в обратном порядке, на ходу объясняя возмущенному Ланцову, что такое обратный шифр. - Его придумали в Керчии еще до нашей эры, – говорила Алина, быстро выводя буквы на бумаге, – первая буква становится последней, вторая - предпоследней и так далее, самый простой шифр, который придумали еще в древности. Таким образом, ФРЮРУГЫ – это КОБОЛЬД. Вот так-то!- девушка победно улыбнулась Николаю. Ланцов, однако, ее энтузиазма не разделял. - Кобольд – это же мифический дух из старых фьерданских легенд, верно я помню, умники? – проворчал он, посмотрев поочередно на Алину и Александра, – и что нам это дает?       Алина растерянно поглядела на Морозова, он откинулся на спинку стал и с задумчивым видом вертел в руках часы, словно они могли дать ему ответы на вопросы. - Вообще кое-что дает, – медленно произнес Александр и посмотрел на Алину, – откуда взялись легенды о кобольдах? – спросил, словно экзаменовал. Алина хотела возмутиться, но отчего-то промолчала. Ей нравился этот взгляд. В нем было что-то темное, от чего перехватывало дыхание, от чего сердце начинало биться чаще.       Тряхнув головой, чтобы сбросить наваждение, таким простым движением напомнив себе, что им нужно разгадать загадку, Алина тихо ответила: - В южных областях Фьерды много шахт. Раньше были часты случаи обрушения, шахтеры говорили, что это злые духи – кобольды – шалят. - Верно, – кивнул Александр, – а еще при переплавке породы нередки были случаи отравления. Породы, содержащие кобальт, похожи на серебро, но при их переплавке образуются ядовитые летучие соединения. Фьерданцы винили в этом рассерженных горных духов, на чью территорию они вторглись без разрешения – кобольдов. Когда был открыт химический элемент, содержавшийся в породе, его так и назвали, кобальт – в честь горных духов. А еще, – хитро улыбнулся мужчина, – из хлористого кобальта можно сделать чернила, которые при высыхании исчезают.       Они замолчали. Было слышно, как шелестят листья, как где-то вдалеке проехала машина. Алина перевела взгляд на карту, лежавшую между ней и Александром. Если и есть какая-то скрытая от их глаз надпись, то она там, на оборотной стороне карты.       Посмотрел на карту и Николай, а потом громко произнес: - То есть нам надо нагреть карту? Прогладить ее утюгом? - Что?! – тут же всполошилась Алина, – нет! Ни за что! Это бесценная вещь, принадлежавшая, возможно, Александру Киригану! - Во всех шпионских детективах, которые я читал, – важно произнес Ланцов, совершенно не обращая внимания на возмущение девушки, – пишут, что невидимые чернила не обнаружить, если не нагреть бумагу – прогладить утюгом.       Беспомощно выдохнув, Алина посмотрела на Александра в поисках поддержки. И не нашла ее. Мужчина с задумчивым видом смотрел на карту, будто бы примерялся. У Алины, несмотря на теплый день, похолодели кончики пальцев. - Вы же не всерьез, – произнесла она, – это же... варварство, – скрестила руки на груди, – просто дикость! Нельзя гладить этот пергамент утюгом. Мы его просто-напросто сожжем. И тогда никогда не узнаем, что имела в виду Елизавета! - Если мы не попытаемся его нагреть, тоже не узнаем, – тихо произнес Александр, – Алина, – посмотрел серьезно, – подумай о том, что невидимые чернила оставил не Александр Кириган и не его супруга. Скорее всего они были нанесены уже позже, членами Ордена Беззвездного святого. Это было необходимо. И наши действия – тоже необходимость. - Всецело поддерживаю! – громко заявил Ланцов. Алина выдохнула неровно, закусила губу, умоляюще посмотрела на Александра. Он едва заметно дернул головой, а потом протянул руку и сжал ладонь Алины. - Тебе снова придется мне поверить, – едва заметно улыбнулся. От его руки распространялось вверх тепло, было приятно, и хотелось, чтобы Александр ее не отпускал. - Ладно, – зажмурившись, выдохнула девушка, – ладно. - И смотреть не будешь? – ехидно спросил Ланцов. - Я буду надзирать! – грозно взглянула на друга Алина. Глаза Николая смеялись. Он многозначительно посмотрел на руки Алины и Александра. И Старкова в который раз порадовалась, что почти не краснеет. ***       После обеда Алина и Николай остались в столовой, а Морозов куда-то исчез. - Будь осторожна, Пышка, – Николай серьезно посмотрел на Старкову. Алина ответила другу удивленным взглядом. - О чем ты? – приподняла бровь. - Ты же видишь, что он делает? – чуть подался вперед Ланцов, заглянул девушке в глаза, – я не верю, что не видишь, – произнес с нажимом и, так как Алина молчала, продолжил, – пытается очаровать тебя Старкова нервно рассмеялась, хотя, на самом деле, ей было совершенно не смешно. Она прекрасно осознавала, что вполне может влюбиться в такого, как Александр, как понимала и то, что такой, как он, даже и не посмотрит в ее сторону. - Не говори ерунды, – отмахнулась девушка, – зачем я ему? - Именно, Пышка, – кивнул Николай, – ты задаешь правильные вопросы. Зачем. У тебя есть вторая часть карты и книга Лунга. Ты умна и с легкостью разгадываешь загадки. Ты нужна ему, если он хочет найти Библиотеку Дарклинга. - Николай, – растерялась Алина, глядела на друга и не знала, что сказать.       Ланцов посмотрел на девушку долгим взглядом, нервно провел пальцем по столу, достал из кармана пакетик с орешками и протянул Алине. Девушка нервно отмахнулась. Ей не нравился этот разговор, а теперь не нравилось молчание Николая.       Алина задумалась о том, что цель их поиска, на самом деле, была чем-то между сказкой и городской легендой, то ли правдой, то ли ложью. Если библиотека и существовала когда-то, о чем говорили многочисленные документы той эпохи, то была безвозвратно утеряна. Время от времени появлялись то одни, то другие свидетельства якобы указывающие на местоположение библиотеки, но все они ни к чему не приводили. Да в начале прошлого века новая власть разрешила энтузиастам даже под Ос Альтой копать! Но в подземельях под Большим дворцом ничего не нашлось, кроме сырости, крыс и заваленных проходов. И парочки скелетов, наверное, таких же незадачливых искателей. Да, члены Ордена Беззвездного верили в ее существование, да, теперь Алина начинала подозревать, что ее научный руководитель была каким-то образом связана с Орденом, но предполагать, что карта приведет их к библиотеке Дарклинга, было бы антинаучно!       - Это антинаучно, Николай, – произнесла девушка и добавила уже более твердо, – у Александра тоже есть часть карты, а еще часы. И загадки он разгадывает не хуже меня. Слушай, – она подалась вперед, – давай признаем, что он нужен нам, а мы нужны ему. И пока мы держимся вместе. Нет нужды пытаться меня очаровывать. Меня очаровывают старые документы, но никак не Александр, – произнесла Алина, хоть и знала, что покривила душой. Николай скептически поджал губы. Он тоже знал, что Алина неискренна, но предпочел не развивать тему. Тем более что в столовую вошел Александр, неся в руках... фен.       - Так тебе будет спокойнее? – спросил весело, глядя на Алину. - Отчасти, – не сдавалась Старкова. Александр перевернул карту. Во рту у девушки пересохло. Слишком волнительным был момент. - Ладно, – произнесла себе под нос Алина, – ладно, – и сама взялась за фен, – я буду осторожнее, чем вы! В ответ Александр с усмешкой поднял руки, показывая, что сдается. Николай придвинул ближе к себе блокнот и взялся за карандаш.       Алина глубоко вздохнула и, включив фен, направила его на карту. Честное слово, она до конца не верила, что они что-то найдут на карте. А даже если найдут, она ведь не полная, значит, и шифр может быть не полным. И когда на пергаменте стали проявляться ряды ярко-синих цифр, чуть не выронила из рук фен.       Ошеломленная, обернулась к Александру, который стоял позади. - Не отвлекайся, – по губам мужчины скользнула едва заметная улыбка. Алина послушно кивнула и вновь направила горячий воздух на пергамент. От волнения у нее тряслись руки. Александр же, словно желая полностью лишить ее душевного спокойствия, шагнул ближе. Алина чувствовала его тепло, аромат его парфюма. У нее на мгновение закружилась голова. И только строгий взор Ланцова, словно заботливого старшего брата, привел ее в чувство. Сжав плотнее губы, Алина приблизила фен к пергаменту и начала диктовать цифры.       Когда они закончили, у них было десять рядов по три цифры в каждой. Это был книжный шифр. Но какая книга была для него ключом?