Они ушли
9 октября 2024 г., 19:01
"Выжимки из текста "Дневник Капитана" за авторством ***"
Да смилостивится Господь над нашими душами.
Сегодня мы начали постройку нашего Города. Генератор не работает. Ему требуется много угля и древесины. Уголь в приоритете. Для стройки самых базовых жилищ так же нужна древесина. Благо, возле Генератора ещё есть не разобранные ящики и кучи угля. И остались остовы каких-то зданий. Используем их для постройки базовых строений.
Приказал натаскать как можно больше дров. Часть людей начали сооружать пост добычи рядом с кучами угля. Эффективность упадет, зато люди будут меньше болеть. Одну палатку выделили под кухню - надо приготовить еду, хотя бы обжарить: сырое может привести к болезням. Поближе к удобному выходу из ущелья поставили охотничьи палатки. Несколько добровольцев вызвались выходить ночью на охоту. Зверь в округе ещё не должен был перевестись. Из оружия только острые деревянные и стальные палки. Кое-как удалось заточить.
Инженеры смогли соорудить одну мастерскую. Приказал им побыстрее начать исследования. Ресурсов катастрофически мало, а сделать необходимо титанически много.
Трудился вместе со всеми - рук катастрофически не хватает. Попросил детей помогать старшим - дело пошло малость поактивнее. Правда, родители сих славных созданий явно были подобным недовольны - легко можно пораниться, а уж в самых северных случаях - умереть. Ну, значит будут активнее следить за своими чадами.
К темноте собрали достаточно угля для включения генератора. И ночью же стали из палаток смотреть за работающим гигантом.
Смею надеяться, протянем какое-то время.
Печалит, что лишь пока.
Погода постепенно портится. Тучи всё больше и больше скрывают солнце. Ветер крепчает. Люди болеют.
Несколько палаток выделили под санитарные пункты. Холод в них такой же, как и в жилых, зато там оперативно лечат тем, чем можно. Порой - так, как нужно, хотя и нежелательно.
Если так пойдет и дальше, придется вводить закон об радикальном лечении. Ампутации никогда и никого здоровее не делали, но, видит Королева и сам Господь, другого пути я не вижу. Пусть люди будут недовольны, зато будет больше шансов выжить.
Инженеры умудрились создать маяк. Воздушный шар с прожектором. Не каменный, конечно, но свет в сплошной пустыне холода и тьмы видно хорошо. Используя его как ориентир, начали отправлять людей на разведку. В первую очередь - к нашим отставшим.
Также разработали систему выращивания трав. При помощи замысловатых устройств - паровых ядер - в одном здании, Теплице, могло прорастать какое-то количество морозной травы. Все не на одном мясе жить.
Дети теперь трудятся на безопасных работах. Теплица, кухня, санитарные палатки, мастерские, переносы почты и донесений - любая помощь пригодится. Видел даже парочку мужиков на охоте с детьми. Учеба всегда лучше, если это труд для рук и головы.
Разведчики нашли замёрзшее болото. Там было несколько сов. Удалось их приманить к нам в Город. Еда и тепло, которыми можно поделиться с такими же незадачливыми жителями этих земель - лучшие мотиваторы вместо голода и зимней стужи, царствующих здесь. Либо будут носить донесения, либо пустим их на еду. Пришлось делать отдельное здание. Детям понравилось.
Малые кучи припасов кончились. Рабочие сделали простые топоры и добывают замёрзшее дерево. А часть энтузиастов решила начать копать угольные шахты. Без стальных подпорок эти сооружения развалятся, но пока дело терпит.
Из-за прироста населения приходится ставить все больше палаток и экономить на еде. Можно было бы и бараки поставить, но для этого понадобятся мозги инженеров, а они сейчас заняты отоплением. А из еды у нас главное блюдо - пустой суп. Воды много, в ней и варим. Народ роптит, но понимает - иначе никак.
Надо выжить. Просто необходимо. Ведь никому, кроме нас самих, мы не нужны. Верно?
День 1
Начинаю вести этот дневник в ясном уме и трезвой памяти. Точка отсчёта - нахождение Генератора. Цель - создать описанную цепочку событий, дабы отслеживать изменения настроений в Городе. Тяжесть. Единое чувство на всех. Добраться до города смогли немногие - человек около сотни. Часть людей пришлось оставить - мы не смогли перевести всех больных и голодающих.ಠ_ಠ
Ночь после Великой Бури Город лихорадило. Почти тысяча человек отмечали счастливое окончание Великой Бури. Страшнейшее бедствие, кое предсказал и от коего погиб известный учёный Нансен, не смогло разрушить последний Город человечества. Введённые патрули кое-как справлялись с выпившими жителями. Толпа горожан в парах алкоголя могла влегкую разрушить то, что с трудом удалось выгрызать из лап холода и мрака Бури и Диких мест. И, вполне возможно, так и случилось бы. Ведь они выжили. Они имели право. Их заставляли работать даже в Бурю, чтобы запасы угля не кончались. Но перед ликом горожан вставало суровое щетинистое лицо главного патрульного Города. Человека, что собственными кулаками усмирял бунтовщиков перед Бурей, а после разносил наравне с своими патрулями и церковными служителями дерево и уголь. И гнев, резко вспыхивающий от алкоголя, так же резко затухал. А на его месте оставалась неприятная, вязкая и горчащая слюна. Ведь этот человек не пережил Бури. Хотя и сражался с ней, как и каждый в Городе.ಠ︵ಠ
День 7
Прошла уже неделя с тех пор, как мы оказались здесь. Радует, что никто не умер.ಠ ೧ ಠ
Доктора тоже праздновали знаменательное окончание Великой Бури. Вместе с уже не столь многочисленными пациентами. Многие пришли сюда во время Великой Бури. Страшное бедствие не оставило в спокойствии никого в Городе. Дома, итак утеплённые всем, чем возможно, стоящие возле Генератора и паровых центров и отапливаемые изнутри горящим углем и деревом, не спасали от лютой стужи и завывающего ветра. Люди толпами бежали в лазареты, надеясь найти у врачей спасение и шанс на выживание. И находили. Приходилось ютиться чуть ли не на головах, сидеть на полу и занимать столы - койки выделялись только для тяжело больных. Зато в тепле работающих паровых ядер и таких толп можно было чуть согреться и переждать бурю. А кто-то даже носил все это время выпивку из паба, лишь бы согреться и забыть про страшного «зверя» за окнами. Увы, не все доктора пережили эту ночь. Самый старый из них – англичанин с яркими немецкими чертами, – в один момент вышел на улицу набрать снега для растопки его на чистую воду. Снег дошел. Доктор нет. Его нашли утром после злополучной ночи. Он сидел возле порога выделенного ему в распоряжение лазарета, будто случайно уснул из-за бесконечной усталости. Иневая корка покрыла все тело неудачливого и старого врача и не спешила сходить – все же даже после потепления температура оставалась отрицательной. Тело доктора не стали оставлять на власть науки или перерабатывать в компост. Капитан весьма яро отзывался о подобных порывах. Вместо этого доктора похоронили на местном кладбище среди таких же не переживших злополучную Бурю.ಠಗಠ
День 16
Надежда. Великолепное слово. Чудосотворяющее чувство. И самая горячая адская цепь в душах людей. Рядом с нашим Городом должен быть расположен ещё один. Винтерхоум, аванпост учёных и разведчиков. С этого дня это слово для меня означает лишь острейшую боль в сердце. Ещё на пути к городу встречались странные объекты. Мертвая стоянка людей, замёрзших в огромном шаре плоти, будто пытающихся найти последние частицы тепла друг в друге. Небольшой аванпост выживших учёных и работников, отправленных в Винтерхоум, но так и не нашедших путь до города. И самое главное - огромный железный мост, который с ярым энтузиазмом вычищал автоматон. Огромная машина, готовая своим трудом заменить целую группу рабочих, просто расчищала мост от налетающего снега. Пришлось отправлять им в подмогу инженера. Нам бы очень пригодились силы такой машины. Особенно, если получится их воссоздать. Но вот группа дошла до Винтерхоума. Вернее, того, что от него осталось. Огромная снежная пустыня с остовами домов и взорвавшегося генератора. Винтерхоум пал. Единственное, что смутило разведчиков - очень мало тел было в городе. Даже если взрыв испепелил часть тел – что в принципе невозможно, тогда бы сгорели и дома возле Генератора, – то их было аномально мало. Но с приходом страшной вести среди людей Города началась паника. Если даже передовой город не смог выстоять в этих землях, что могли мы, беженцы из Лондона? Многие хотели отправиться обратно. Не понимая, что в таком случае ждёт только смерть. И я решил дать им цель. Её я видел в двух вещах, что сделали меня тем, кто я есть. Дисциплина и вера. Но каждый путь был ущербен, и я это понимал. Вера слишком быстро делала из обученных людей фанатичных ублюдков, готовых бежать навстречу костру по первому слову пастыря. Дисциплина превращала думающий народ в бездумное стадо, хотя и готовое почти к любым бедам. Чтобы выжить, подошли бы оба этих варианта. Но чтобы развиваться? Это ущербные пути. Пришлось импровизировать.ಠ益ಠ
Стихийный праздник не оставил в стороне и охотников. Суровые люди, путешествующие на «воздушных санях», отмечали окончание бури – а значит начало «сбора урожая». Из-за такой страшной непогоды многие дикие звери теперь оказались замёрзшими в снегу и льду. А значит их было легко забрать с собой для разделки на мясо. И эти суровые люди с благодарностью вспоминали их предводителя - бойкую даму с арбалетом за плечами. Именно она стала их «старшей сестрой», буквально выслеживая зверя. Именно она подала идею забирать молодых и здоровых медвежат и волчат для расплода. В суровом мире не могли выжить одиночки, а так у зверей появлялся шанс на выживание, пусть и под пятой у людей. К сожалению, сия сиятельная дама отошла от дел. Буквально после новостей из Винтерхоума она ушла из охотников, став работать в местном пабе. И многие бы пошутили, чем именно она зарабатывала свою миску супа. Но как-то не хотелось оказаться с простреленным коленом и вилкой в ладони. А уж как эта дама справлялась с ножом... Интересно, что с ней стало после Великой Бури?(ノಠ益ಠ)ノ
День 24
Лондонцы пали. Без единой капли крови. Поначалу все шло относительно мирно. Была построена деревянная церковь, в которой пара человек христиан проповедовала об испытании людскому роду. Параллельно вводились патрули, следящие за порядком. Дозорные вышки, используемые ещё и как метеостанции; небольшие молитвенники, где оставлялись пожелания для меня от граждан и наоборот... А потом начались проблемы. В первый раз были исписаны стены оскорблениями в мою сторону. И я бы понял, если бы были исписаны они у новеньких зданий. Да даже мой «кабинет». В конце концов, это логично. Но чем бараки-то неугодили неугомонным?! Патрули стали активнее бегать по улицам, а надпись стёрли. Во второй раз были исписаны стены уже призывами выдвигаться в Лондон. Зачем они писали на стенах паба, я не понял. А как только была отправлена команда на уборку безобразия, патрульные поймали несколько малолетних шалопаев. Уже не детей, но ещё не взрослых. Попинали их для приличия и отправили по домам. В третий раз Лондонцы попытались напасть на склад с едой. Поймали с поличным несколько человек и посадили их в «тюрьму» - самый плохо отапливаемый барак на отшибе города, но подальше от вольеров со зверем. В последний раз, который уже пресек лично, они попытались вызвать весь город бежать отсюда. И услышали мои оскорбления в их адрес. Их родные пожертвовали своим имуществом, своими идеалами и целями, своими жизнями – чтоб все эти люди имели шанс выжить. Куча незнакомых людей, инженеров, офицеров, просто рабочих, умерли по пути сюда, чтобы дать нам мотивацию построить здесь новый дом. Да даже сама королева Виктория, да благословит Господь её имя на Небесах, отдала всю себя, чтобы дать людям шанс спастись. И вот такой черной благодарностью хотят отплатить Лондонцы?! Отправиться в пустошь, коей стал Лондон?! Убив ещё больше народу, чем полегло по пути сюда?! Народ меня услышал. Народ сам вытолкнул ко мне Лондонцев. Сломленных, понимающих, но не способных и не желающих отступить. Но я не был к ним жесток. Или милосерден. Несколько пайков в руки – и выпнуть по пути охотников. Если так хотят уходить, пусть уходят. Их тут терпеть за такие переживания не будут. Пусть спасибо скажут, что я не спустил на них ни медведей, ни волков. Охотничьи инстинкты разбудить, ага.(╬☉д⊙)⊰⊹ฺ
Инженеры, работающие на довольно деликатных и слишком капризных к человеческой руке работах тоже хотели бы отпраздновать окончание Великой Бури вместе со всеми. К сожалению, они понимали довольно простую истину. Подвыпивший народ, который даже стражей и служителей веры не воспринимали как фактор опасное, могли и с кулаками полезть на новоприбывших. Так что инженеры собирались в специально открытых полевых кухнях. Они были меньше, чем стандартные кухни, зато подавали пищу горячую и сытную. А сейчас, чувствуя настроение, царствующее возле Генератора, даже выдали небольшие стопки спирта. И пусть инженеры не были со всеми рабочими на одних работах большую часть времени, они тоже рассказывали байки. Да взять хотя бы новичка – инженера, слишком уж заинтересованного в автоматонах. Как только начался стабильный выпуск сих машин, он выпросил у Капитана одного из них для апргрейда. Три дня копался в нем. Докопался до состояния нестояния – автоматон не встал. И пошел просить паровое ядро. Что же, ядро он получил. Но судя по чуть кривящемуся лицу и бешенному взгляду, бесплатно ему это не обошлось. А на следующий день автоматон таки встал. И даже более того, стал работать гораздо эффективнее своих собратьев. На что Капитан ответил более чем справедливо: - Расточительство. Два ядра на один автоматон, который работает едва лучше обычного. Скромнее надо быть, товарищи. После ухода молодой инженер передал слова Капитана ещё более лаконично и в типичной для инженеров форме. «Вы охуели с запросамм. Затянули ремни потуже и пошли нахуй». И ведь нашел таки прохвост способ повысить эффективность. И даже более того, постройка этих машин стала менее ресурсозатратной. С тех пор инженера в шутку свои же стали звать Прохвост. А после бури вообще хотели ему чуть ли не памятник поставить. Увы, посмертно.(ʘ言ʘ╬)
День 26
Теслоград. Никогда бы не подумал, что в такую даль заберёмся не только мы, но и америкашки. Причем реально даль – чего им не сиделось на своем континенте, я не понимаю. Правил городом некий Никола Тесла. И если судить по описанию очевидцев, это был поехавший головой на почве эффективности учёный. Настолько поехавший, что выпнул из своего города всех стариков, детей и инвалидов с простыми протезами. Коих я решил приютить – лишние рабочие руки всегда пригодятся. Что же, сумасшествие ученого Теслы было подтверждено наглядно. Весь город окутывали молнии, которые не пропускали ни снег, ни людей. Каким образом разведчикам удалось попасть в город, я не понимаю, но купол был отключен. И там же мы нашли огромные заводы по производству паровых ядер. Я уж было хотел отправить туда наших провинившихся бунтовщиков, но меня вовремя одёрнул лейтенант. Держать заключённых на важном предприятии и подальше от моей руки - явно не самая здравая идея. Так что в ту сторону выдвинулась группа учёных и работников, забрать все ценное что можно, а что нельзя - припрятать до лучших времён. Заключённых, кстати, отправили на «оздоровительные работы» – строить дома, если говорить простым языком. Мало кому хотелось жить компанией в 10 человек в одном здании, даже если так теплее. Естественно, без проблем данное решение не обошлось. Потому рядом с ними всегда были дежурные, да и обычные строители – на случай, если у них от холода и голодовки совсем крыша поедет. Для лучшей мотивации был поставлен ультиматум. Построить один небольшой квартал таких домов. Справятся – будут оправданы и отправлены на нормальные работы с возвращением всех благ цивилизации. Не справятся – что же, кладбище не просто для красоты строили. Тем более, что из этого самого Теслограда пришла неприятная новость. Что-то приближается. Что-то опасное. Что-то огромное. Что-то... Голодное и живое.(ノ｀Д´)ノ彡┻━┻
Одними из тех, кто не праздновал, были шахтеры. Во время бури все довольно долго выстраиваемые угольные шахты были порушены злобной стихией. Из-за тепла, вырабатываемого работающими людьми и машинами, все подпорки стен покрылись конденсатом, который замёрз в Бурю, приведя к разрушению шахты. Так что сейчас работники разгребали завалы, пытаясь найти когда-то прокопанные коридоры. К тому же, во время Бури ещё оставалось несколько работников. Пусть капитан в целях сохранения жизни рабочим силам отправил работать на шахты автоматонов, за каждым из них должен был стоять человек, контролирующий работу. Одним из таких людей был самопровозглашенный «Капитан шахт». Суровый мужик в черной от угольной пыли одежде и с давно почерневшим от этой же пыли лицом остался рядом с одной из шахт. Не справился с управлением машиной и оказался в снегу с переломанной рукой. Подняться уже не смог. Шахтеры, в дань уважения «Капитану шахт» решили его и похоронить рядом с шахтой. Выкопали кирками яму в мёрзлой земле, положили внутрь тело, а сверху присыпали той же землёй. А крестом послужил простой переплавленный кусок металла.(┛◉Д◉)┛彡┻━┻
День 32
Буря приближается. К нам начали прибывать беженцы. Возможно, это из других поселений. Возможно, это ещё люди из Лондона. Увы, я не имею понятия. Но факт остаётся фактом. Наш город резко пополнился на несколько сотен голов. Рабочая сила всегда пригодится, особенно когда необходимо запасать уголь с едой и строить укреплённые к морозу строения. Отчего стала моя головная боль только острее. Инженеры хорошо поработали, и создали планы дешёвых в производстве и быстрых в строительстве домов для проживания и работы. А ещё они модернизировали маяк. Что же... Буря нас ждёт поистине Великая. Как будто гнев погибших при переходе сюда людей наконец обрёл свою форму. Шахты работают на износ. Угледобытчики возле них добывают едва ли меньше. Мороженое дерево пережигают в уголь. Производство стали временно сократили – не до того сейчас. Сухпайки запасаются на складах. Доктора запасаются терпением и спиртом, а также сухими полотнами. Нас ждёт суровое испытание. И, да прости меня королева Виктория и сам Господь, его не все смогут пережить. Патрули теперь ещё выполняют роль быстрой помощи и доставки припасов. Людям буквально на дома приносят дерево, уголь и еду. Зверь уже буквально к нам бежит. Медведи немного бушуют, но своих от нас отгоняют. Или грызут – и наши склады пополняются едой. Земля в теплицах начинает промерзать. Недолго им работать осталось. Отправил последние отряды по следам Нансена. Вдруг этот проныра оставил чего полезного. Хоть припасы, хоть чертежи. Не могу спать уже третьи сутки. В приближаемся ветре я слышу голоса. И это явно не испуганные крики граждан города, который мы построили чуть ли не за месяц. Тут нечто... Иное. Куда как более опасное.(ﾉ°_o)ﾉ⌒┫ ┻ ┣ ┳
Ещё одним уголоком спокойствия от стихийного праздника стала церковь. Вернее, не сама церковь, а её старшая версия, храм. В данный момент молящиеся люди оплакивали смерть ещё одного человека, погибшего в ночь Битвы с Дьяволом. Епископ умер. Мужик высокого морального духа, железных нервов, стальной терпимости и звучного, но успокаивающего голоса погиб в эту ночь, как самый обычный человек. Сидя на коленях перед алтарем, одинокий, единственный вечный гость храма даже в роковую ночь, но молящийся за благополучие Города. Что же, Бог услышал молитвы священника. Буря отступила, обнажая натуру измученного длинным сражением с самим Дьяволом Города. И, на удивление многих неверующих, Город действительно оказался цел. По большей части. Несколько зданий заледененоло. Несколько людей погибло в том числе и Епископ. Но самое главное – погиб их дорогой Капитан. Пусть он не появлялся в церкви ежедневно, но на молитвах он был регулярно. Пусть он был патриотом старого мира Хаоса, он приближал как мог царство Порядка. А значит, с его одобрения, можно закончить то дело, что он начал, и наконец привести в мир живую Веру.┬──┬◡ﾉ(° -°ﾉ)
День 46
Я не жилец. Слишком долго я бегал от этой мысли. Непозволительно долго. И ровно столько, сколько должно. Я всю бурю слышу эти чёртовы голоса. И это явно не голоса людей. Люди сидят по домам, в окружении семей; сидят, обогреваясь от тепла огня в доме и паровых центров; сидят, зная, что Капитан их защитит от всего. Не защитит. Просто не сможет. Я уже труп. Только один шаг меня отделяет от этого состояния. И я этот шаг сделаю. С Маяка пришло сообщение. Близится конец Бури. Конец, несущий как надежду на будущее, так и непозволительно широкую пропасть к этому будущему. В последнюю ночь температура опустится аномально низко. 150 градусов ниже нуля. Дома, утеплённые изнутри, станут ловушками для их жильцов. Пищевые пайки, которые не успели съесть, станут льдом и раскрошатся как снежные скульптуры весной. Кто-то умрет. И этим кем-то буду я. Это моя последняя запись. Тот, кто будет после меня – закончи это дело. Дострой Город, несущий гордое имя Спаситель. Я сделал все, что мог. Да славится в века имя королевы нашей Виктории и Господа нашего Владыки! Яков Родион Эддис 1887 г. н. э.(┛❍ᴥ❍)┛彡┻━┻
Не праздновал в этот день ещё один человек. Взрослый мужчина, что стоял на таком маленьком кладбище, оплакивал смерть своего ребенка. Его дочка, свет очей для потерявшего при переходе через океан жену, последовала пути своей матери, пусть и неосознанно. В самом начале бури она вышла из города. То ли навстречу надвигающейся опасности, то ли в попытке спрятаться в самом её центре. Он тогда прибежал на порог генератора, прямо к Капитану. Суровый мужчина, что отвечал за порядок и процветание всего города, сделал не причитающийся ему поступок. Он должен был как-то успокоить беспокойного отца. Должен был позвать охрану, чтоб они выкинули вторженца прочь. Вместо этого он отдал ему сумку с запасом еды и указал на сани охотников, что в бурю не выходили на охоту. И пожелал ему только одного. - Молись. И вот отец, превозмогая себя, шлёпал за своей дочерью, в самое сердце бури. И ведь нашел! А как нашел, сразу вернулся в Город... Чтобы там узнать, что его дочь уже мертва. Он притащил в город начавший замерзать труп ребенка. Убитый горем отец хотел накричать на главного доктора. И с удивлением обнаружил, что и тот стал жертвой Бури. После он решил похоронить свою дочь, как подобало – на кладбище, пусть и не в родной земле, но в руках отца. И там же, на том самом кладбище, он нашел и других людей. Многих он не знал, но одна плита стояла будто в самом начале могильника и кричала о своей несправедливости.Капитан города Нью-Лондон.
Капитан однажды - капитан навсегда.
И вот отец стоял на могиле своей дочери и молча оплакивал свою потерю. Ей эпитафию он вырезал на досточке, ножом.Мария Луиз Иваари В самое сердце. До самого конца.
В городе меж тем начиналась какая-то суматоха, но убитый горем отец этого не слышал. Он стоял перед могилкой своей дочери, на коленях и в снегу, и просил благополучия и покоя для его дочери.ಠಿ_ಠಿ
Вы были кучкой беженцев, спасающихся с тонущего корабля.(Довольно точное описание, морозное склизкое чудовище)
80 человек. Никакой еды. Никакой цели. Старые привычки.(А, нас так мало было? Удивлён)
Вы использовали детей. Вы затянули пояса всем, до кого дотянулись. И пустой суп стал вашей едой.(Лондонец однажды – лондонец навсегда)
Каждый день вы боролись. Вы приспосабливались.(Учились у лучших, почему-то живой морепродукт)
Ты ввел вечерние молитвы. По городу ходят вооруженные патрули. В палатах лазаретов лежат толпы больных. Люди работают по 14 часов в сутки. И ты считаешь, это было необходимо?(Повторись эта ситуация, я бы сделал ровно так же)
Ты ввел в городе две противоборствующие силы. Даже четыре, если посмотреть с твоей точки зрения. Ты знаешь, к чему это приведет. И ты готов пожертвовать всем своим трудом?(Более чем, кисельное бесхребетное. Ведь с падением старой власти придет новая. И уж тебе ли не знать, как порой живучи люди, даже в самых суровых реалиях мира)
... Да будет так, Капитан.(Да будет так, Владыка)
