Ты не плохой отец, Войд.

Открыв глаза.. Нет, вернее еле как отворив веки, мужчина томно поднял взгляд на потолок, тело слабо, двигаться.. Нет, совсем не сможет. Было вероятно уже около вечера, сон.. Пошёл ему хоть на какую-то пользу, но сейчас, он не может даже пошевелиться. Вздохнув, Войд пребывал в небытие, где-то между реальностью и явью. Слишком запутанно и сложно, очень.. Не легко описать это чувство. Это когда ты еле открыл глаза, но тело так и не проснулось, всё словно онемело, устало, ты не можешь двигаться, даже веки как-будто налились свинцом.. Взгляд очень уж размылен и неясен. Голова пуста, сложно даже думать, хочется вновь провалиться в сон, но не можешь. Тебе может что-то мерещиться, звук, прикосновение и всё в этом роде. Хотев только вновь прикрыть глаза, инспектор внезапно ощутил.. Прикосновение? .. Что это? .. Оно.. Очень.. Очень... Мягкое? Словно тот человек знал что случилось у мужчины.. Аккуратные руки парня переложили голову Войда к себе на бёдра. Внезапно раздался слабый, томный и тяжёлый как метал голос, иронично.. Метал.. —Кто ты..? -еле спросил черноволосый, смотря своими как ясный аметист, словно космос глазами на эти белые и нежные ручонки что так бесцеремонно трогали голову почти самой главной шишки в Империи. Парень тихо улыбнулся, его улыбка не была видна высокому мужчине, как и само лицо. Его каштановые волосы, белая кожа, эти нелепые голубые очки с чёрными солнцезащитными стёклами.. Шарфик в клетку.. Ох.. Форма комиссара, его белая кофта поверх.. Его певчий, не менее тихий голос раздался в кабинете. —Дейв. Комиссар Дейв.. -руки лололошки не спешили трогать смуглого, особенно без его хотя бы какого-то согласия, даже волосы, какое уж там лицо. Не смея прикасаться, Ло оглядел мужчину, всё так же находясь вне его поле зрения. —Комиссар?.. Вы.. Вы были на допросе.. Агх.. Вот же.. Вновь, вновь последствия этой "человечности".. -грубо, холодно и не менее тяжко проговорил инспектор, его это.. Только убеждало в том, что люди очень даже отвратительны. Пощадив всего одного несчастного человека, тот воткнëт тебе нож в спину. Его предал пусть и не родной, но всё же сын.. "Любимый" Наблюдатель.. —Человечности? Ах.. Так, вы называете проявление любви к семье, друзьям.. Вы удивительный человек. Инспектор. -лололошка медленно коснулся лба темноволосого, уже не обращая внимание на этикет и соглашение к прикосновению, аккуратно и нежно поглаживая теперь уже по волосам, комиссаришка улыбался, теперь уже склонившись над лежащим. —Просто.. У вас слишком разные взгляды с вашим приёмным сыном. Вы можете дальше пытаться вбить ему в голову "любовь к империи" Но... Не пытайтесь, лучше, сражайтесь уже до конца. Мистер Войд. -Не прекращая мягко улыбаться, другой свободной рукой провёл пальцами по небольшой щетине у лежащего, чувствуя эту твёрдость и жёсткость. —Нет.. Эта "человечность".. Затмила ему голову.. Я должен.. Нет.. Обязан выбить эту дурь..! -он попытался схватиться за огнестрельное оружие, но не смог, слишком слаб. А грудь так и болела из-за пули со снотворнымснотворным которую впустил Кавински в него. —Мистер Войд.. Не делайте лучше резких движений, но.. Пока что, самое время задуматься о других, более важных вещах. Разве вы прямо сейчас хотите тратить время этого разговора на обвинения Калеба? -не прекращая, он смотрел на "старшего" Мужчину, пока сам же, он глядел бездонными глазами в потолок, изредка переводя взгляд на огромные панорамные окна которые уходили в самый пол. Неожиданно, "раненого" Озарило.. Опустошение.. Его будто приложили хорошенько по голове, дали глотнуть свежего воздуха.. Впервые, за столько чертовых лет.. Он.. Почувствовал влагу на глазах, готовая скатиться по лицу и раствориться в небытие. Моргнув, Инспектор прикрыл глаза на половину и теперь, уже не злился, он.. Винил себя. Ему было жаль. Совсем немного, но пока это лишь осознавание всего. Его пронзительный, всё такой же холодный как лёд голос, увы уже не такой твёрдый как сталь и непоколебимый как сам Войд, голос дрогнул. —Я ужасный отец..? Дейв.. Ответь.. -лёжа на бедрах у мальца, старший с неким.. Замешательством смотрел на Лололошку, спрашивая. Его по детски наивные глаза, словно смотрят на мать и задавая вопрос, до ужаса наивный, глупый и элементарный. Но матушка ответит на него, улыбаясь и поглаживая сына по головке, иногда хохоча от его ужас как заинтересованного личика. Но.. Что такое мать..? Что такое мама? ЧТО ТАКОЕ МАМА?.. Правильно, войд никогда не испытывал любви ни материнской ни отцовской. Не имел родителей от слова совсем. А единственный кто его подобрал, обучал его. Но.. Что такое любовь? Как это? Как её проявлять? Что с ней делать? Как её чувствовать? Кто даст ответ?.. Мама..? Где она была..? Кто она..? Тяжёлый вздох войда разнесся по кабинету.. Странное чувство накатило его, как будто облили холодной водой..? Но.. Что это..? Такое ноющее и болезненное.. Как вдруг раздался вновь голос, зовущий его. —Инспектор. Вы не плохой отец, вы не знаете как показать. Любовь. Это.. Нормально.. -ответил лололошка и погладил по волосам войда, успокаивая его и возвращая в явь. —Но калеб.. Он... Же ненавидит меня..? -тихо прошептал низким тоном войд, его влага на глазах наворачивалась и стала тихо стекать по виску. Его эмоции впервые были такие живые.. — Нет. Вы просто не знаете как проявлять эмоции. Ты не плохой отец. Войд. Голос словно бил в виски, ему сложно слышать, слушать.. Он сосредоточен на лице мальчишки.. Но.. Всё равно плохо видит.. Но отчётливо видны лишь губы, мягкие и ярко персиковые.. Самая запоминающаяся черта.. Слегка кудрявые каштановые волосы, и.. Его глаза. Бездонные, чёрные. Как смоль, как уголь. Глубокие и красивые глаза. То, что войд никогда не забудет в жизни больше никогда. Его.. Его глаза.. Парень неспешно перестал наклоняться и теперь, лишь с умиротворение смотрел на мужчину, или редко переводя ленивый взгляд на вечернее окно, там, уже была видна луна. Она ярко светила и озаряла город.. Ох.. Как красиво.. Мужчина же на удивление был... Спокоен? Впервые... Ни злости.. Ни усталости.. Словно где-то во сне.. Он.. Даже не чувствовал тяжёлый метал который был вживлëн как имплант. Те, множество трубок, металла, винтиков и гаек, которые ощущались в весе даже когда он лежал.. Как.. Легко? Теперь да.. Впервые. Спокойно.. Только дыхание их двух что разрушало мертвую тишину. Его фиолетовые как космос глаза глянули на окна и вправду, красиво. Медленный, успокаивающий тон раздался от младшего мальчишки. —Ты не плохой отец. Войд.