Семь минут: Запертые в Тени

      Гарри, Рон, Джинни, Гермиона, Луна и Флёр сидели кружком на мягком ковре перед камином, когда Луна с мечтательной улыбкой предложила:       — А давайте сыграем в бутылочку?       Её голос раздался в тишине, нарушив тихое потрескивание огня. Рон с подозрением прищурился, не ожидая от Луны ничего предсказуемого.       — В бутылочку? — переспросил он, нахмурившись. — Мы что, опять на первом курсе?       — Не будь таким скучным, Рон! — Джинни уже взяла в руки пустую бутылку и вертела её в руках с озорным блеском в глазах. — Это весело, и нам ведь нечего терять, правда?       — Только свою гордость, — проворчал Рон, складывая руки на груди, но его слова утонули в общем смехе.       Гарри нервно глянул на Джинни, но она только игриво подмигнула ему.       — Ладно, давайте уже начнём, — сказал Гарри, явно стараясь не выглядеть слишком серьёзным.       Он наклонился к бутылке и сделал первый поворот. Та закрутилась, мелькая по кругу, и все затаили дыхание. Медленно вращение замедлилось, и вот она указывает прямо на Джинни. Комната наполнилась тихим хихиканьем.       — Ой, какая неожиданность! — с притворным удивлением произнёс Рон, закатив глаза. — Кто бы мог подумать?       — Рон, заткнись, — пробормотал Гарри, его уши покраснели так же, как и щеки Джинни.       — Ну что, Гарри? — Джинни встала с места и, не скрывая улыбки, направилась к шкафу. — Семь минут, как договаривались.       Она открыла тяжелую деревянную дверь шкафа и посмотрела на Гарри с вызовом в глазах. Он, не отрывая взгляда от пола, неловко встал и, сделав глубокий вдох, пошёл за ней. Остальные захихикали, когда дверь за ними закрылась.       Рон шумно выдохнул, словно сам только что вышел из шкафа.       — Ну, давайте быстрее, чтобы мы не сидели в этом неловком ожидании. Как будто это их первый раз, — проворчал он, но Луна, как всегда, ответила с мечтательной ноткой в голосе:       — Иногда ожидание делает всё намного интереснее...       Спустя пару минут дверь шкафа приоткрылась. Гарри и Джинни вышли, оба выглядевшие так, будто только что побывали под заклятием смущения. Щёки у обоих были ярко-красными, словно кто-то наложил на них заклинание "цвет лица". Гарри не знал, куда девать руки, а Джинни невинно хлопала глазами, стараясь не рассмеяться.       — Ну, как там в шкафу? — с сарказмом спросил Рон, прищурив глаза. — Тесно, да?       — Ничего особенного, — быстро ответила Джинни, стараясь не встречаться с ним взглядом, но её лицо уже выдавалось её. Все засмеялись.       — Ладно, ладно, хватит, — нервно пробормотал Гарри, и, чувствуя, что это заходит слишком далеко, уселся обратно на своё место. — Давайте дальше играть.              Теперь бутылку крутила Гермиона. Все молча наблюдали, как бутылка вращалась по кругу, скользя по ковру, и каждый думал, на кого она укажет в этот раз. Когда она начала замедляться, все слегка наклонились вперёд.       Бутылка остановилась, указывая прямо на Флёр. В комнате повисла пауза. Сначала никто ничего не сказал, затем Рон сдвинул брови, явно недовольный неожиданным поворотом.       — О-о-о, — протянула Джинни с усмешкой, оглядывая всех вокруг. — Это уже становится интереснее.       Гермиона, почувствовав, как внутри всё сжалось, взглянула на Флёр. Та с привычной самоуверенной улыбкой подняла бровь.       — Шкаф? — переспросила Флёр, её голос был мягок, но в нём было что-то игривое. — Пожалуйста. Мне не привыкать к таким играм.       Гермиона пыталась скрыть смущение, но на её щеках появился легкий румянец. Она встала, чувствуя, как её сердце бьётся быстрее, и прошла к шкафу следом за Флёр. Остальные наблюдали за ними с явным интересом. Рон мгновенно вскочил с места.       — Подождите! Что за... Это нечестно! — воскликнул он, его лицо стало ярко-красным от возмущения. — Почему это Гермионе досталась Флёр?       — Что ты предлагаешь? — Джинни насмешливо посмотрела на него. — Перекрутить бутылку?       — Да! Перекрутить! Или... Или хотя бы установить правила. Это уже перебор!       — Правила? — Луна чуть склонила голову, словно задумавшись. — Не думаю, что в бутылочке нужны правила, Рон. Это же случайность.       — Это не случайность! — продолжал бушевать Рон, его руки махали в воздухе. — Это издевательство надо мной!       Джинни хлопнула его по плечу.       — Успокойся, Рон. Это всего лишь игра, и они проведут в шкафу всего семь минут.       — Семь минут — это целая вечность! — с отчаянием в голосе выкрикнул он, когда за Гермионой и Флёр закрылась дверь шкафа.       Луна, смеясь, мягко похлопала Рона по плечу.       — Ты слишком много думаешь, Рон. Расслабься.       Рон только яростно замотал головой, не зная, куда деваться от накатывающего чувства беспомощности.              Как только дверь шкафа за ними закрылась, в тишине стало слышно лишь их дыхание. В шкафу было темно, тесно, и воздух казался чуть тяжелее, чем в гостиной. Гермиона почувствовала, как её сердце бьётся так быстро, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Она сделала глубокий вдох, стараясь не показать своего волнения, но внутри неё всё клокотало от смешанных чувств.       «Что мне делать?» —мысленно спросила она себя, не решаясь встретиться с Флёр взглядом, хоть это было практически невозможно в этой кромешной темноте.       Флёр стояла рядом, чуть ближе, чем следовало бы. Она тоже молчала, но Гермиона могла чувствовать её присутствие: тепло её тела, лёгкий аромат её духов — свежий, как морской бриз. Каждое мгновение в этом тесном пространстве тянулось бесконечно долго, и Гермиона не знала, как поступить.       Флёр нарушила молчание первой, её голос был чуть громче шёпота, но казался таким уверенным:       — Ну, Гермиона... Ты всегда такая серьёзная. Даже в такой момент?       Гермиона неловко засмеялась, чувствуя, как её щеки вспыхивают от смущения.       — Я... просто... не знаю, что сказать, — честно ответила она, делая шаг в сторону, но пространство не позволяло ей уйти далеко.       Флёр чуть придвинулась ближе, и Гермиона ощутила, как лёгкий холодок пробежал по её спине.       — Ты такая милая, когда смущаешься, — сказала Флёр, её голос был теперь ещё тише, почти шепот.       Гермиона не знала, что ответить. Это было слишком неожиданно, слишком близко. Она чувствовала, как её дыхание стало сбивчивым, и не знала, куда деться от этого нарастающего напряжения. Ей было не по себе, но в то же время она не могла отрицать, что в этом был какой-то особый момент — почти магический.       — Ты... ты меня смущаешь, — призналась Гермиона, не в силах сдержать лёгкую улыбку.       Флёр тихо засмеялась, её смех был нежным и успокаивающим.       — Не бойся, chérie. Это всего лишь игра, — Флёр произнесла эти слова, но в её голосе звучала насмешка, будто она знала, что игра давно вышла за пределы простого развлечения.       Молчание вновь повисло в воздухе. Гермиона почувствовала, как Флёр осторожно прикоснулась к её руке. Их пальцы соприкоснулись, и Гермиона замерла, не зная, как реагировать. Внутри неё разгорелось что-то новое — что-то, о чём она даже не задумывалась до этого момента.       — Я всегда восхищалась тобой, Гермиона, — неожиданно призналась Флёр. — Ты такая умная, решительная... И в тебе есть что-то, что я... нахожу невероятно привлекательным.       Гермиона не знала, что сказать. В горле пересохло, и ей стало ещё труднее дышать в этом замкнутом пространстве. Она всегда воспринимала Флёр как сильную, харизматичную личность, которая привыкла быть в центре внимания. Но сейчас, когда Флёр говорила с ней так искренне, она почувствовала, что между ними возникло что-то большее.       — Я не ожидала этого, — тихо произнесла Гермиона, её голос был чуть дрожащим.       Флёр медленно подвинулась ещё ближе, и теперь их лица были так близко, что Гермиона могла чувствовать тёплое дыхание Флёр на своих губах.       — Иногда лучшие моменты — это те, которых не ожидаешь, — прошептала Флёр, и в её голосе звучала мягкая уверенность.       Гермиона застыла, и на мгновение время, казалось, остановилось. Всё вокруг исчезло — больше не было игры, не было друзей, ожидающих их снаружи. Было только это темное, тесное пространство, где каждое слово, каждое движение имело значение.       Флёр смотрела на неё, хотя в темноте это было почти невозможно понять. Их лица были так близко, что Гермиона почувствовала, как её сердце снова начинает колотиться в бешеном ритме.       — Ты... хочешь, чтобы я... — начала было Гермиона, но её голос предательски дрогнул.       — Только если ты этого хочешь, — мягко ответила Флёр.       Мгновение растянулось, пока Гермиона не поняла, что она действительно этого хочет. Она сделала робкий шаг вперёд, их губы почти соприкоснулись. В этот момент дверь шкафа резко распахнулась, и яркий свет из гостиной хлынул внутрь.       — Время вышло! — объявила Джинни с лукавой улыбкой, стоя на пороге и, очевидно, наслаждаясь ситуацией.       Гермиона резко отпрянула, её сердце билось, как сумасшедшее. Флёр спокойно улыбнулась, будто ничего особенного не произошло.       — Жаль, что не хватило времени, — проговорила она тихо, подмигнув Гермионе, и, не спеша, направилась к выходу.       Гермиона, оставшись стоять в шкафу, пыталась восстановить дыхание, её щеки горели, а мысли путались. Она знала одно — что этот момент изменил что-то внутри неё.       Снаружи раздался громкий голос Рона:       — Ну, и как? Никаких безумных вещей там не произошло, правда? — он вскинул руки, всё ещё злой на весь мир.       Гермиона медленно вышла из шкафа, её сердце всё ещё колотилось, но она старалась скрыть это за лёгкой улыбкой:       — Ничего особенного... Рон, правда.       Но в её голосе скрывалась такая скрытая глубина, которую никто, кроме неё и Флёр, понять не мог.       Она опустилась обратно на своё место, чувствуя, как её кожа буквально горит под взглядом Флёр. Однако она не могла удержаться и бросила мимолётный взгляд на девушку. Флёр, присев рядом, посмотрела на неё с лёгкой улыбкой, в глазах читалась игривая насмешка, но за ней скрывалось что-то большее — что-то, что заставило Гермиону задержать дыхание.       «Почему это всё так сложно?» — мысленно вопрошала Гермиона, чувствуя, как между ними снова пробежала невидимая искра. Флёр чуть приподняла бровь, её взгляд был полон скрытых намёков, и Гермиона быстро отвела глаза, надеясь, что никто этого не заметил.       Но, к счастью, все остальные были увлечены игрой.              — Теперь моя очередь, — весело сказала Луна, безмятежно крутнув бутылку. Она закрутилась быстрее, чем раньше, и снова все с интересом склонились вперёд. Бутылка замедлялась, делая последние витки, и вот она остановилась, указывая прямо на Невилла.       Глаза Невилла расширились, и он замер, будто его кто-то ошеломил заклинанием. Рон сдержал смех, слегка прикрыв рот рукой.       — Ого, Луна и Невилл! — радостно произнесла Джинни, с нескрываемым восторгом глядя на друзей. — Я знала, что рано или поздно что-то интересное произойдёт.       Луна, не теряя своей обычной мечтательности, посмотрела на Невилла, который всё ещё не мог прийти в себя.       — Похоже, нам предстоит провести семь минут вместе, Невилл, — спокойно сказала она, и в её голосе звучала такая уверенность, будто она пригласила его погулять по саду, а не запереться в шкафу.       Невилл нервно кашлянул, не зная, как реагировать на это предложение. Он посмотрел на друзей, словно надеялся, что кто-то вмешается и спасёт его от смущения, но никто не собирался. Все с улыбками ждали его ответа.       — Ну… ладно, — пробормотал он, пытаясь скрыть своё волнение, и поднялся на ноги. Луна легко встала рядом с ним и спокойно направилась к шкафу.       Когда они исчезли за дверью, Рон не сдержался и громко засмеялся:       — Вот это поворот! Никогда бы не подумал!       Джинни подтолкнула его в бок, усмехнувшись:       — Рон, не будь таким грубым. Луна чудесная девушка.       — Да я и не спорю, — Рон, прищурившись, снова посмотрел на шкаф. — Просто не думал, что у Невилла хватит смелости пойти в это дело. Хотя… он нас ещё удивит, может.       Флёр слегка наклонилась вперёд, её глаза по-прежнему были прикованы к Гермионе.       — Что скажешь, Гермиона? — тихо спросила она, её голос был чуть слышен среди общего шума. — Они наверняка мило проводят время.       Гермиона почувствовала, как её щёки снова начинают гореть, когда Флёр заговорила с ней таким тоном — одновременно невинным и провокационным. Она сделала вид, что пытается сконцентрироваться на разговоре друзей, но каждая клеточка её тела ощущала присутствие Флёр.       — Я думаю, что Луна способна найти общий язык с кем угодно, — наконец ответила Гермиона, но её голос был немного тише, чем она рассчитывала. Она снова посмотрела на Флёр, и их взгляды пересеклись.       Между ними будто пролетела невидимая молния. Взгляд Флёр был таким проницательным и вызывающим, что Гермиона едва не отвела глаза. Но в тот же момент она почувствовала странное желание не прерывать эту немую связь, не убегать.       Флёр слегка улыбнулась — эта улыбка говорила больше, чем любые слова.       Тем временем, Рон продолжал бормотать:       — Ну, семь минут, я уверен, они там просто обсуждают магические растения.       — Луна и Невилл? — Джинни засмеялась. — Кто знает? В любом случае, им точно там не скучно. Луна всегда находит, чем удивить.       Флёр снова наклонилась ближе к Гермионе, её голос был тихим, почти шёпотом:       — А ты что думаешь, Гермиона? Ты хорошо провела время в шкафу?       Гермиона не могла скрыть свою реакцию — её сердце забилось так сильно, что она боялась, что Флёр это услышит.       — Я… — она замялась, её голос дрожал. — Я, наверное…       Флёр тихо засмеялась, и это заставило Гермиону почувствовать странное тепло.       — Иногда не нужно много говорить, чтобы понять друг друга, — прошептала Флёр, её голос был мягким, но в нём скрывалась та самая уверенность, которая буквально выбивала Гермиону из колеи.       Их взгляды вновь пересеклись, и Гермиона поняла, что ни одна из них не хочет прерывать этот момент. Весь шум комнаты словно стал приглушённым, когда они смотрели друг на друга — две разные личности, связанные чем-то неизведанным, таинственным, но реальным.       Это только игра, — напомнила себе Гермиона, но что-то внутри неё нашёптывало, что всё стало гораздо глубже.       Тем временем, дверь шкафа снова медленно открылась, и Невилл, красный как мак, вышел, потирая шею, а за ним вышла Луна с лёгкой улыбкой, как будто ничего необычного не произошло.       — Что? — смущённо начал Невилл, оглядывая друзей. — Мы... мы просто поговорили о мандрагорах.       Рон взорвался смехом:       — Конечно, вы обсуждали мандрагоры! В самый подходящий момент!       Луна, как всегда невозмутимая, добавила:       — Мандрагоры очень интересные растения. Но не только о них мы говорили.       Все засмеялись, но в этом моменте была своя особенная лёгкость. Гермиона, уловив взгляд Флёр, почувствовала, что искры между ними только начали разгораться.              Игра продолжалась, когда в гостиную, смеясь и болтая, зашли Дин, Лаванда и Парвати. Все трое явно были в хорошем настроении и сразу заметили компанию, играющую в бутылочку.       — О, игра в бутылочку? — с любопытством спросила Лаванда, подходя ближе. — Я думала, мы уже переросли это!       — Никогда не поздно вернуться к классике, — с ухмылкой ответила Джинни, поднимая бутылку. — Присоединяйтесь!       Дин посмотрел на остальных, а затем пожал плечами:       — Почему бы и нет?       — Отлично! — Парвати уселась на ковёр рядом с Роном, слегка толкнув его плечом. — Посмотрим, кому выпадет удача.       Рон, который всё ещё переваривал случившееся с Гермионой и Флёр, пытался скрыть свою неловкость за поддельным энтузиазмом. Когда все устроились, бутылка вновь закрутилась. На этот раз очередь выпала Рону.       — Ладно, Рон, крути, — Джинни подтолкнула брата локтем, подмигивая. — Посмотрим, кто тебе достанется.       Рон, глубоко вздохнув, закрутил бутылку, и она начала медленно вращаться на полу. Весь зал замер в ожидании, а сам Рон выглядел так, будто готов был встретить любой результат с волнением и скептицизмом. Бутылка медленно замедлила ход и, совершив последние витки, остановилась, указывая прямо на Парвати.       Глаза Рона расширились.       — Ого... — пробормотал он, не зная, как на это реагировать. Парвати, увидев его замешательство, только усмехнулась.       — Ну что ж, Рон, кажется, ты снова мой партнёр, — сказала она с лукавой улыбкой, напоминая ему о неудавшемся Рождественском балу.       Джинни тут же засмеялась:       — Это судьба, Рон. Может, на этот раз всё пройдёт лучше?       Рон тяжело вздохнул, посмотрел на Парвати и кивнул, но в его глазах читалось неподдельное беспокойство. Все знали, что его предыдущий опыт общения с Парвати был, мягко говоря, неудобным.       — Ладно, семь минут — это не так уж и долго, — пробормотал он, поднимаясь на ноги.       Парвати, явно развлекаясь, подмигнула Джинни, прежде чем тоже встать.       — На этот раз попробуем провести это время с минимальной неловкостью, — с улыбкой произнесла она и направилась к шкафу.       Когда они закрылись за дверью, Джинни повернулась к остальным:       — Ну, теперь начинается самое интересное.       Флёр бросила взгляд на Гермиону, и их взгляды снова пересеклись. Между ними будто пролетела ещё одна искра, на этот раз более явная. Гермиона почувствовала, как её щеки снова начинают краснеть, и, пытаясь отвлечься, перевела взгляд на шкаф, где заперлись Рон и Парвати.       Дин рассмеялся:       — Бедный Рон. Я уверен, что семь минут для него пройдут, как вечность.       Лаванда с усмешкой наблюдала за всем происходящим, очевидно развлекаясь от мысли, как Рон выкручивается в этой ситуации.       — Ну что ж, посмотрим, что они там натворят, — сказала она, скрестив руки на груди.              Гермиона сидела на месте, пытаясь игнорировать нарастающее напряжение между ней и Флёр, но каждая секунда их немого обмена взглядами только усиливала её нервозность. Она резко встала, словно её что-то подтолкнуло:       — Думаю, я принесу что-нибудь выпить для всех, — заявила она, не смотря ни на кого конкретно. Её голос прозвучал чуть выше обычного.       Все в комнате посмотрели на неё с удивлением, особенно Джинни. Та приподняла бровь, но ничего не сказала. Флёр же, не теряя своей грациозности, встала сразу вслед за Гермионой.       — Я помогу, — предложила она, её тон был мягким, но в глазах читалась явная решимость не отпускать Гермиону просто так.       Гермиона на мгновение замерла, словно обдумывая что-то, но потом всё-таки кивнула и направилась к выходу. Флёр последовала за ней.       Когда обе девушки вышли из комнаты и дверь за ними закрылась, Джинни, оглянувшись на остальных, слегка хмыкнула:       — Странно. Мы же могли просто наколдовать напитки, правда?       Лаванда и Дин обменялись озадаченными взглядами, но ничего не сказали, а вот Гарри прищурился, явно понимая, что происходит.       — Очень странно, — пробормотал он, наблюдая за тем, как закрылась дверь за Флёр и Гермионой.       Луна, словно читая мысли Гарри, добавила своим мечтательным голосом:       — Может, они просто хотят немного времени вдвоём.       Все замолкли на мгновение, а Джинни едва сдержала смех, закатив глаза.       — Ну что ж, время покажет, — сказала она, скрестив руки и посмотрев на шкаф, за которым оставались Рон и Парвати.              Гермиона и Флёр вошли на кухню, где стояли несколько бутылок с напитками. Атмосфера здесь была спокойной и уютной, но Флёр, как всегда, старалась разрядить обстановку.       — Ну, если мы собираемся выпить что-то, — начала она, поднимая бутылку с ярко-синим напитком, — я надеюсь, что это не превратит нас в жаб. Я не готова стать одной из ваших домашних животных, Гермиона!       Гермиона усмехнулась, но тут же ответила с лёгкой ухмылкой:       — С тобой это вряд ли случится. Ты слишком хороша, чтобы превратиться в жабу.       Флёр, смеясь, поклонилась:       — О, merci! Ты просто пытаешься поднять мне настроение, но я всё равно возьму это как комплимент.       Затем она сделала шаг к полке, чтобы взять ещё одну бутылку.       — А что, если это вино сделает нас ещё более смелыми? — продолжила она, оборачиваясь к Гермионе с озорным блеском в глазах. — Возможно, после пары глотков ты решишься наконец признаться мне, как сильно ты меня любишь!       Гермиона, не ожидавшая такой прямоты, покраснела, но её лицо сразу же стало серьёзным.       — Флёр, это не то, что... — начала она, но голос её дрожал, и она не могла закончить мысль.       Флёр, смеясь, подмигнула ей:       — О, я шучу! Но, если ты всё же решишься, я не буду против.       Гермиона почувствовала, как в ней поднимается что-то большее, чем просто любопытство. Внезапно время, казалось, остановилось. Их взгляды встретились, и в воздухе повисло нечто невыразимое.       — Я... — начала было Гермиона, но слова застряли у неё в горле. Вместо этого она вдруг прижала Флёр к стене, её сердце колотилось так сильно, что казалось, его слышно за пределами кухни.       Флёр расширила глаза, удивлённо глядя на Гермиону, но в её глазах также читалась искорка понимания и желания. Словно всё, что произошло до этого, не имело значения, а только этот момент, только они вдвоём.       Гермиона, охваченная смелостью, которую не испытывала никогда раньше, наклонилась и нежно поцеловала Флёр. Их губы встретились в нежной игре, наполненной осторожностью и ожиданием. Гермиона ощущала мягкость Флёр, и в этом прикосновении было столько тепла и искренности, что она не могла сдержать улыбку.       Флёр чувствуя это тепло, ответила на поцелуй, её губы слегка дрожали от волнения. Этот момент казался волшебным – времени не существовало, и вокруг не было ничего, кроме них.       Но постепенно, с каждой секундой, нежность начала перерастать в нечто большее. Сердца обеих девушек забились быстрее, а дыхание стало более учащенным. Флёр немного приоткрыла губы, и Гермиона, почувствовав смелость, ответила тем же. Поцелуй стал глубже и страстнее, когда их губы начали соединяться в более яростном танце.       Гермиона положила руки на лицо Флёр, углубляя поцелуй, а Флёр обняла её за талию, притягивая ближе к себе. Нежные прикосновения стали более настойчивыми, и в воздухе повисло напряжение, полное желания. Каждое движение стало более уверенным, как будто они открывали друг друга заново.       Сначала это было просто исследование, а теперь это был настоящий поток эмоций, несущий их мир, где существовали только они. Поцелуй стал горячим и страстным, их губы сливались в ритме, который отражал их чувства — нежность, волнение, и все то, что они боялись признать.       Когда Гермиона и Флёр отстранились, их сердца всё ещё колотились в унисон. Атмосфера наполнилась легким напряжением, и обе девушки смущенно улыбнулись друг другу.       — Я никогда не думала, что ты такая смелая, — произнесла Флёр, её голос был нежным и полным удивления. — Я ожидала шуток, но не этого.       Гермиона покраснела и тихо засмеялась:       — Ты сама виновата. Ты всё время подшучивала надо мной. Я просто... не могла устоять.       Флёр, наклонившись чуть ближе, тихо сказала:       — И я рада, что ты не устояла. Это было... волшебно.       Гермиона почувствовала, как внутри неё растет тепло от её слов. Она сделала шаг назад, чтобы немного развеять напряжение.       — Может, мы всё же вернемся к остальным? Нам не стоит оставлять Рона и Парвати одних слишком долго, — предложила она, но в её голосе звучала игривость.       — И правда, — согласилась Флёр, но её улыбка была загадочной. — Но я не против немного задержаться здесь.       Гермиона, чувствуя, как её сердце снова начинает колотиться, кивнула, но всё же хотела немного времени, чтобы обдумать произошедшее.       — Я...хочу, но давай не будем торопиться, — произнесла она, её голос стал более серьёзным.       Флёр посмотрела на неё, её глаза светились пониманием.       — Я тоже хочу этого, — призналась она, слегка поднимая руку, чтобы прикоснуться к щеке Гермионы. — Я согласна с тобой. Пусть всё будет естественно.       — Естественно, — повторила Гермиона, ощущая, как внутри неё всё успокаивается. — Да, это звучит правильно.       Внезапно в коридоре послышались громкие голоса, и обе девушки переглянулись.       — Кажется, наши друзья не слишком-то беспокоятся о нас, — заметила Флёр с улыбкой. — Пожалуй, нам действительно стоит вернуться.       Гермиона кивнула, и они обе с ухмылками вернулись к двери, захватив напитки. Перед тем как выйти, Флёр ещё раз обернулась к Гермионе и прошептала:       — Спасибо за смелость.       Гермиона ответила улыбкой, чувствуя, как внутри неё зарождается новое чувство. Они вышли из кухни, и, оставив все сомнения позади, готовились вернуться в гостиную, где их ждут друзья и множество неожиданностей.              Когда вечер подошёл к концу, и гостиная опустела, остались только Гермиона и Флёр. Тишина окутала их, и лишь мягкий свет камина освещал их лица.       Флёр, с лёгкой улыбкой, посмотрела на Гермиону:       — Я всё ещё не могу поверить, что это произошло. Ты знаешь, я всегда думала, что ты просто умный книжный червь.       Гермиона рассеянно усмехнулась:       — А я всегда считала тебя просто красивой звездой. Кажется, мы обе ошибались.       Флёр наклонилась немного ближе, её глаза сверкали:       — Так что теперь? Мы просто вернёмся к нашим обычным делам? Или что-то изменится?       Гермиона задумалась, а потом, собравшись с мыслями, сказала:       — Я не хочу возвращаться к обычному. Я хочу узнать тебя получше. Это было... поразительно.       Флёр с интересом наклонилась к Гермионе, заправив выбившую прядь волос за ухо:       — И что ты предлагаешь?       Гермиона быстро ответила:       — Как насчёт того, чтобы встретиться завтра после уроков? Мы могли бы прогуляться вдоль озера.       Флёр кивнула, её лицо осветилось улыбкой:       — Это было бы замечательно. Я хочу показать тебе несколько секретных мест, о которых знают только немногие.       Гермиона почувствовала, как радость наполняет её сердце:       — С нетерпением жду! Это будет как новое приключение.       Флёр, взглянув на Гермиону с игривым выражением, добавила:       — Надеюсь, ты готова к неожиданностям, Гермиона. Я не собираюсь делать всё так, как обычно.       Гермиона, смеясь, ответила:       — Я готова ко всему, что ты придумаешь.       Они обменялись взглядами, полными ожидания и нежности. В этот момент Гермиона поняла, что это только начало чего-то удивительного, и ей хотелось узнать, что же принесёт им будущее.       С этими мыслями они вышли из гостиной, держа друг друга за руки, готовые к новым приключениям и романтическим моментам, которые ждут их впереди.