Alternative Ending

Эндрю протянул руку и сжал пальцы на щиколотке парня. Это не было похоже на обычное прикосновение – он видел, что касается кожи, но не чувствовал её. Блондин поднял голову, готовясь к тому, что Нил исчезнет, растворится в воздухе, окажется просто галлюцинацией, которую ему упорно пытается подсунуть мозг. Но Джостен продолжал стоять перед ним, слабо улыбаясь. – Я ухожу, Эндрю, – парень не открывал рта, слова звучали внутри головы Миньярда, – время пройдёт, и ты сможешь забыть. – Нет, – Эндрю опустил голову, чувствуя, как его рот наполняется кровью; он не мог дышать, каждое слово давалось с большим трудом, – я не хочу. Нил присел на корточки, что заставило Миньярда пересилить себя, сглотнуть скопившиеся сгустки крови, после чего вновь поднять голову. На лице Джостена больше не было улыбки. Эндрю попытался упереться рукой в пол и оттолкнуться от него, но это было невозможно. Адская боль прожгла ладони, блондин не был уверен, осталась ли у него хотя бы одна целая кость. – Это не жизнь, – спокойно произнёс Нил. – Это, – Эндрю пытался вложить в слово всё, что происходило за последний год, но не был уверен, что Джостен поймёт, – не жизнь. Я не хочу так. Нил протянул ладонь к его щеке, не касаясь. Эндрю отпустил щиколотку парня, вцепившись в его предплечье. Больше он не отпустит его. Никогда. – Мне нужно уходить, – спокойно произнёс Нил, – я и так порядком тут задержался. – Тогда я последую за тобой. Уголок губ Нила едва заметно дернулся. Болезненная улыбка, нервный смешок – Эндрю не разобрал – но блондин был уверен, что Джостена сейчас терзают сомнения. Внутренне парень не был согласен с его решением, но противопоставить что-либо не мог. Нил протянул Эндрю раскрытую ладонь, и Миньярд ухватился за неё, больше не испытывая боли. Спустя год Эндрю наконец-то почувствовал блаженное спокойствие и вечный покой. *** Аарон невидящим взором смотрел на протянутые бумаги. Необходимо было поставить подпись, отказавшись от иска против больницы. Бригада парамедиков интубировала Эндрю и провела комплекс сердечно-легочной реанимации, не зная, что у парня был подписан отказ. Роланд позвонил кузенам часом ранее, попросив приехать в больницу как можно скорее; бармен не хотел принимать решение, не поставив в известность ближайших родственников Миньярда. Ники рыдал в коридоре у палаты, Роланд стоял поблизости с мрачным выражением лица. Кузены приехали в больницу в кратчайшие сроки, но Аарон не был готов к тому, что увидит – это не был Эндрю. Даже несмотря на бинты, повязки и огромное количество трубок, торчащих из тела блондина, от самого Миньярда практически ничего не осталось. Парень был крайне истощен, даже если отбросить огромное количество отёков мягких тканей. Аарону не видел брата десять месяцев, сейчас перед ним лежало просто тело. Пустая оболочка. Всё, что осталось от брата. Миньярд поставил подпись, положил планшет на столик, после чего наконец-то взглянул на Роланда. – Что с ним произошло? – ДТП, – отстранённо ответил мужчина, прикрывая рот рукой. – Я не об этом, – прошипел Аарон, по его щекам начали стекать слёзы, – что с ним, блять, произошло? Парень схватил бармена за кофту, с трудом сдерживая желание его ударить. Роланд поднял на него тяжелый взгляд, после чего оттолкнул от себя. Мужчина подошёл к постели Эндрю, протянул руку к тому, что осталось от щёки блондина, но не прикоснулся. Он спрятал своё лицо в ладонях и сделал глубокий вдох. В палату вошёл врач, следом за ним Ники. – Если вам нужно ещё время на прощание, я зайду позже, – спокойно произнёс врач, взглянув на наручные часы. – Не нужно, – ответил Роланд, едва заметно смахивая слёзы, – Эндрю не хотел этого. – Хорошо, – врач кивнул, после чего приблизился к постели, – вы готовы? – Да. Вы можете отключить его от аппарата, – бармен старался звучать спокойно, но под конец фразы его голос слегка дрогнул, поэтому он поспешил прикрыть рот рукой. – Нет, – прокричал Аарон, — какого хуя ты принимаешь решение за всех?! – Эндрю сам принял это решение, – Роланд приблизился к Аарону, положил ему руку на плечо, с силой сжимая, – его вообще не должны были интубировать и подключать на ИВЛ. – Это не ему решать, – не унимался Аарон, злобно смотря на бармена. – Тогда решаю я, как его муж, доверенное лицо и единственный, кто является присутствующим здесь из списка экстренных контактов, – голос Роланда был опустошенным, слова не были сказаны со злобой или агрессией, мужчина уже полностью погрузился в скорбь. – Нахуя ты нас пригласил, – это не было вопросом, Аарон признал своё поражение, но пытался ухватиться на любую возможность сохранить жизнь брату. – Вы имели право с ним попрощаться, несмотря на то, что Эндрю явно был против того, чтобы вы видели, как он медленно умирает. – Роланд, – Ники всхлипнул, – почему? Вопрос не нёс в себе какой-то конкретики. Относился он к происходящему сейчас, двумя неделями ранее или вообще событиям за последние десять месяцев, бармен не знал. Сейчас было не место и не время для того, чтобы давать ответы. – Я отвечу на ваши вопросы позже, если вы этого хотите. Но ответы вам не понравятся, – спокойно произнёс Роланд. Врач вновь посмотрел на часы, немного закашлявшись, привлекая к себе внимание. Ближайшие родственники подписали отказ от претензий, но он не мог стоять здесь вечность, ожидая, пока все наговорятся. Роланд обернулся и кивнул. Он встал между Аараном и Ники, приобнимая Хэммика за плечи. Ники пытался сдерживать надвигающуюся истерику, плакать тише, но колени все равно дрожали. Он сохранял вертикальное положение только благодаря тому, что его удерживал Роланд. Бармен давно попрощался с Эндрю, ещё после первой попытки суицида. Как только Миньярду стало лучше, они подали заявление на заключение брака, после чего Эндрю подписал отказ от СРЛ и искусственного поддержания жизни, дополнительно вписав Роланда вторым доверенным лицом на случай экстренных ситуаций. Первым так и остался Нил Джостен. Бюрократические формальности были необходимой мерой – по мнению Эндрю – Роланд с большей долей вероятности примет решение Миньярда, нежели брат, которому позвонят из больницы. Тем не менее, Роланд испытывал боль и сожаления. Он скорбел, не желая отпускать блондина. За десять месяцев он дважды спасал Эндрю жизнь, в третий раз такой возможности попросту не предоставилось. Он обезопасил квартиру, насколько это было возможно. Бармен никогда не поверит, что Миньярд не справился с управлением на пустой трассе и влетел в ограждение на полной скорости. Это было бы нелепо, если бы оказалось случайностью. Врач вытащил трубки из тела Эндрю, дождался, пока запищит экран монитора, уведомляющий об остановке сердца. Мужчина выключил аппарат, после чего объявил время смерти. Роланд в последний раз подошёл к кровати, попрощался, после чего покинул палату. Ники и Аарон задержались в ней чуть дольше, но бармен даже не пытался вслушиваться в их диалог. В ушах стоял белый шум, сменяющийся писком кардиомонитора. Он сел на кресло около палаты и прикрыл глаза. Через некоторые время рядом с ним сел Ники, безвольно уронив голову на плечо мужчины. Бармен взглянул на него, после чего заключил в свои объятья. Ники рыдал, уткнувшись ему в плечо. Роланд успокаивающе гладил спину парня, игнорируя собственные слезы, которые стекали по щекам. Аарон нервно ходил по коридору, ожидая, пока медсестра подойдёт к ним, чтобы отдать медицинское заключение. Его внимание привлёк писк монитора в палате, находящейся через две от палаты Эндрю. Он собирался позвать врачей, но перед этим открыл дверь и заглянул внутрь. Увиденное повергло его в шок, парень не смог издать ни звука. Он отшатнулся, сделал пару шагов назад, споткнулся о собственную ногу и упал, прикрывая рот руками. Хотелось кричать, но его горло будто бы сжали со всей силы. Роланд и Ники подбежали к нему, игнорируя врачей, которые уже забегали в палату, из которой пару мгновений ранее вышел блондин. Бармен потряс Аарона за плечи, пытаясь привлечь его внимание. Миньярд поднял взгляд на Роланда. В его глазах застыл немой ужас. Трясущейся рукой он указал в сторону палаты. Роланд поднялся, остановил медсестру, которая направлялась в палату с кислородным баллоном и маской. Женщина посмотрела на палату, потом на Аарона и приняла решение оставить баллон и маску блондину. Она приложила маску к лицу Аарона, но парень не делал вдох. Женщина выругалась, попросила Роланда перехватить маску, после чего отошла за новым баллоном и успокоительным. – Вдохни, блять, – прошипел бармен, с силой сжав волосы на затылке Миньярда. Его губы уже посинели. – Что за... – Ники отшатнулся от палаты, приблизился к брату, выхватил маску у Роланда и сделал глубокий вдох, затем самостоятельно приложил маску к лицу Аарона. Парень вдохнул. Роланд нахмурился, после чего приблизился к палате. Монитор больше не пищал, его уже успели отключить. Он подошёл ближе и разглядел парня с рыжими волосами, сильно похожего на Нила. Лицо было поражено огромным количеством шрамов и ожогов. Уголки рта были когда-то разрезаны и подшиты. Бармен медленно приблизился к постели, схватил Нила за ладонь. Врач собирался оттолкнуть неизвестного мужчину, но вмешалась медсестра: – Вы его знаете? – Да, – голос бармена дрожал, – да, я знаю его. Как давно он здесь? – Ровно год. Мы не смогли идентифицировать его, а родственники так и не связались с полицией или больницей, – женщина грустно покачала головой, – такой молоденький, а никто не искал. – Искал, – сквозь зубы процедил Роланд, вспоминая всё попытки Эндрю, – просто не мог найти. Что с ним произошло? – Нашли на пороге больницы, – медсестра скрестила руки на груди, – множественные переломы, травмы мягких тканей, разрывы внутренних органов, ожоги третьей степени. Мозг был жив всё это время, из-за чего мы не могли отключить его от аппарата. Сегодня не выдержало сердце. – У него нет кровных родственников, – тихо произнёс Роланд, – а единственный близкий человек умер десять минут назад. – Примите мои соболезнования, – вежлило сказал врач, приблизившись к бармену. Мужчина аккуратно обхватил его запястье, заставляя убрать руку от пациента. – Что вы планируете делать с телом? – Свяжемся с полицией, решение примет государство, – спокойно ответила медсестра. – Моего мужа интубировали и провели реанимацию, несмотря на подписанный отказ, – задумчиво сказал Роланд. Медсестра прикрыла рот рукой и встревоженно посмотрела на врача. – Вы подписали отказ от претензий? – Брат моего мужа, не являющийся экстренным контактом, подписал отказ, а не я, – с горькой ухмылкой произнёс Роланд. Мужчина прекрасно знал, что благодаря суду он сможет признать эту подпись недействительной, если захочет. – Что ж, – врач приобнял бармена за плечи, отводя в сторону, ближе к окну, – думаю, мы сможем договориться. Больницы не любили судебные разбирательства, особенно, когда они были не правы. Две ошибки им стоили бы гораздо дороже, чем два больничных счёта и одно неизвестное тело. Учитывая, что Джостена никто не искал, а все возможные анализы уже были сделаны, вскрытие можно было не проводить. Чем меньше человек об этом знали, тем лучше. Крайне великодушным решением было оплатить транспортировку тел до ближайшего крематория, а также дать достаточно щедрую скидку на кремацию обоих тел. Роланд смог договориться. *** На следующей неделе к нему приехали Хэммик и Аарон, желая получить ответы на свои вопросы, которых накопилось много. Роланд, взявший небольшой отпуск на работе, по возможности прибрал квартиру перед их приходом. Съемное жилье представляло собой небольшую студию со свободной планировкой. В небольшом коридоре была узкая стойка, на которую можно было повесить верхнюю одежду, в трех метрах от входной двери располагались диван и кофейный столик, за углом была небольшая кухня, по диагонали от дивана находилась двуспальная кровать, изголовьем упирающаяся в стену. Санузел находился в маленькой комнатке между входной дверью и кроватью, но главным плюсом квартиры был балкон: на нём Эндрю проводил большую часть времени в течение последних нескольких месяцев. Балкон не был застеклён, поэтому зимой и осенью на нём было достаточно холодно, что, казалось, совершенно не заботит Миньярда. Роланд специально купил стул и маленький круглый столик, чтобы Эндрю было комфортнее, но блондин использовал стол исключительно для того, чтобы поставить на него пепельницу и бутылку крепкого алкоголя. – Милое место, – со слабой улыбкой произнёс Ники, не решаясь пройти вглубь квартиры. Роланд жестом указал на диван, после чего взял стул с кухни и поставил его рядом с диваном. Дождавшись, пока парни сядут на диван, бармен занял стул, после чего жестом показал, что они могут начинать. – Как ты? – неуверенно спросил Ники, после осознавая, насколько глупо звучит этот вопрос. – Бывало и лучше, – сухо ответил Роланд, – последнюю неделю занимался бюрократическими вопросами. Связался с арендодателем, договорился о небольшом ремонте. Вы как? Вместо ответа Аарон посмотрел на Роланда ненавидящим взглядом. Бармен выдержал его, привыкший к подобному. Первые пару месяцев совместной жизни Эндрю смотрел на него также, пока его взгляд не стал пустым и отстранённым. – Держимся, – тихо сказал Ники. – Эндрю умер для нас, когда уехал, не сказав ни слова, – сквозь зубы произнёс Аарон. Хэммик отрицательно покачал головой, несогласный с такими грубыми словами, но в них была доля истины. Роланд не вникал в жизнь Миньярда, да тот и не горел желанием что-либо рассказывать. Единственное, что делал Эндрю первое время после переезда – искал Нила. О парне не было никакой информации после встречи с Мясником, он просто исчез. Миньярд пытался найти хоть что-то, что свидетельство о том, что парень умер. Ни полиция, ни ФБР не могли сказать ничего. – Он был здесь, – спокойно произнёс Роланд, – и, насколько мне известно, приглядывал за вами даже отсюда. Вы живы, в безопасности. Большего Эндрю не обещал. – Почему ты не рассказал нам, где он? – прошипел Аарон, – мы спрашивали. Неоднократно. – По той же причине, что мы с Эндрю заключили брак, – подавляя злость, ответил бармен, – ты никогда не считался с его желаниями, игнорировал его просьбы. Да, Ники, брак был просто формальностью. – Это нечестно, – прошептал Ники, после чего поднял умоляющий взгляд на Роланда, – расскажи нам всё. Желательно, с самого начала. Роланд начал свой рассказ. Его голос был немного отстранённым, будто бы он пересказывал сюжет не особо весёлого фильма. Мужчина вкратце изложил события последних месяцев. То, как он вернулся ранним утром с работы и встретил Эндрю, сидящим на полу около входной двери. Миньярд был зол и явно не спал последние несколько дней. Роланд впустил его без лишних вопросов. Они практически не общались в течение первого месяца; Эндрю оккупировал его кухню, расположив на небольшом столе огромное количество бумаг. Роланд не видел, спит ли Миньярд, замечая лишь, что кофе стал заканчиваться с невероятной скоростью. На втором месяце проживания у Эндрю был первый нервный срыв. Парень выбил себе костяшки правой руки, со всей силы ударив стену – на ней осталась небольшая трещина, которую Роланд пока что не убрал. За первым нервным срывом последовали второй и третий. Проблематичнее всего было менять окно так, чтобы этого не заметил арендодатель. После третьего нервного срыва Роланд всё же спросил, в чем причина. Спустя пару недель Эндрю ответил. История Миньярда была короткой, и всё, что из неё изрёк бармен – Нил Джостен. Эндрю не сказал этого напрямую, но он не мог продолжать жить, не зная, умер парень или нет. Если он жив, в чем я очень сомневаюсь, я собственноручно сверну ему шею, – отстранённо сказал Миньярд, после чего замолчал. Молчание затянулось на несколько недель. Блондин будто бы в полной мере осознал своё бессилие. Роланд не трогал его записи, лежащие на кухонном столе и разбросанные по полу, но и Эндрю больше не прикасался к ним. Единственное, с чем он взаимодействовал в квартире – безграничное количество алкоголя. После каждой смены Роланд приносил новые бутылки, которые заканчивались уже к следующему утру, когда бармен возвращался с работы. Эндрю услышал просьбу Роланда не курить в квартире, поэтому переместился на балкон. В один из дней бармен вернулся со смены и почувствовал, что что-то не так. Эндрю не было в комнате, на балконе были только две пустые бутылки. Роланд открыл дверь уборной и обнаружил парня, лежащего в луже собственной крови. Это была первая попытка. Как только Роланд прикоснулся к Эндрю, парень открыл глаза, глядя на него самым ненавидящем взглядом, на который только был способен. Бармен проигнорировал это, осмотрел его предплечья – кровь больше не шла. В больницу Эндрю ехать отказался, сообщив о том, что не желает быть спасённым. Отбросив здравый смысл, Роланд отнёс его на кровать, переодел и уложил спать. Миньярду не нравилось это, но оказать сопротивление он не мог физически. Дождавшись, когда Эндрю уснёт, Роланд спрятал все острые предметы в квартире, включая ножи, которые принадлежали Миньярду. Как только Эндрю восстановился от кровопотери, они поговорили. Разговор не был эмоциональным, зато достаточно содержательным. Блондин признался, что не может спать. Он устал и не хочет, чтобы это продолжалось и дальше. Обращаться к Бетси Миньярд не хотел, по предположению Роланда, из чувства вины. Найти психиатра, который выпишет снотворное, не было проблемой. Подъезжая к клинике, Эндрю сообщил, что собирается заключить с Роландом брак и подписать некоторые бумаги. Бармен опешил от такого решения, но быстро сообразил, чем было вызвано такое рвение – Роланд не вызвал скорую, как и просил Эндрю, поэтому парень был уверен, что бармен не будет обращаться в больницу, чтобы спасти Миньярда. Роланд согласился. Психиатр, таблетки, ратуша, больница. Эндрю уместил эти события в один день, не желая находиться на улице больше необходимого. Роланд старался быть откровенным, поэтому уточнил для Ники и Аарона, что Эндрю не желал находиться нигде. Он пил таблетки по схеме, которую выбрал сам для себя, практически всё время пребывая во сне. Эндрю спал, когда Роланд уходил на работу. Продолжал спать, когда бармен возвращался со смены. Таблеток хватило на полтора месяца вместо трёх при таком потребление, поэтому в следующий раз Эндрю вышел на улицу через полтора месяца. К тому моменту подошла очередь на заключение брака. Снова ратуша, снова психиатр, но на этот раз уже другой. – Почему ты шёл на всё это? Зачем давал ему медленно убивать себя? – перебил Аарон, закипая. – Каждый из нас справляется с утратой по своему, – спокойно ответил Роланд, – в тот момент мне казалось, что благодаря таблеткам ему становится лучше. Он хотя бы спал и иногда ел. К тому же, я не хотел терять доверие Эндрю – обратись я за помощью, я, как и вы, увидел бы его в последний раз. – Ты мог… – Что я, блять, мог? – прокричал Роланд, поднявшись со стула и удалившись к окну, стараясь вернуть самообладание, – я не мог. Роланд сделал небольшую паузу, глубокий вдох и выдох, после чего вернулся к дивану. Поставил стул, опустился на него и взглянул на Аарона. – Я мог не впускать Эндрю в свою квартиру, мог вызвать скорую, когда обнаружил его со вскрытыми венами – это я действительно мог. А после… – Роланд сделал паузу, подбирая нужные слова, чтобы донести мысль, – я смирился. Это уже не был тот Эндрю, которого я и вы знали когда-то. Пустая оболочка. Не знаю, в курсе ли вы, но Эндрю не просто так не доверял людям и ненавидел больницы. Там бы ему не помогли. – Ты тоже не помог ему, – сухо произнёс Аарон. – Как бы ты поступил на моём месте? – холодно спросил Роланд. Ответа не последовало. Бармен перевёл взгляд на Ники, который смотрел в пол. Молчание длилось больше десяти минут. Роланд поднялся, удалился к комоду. Достал из кармана связку ключей, выбрал нужный и открыл предпоследний ящик. Мужчина сгрёб несколько ножей, после чего вернулся к кузенам. Он положил на небольшой кофейный столик несколько ножей, в числе которых были и ножи Эндрю. Аарон протянул к ним руку, но замер. Лезвия потемнели от засохшей крови. – Как бы ты поступил на моём месте, Аарон? – повторил вопрос Роланд. – Я не знаю, – с трудом выдавил из себя блондин, – но явно не позволил бы Эндрю умереть. – Привязал бы его к кровати, чтобы обезопасить от самого себя? – холодно предположил бармен, – кормил с ложечки, ходил вместе с ним в туалет, не оставляя его наедине ни на секунду? Это, по-твоему, жизнь? – Нет. – Рад, что хотя бы в этом вопросе мы мыслим одинаково, – Роланд сделал небольшую паузу, после чего убрал ножи обратно в комод, – я исполнял волю Эндрю. Заставить его жить было неподвластно мне. – Сколько раз он пытался убить себя? – едва слышно произнёс Ники, подняв взгляд на Роланда. – Два, – отстранённо произнёс бармен, после чего устало потёр глаза, – третий стал фатальным. – Ты думаешь, что ДТП не было случайным? – Я могу только предполагать. В тот день Эндрю был спокоен и отстранен, чем-то похож на прежнего себя. Роланд вернулся со смены, обнаружив Миньярда на балконе. Парень стоял, облокотившись о перила и курил. Бармен некоторое время смотрел ему в спину, после чего встал рядом, тоже облокачиваясь о перила. Он достал из кармана пачку сигарет, прикурил. Эндрю перевёл на него слегка удивлённый взгляд, после чего вернулся к разглядыванию чего-то вдали. – Ты что-нибудь ел? – спокойно спросил Роланд. – Я не голоден, – равнодушно ответил Эндрю. – Я докурю и сразу лягу спать, если хочешь, можешь присоединиться. Миньярд отрицательно покачал головой. Через пару минут Роланд потушил бычок и собирался вернуться в комнату, но его остановил голос Эндрю: – Как смена прошла? – блондин звучал спокойно, будто бы задавать подобные вопросы было в порядке вещей. – Как обычно, – нахмурившись, ответил бармен, – всё в порядке? – Обычно ты не выглядишь настолько плохо, – спокойно произнёс Эндрю, после чего потушил сигарету и перевёл взгляд на Роланда. Мужчина тяжело вздохнул и рассказал, как прошла смена. Людей было гораздо больше, чем обычно, что неминуемо закончилось дракой среди двух пьяных мужчин. Роланд не собирался в это вмешиваться, вызвав охрану, но один из мужчин кинул бокал в сторону бара, тем самым разбив несколько бутылок. Дополнительная уборка, неприятный диалог с менеджером. Роланд был измотан и готов был свалиться с ног от усталости, ибо перед сменой практически не спал. Эндрю выслушал его, после чего махнул рукой. Бармен смотрел на него с минуту, после чего отправился спать. Проснулся он уже от звонка из больницы. Эндрю попал в аварию, влетев в ограждение на большой скорости. Травмы были плохо совместимы с жизнью, ибо парень не был пристёгнут, да и к тому же, анализ крови показал, что в крови обнаружили алкоголь. Эндрю оставался в живых только благодаря искусственному поддержанию жизни, чего не должны были делать врачи. Роланд поспешил в больницу, по пути связавшись с родственниками Эндрю. – А дальше вы знаете, – закончил Роланд. – Что в больнице делал Джостен? – произнёс Аарон. – Был в коме, – спокойно ответил Роланд, – если честно, понятия не имею, что с ним произошло. Будь я верующим, сказал, что сам Господь их свёл. – Всё предрешено, – тихо сказал Ники, – может, это прозвучит странно, но я почему-то уверен, что в Раю они будут вместе. – С этими двумя я готов уверовать, – голос Аарона звучал неуверенно, парень покачал головой, будто бы вспомнил Джостена, которого он недавно увидел в палате. – Пусть они хоть где-то будет счастливы, – заключил Роланд, – даже если не на этом свете.