Тайны заключённые в посылках

Он понял. Он понял внезапную отстраненность, почти незаметную дрожь в руке Шерлока, когда тот схватил свое пальто. Он понял, какую боль причинил не только своими словами, но и своими давними секретами. Джон был не совсем честен с Шерлоком. Не совсем. Многое скрывал от него: письма, безделушки, улики, которые указывали на неизвестного для него а точнее для них неком Викторе, с которыми он все еще боролся. Он не хотел, чтобы Шерлок увидел эту уязвимость, эту трещину в его тщательно выстроенном фасаде. Теперь, глядя на сломленного солдата, он понял, что совершил ошибку. Огромную ошибку. Ему следовало закрыть дверь на замок а Шерлоку эти чертовы фигурки и цифры тогда бы не показались ему на глаза! Прошла неделя. Джон скрупулезно собрал по кусочкам разбитую акриловую фигурку, кропотливо приклеив крошечный штык на место. Но трещина осталась - постоянный изъян пластика, постоянное напоминание о его промахе. Шерлок был настоящим вихрем деятельности, он перелетал с места преступления на место. Джон мельком видел его в газетах и новостных сайтах, стоического и сосредоточенного, олицетворение детектива-консультанта. Но в его глазах, в этих проницательных, умных глазах, была усталость, которой Джон никогда раньше не видел. Шерлок был на пределе сил, почти не останавливался, чтобы поспать или поесть. Он возвращался на Бейкер-стрит поздно вечером, принимал душ и снова исчезал еще до того, как Джон просыпался. Джон пытался заговорить с ним, извиниться, объяснить. Но Шерлок просто коротко кивал и уходил, тишина была оглушительной, невысказанные слова тяжело повисали в воздухе. Расстояние между ними, которое когда-то было комфортным, почти симбиотическим, превратилось в пропасть. Оставшись один в квартире, Джон погрузился в свой блог, рассказывая об их прошлых приключениях, отчаянно пытаясь вернуть ту искру, которая определяла их партнерство. Он писал об отважных побегах, сложных умозаключениях и о связи, которая установилась между ними, - связи, которую, как он теперь опасался, он разорвал безвозвратно. Он тоже ждал. Ждал обещанную посылку, в которой был следующий фрагмент головоломки, следующий секрет, который нужно было разгадать. Доставка была назначена на конец недели, и Джон цеплялся за нее, за маленький лучик надежды в надвигающейся тьме. Возможно, только возможно, эта новая тайна, этот новый вызов станут ключом к исправлению того, что он разрушил. Возможно, только возможно, это вернет Шерлока. Джон устало потёр глаза, светящиеся от экрана телефона. Почти полночь. Двенадцать уже вот-вот пробьет, а обещанной посылки от Виктора все нет и нет. В животе неприятно заурчало – не от голода, а от нарастающего беспокойства. В голове навязчиво пульсировала фраза из последнего сообщения Виктора: 'Если Шерлок узнает про фигурки…' — Надо поговорить Шерлоком! — Он встал с кровати, вышел из своей комнаты. Как раз вовремя пришёл в дом уставший Шерлок, он был измотан очень сильно лжи бы не разговаривать с ним. — Шерлок давай мать вашу поговорим! — Шерлок взглянул и устало вздохнул. — Хорошо. — Ну кто первый? — Проговорил Шерлок. — Давай я раз я натворил. — Хорошо. — Прости надо было раньше показать письмо первое и фигурку! Ты мог давным-давно узнать кто этот Виктор как его там... — Я подослал своих нескольких людей следить на нашей дверью если посылка появится! Раз он не объявился я их попрошу перестать следить. — Мы подождем еще неделю. Если он не появится и тогда, мы прекращаем поиски. — Джон сглотнул, надежда, которая цеплялась за него, как за спасательный круг, внезапно оборвалась. Неделя. Всего неделю. Он кивнул, у него перехватило горло. — Хорошо — Он резко повернулся и подошел к окну, отчаянно пытаясь избежать пронзительного взгляда глаз Джона Он чувствовал себя совершенно опустошенным. Он почувствовал на своем плече чью-то руку, нежную, но твердую. Он повернулся и увидел Джона, стоявшего рядом, выражение его лица было нечитаемым в тусклом свете. Глаза Шерлока, обычно такие проницательные и наблюдательные, казались более мягкими, наполненными сложными эмоциями, которые Джон не мог полностью расшифровать. Не говоря ни слова, Джон подошел ближе а Шерлок взял его за подбородок. Детектив, уставший от мира и постоянных требований, которые тот предъявлял к нему, не сопротивлялся. Он устал быть сильным, быть надежным оплотом в эксцентричной жизни Ватсоа. Он устал от опасностей и интриг. Он просто... устал. И в этот момент полной уязвимости он бы ни от чего не отказался. А затем, не колеблясь, Шерлок сократил расстояние между ними и поцеловал его. Это не было робким поцелуем или жестом утешения. Это был поцелуй, который был одновременно отчаянным и нежным, поцелуй, который говорил об общей травме и невысказанных чувствах, поцелуй, который содержал в себе признание в доверии и привязанности, которое ни один из мужчин никогда не осмеливался произнести вслух. Джон, застигнутый врасплох, на мгновение застыл. Но тепло губ Шерлока, удивительно нежное прикосновение, мимолетный запах озона и пота немного смешанной пылью Англии, исходивший от него, - все это вместе взятое растопило его сопротивление. Он наклонился навстречу поцелую, его губы слегка приоткрылись. Он не осознавал, как сильно жаждал этого, жаждал его. Он был так сосредоточен на выживании, на защите Шерлока, что похоронил это желание глубоко внутри, желание, в котором никогда не осмеливался признаться. Поцелуй углубился, став более страстным, более требовательным. Пальцы Шерлока сжали подбородок Джона, притягивая его ближе. Руки Джона легли на плечи Шерлока, вцепившись в ткань его пальто, и он отдался этому мгновению, необузданному, всепоглощающему желанию, которое так долго тлело под поверхностью. Оторвавшись от друг друга, Джон прикоснулся двумя руками к щекам Шерлок и прошептал. — Неделя. — Неделя. — Повторил Шерлок. Джон взял руку Шерлока и он отвел его вдуш, чтоб отмыть грязь и пот, а Шерлок не против. Прошла как община ровна неделя, а некий Виктор так не прислал хоть какую-то посылку. — Что ж моё задание выполнена! — Проговорил Виктор. С улыбкой на лице и держал бинокль следя за этими двумя.