На крае стола.

      Красочные городские улицы давно опустели и в окрашенных ночью небесах то тут, то там начали радостно мерцать маленькие искорки. Что-то в этом зрелище захватывало дух и наполняло его сердце теплом: спящий город горит под звездами защищающими огнями разноцветных лучей маяков, устремленных в небо. Красота да и только.       Уже не такой беззащитный, как раньше, не правда ли?       Лукас ступал по красиво вымощенной плитке, его путь пролегал прямиком к храму Ордена Камня. Он держал в руках книгу и... сердце почему-то разрывало от воспоминаний. Знаете, он на мгновение подумал, что и забыл, как быстро летит время. Казалось бы, совсем недавно они собирались вместе под одной крышей, и дружеский смех и бурные обсуждения не смолкали до самой ночи, но стоило оглянуться назад, и, оказывается, это было так давно... Здесь они собирались все вместе, чтобы обсудить планы и строить совместное будущее, основанное на приключениях. Так было раньше, но не сейчас.       Да, у каждого из них нашлась своя дорога, однако никто никогда не забывает, что дома их по-прежнему любят и ждут. Они все ещё самые лучшие друзья на свете. Они — Орден Камня.       Они — семья.       Мысль об этом заставила писателя сорваться с быстрого шага на бег.       «Даже герои заслуживают хорошенько выспаться, и ты — не исключение!» —тот, кто услышит первым заглавие новой книги Лукаса, сразу всё поймет и улыбнется этим словам одной из самых сражающих улыбок наповал.       О, писатель знал, кому сон более чем необходим. Он как никто другой знал, кто в этом городе не спит в поздний час и точно будет рад отвлечься от бумажной рутины.       Лукас спешил показать свои новые наработки — это так, но это далеко не главная причина такого позднего визита. Скорее, предлог. К слову, лидер оцелотов не мог скрыть удивления, узнав, что до всех известных событий именно чтение книг было любимым увлечением Джесси. По словам его друзей он из них мог днями напролет не вылезать. Это... неожиданно. И мило. Джесси всегда был таким, он всегда умел удивлять.       Со временем на мэра возглагалось все больше обязанностей, а времени становилось все меньше, но Лукасу никогда не жалко почитать ему свои книги вслух! И обоих устраивало такое времяпровождение. Никакой неловкой тишины, только тихий приятный голос и танцующая тень пера при свете свечи.       Все были готовы поддержать любой выбор Джесси, — и это факт — поэтому все пребывали в огромной радости, когда он предпочел остаться руководить городом вместе со своим верным стажером, который очень уверенными шагами поднимался веерх по карьерной лестнице, и знаменитым писателем, чье творчество разлетелось по миру. На самом деле Лукас не чувствовал себя особенным, не стремился быть в центре внимания и не жаждал славы. Он просто был собой. Это подкупало.       Однажды явившись ночью в город Маяков, как обычно наведать мэра и проводить его до дома после работы, лидер оцелотов впервые задумался о том, как же все вокруг изменилось благодаря Джесси. Тоесть, благодаря ним всем, конечно же, они ведь все вместе там были, не так ли?       Как-то Джесси признался, что в душевном разговоре с Петрой ей сказал: «этот город — это моя мечта». Его преданность достойна похвалы и восхищения. Лукасу ничего не остается, кроме как бросать на героя восхищенные взгляды.       Кстати говоря о Петре… Петра ушла покорять их кубический мир, полный неизведанных тайн, в одиночку.       За всю свою жизнь Джесси пришлось принимать разные важные решения, и погодите-ка, это ли не тот парень, который несколько раз спасал мир?!.. но все-таки это решение было самым тяжёлым для Джесси. Остаться в Маяках и стараться не думать о том, с каким тоскливым взглядом подруга окинула его на прощание не сказав ни слова.       Сначала никто и думать не мог, даже Лукас, не говоря уже о Радаре, что что-то не так — думая об этом сейчас Лукасу хочется ударить себя по лицу. Почему он не может замечать чего-то столь очевидного? Джесси всегда держался молодцом: после Администратора он активно занялся вопросом доверия горожан к себе, восстановлением города, он занимал себя работой с головой, и... конечно же, его сердце все чаще стали терзать сомнения, а поступил ли правильно, отправляя Петру одну. Нет, не подумайте, ему очень нравится быть мэром, он и мечтать не мог о таком счастье, это правда.       Но поступил ли он правильно по отношению к ней, оставив её совсем одну на произвол судьбы?       Чувство целиком поглощающей вины заставляло его не спать по ночам.       Лукас не мог так просто позволить всему взвалиться на плечи их мэра, а что важнее — его друга: каждым прожитым днем в Маяках он намеревался ему доказать, что все произошло именно так, как и должно. Город расцветал, и, мельком запечатлев легкую улыбку облегчения на губах Джесси, он надеется, что тот понял: Петра не держит на него обиды и он совершенно не виноват в том, что перед ним стоял такой выбор.       Когда Джесси вернулся, чтобы победить Администратора, Лукасу слишком многое хотелось сказать, но времени поговорить с глазу на глаз так и не находилось. Ему хотелось попросить прощения. Перед ним стоял настоящий Джесси и все, о чем лидер оцелотов теперь мог думать: как же он глуп. Он действительно принял фальшивку, принял тот факт, что это определённое каноничное событие — получать нож в спину от того, кого он называет «другом».       И вот настал тот момент. Стоило писателю все-таки решиться, сделать первый шаг, и, как бы забавно это не звучало, мысленно приготовившись к тому, что Джесси все-таки навсегда изгонит его на этот раз, он, не успев сказать ни слова… оказался заключён в объятия, не успев толком и объясниться.       Это было их третье объятие в тот день. От благодарности Лукасу хочется прижать к себе как можно крепче и не отпускать ближайшую неделю точно — кто-кто, а Джесси всегда останется тем самым Джесси — самый добрый, понимающий и честный. Он любит своих друзей. А еще он любит Лукаса.       А Лукас любит его. — «Расколотый мир и солнце, поглощенное коренной породой — ужасающее зрелище. Деяния Администратора наводили страх, но Герой решил дать отпор, не позволив себя запугать. Он показал, что настоящая дружба может свернуть горы — как мы узнали, не только в переносном смысле! — и в день, когда новый Орден Камня одержал победу, глядя в небо можно было обратить внимание, что в тот день солнце, казалось, светило ярче прежнего»...       Корректирование нового текста подходило к концу. Писатель вдруг обнаружил, что его цель уже близко. Десять шагов – и он снова здесь. Не желая медлить, войдя в гигантское здание, он огляделся по сторонам. Из кабинета мэра струился свет. — Кстати говоря о…       Миновав зал и бесшумно толкнув входную дверь в коридор, лидер оцелотов уверенными шагами продвинулся вперед навстречу заветной двери. Пару стуков в дверь и последующее за ним мучительно долгое ожидание нескольких секунд заставило сильнее сжать книгу в руках. Обычно Джесси даже в такой поздний час пытался сделать как можно больше для города, чтобы облегчить жизнь горожан и работу, которую оставалось после него доделать Радару. Но изматывать себя это слишком, Радар и Лукас больше всех переживали за главного героя и всегда рады ему помочь. Они ведь друзья, верно? Глупо отказываться от помощи друзей и пытаться со всем справиться самому, когда все самое страшное осталось позади — думал Лукас.       Решив, что он этого так просто не оставит, он глубоко вдохнул, прежде чем снова тихонько постучать в дверь. — Джесси? Ты там?       Через дверную щель он увидел все, как и ожидалось: Джесси сидел за столом, окруженный по разным сторонам бумагами и книгами, и, когда Лукас заговорил, даже не стал поднимать уставших глаз. — Войди. — едва заметная улыбка.       Одно лишь слово — а с души точно свалились тяжеленные блоки булыжника. Первым делом Лукас увидел героя, сидящего за своим рабочим столом, на котором царил беспорядок разных книг, а уже потом его внимание привлекло звёздное небо за окном. — Вечер, Джесс, — все, что он сказал, закрывая за собой дверь и подойдя к Джесси, чтобы прислониться к его столу, а после, беззаботно улыбнувшись своим мыслям, сесть на край, наклонившись вперед и взглядывая на беспорядочные стопки бумаг. — Опять слишком много работаешь, да?       Правда была таковой, что у Джесси действительно есть некоторые проблемы с переутомлением, когда дело доходило до должности мэра. Интересно только, неужели с самого начала это было из-за того, что ему тяжело из-за прощания с Петрой? — Да ты пришёл ко мне, чтобы посмеяться надо мной? — усмехается, приподнимая одну бровь, когда писатель хмурится от его шутливого предположения. — Я такого от тебя не ожидал. А как же «друзья не бросают друг друга в беде»?       Лукас мягко толкнул его локтем. Он остановился, чтобы на мгновение взглянуть на Джесси, в очередной раз подмечая про себя его усталость. — Я пришёл именно за этим… — о, нет. — Нет! Нет, не смеяться. Я к тому, что… Джесси! — Так. Он смеется. Это хороший знак. — Тебе действительно нужен перерыв, не считаешь? Когда ты в последний раз полноценно спал ночью? — А ты? Почему ты не спишь, Лукас? К слову, если ты собираешься меня уложить спать, то можешь не пытаться, ты меня знаешь, я просто хочу… 《 …облегчить работу для Радара!》 《…быть полезным для своего города.》 《…бросить игру в героя и заняться действительно важными делами.》       Долго размышлять над выбором для ответа не пришлось. Он отсек каждый и решил, что правильней всего будет просто промолчать... 《…》       Повисла неловкая пауза. Плохой знак…       Лукас лишь закатил глаза. Он должен был знать, какой ответ получит от Джесси. Этот парень всегда был трудоголиком. Лукас знал это слишком хорошо. — Да, да, я пробовал, — пробормотал писатель, положив свою книгу рядом с собой. Его тонкие пальцы не переставали сминать ленту-закладку, выдавая нервозность. — я помню, что ты любую битву доводишь до победного конца.       Глаза Джесси завороженно наблюдают за рукой Лукаса. Он почти забылся, как вдруг высокий друг снова решил заговорить:       — Так… Как ты держишься?       Нет, он не ослышался.       Есть вариант... промолчать? Судя по всему, нет. Лукас не даст уйти от ответа так просто.       Увидев замешку, тот сразу же поясняет: — я про Петру.       Джесси такой же, как и Лукас. Он всегда беспокоился о своих друзьях. Мысль об этом придала ему сил, поэтому лидер оцелотов, неожиданно поддавшись вперед, нежно сжимает плечо героя и слегка улыбается: — Послушай, Джесси, я знаю, что ты волнуешься. Я тоже. Я хочу, чтобы Петра была в безопасности, как и ты, — на удивлённый взгляд напротив, говорит: — ты тоже этого хочешь. Эй, тебе нужно иметь немного больше веры! Петра сильная. Она может о себе позаботиться, и, кроме того, кто знает? Может быть она вернётся, чтобы как можно скорее втянуть нас в новые приключения как в старые добрые, так что… все будет хорошо. Я верю в неё. Мне ли это говорить, ты слишком хорошо её знаешь, она будет такой же упрямой, как и всегда.       «Прямо как ты, Джесси. Вы так похожи друг на друга.» — Ты прав, Лукас. Ты как всегда прав, — наконец-то он сдается. Измученно улыбнувшись и встретив в ответ мягкую улыбку, мэр откидывается на кресле, запуская руку в свои тёмные кудри. Его взгляд невольно задерживается на Лукасе, любителе посидеть на чужих столах. Неожиданно Джесси понимает, что "любительтсво" Лукаса ограничивается только на нем. Это... наводило на... мысли.— И у нас все тоже будет хорошо, не правда ли?       Писатель заметил, как на него смотрят, потому вопросительно поднял брови, ухмыльнувшись: — Конечно, так и будет. Ты, я, Оливия, Аксель, Радар, и Айвор с Харпер, как без них, — услышав последние имена Джесси не может сдержать широкой улыбки. — я уверен, что мы все прекрасно справимся с этим.       В подтверждении своих слов он сверкнул улыбкой и удобнее устроился на крае. — Знаешь, оглядываясь назад, мы действительно представляем собой невероятную команду. Кто, черт возьми, мог подумать, что кучка детей в конечном итоге будет сражаться с восставшими из пепла иссушающими бурями и спасать мир от разрушения? Это довольно безумно, да? — он выдохнул, на мгновение его рука показательно пронеслась по помещению. — И теперь, посмотри, где мы. Мы новый Орден Камня, о котором только книжки в детстве читали, мы сами когда-то мечтали повстречать вживую тех, на кого мы ровняемся. Кто бы мог подумать?..       У Джесси на лице было написано «вообще-то это должен говорить я, разве нет?», но вслух он ничего и не говории. Вместо тысячи слов берет небольшую фотографию в рамке около лежащих стопок бумаг. Лукас успевает прочитать на странице одной из них "Границы шахтёров. Дело алмазного грифера. Улики и доказательства.".       Все-таки он не забросил свое так называемое "хобби"... — А помнишь эту фотографию? — мистер "детектив-это-мое-хобби" машет фотографией в рамке, привлекая внимание.       Взяв ее из чужих рук, Лукас сразу все понял: это любимая фотография Джесси, сделанная пару лет назад. На ней все они запечатлены такими юными и счастливыми…       Его губы растянулись в усмешке. Он должен признать, это вызвало воспоминания. — А как я могу забыть? — На фотографии новый Орден камня — все молоды и неопытны, у всех на лицах яркие и решительные улыбки. — Похоже, мы все тогда были намного счастливее, не так ли? — Мы и сейчас счастливы, — протестует Джесси и улыбается.       Да, и сейчас они счастливы, но тогда они были более... беззаботными. — Да, да, я знаю, я знаю. — Лукас поддразнил, закатив глаза. — и все же, ты должен признать, тогда все было намного проще, понимаешь?       Без предупреждения наклонившись вперед, осторожно положив одну руку на стол для равновесия, он еще мгновение смотрел на фотографию, прежде чем поставить её обратно на стол. С нового ракурса писатель смог лучше рассмотреть работу, которую делал Джесси, а также его лицо. — Ты выглядишь уставшим. Выражение лица говорит само за себя. Это была смесь усталости и... намёка на что-то ещё, но он не мог понять, на что именно.       Вместо этого мэр горделиво поднял голову. — О, я в порядке. У меня ещё полно энергии, — сказал тот пренебрежительно, хотя и был довольно уставшим. — у меня больше выносливости, чем у тебя когда-либо будет.       Лукас тихо фыркнул. Типичный Джесси, такой же упрямый, как всегда. Думаю, он не мог ожидать от него ничего меньшего. — Эй, не смотри на меня так, — ответил писатель с наигранной обидой. — на этот раз у меня гораздо меньше шансов упасть от истощения, чем у тебя.       Он почти отпрянул и чуть не упал со стола(по крайней мере, ему верилось, что со стороны это выглядело именно так), когда Джесси внезапно приблизился к нему, почти нависая. Он почувствовал тепло, исходящее со стороны и аромат древесины кедра и дуба.       Лукас не в силах отвести взгляд в сторону, он был... взволнован? Что, черт возьми, происходит?       Если бы писатель не приходил проведовать его несколько раз в неделю, садясь на край его рабочего стола всегда, когда Джесси безвылазно сидел за бумагами, если бы он не заглядывался на его лицо каждый раз и не знал его слишком хорошо, он бы очень засомневался в реальности происходящего.       Джесси поднял глаза, нахмурившись самому себе. Оба удивлены неожиданной близостью.       Как будто бы Джесси собирался обнять его, но почему-то, застыв на месте, так и не решился сделать первый шаг. Только тогда Лукас заметил, как Джесси смотрит на него. Такими глазами. С таким выражением.       Ох, создатели, это что-то неожиданное. Что-то, с чем Лукас не совсем понимал, как справиться. Но… Лукас прочистил горло. Да, это самый настоящий Джесси. И это немного неловко, неужели вот, что он чувствовал каждый раз, когда Лукас смотрел на него так же? А может это так разыгразлось воображение? Джесси всерьез смотрел на него странным, почти восхищенным образом?       Почему Лукас вдруг почувствовал себя таким легкомысленным? — Джесси…       Его голос превратился в тихий шепот. — Лукас, я… — он оссекается и выглядит почти разочарованным. — …не должен был этого делать, не так ли? — Подожди, что-       Писатель заговорил прежде, чем успел осознать, что потянулся вперед и схватил его за руку. — Н-нет, ты, — застигнут врасплох собственным поступком, он не может заставить себя отпустить его. Не здесь и не сейчас.       Почему со всем этим так трудно справиться? — Нет, Джесси, ты… тебе не нужно извиняться, — он коротко вздохнул, осознав, насколько близко они оба были на самом деле. Его рука сжала чужую руку сильнее. Странное предчувствие становилось сильнее с каждой секундой.       Это было неправильно? Они всегда были друзьями, но… — …Джесси, — голос Лукаса прозвучал более робко, чем раньше. — могу я спросить тебя кое о чем?       Тот вздрагивает и не скрывая смущения на резком выдохе произносит: — Да, конечно, все, что угодно.       Не договаривает разве что: «все, что угодно, для тебя»       Лукас сделал вдох—выдох, успокаивая быстро бьющееся сердце. Хватка на руке героя стала сильнее, в то время как другая рука удерживалась на столе, с которого писатель так и не поднялся, и это однозначно не помогало, внезапно он понял, что это делает ситуацию только запутанней. — Джесси, ты... — Да. — Эй, стой, я еще не спросил–       Он поддается вперед без какого-либо предупреждения. Ощущение его губ было неожиданным, и Лукас не мог не отрицать, что впал в оцепенение. Миллион разных мыслей пронеслись в его голове одновременно. Удивление. Смущение. Счастье. Что-то… еще.       Легкое головокружение.       Через несколько мгновений Джесси отстраняется, замирая в нерешительности. — Так, так, так. Стой, погоди,— вздыхает он, приподнимаясь с места. Лукас поворачивается к нему на крае стола и Джесси ничего не остается, кроме как осторожно и мягко обхватить его лицо. Лукас, устало блестнув улыбкой, положил свои руки ему на плечи.       Создатели, все происходит слишком быстро...       А когда не происходило?       На этот раз поцелуй был глубоким. Джесси действительно знал, что делает, в отличие от Лукаса. Волнующее ощущение пальцев, нежно сжимающих подбородок Джесси, заставило сердце пропустить удар.       Через момент они снова отстранились.       Сердце Джесси билось быстрее, чем когда-либо прежде. Он просто поцеловал своего друга. Своего лучшего друга. Но он чувствовал себя счастливым, невероятно счастливым.       Он просто поцеловал его и не хотел отстраняться, и это взаимно. — Эм, — Лукас сглотнул, горло пересохло. Он рад, что предпочел сидеть на столе, чем стоять, иначе он точно не устоял бы на ногах — …как ты себя чувствуешь? Сейчас?       Джесси удивленно моргнул.       Лукас все еще нежно держал его подбородок, он и изо всех сил старался бороться с желанием притянуть его к себе. Он смог только тихонько усмехнуться, прежде чем заговорить. — Если это награда за все труды и бессонные ночи, Лукас, знай, я более чем счастлив. — выпаливает без особых раздумий. В голове благодарит создателя, что вообще нашёл в себе силы на ответ.       Глаза писателя расширились. Отводит взгляд, румянец становится явнее.       Это все, что ему нужно было знать.       Даже в такое время он все еще был тем же упрямым и трудолюбивым Джесси, которого все знают. Лукас почувствовал теплое чувство счастья, услышав его слова.       С дрожащим вздохом он убирает свои руки, почти невесомо проведя рукой по шрамам на загорелых щеках героя. — Ты не должен быть единственным, кто не спит всю ночь, — Сказал Лукас со смехом. — нам обоим стоит сейчас пойти спать. Но перед этим…       Он наклонился вперед, притягивая Джесси ближе к себе.