Трагедия

— Я соболезную вашей утрате, господин Суэхиро, — коротко и тихо проговорил пожилой старик которого Тэтте впервые видел в своей жизни. Половину из присутствующих он совершенно не знал, да и знать не хотел, потому что сейчас его голова была занята совершенно иным. Глаза опухли от пролитых вчера слез, сердце болезненно сжималось и скулило, но Тэтте старался продолжать держать себя в руках, приветливо улыбаясь пришедшим гостям. — Уже ничего не поделаешь, такова жизнь, — ответил ему Суэхиро, поворачивая голову в сторону. Его взгляд коснулся белоснежного гроба который стоял на небольшой ступеньке. Крышка была чуть приоткрыта, ее внутренняя сторона обшита красным бархатом, это была одна из его любимых тканей. Сам гроб щедро украшен вытиеватыми золотыми узорами. Тэтте не экономил, покупал все самое дорогое и красивое, лишь бы его любимому было как можно комфортнее находится в вечном сне. — Какая трагедия! Кто бы мог подумать что случится нечто подобное? Бедный Суэхиро... В такой знаменательный день! — громко сморкаясь в голубой платок дрожащим голосом говорила довольно крупного телосложения женщина. Тэтте было некомфортно находится в таком большом скоплении людей. Ему хотелось сбежать отсюда, он отчаянно верил что все происходящее кошмар от которого он скоро проснется. Тэтте мысленно молил бога в которого никогда не верил, о том чтобы всё это стало несмешной шуткой. Пожалуйста... Это же не может быть правдой, не может. — Как именно он умер? — задал вопрос высокий мужчина в черном фраке, вальяжно обнимая рукой прозрачный бокал. Его собеседник на мгновение задумался, но ответ не заставлял себя ждать: — Его застрелили, пуля попала прямо в сердце когда он стоял у алтаря. <iПрекратите . — Какой ужас, а кто убийца не известно? Хватит, пожалуйста, не нужно. — Поговаривают что это был кто-то из родственников Тэтте, они ведь были против этого брака, так как хотели чтобы Суэхиро стал полноправным владельцем компании от которой недавно отказался. — Ох... Это правда? С ума сойти, как же так. Тэтте отошел в сторону, обнимая свое тело руками. Его дыхание сбилось, он начинал дрожать, царапая зубами нижнюю губу. Глаза нервно бегали по округе, в горле застрял неприятный ком который он не мог проглотить. Это ему нужно было умереть, это он должен был стать целью снайпера. За что? Почему кому-то нужно было это делать, почему это произошло именно с ним? Почему? Тэтте не слушал окружающий его шум, да и тем более всем присутствующим до него нет дела. Он слушал только стук своего сердца, стараясь скорее прийти в норму и подавить внезапный приступ печали. На дрожащих ногах он подошел к гробу. Рядом с ним бубнел священник, перелистывая страницы какой-то непонятной книжки. Дзëно лежал там, скрестив мертвенно белые руки на груди. Даже сейчас он был прекрасен. На месте где у него находилась рана была прикреплена красная роза, самого Саигику переодели в белый классический костюм без галстука. Около его головы располагались различные цветы, это были: белые лилии, розы, хризантемы. Ими были усажены все мелкие промежутки в гробу. Тэтте почувствовал болезненный укол в сердце. Он упал перед ним на колени, утыкаясь носом в сложенные руки. В следующую секунду с его глаз потекли горячие слезы. Тело дрожало, а с каждым всхлипом его душа все больше и больше сжималась. — Прости меня, прости меня, прости меня, прости меня, прости, прости, прости, прости, прости. Это моя вина, только моя, прости меня, Саигику, — не прекращая плакать, шëпотом произносил Тэтте. Он не помнил что произошло потом. Все было как в тумане. Кажется его насильно заставили отойти от гроба, пока Тэтте изо всех сил цеплялся за него, не желая отпускать Дзëно. Остаток похорон прошел довольно тихо. Наверное это из-за внезапной истерики Суэхиро. Дзëно успешно поместили под землю, кидая на крышку гроба еще несколько цветов. По их окончанию гости разъехались по домам, а Тэтте так и остался стоять около свежей могилы. Он не знал что будет делать дальше. Домой возвращаться не было смысла, потому что там не было его. Он больше не встретит Тэтте с теплыми объятиями и нежными поцелуями. Они больше не погуляют, не подержаться за руки и не прикоснуться друг к другу. В этот момент Тэтте хотелось поступить также, как и Джульетта. Напиться яду и сдохнуть прямо здесь. *** Прошел месяц с похорон Дзëно. Убийцу так и не нашли, что очень огорчало Суэхиро. Он дал себе слово что пока не найдет виновника, не покинет этот мир, а когда найдет, наконец сможет стать свободным и встретится с Саигику. В последнее время его все чаще и чаще стали преследовать кошмары, они повторялись что немного напрягало Тэтте. Ему снился тот самый день, когда он потерял его. Когда он снова держал ослабевшее тело Дзëно на своих руках, крепко прижимая к себе, пытаясь остановить льющуюся из его груди кровь. Порой сны менялись, и ему просто снился Саигику стоящий напротив него. Тэтте пытался взять его за руку, уйти с ним, крепко прижать к себе, но все что он получал в ответ это тихое: еще не время. Может они снятся ему из-за обручального кольца с которым Суэхиро так и не смог растаться? Сегодня Тэтте решил поехать и навестить могилу Дзëно. Наверное из всех людей, на кладбище он самый частый клиент. Иногда он ходил туда по два, или три раза в день чтобы просто положить голову на могильный камень и понаблюдать за плывущими по небу облаками. Тогда ему казалось что в эти моменты он чувствовал присутствие Дзëно где-то совсем рядом. На улице было туманно, так что доехать на машине сюда оказалось довольно сложно. Он боялся не того, что собьет кого-то живого, а того, что случайно может въехать в чью-то могилу. Если признаться честно, то сейчас Тэтте больше уважал мертвых, нежели живых. Он проходит по небольшой тропинке между чужими могилами, торопливо разыскивая нужную плиту. Она выделялась среди всей этой серой массы, потому что рядом с ней на небольшом камне сидел плачущий ангел. Сладости которые Тэтте приносил в прошлый раз бесследно пропали. Наверное опять украли какие-то недоумки. Он вздохнул, присаживаясь на одно колено и доставая из кармана горсть шоколадных конфет. — Не переживай, я принес еще. Как ты тут? Все хорошо? Есть что нового? — поинтересовался Тэтте, с легкой улыбкой осматривая выросшую около камней траву. — Извини, сегодня вечером я обязательно ее уберу, знаю что ты не любишь грязь. Тэтте прошелся кончиками пальцев по зелёным травинкам, заглаживая их назад, будто это были чьи-то волосы. Что-то звякнуло, и покатившись упало перед Тэтте. Суэхиро жмурится, поднимая блестящий предмет в руки. Только после того, как он очистил его от грязи, он узнал в нем кольцо Саигику. На нем все еще было выгравировано маленькими буквами: моя душа принадлежит только тебе, Саигику. — Что... Но как оно здесь оказалось? Я ведь надевал его ему на палец... Пока он рассматривал кольцо, небо неожиданно затянуло темными облаками, чего не совершенно не заметил Тэтте. Стало ужасно тихо, что Суэхиро очень не понравилось. Даже вечно каркающий рядом с ним ворон улетел прочь. — Похоже мы остались одни. Тэтте поднялся с земли, пряча чужое кольцо в кулак. Тогда в небе прогремел гром, заставляя Суэхиро дернуться, и обратить внимание на внезапно сменившуюся погоду. Он поднял голову, разглядывая грозовые тучи. — Что за... — Разве тебе не говорили, что брать вещи с могил покойников нельзя? Внезапно озаривший тишину голос заставил Тэтте замереть. Кажется он сошел с ума из-за своего одиночества, иначе как можно объяснить то, что он сейчас слышит? Галлюцинации? Снова переборщил со снотворным? Он медленно опускает голову, широко распахивая глаза. К нему медленной, неспешной походкой шел человек который был одет в белый классический костюм. Около его сердца находилась красная роза из которой сочилась красная кровь. Будто именно она, подобно стреле пронзила его грудь. Дзëно улыбался ему своей нежной улыбкой, выходя из густого тумана. Он немного отличался от прошлого себя. была слегка зеленой, на щеке можно заметить шов от черных ниток, тоже самое на его левой руке, прямо на безымянном пальце. Тэтте сделал два не больших шага вперед. Глаза защипало, а по горлу будто медленно потекло что-то ужасно горячее. — Я проделал такой путь, а ты даже не обниме... — не успел договорить это Дзëно, как Тэтте неожиданно накинулся на него с объятиями, опрокидывая его на землю. Тело Саигику было ледяным, но не смотря на это Тэтте продолжал крепко обнимать его, утыкаясь хлюпающим носом. — Эй, пого... — Забери меня! Забери меня, Дзëно, прошу тебя, забери! Я так больше не могу, я не могу жить в мире где нет тебя, пожалуйста, Дзëно! — умолял его Суэхиро, не прекращая плакать. Дзëно чувствовал себя растерянно, он не ожидал подобной реакции, но затем, быстро взяв себя в руки оттолкнул Суэхиро, заставляя того смотреть на свою нежную улыбку. — Я не могу забрать тебя пока... — Пока? — перебил Тэтте. — Пока ты не выполнишь данное собой обещание, но... — Дзëно забрал свое кольцо из чужой ладони, надевая его на свой безымянный палец. — Я буду с нетерпением ждать тебя, Тэтте. *** — Его казнят завтра. Стоя у чужой могилы твердо произнес Суэхиро. Виновником и вправду оказался его отец. Слишком хотел сделать своего сына главой компании, но не знал что он окажется настолько одержим другим человеком, что будет готов пойти на все, даже на убийство своего отца. В его руке находился серебряный нож. Он прижал его кончик к своей груди, в последний раз смотря на голубое небо. — Я наконец могу быть с тобой, Дзëно. Он без труда вонзил лезвие себе в грудь. Оно вошло в него словно масло, награждая ужасной болью которая впоследствии разошлась по всему телу Тэтте. Было больно, ужасно больно, но ужаснее было то, что он все еще не умер. Тогда Суэхиро снова схватился за нож, рывком дергая за него вниз. Красная кровь брызнула на статую плачущего ангела, Тэтте аккуратно сполз вниз, стараясь не задеть собой недавно посаженные на могилу Дзëно цветы. Ему было нечего больше сказать. В глазах медленно начинало темнеть, когда он увидел знакомый силуэт. Суэхиро улыбнулся нежной улыбкой, чувствуя как боль постепенно начинала уходить. С его губ сорвался тихий выдох облегчения. Это трагедия, потому что Тэтте не смог перенести смерть Дзëно, и скончался прямо у него на могиле. Но радует теперь лишь то, что их похоронили вместе, и теперь они всегда будут рядом друг с другом, и если не в настоящем, то в загробном мире.