Рыцарь смерти в старшей школе

После двух часов "весёлых" переговоров. — Итак, подведем итоги: за помощь нашим сёстрам ты требуешь один миллиард йен и полную защиту от других демонов? — Всё именно так, Левиафан. — Не слишком ли мало просишь, не находишь? — Я всего лишь хочу получить то, что в моих силах, не больше. — Интересная позиция, обычно смертные требуют слишком много, и им приходится отдавать всё своё, чтобы погасить долг. — В основном так и есть, Люцифер, но я уже мёртв. Я также служил демонам, поэтому знаю, чего ожидать от вас в большинстве случаев. — И когда же ты успел послужить демонам, и если ты сбежал, то почему ты сохранил свой облик? — Я служил пылающему легиону, точнее, мой король был их рабом. — Ты ветеран Великой Войны, ведь только тогда существовал легион? — Скажу больше, я сражался с орденом серебряного авангарда и паладином, основавшим этот орден, Тирионом Фордрингом и его чёртовым Испепелителем. Шрам, оставленный этим клинком, до сих пор даёт о себе знать. — Да кто ты такой?! — Я? Я всего лишь страж короля-лича, страж цитадели ледяной короны и ледяного трона, последний рыцарь смерти Акеруса, который добровольно остался на службе падшего принца. Я могу продолжать этот список ещё долго, но думаю, я уже назвал интересующий вас. — Владыка, вот договор. — Благодарю, Филип. Итак, давайте сделаем наш договор официальным. Документ останется у меня, а у вас будут копии, чтобы всё было по-честному. — Ты не ответил на вопрос. — Ты не уточнял, Люцифер, так что формально я ответил на вопрос, договор ждёт. — Хорошо, давай сюда его. Хм, я не вижу никаких подвохов, ты действуешь по чести? — Попытка обмануть демона при заключении контракта — это всё равно что пытаться утопить воду, бесполезное и опасное решение. А мне моя вторая жизнь ещё нравится. После того как договор был заключён, демоническая делегация покинула Акерус и земли Певереллов. Как только все убедились в их окончательном уходе, в зал вошли остальные. — Ты ведёшь себя неразумно, парень. — Разве? — Ты надел на свою шею ошейник, и лишь вопрос времени, когда на нём закрепится поводок. — Возможно, в обычной ситуации так и было бы. — У тебя явно есть тайна, которая может помочь тебе? — Нет. Я сказал, что помогу их сёстрам, но я не уточнил, как именно я это сделаю, и не сказал, какие ситуации я считаю опасными. — И что же, по-твоему, будет являться опасной ситуацией? — Когда в мир вторгнется демоны Пылающего легиона, а мой дом окажется в осаде Серебряного авангарда. — Не слишком ли высокие у тебя требования к слову опасность? — Раньше они были ниже, но после того, как я воевал на стороне Осквернителя, и когда на порог моего дома пришли армии живых, они возросли до этого уровня. — Теперь я вижу, что ты способен защитить мою дочь. Чего ты хочешь от меня? — Я уже говорил это перед своим уходом: мне нужна гарантия, что падшие оставят меня и мою семью в покое. — Мне ещё интересно, почему ты не отдал им эту некомату? — Я хочу создать дом для отчаявшихся и преданных. Если я сдам одну из своих подопечных, то кто придёт сюда? — Подопечная, да? Не одна из жён? — Возможно, так и будет. Я заплатил свою цену за новую жизнь и силу. — И что же ты отдал за это? — Свои эмоции и душу. То, что все сейчас видят, не более чем попытка воспроизвести эмоции, которые я видел у живых. Возможно, когда-нибудь я смогу понять, кого я люблю, а кого ненавижу, но не сейчас, сейчас я всего лишь мёртвая машина смерти, которая воспроизводит эмоции. - Я с трудом верю в твои слова, слишком много в них нестыковок. - Это твой выбор, Вали, верить мне или нет, но позволь мне показать тебе следы тех времён, о которых я говорю. С этими словами Алекс начал снимать свою кирасу, затем кольчугу, а после и рубашку. Когда рубашка упала на пол, перед всеми предстал бледный торс, покрытый множеством шрамов. Но самым примечательным был шрам посреди груди. Кожа вокруг него была подгоревшей, а сам шрам выглядел так, словно он вот-вот вновь начнет кровоточить. - Тебя действительно пронзил Испепелитель. - Что такого особенного в этом Испепелителе? - Он был создан нашим Отцом, как и Экскалибур и Аскалон, этот меч был создан из чистого света и предназначен для борьбы с силами тьмы. Надев рубашку, он сказал: — Посмотрели и хватит. Дейрон, когда демоны доставят деньги, возьми 10 миллионов и построй себе дом. — Хорошо, дядя, но как насчёт постоянного притока денег? — Хороший вопрос. Есть у кого-нибудь идеи? — Не думаю, что сейчас подходящее время для напряжённого размышления. — Пожалуй, ты права, Дафна. Вы не привыкли быть активными так же долго, как я. Обсудим это позже.

***

После ухода демоны вернулись в ад через телепортацию. Как только делегация оказалась во дворце Люцифера, Сазекс отправил всех по своим делам. В его кабинете остались только он сам, его жена Грейфия и Серафолл. Они хранили молчание. - Что вы об этом думаете? — наконец прервал тишину Сазекс. - Это была очень рискованная идея, Сазекс, — в голосе Грейфии слышались нотки презрения. Любой, кто не знал бы их лучше, мог бы подумать, что она ненавидит Сазекса, но это не так. Она просто не одобряет его необдуманные действия. Как ещё можно назвать его поведение? Он сам отправился в дом могущественного некроманта, который заключил союз с падшими. Они все видели, что он способен порабощать души мёртвых, и он спокойно вошёл в дом, где могла быть засада. Конечно, никто не может спастись от силы разрушения, но в такие моменты нужно быть осторожным. - Она права, Сазекс, ты ведь чувствовал эту святую энергию, исходящую от брони и меча? — вмешалась Серафолл. - Сера, даже слепой бы почувствовал энергию, я ощущал её только от обладателя лонгинов. Подожди, ты же не хочешь сказать, что этот некромант... - Да, он владелец лонгина, и, по-моему, не одного, а двух. - Это практически невозможно. - Ключевое слово «практически». Этот клинок похож на затаившегося зверя, а от брони я чувствую такую плотную святую энергию, что не удивлюсь, если она как-то влияет на демонов. — Я предлагаю назначить наблюдателей за ним. Если он нарушит договор, мы сможем его убить. Жаль, что его нельзя превратить в демона. — Чтобы потом отдать его Риас? Ты, конечно, извини меня за то, что я скажу, но она, как избалованный ребёнок, привыкла получать всё, что пожелает. Её не волнует, что своими хотелками она может спровоцировать новую войну. После этих слов Серафолл на лице Сазекса появилась печаль, а над головой образовалось тёмное облачко. — Ты права, Сера, я слишком её избаловал. Поэтому я не буду говорить ей о некроманте. Твоя сестра мыслит рационально, думаю, ей можно будет рассказать о нашем соседе. — Хорошо, тогда я пойду. — Подожди, Сера, не хочешь объяснить свои слова? — К-какие слова, Сазекс? — Я про твои слова о женитьбе на тебе. — Ах, ты об этом. Просто всякий раз, когда мы ведём переговоры, многие хотят меня соблазнить. Для таких людей я придумала эту тактику, чтобы они делали всё, о чём я их попрошу. — И что ты скажешь о нём? — Он хорошо держался, и он готов на всё ради своей семьи. Так что в моих глазах он по крайней мере заслуживает нейтрального отношения. — Тогда ты можешь идти. Как только Серафолл покинула кабинет, Сазекс, взглянув на Грейфию с серьёзным выражением лица, произнёс: — Выясни всё, что сможешь, а затем внимательно следи за ним. — Как пожелаешь.