Не влюбляться

      Алек смотрит на Джерамайю, но перед глазами всё плывёт. Диван ужасно неудобный, а в комнате почти темно - её освещают только фары редких машин. Очередной кошмар нашёл его в стенах Института. У кошмара были золотисто-зелёные глаза.       Короткую дорогу до дома Фауста он уже знает наизусть.       Теперь наркотики в его крови позволяют ему выпустить на волю эмоции, которые он так долго прятал внутри. Алек позволяет себе ненавидеть Магнуса.       Он ненавидит его за то, что тот бросил его. Магнус кинул его, как бездомную собаку на обочине. В том тоннеле Алек провёл не один час, пытаясь научиться жить с огромной дырой в груди вместо сердца.       - Aku cinta kamu.       Эти слова были выжжены в его сознании и Алек ненавидел их. Это худшее, что Магнус мог сказать ему на прощание.       Злость берёт верх и Алек швыряет пачку сигарет в стену. Она пролетает в паре сантиметров от лица Фауста, сидящего на краю стола. Его Алек тоже ненавидит. Когда он уже решил больше не иметь дел с магами, Фауст появился в его жизни и приютил. В его квартире Алек прятался от всего. Но это нихрена не делало его жизнь лучше.       Сейчас Фауст усмехается и смотрит на него пустыми глазами. Смотря в них Алек видит лишь кошачьи глаза Магнуса.       Зажмуривается.       Вновь смотрит.       Всё ещё знакомые зелёные глаза. Алека бесит это. Даже сейчас, когда он понимает что Магнус бросил его, исчез из его жизни, забыл, Алек не может ничего с собой сделать.       Подойдя к столу, он касается руки Фауста, лежащей на столе. Фауст усмехается.       - Я - не он, Алек.       - Отлично.       Фауст снова смеётся, выдыхая сигаретный дым в лицо Алека.       На памяти Алека Магнус ни разу не курил.       Алек ведёт пальцами по руке Фауста вверх и замирает на плече. Он медлит, смотря в пустые глаза без радужки и зрачка.       Фауст был его лучшим другом и целовать его тогда, в первый раз, оказалось, как целовать Джейса, так же неловко и неправильно. И это бесило. Алек не мог целовать кого-то, кто не был Магнусом. Он не любил никого другого.       Он обхватывает пальцами шею Фауста и притягивает его к себе. Губы мага сухие с привкусом сигарет.       Губы Магнуса всегда были горячими и сладкими.       Алек воет.       Даже сейчас он не может выкинуть это из головы. Он дефектный. Он принадлежит Магнусу. А Магнус его бросил. Для него больше нет места.       Отстранившись, Алек плывущим взглядом вновь замечает кошачьи глаза.       Чертовы маги.       Алек запускает руку в волосы Фауста и дёргает назад, заставляя того обнажить шею и рвано всхлипнуть. Он впивается в неё поцелуем, прикусывает тонкую кожу, поднимается выше и оставляет отметину под челюстью. Отстранившись, впивается в ключицы. На коже мага расцветают багровые отметины.       Нашарив руками ремень, он расстегивает его и тянет язычок на ширинке. Сдёрнув джинсы вместе с трусами с Фауста, Алек проводит ладонью вверх по его налитому члену.       У Магнуса больше.       Толкнув в грудь Фауста, он заставляет его откинуться на стол, опершись на локти. Маг наблюдает за ним из под полуопущенных светлых ресниц, на которых никогда не было туши.       И глаза его никогда не были подведены изумрудной подводкой.       Длинные волосы находятся в ещё большем беспорядке, чем обычно.       Магнус всегда оставался безупречным, даже во время самых бурных ночей.       Алек сжимает бедра Фауста, царапая их ногтями до синяков и красных полос.       Он ненавидит магов.       Вскидывает голову к потолку, в попытке успокоиться и перевести дыхание. Тщетно. Падает на колени и припадает губами к головке члена Фауста.       Фауст рвано дышит, открыто стонет.       Ни капли элегантности присущей Магнусу.       Он скользит языком по кругу, широким мазком обводит всю поверхность и тут же захватывает член до самого основания.       Когда-то мысль даже о поцелуе заставляла его покраснеть и начать задыхаться, в панике ища пути к отступлению. Потом случился их первый с Магнусом поцелуй - смазанный и неловкий, на пороге бруклинской квартиры, и Алек убежал в панике думая, что всё запорол. Однако долго находиться в дали от Магнуса он не смог. И потом уже был ни один поцелуй. С Магнусом Алек впервые попробовал всё.       Он попробовал жить.       Алек отчаянно стеснялся, краснел, но шёл до конца, соглашаясь на всё, что предложит маг. Магнус на него не давил в плане секса и был терпелив, не настаивая на близости. Алек боялся и отчаянно желал. После их первого раза он лежал у Магнуса на плече, сонно выводя узоры на его золотистой коже, и чувствовал, что всё правильно. С Магнусом Алек чувствовал себя правильным и нужным. Он узнавал, что ему нравится, познавал собственное тело и учился доставлять магу удовольствие.       Всё было правильно. Так, как должно было быть. А потом Магнус его бросил. Алек чувствовал себя так, будто из лёгких выбили весь воздух, и вздохнуть он не мог уже на протяжении трёх месяцев.       Магнус его бросил и даже не отвечал на звонки.       Алек стискивает пальцы на бедре Джерамайи, и отстранившись от члена, оставляет цепь укусов на тонкой коже, которую натягивали выступающие тазовые кости.       Чёртовы маги.       Он кусает сильнее, Фауст коротко вскрикивает, и выступают бисеринки крови. Алек возвращается к члену и, проведя языком от основания к головке, берет её в рот, сжимая губами. Движения быстрые и смазанные. Всё плывёт и голова кружится. Выпустив член изо рта, он спускается и проводит языком по яичкам, захватывая их по очереди ртом.       Фауст задушено всхлипывает. Он не позволяет себе трогать Алека. Он не принадлежит ему. Ему и так стоит огромных усилий не влюбляться в мальчишку. Он выбрал роль его друга - Алеку не нужен никто, кроме верховного мага Бруклина.       Алек кусает за внутреннюю сторону бедра. Он помнит, как ощущается кожа Магнуса - она золотиста и бархатная, горячая. Магнус всегда был горячим и Алек часто жался к нему ночами в поисках тепла. Фауст был холодным, как и сам Алек. Его ледяные руки могли вызывать судорогу.       Ему кажется, что он сходит с ума.       Он кусает Фауста потому что хочет, чтобы тот злился на него. Он ведь должен злиться. Алек ведь использует его сейчас. Как и в тот раз, когда просил поцеловать его. Тогда он лишь убедился, что никого кроме Магнуса он не хочет. Ему никто другой не нужен.       Фауст остаётся спокойным, лишь дыхание и срывающиеся с губ стоны, отличают его от привычного состояния. Алек поднимается с колен и скидывает собственные джинсы, переступив через них, он отпинывает комок ткани в сторону. Тянет Фауста на себя и, зарыв ладонь в волосы, тянет их, целует сухие губы отчаянно и грубо, кусая, вызывая всхлипы Джерамайи. Вторая рука нащупывает и сводит вместе их члены, надрачивает. Скользит вверх и вниз. Сжимает, галдит.       Фауст отстраняется осоловело глядя на Алека.       Алека бесят эти глаза.       Он давит в себе поднимающееся из груди рычание. Стискивает зубы.       Чёртовы маги.       Фауст надеялся этого избежать, надеялся, что ему не придётся этого делать. Но он решает дать Алеку то, что ему нужно. Он пообещал себе не влюбляться. Он справится.       Он толкает Алека ладонью в грудь, заставляя отстраниться, и видит как меняется взгляд голубых глаз - от ярких, пылающих ненавистью и злобой, до светлых, удивлённых. Фауст спрыгивает с края стола, и потянув Алека на себя опрокидывает его грудью на стол. Взгляд блуждает по светлой спине, покрытой россыпью мелких шрамов и чёрными росчерками рун.       Он даст то, что ему нужно.       В каждом маге есть часть демона. И эта часть равна примерно половине. Обычно Фауст старается её затолкать поглубже в сознание, не пользоваться магией, не совершать ритуалов, не делать ничего, что выдало бы его сущность. Однако сейчас он позволяет себе выпустить на свободу её. Он стискивает бёдра Алека и входит сразу на всю длину. Тот вскрикивает, изгибаясь и поднимаясь со стола на вытянутых руках. Фауст тут же упирается рукой ему в спину, заставляя лечь обратно. Пальцы Алека скользят по крышке стола, пока Фасут отстраняется и входит вновь. И ещё раз. Ногти скрипят по лакированной столешнице. Фаусту почти жаль его.       Он удерживает Алека за бёдра, продолжая двигаться, пока он не перестаёт сопротивляться и не начинает подаваться ему навстречу. Всхлипы и вскрики сменяются стонами открытыми и громкими. Алек теряется в боли. Боль словно сочится из него затапливая всё вокруг.       Ему больно больно больно больно.       Он кричит просто потому, что больше не в силах держать всё это в себе. Он кричит потому, что Магнус бросил его. Потому что Магнус виноват в том, что Алек не может полюбить никого другого.       Перед глазами уже не плывут образы, только чернота и яркие вспышки. Он поднимается, прижимаясь исцарапанной спиной к груди Фауста. Движения резкие и отрывистые. Пот щиплет ранки. Он двигается навстречу Джерамайе. Рука мага обхватывает его член и Алек почти готов себе покляться в том, что вместо ледяных пальцев, он чувствует горячие, и в воздухе плывёт запах сандала, а не сигарет. Он кричит.       - Уйди уйди уйди уйди!       Вспышки сливаются в белое пятно перед глазами и его накрывает оргазм. Смывает всё, ломает и разрушает на мелкие кусочки его сознание.       В следующее мгновение, когда он вновь осознаёт себя в своём теле, он лежит на старом продавленном диване, и пружина впивается ему в бок. Он сворачивается в клубок и трясущимися руками обхватывает колени. Холодная рука гладит его по волосам и этого становится достаточно, чтобы Алек позволили себе плакать.       Он делает это долго и со вкусом, выпуская всю свою боль наружу.       Фауст закуривает, сидя на полу рядом с диваном. Продолжает перебирать тёмные волосы Алека.       Он обещает себе не влюбляться. Он видит, что делает с Алеком любовь. И он ненавидит Верховного мага Бруклина за то, что тот встретил Алека.