Прощай, Райли.

Элли открыла глаза. Она всё ещё была рядом с Райли. Подруга же, хоть и не шевелилась, но была жива. Элли чувствовала её тяжёлое дыхание. «Ох, Райли, как же я рада провести, эти, возможно, что последние часы наших жизней, здесь, с тобой. В этой безлюдной подворотне, где только мы вдвоём» — думала девочка. Прижавшись к Райли ещё плотнее, Уильямс снова посмотрела на след укуса на своей руке. Тот самый укус, что перечеркнул все их с подругой планы на будущее: поездка в Калифорнию, возможное присоединение Элли к Светлячкам, и, самое желанное — развитие их с Райли отношений. О да, с того самого мгновения, когда Элли на эмоциях вдруг поцеловала подругу в том торговом центре, где они провели свой лучший и, одновременно, самый кошмарный вечер, прошло всего несколько часов, а столько успело случиться событий: нападение заражённых, из обеих кусают, они осознают, что обречены, не знают, что делать. Затем, они уходят из торгового центра, сами не зная куда. Бродят по пустым улицам города, пока не решают передохнуть в случайной подворотне, где их с высокой вероятностью никто не побеспокоит. И вот теперь, осознавая, что всё кончено, Элли может лишь бесконечно сожалеть о том, что теперь никогда не случится. — Элли? — Спросила с тяжестью в голосе проснувшаяся Райли. — Я здесь, Райли. Я здесь. — Девочка берёт старшую за руку. — Знаешь, твоя рука такая мягкая. Ох, будет нелегко её отпускать. — Всё будет хорошо, милая. Мы будем вместе. Даже «там». — Ага, если это «там» конечно существует. — Будем надеяться на лучшее. — Пожалуй, соглашусь с тобой. Кстати, Элли, ответь-ка на один вопрос. — Какой? — Я правда тебе нравлюсь? Уильямс сперва пытается подобрать хоть какие-то слова, но где-то через минуту раздумий, лишь аккуратно прикасается губами к губам подруги. Во второй раз. — Вот это мой ответ. — Говорит Элли. — О, ясно. Честно, я тоже тебя люблю. Уже давненько. Сначала я думала, что просто хочу заботиться о тебе, защищать, словно ты моя, например, сестра. Я всё больше к тебе привязывалась. Так грустила от нашего временного расставания. Однако, сегодня, в центре, стоило тебе поцеловать меня, как я всё окончательно поняла для себя. Этого я и хотела всё это время. Ох, если бы мы смогли пожить подольше. Вместе. Люблю тебя, Элли Уильямс. Девочки вновь поцеловались и продолжили сидеть во взаимных объятиях друг друга. Прошло несколько часов. Было уже светло. Вдалеке были слышны звуки военных патрулей. Их могут обнаружить и спокойно пристрелить, словно бешеных дворняг. Но даже это уже не беспокоило их. Главное, быть вместе, не расставаться. Только и всего. — Слушай, — обратилась вдруг к младшей Райли. — Прости, но я должна это сделать. — Что? Убить себя? — Да. Именно это. — А я? — Ты тоже. Не бойся, у меня в пистолете даже больше двух патронов. Ещё на парочку человек хватит. — Не знаю, смогу ли я это сделать. — Ты сможешь. Я знаю. Я верю в тебя, Элли. — Хорошо, мы сделаем это. Сперва ты, затем сразу я. — Договорились. — Райли поднимается на ноги, достаёт пистолет, подносит к виску. На её глазах, впрочем, как и на глазах возлюбленной, появляются слёзы. — Прощай, Райли. — Тихо молвит Элли. — Не говори «прощай». Мы обязательно увидимся. И будем вместе. Поедем, куда захотим. Хоть в Лос-Анджелес, хоть в Майями. Никогда не расстанемся. Будем двумя мушкетёрами. Переживём любую опасность. Вместе, Элли, только вместе. — Райли жмёт на курок.

***

Она сидит на коленях рядом с телом подруги. Сжимает в трясущейся руке пистолет. Пытается нажать на курок, но пальцы всё время соскальзывают. Нет, она не может сделать этого. В итоге, она кидает оружие в сторону, смотрит в безжизненные глаза девушки, плачет и в мыслях говорит: «Прощай, Райли».