Неравная битва

Тяжело было объяснить почему он снова пришёл именно сюда. Стоя на крыше нежилого дома перед возвышающимся иссиня-черным зданием, где находился целый вражеский клан, миссия по уничтожению футовцев сейчас волновала его меньше всего. Отговорки, которые придумывал Леонардо для того, чтобы не казаться настоящим безумцем, приходя на встречу со своим врагом, уже давно не казались правдоподобными ни для кого. Но ему все равно до тех пор, пока он может видеться с ней, скрещивая клинки. Им необязателен был бой, чтобы знать, насколько силен противник, но они сражались. Потому что так нужно. Так правильно. Их кланы враждуют, а значит и они должны. Каждый пытался внушить неприятными высказываниями и замечаниями в адрес друг друга некоторую ненависть, неприязнь, но это не позволяло им полноценно убедить самих себя. Ещё один выпад, а затем лязг смертоносного оружия. Так продолжалось уже несчётное количество раз и, к слову, это порядком утомляет. Каждая встреча как первая: он старается сосредоточиться, а она снова и снова сбивает мутанта с толку колкими фразами, произнесенными хрипло, не очень громко, почти интимно, как могло показаться Леонардо. Возможно, он слишком впечатлителен по отношению к почетному члену клана Фут, но есть ли хоть кто-то, кто устоит перед Караи? Перед девушкой, облаченной в привычную черную униформу с идеально начищенной защитой, которая подчеркивала её непоколебимый образ, со слегка стертой красной помадой из-за вредной привычки, заключающейся в кусании губ. —Ты жалок, когда пытаешься сделать вид, что контролируешь этот бой. — продолжала высказывать свои наблюдения японка. —Тебе стоит быть внимательнее, если так считаешь. — глаза мутанта сузились, когда тот снова нанёс выверенный удар, заставляя дочь Шреддера придержать очередную издёвку, которая уже собиралась вырваться из её рта. —Я не делаю вид, а действительно держу все под контролем. Движения обоих врагов были до невозможности грациозными. Со стороны казалось, что их битва заключается не в желании одержать верх, а в представлении для немых и невидимых зрителей. Лидер не сводит взгляд с куноичи, будто фиксируя в памяти каждое движение руки, пряди волос, вздымание грудной клетки при глубоком вдохе в перерывах между ударами. На широких плечах Леонардо виднелись свежие порезы, нанесенные клинком вакидзаси, а руки Караи были не в лучшем состоянии, после того, как лидер черепах снова выбил из её крепкой хватки оружие. Капли крови на ладонях и яркие потёртости на их телах никого из двоих ничуть не заботили. Куноичи и старший из четверых братьев были, как всегда, затянуты процессом битвы, зная, что и в этот раз оба отделаются лишь некоторыми царапинами. Леонардо собирался нанести ещё один удар, но девушка отскочила в сторону и вернула свое оружие в ножны. —Что ты делаешь? — недоумевал мутант, скользнув взглядом к её бедру, где находился меч, а затем снова поднял глаза к лицу Караи. Воительница еле заметно улыбнулась, довольная небольшим замешательтсвом синеповязочного и приблизилась к нему на пару шагов. Лидер медленно убрал катаны за спину, убедившись, что куноичи не блефует. —Мы сражаемся уже несколько часов. Это начинает раздражать, учитывая, что ты не собираешься наносить удары в полную силу, потому этого сделать не могу и я. А какой тогда в этом смысл? — она положила руку на плечо мутанта, слегка сжимая, чтобы впиться ногтями в его кожу. От этого прикосновения по телу Леонардо прошёл табун мурашек. Ему хотелось убрать тонкую, но до невозможности опасную, руку, чтобы избавиться от этого ощущения, хотел сказать, что ненавидит, когда она так делает. Лидер черепах знал, что он должен сказать, но все, что он смог—это положить свою ладонь поверх её, отводя взгляд. —На мне не работают твои уловки. Я похож на глупца, который поверит в то, что почетная куноичи из клана Фут не собирается меня сейчас убить? — мутант старался сохранить стоически серьёзное выражение лица, но явно получалось не слишком хорошо. Пальцы девушки выскользнули из-под трехпалой ладони, медленно продвигаясь вверх, очерчивая плечи, затем ключицы и уже аккуратно поддевая подбородок Лео. —О каких уловках идёт речь? — и в этот момент брюнетка выглядела так, будто действительно не понимала о чем он говорит. —Ты, наверное, сам себе что-то придумал. Это ещё больше начало выводить лидера, но тот лишь покраснел, стараясь смотреть куда угодно, но не на Караи. А та не сводила с него взгляд, молчаливо требуя зрительного контакта в ответ. Пальцы воительницы сжались на его подбородке крепче, почти оставляя синяки. Леонардо все же пришлось остановить свой взор на девушке, как она того и требовала, не произнося ни слова. Не могла не промелькнуть укоризненная мысль в голове синеглазого: "И вот снова я ей подчиняюсь, как послушный щенок. Я лидер и не имею права так себя вести!" Он попытался отстраниться, но куноичи не позволила этого сделать. —Караи, я не собираюсь играть в твои игры. — голос парня уже не звучал так уверенно, но он нашёл в себе силы это сказать. Девушка ещё больше сократила дистанцию между ними, наслаждаясь реакцией врага. Трепет и слабость такого сильного воина, как Леонардо, тешили её гордыню. —Я не играю. — уже чуть тише ответила та. —Я ведь все вижу: ты краснеешь и не можешь собрать мысли в кучу. Что-то мне подсказывает, что на этот раз у тебя явно не все под контролем, бесстрашный. Хриплый, иногда режущий, как сталь, голос заставлял бесприкословно повиноваться и вникать в каждое слово. Никогда не возникало сомнений каким образом эта девушка добилась успеха среди одноклановцев и почему та была практически непобедима. Казалось, что те моменты, когда Леонардо поддавался порыву, чтобы спасти её из какой-то передряги, были лишь сном. Сном, в котором Лео так же силен, как и стоящая перед ним девушка. Но было глупо предположить, что сейчас он сможет бесстрастно реагировать на её очарование, обжигающие холодом пальцы и игривый тон, не проиграв ей снова. —Мива, не нужно... — тяжело выдохнул мутант, находясь опасно близко к её лицу. Каждая встреча с ней подталкивала к огромной пропасти, скрывающейся в затягивающей тьме. И лидер не мог знать: упал ли он в бездну, или все ещё держится на ногах, пошатываясь? —Если ты ещё раз так меня назовёшь, то я не прощу. — прошептала брюнетка, прожигая его взглядом. —Я не хочу покорно следовать всему, что ты говоришь. — слова дались с трудом, но эта ложь необходима во имя чести лидера (или её остатков). —Ошибаешься. — властно утверждала куноичи, переместив руки на шею мутанта. —Тебе нет смысла лгать, Лео. Караи властно притянула его к себе, впиваясь в слегка шершавые губы. Леонардо опешил, но не отстранился, а лишь аккуратно, будто боясь спугнуть, положил ладони на её талию, прижимая крепче к своему пластрону. Ощущая его прикосновения, воительница хитро улыбнулась в поцелуй. Руки мутанта обвивали её тело насточивее, почти собственнически, жадно терзая губы куноичи. Она покусывала его губы до тех пор, пока во рту у обоих не начал ощущаться металлический привкус крови, но это заставляло лишь сильнее прижаться друг к другу, не отпуская, пока не кончится воздух в очередной раз. —Твои прикосновения... Они словно маленькая смерть. — тяжело дыша, произнёс синеглазый у самых губ девушки, любуясь смазанной помадой на её лице. —А где же нотации о том, что ты воин, следующий лишь законам о чести, никогда не сдаваясь добровольно в плен? Не это ли ты сейчас и делаешь? Что же скажут твои братья? — усмехнулась дочь Шреддера, коснувшись языком его губы, чтобы слизать оставшиеся капли крови после укуса. —Я не думаю, что сейчас самый подходящий момент для лекций. Но если ты так хочешь...— улыбнулся лидер, чувствуя влажный язык девушки. —Ну уж нет, Леонардо, твое занудство послушаю как-нибудь позже. —она спустилась ниже, к шее, оставив несколько тёмных пятен, всасывая и кусая грубую кожу. —Я уже представляю как ты будешь оправдываться за эти отметки, ранки на губах и краснеющие щеки перед семьёй. Караи это забавляло, ей хотелось намеренно предоставить лидеру черепах хотя-бы мелкие неприятности, но сейчас то, что скажет семья тревожило Леонардо в последнюю очередь. Его ладони бродили по экипировке, проклиная её за невозможность лучше прикоснуться к такому желанному телу. Сознание бесстрашного плавилось рядом с ней, не позволяя мыслить рационально. Он будто не мог насытиться моментом, прижимая к себе, снова целуя, подхватывая её за бедра. Но побыть долго в таком положении не вышло, так как послышался металлический звон, режущий слух среди мягкой ночной тишины. Оба воина отреагировали моментально, отстраняясь, чтобы принять боевую стойку и достать оружие, но тут же пришлось убрать его снова: перед ними стояли трое братьев-черепах, буквально раскрыв рты от увиденного, а Рафаэль секунду назад выронил от шока свои саи. —Лео?! Какого черта? — воскликнул темперамент, поднимая с земли свое оружие. —Мы тебя ищем уже часа два, а ты здесь с этой нахальной папенькиной дочкой развлекаешься?! —Раф, успокойся и послушай меня. — голос Леонардо звучал твёрдо, будто минуту назад он совсем не краснел, поддаваясь хитрым ласкам воительницы, которая сейчас стояла в стороне с довольной ухмылкой. —Мы не будем устраивать разборки на ровном месте. —На ровном месте! Действительно! — зеленоглазый мутант продолжал громко возмущаться, сжимая саи в руках. —Я не понимаю каким идиотом нужно быть, чтобы среди ночи лизаться с врагом, который может в любой момент всадить тебе кинжал в глотку. Леонардо уже хотел было ответить, готовя свой приказной тон, но Рафаэль снова перебил, ничуть не понижая громкость голоса. —Теперь ясно куда ты вечно пропадал! — кажется, что он уже почти был готов кинуться на старшего, но каким-то чудом себя сдерживал. —И как долго ты водишь нас всех за нос? —Но у нас нет носа... — послышался голос Микеланджело за спиной красноповязочного, из-за чего последний кинул раздраженный взгляд на младшего. —Мне, пожалуй, пора. Ещё увидимся, Лео. —она улыбнулась, спрыгивая с крыши, чтобы направиться назад в свой штаб. Лидер тяжело вздохнул, закатывая глаза и явно не очень довольствуясь всем происходящим из-за того, что девушки больше нет рядом. —Уже светает, нам нужно вернуться в логово. — Леонардо снова начал отдавать приказы, что не могло вызвать ещё большее недовольство у остальных. —Лео, ты не думаешь, что тебе стоит объясниться прямо здесь и сейчас? — упрекнул того Донателло, замечая, что Раф уже на грани. —Обсудим все, когда вернёмся домой. — лидер, не дожидаясь одобрения, направился по крышам в нужную сторону. Подставляя лицо прохладному ночному воздуху, он старался прийти в себя после обжигающих прикосновений своего врага. Но снова и снова мысли возвращались к этому моменту, заставляя щеки багроветь. Леонардо не мог выкинуть из головы варианты развития событий при их следующей встрече: будет ли всё так же, как было и сейчас или воительница одумается, снова пытаясь пронзить мутанта клинком насквозь? Его устроит любая из этих ситуаций, если это обозначало хотя-бы краткое касание в пылу битвы, возможность её видеть перед собой и слышать очередную остроумную издевку в свой адрес. Все, что её душе угодно, лишь бы встреча произошла.