Unfair

***

My life is so unfair

Моя жизнь так несправедлива

Everyone sees me as if I am the beast out there

Меня замечают только когда я в образе

My dreams become nightmares

Мои сны превращаются в кошмары

Please, give me a break right now

Пожалуйста, дай мне передышку

I wanna just be myself

Я хочу просто быть собой

No one can truly see the human inside me

Никто не может разглядеть настоящего человека внутри меня

***

- Привет! Помнишь меня ??? - пальцы подрагивают над экраном телефона. >>> Отправить? Вроде привычное и простое действие, ежедневно я общаюсь таким образом со многими людьми - Не в этот раз. Смотрю на количество подписчиков. Цифра как насмешка судьбы. На кой сдались эти двадцать миллионов, если никак не можешь найти в себе силы отправить сообщение одному из них. Fuck, я всë же надеюсь получить ответ или меня реально можно сдавать в психушку и списывать в утиль. Я неполноценный, я и сам это понимаю и признаю. За последний год я окончательно выдохся. За это время я уже прошёл все стадии понимания и принятия, услышал в свой адрес все возможные и невозможные «комплименты», насмешки, пошлые шуточки и даже угрозы. Написал кучу депрессивной лирики, которая, наверное, так никогда и не увидит свет. Кроме той, что разрешили, кроме той, что я всё таки исполнил сегодня. За этот год я пережил свой стресс, стресс руководства и команды и стресс самого любимого и близкого в последние годы человека. Хëнджину ожидаемо пришлось тяжелее всех. Мой невероятный маленький принц, полюбивший чудовище. Год назад. Чуть больше половины Манилы отыграно. После недельной сушки перед мероприятием и часовой скачки на сцене силы на исходе. Всё о чём думается это вода, еда и сон. Половина. Такое интересное определение: половина позади и в то же время половина впереди. Мышцы подрагивают, спина привычно ноет. Жарко, душно, влажно, невероятно хочется пить. Ещё хочется упасть и не вставать, но это запрещено. . Присев в попытке взять бутылку с водой поднимаю глаза и выпадаю из реальности, залипнув на крошечном спокойном кусочке среди многомиллионной беснующейся толпы, откуда на меня спокойно и прямо смотрят глаза, цвета молодой листвы. Обычно я стараюсь не фокусировать взгляд в толпе, просто выдавая улыбку(как говорят мемберы) в дозировке стадиона. Сегодня что-то пошло не так. Сердце пропускает удар. Совсем рядом, в нескольких метрах от меня. Девчонка, нет, девушка, а может.. в современном мире всë сложнее определять возраст, общество постепенно перестаёт диктовать как должен выглядеть человек в двадцать, тридцать или сорок лет, чем заниматься и как себя вести. Много общаясь с разновозрастными людьми я иногда всё ещё поражаюсь как теперешние старшеклассники и некоторые родители или учителя могут выглядеть не то что одинаково, а молодëжь порой умудряется выглядеть даже старше своих сонбэ. Да и разглядеть детально при концертном освещении, когда смотришь со света в тень, практически невозможно. Европейский, или скорее скандинавский тип лица, светлые довольно короткие волосы, невысокая, некрупная, подробнее колышущаяся вокруг нее человеческая масса рассмотреть не позволяет. Она не закатывает глаза, не визжит, не размахивает ни лайтстиком, ни прочим промо-материалом и совершенно точно не собирается падать в обморок от прямого зрительного контакта. Просто стоит и смотрит так, будто видит весь каркас, всю мою начинку, с теплой улыбкой в глазах, и. . На секунду я зависаю пытаясь идентифицировать эмоцию. Сочувствие? Забота, тревога и сомнения? Необычно. Губы сами по себе трогает ответная улыбка. Где-то на краю сознания щёлкают секунды, напоминая что мои текущие действия недопустимы(залипать на ком бы то ни было из толпы, выделяя тем самым конкретного фаната, строго запрещено), но я никак не могу отцепить взгляд. Из транса выводит сцапавший поперёк живота и поднявший на ноги Хо, видимо наблюдавший эту немую сценку со стороны и решивший что пора вмешаться. . От неожиданности обернувшись на него, теряю зрительный контакт, полностью потеряв ориентиры в пространстве. Выступление удаётся закончить лишь благодаря многолетней дрессировке. Прикрывая глаза я снова ощущал то тепло и заботу с которой на меня смотрели. Взгляд скользил по толпе в попытке снова найти, вернуть разорванную нить, но натыкался лишь на вполне стандартные плакаты, с не всегда пристойным содержанием и осточертевшие лайтстики, дрыгающиеся в унисон с очередным треком. Спустя пару часов рухнув на кресло в гримёрке ухожу глубоко в себя. Ажиотаж от выступления плавно сходит на нет, в голове пусто и гулко.. Меня потряхивает, но не как обычно, а как-то совершенно по-другому. Адреналин, обычно бушующий после выступлений, сегодня ощущается несколько притуплённо. Вроде всё прошло хорошо, но что-то грузит. Глубоко внутри поселяется смутное ощущение надвигающейся катастрофы. Скрипнувшая дверь и щелчок замка заставляют сделать перерыв в самокопании. Хёнджин. Взъерошенный, блестящий от пота, со взглядом адреналинового наркомана быстро переключает мои эмоции в совершенно другое русло. На Хëнджина у меня стоит перманентно, а вот на такого, мокрого, с полу-безумным взглядом и дерзкой улыбкой. . .мм А у кого нет? Это Хван Хëнджин. У кого нечему стоять, тот течёт, а если ни то, ни другое - асексуал или импотент! - Аксиома. Не сложно догадаться зачем он здесь, это уже ритуал. В брюках заинтересованно шевелится. Трясу головой в попытке сбросить хандру. О чëм я думал минуту назад? Мысли покидают голову, уступая место безусловным рефлексам. Сейчас всё лишнее просто выветрится из головы от вида незаконно красивой крепкой задницы с розовой дырочкой и выгнутого дугой в экстазе совершенного тела перед глазами, солëного вкуса этого тела на языке и мелодичных звуков срывающихся с пухлых, целовательных губ. В том как именно он сегодня хочет я не сомневаюсь, быстро считывая движения и мимику. За годы мы срослись как сиамские близнецы, чувствующие одно и то же. Вместе с крышесносным оргазмом( других с Хёнджином не бывает) меня отпустит. Не отпустило. Уже через жалких пятнадцать минут, скинув физиологическое напряжение, позаботившись о затраханном и слегка дезориентированном ( с ним такое часто бывает после принимающей позиции) Хёнджине, находясь в процессе безуспешной попытки позаботиться еще и о порядке в гримёрке я снова тонул в моменте с выступления, прокручивая в голове собственные эмоции. Ситуация SOS. Обычно после концерта и такой вот хвано-терапии первые мысли посещают мою голову только через несколько часов и всё они о еде и сне. Но не сейчас. Сейчас прикрывая глаза я вспоминаю ощущение бесконечного тепла и глаза, что смотрели прямо в душу, одновременно ощущаю рядом самое близкое на протяжении уже нескольких лет существо, фонящее лёгким неудовлетворением видимо моей неполной вовлечённостью в момент и чувствую себя крайне странно. Вроде ничего не изменилось, а вроде всё же ощущалось иначе. Чувство надвигающегося пиздеца снова накрывает с головой. Что-то необычное происходит прямо сейчас внутри меня, но вот что конкретно распознать никак не удаётся. Барабанная дробь в дверь гримерки и трехэтажный мат менеджера заставляют вздрогнуть и снова отложить попытки разобраться в себе в долгий ящик. Некогда. Мы снова задерживаем команду, хотя, можно было уже привыкнуть и просто добавить эти десять-пятнадцать минут в график. Проведя пятернëй по растрëпанным волосам, кое-как засунув Хёнджина в последнюю, самую замороченную деталь аутфита и поправив жалкие остатки макияжа, уже через минуту вываливаюсь с ним на буксире из гримëрки, в полной боевой готовности нестись в следующую точку расписания.