Unfair

Отели для состоятельных в Японии всегда вызывали у меня ощущение лёгкого уныния. Искусственно блестящие поверхностями, скучные и безжизненные. Этот не исключение. Не добившись от охраны ничего кроме профессионального описания внешности( ну это их работа) и быстро поняв, что одно имя мне не даëт абсолютно ничего кроме тянущего ощущения беспомощности, провалявшись пару часов в кровати в попытке уснуть, спускаюсь в лобби-бар в надежде обрести дзэн. Возможно помогло бы присутствие Джинни, но он сразу после фан-митинга был вынужден улететь в Рим, сроки съёмки очередной рекламы горели синим пламенем и Донателла рвала и метала какахи в наше руководство из-за отсутствия своего любимого принца Версаче в пределах досягаемости. Ему ведь ещё нужно отдохнуть с дороги, он не может «с корабля на бал». Возмутительно! Ну и что, что дату съёмки она сама перенесла на день раньше буквально за неделю, когда все графики были уже утверждены. Это не её проблема и не должно сказываться на её хрустальном мальчике. Там вообще всë супер сложно. Носится с ним как курица с яйцом. Все, кто это наблюдают изнутри, сначала просто впадают в ступор, потом долго пытаются разгадать природу этих отношений. Я, признаться честно, сначала неправильно интерпретировал. Скандал вышел знатный, потому, что моя собственническая натура, годами подпитываемая исключительным отношением ко мне Хëнджина, бунтовала страшно. Я ревновал, психовал, агрессировал и всячески пытался докопаться до Хëнджина и его королевы Versace. Ревность сжигала внутренности вплоть до того момента, как после одной из модных сходок, видимо в край заебавшись терпеть мои выходки, Хëнджин не утащил меня к этой женщине в номер и не представил как свою вторую половинку. У меня отвисла челюсть, у неё зеркально, а довольный до усрачки произведëнным эффектом Джинни(эффектный мой, я чуть сердечный приступ не получил и Донателла подозреваю тоже) и бровью не повëл. Испарившись куда-то на пару минут пока мы тупо хлопали друг на друга глазами, припëрся обратно с парой бутылок алкоголя, распихал нас по диванам, демонстративно уселся ко мне на колени и напоил обоих в сопли(ну и себя естественно в процессе). В тот вечер мы узнали друг о друге много нового, сойдясь в итоге на общей любви к Джинни и ощущая себя практически родственными душами. Слава богу, что нас тогда не вынесло никуда из номера, это было бы эпично(так и вижу заголовки: "Lee Felix изменяет Lui Vuitton?" "Младший принц семьи Versace?"и т. п.), потому, что к концу второй бутылки на ногах не стоял ни один из участников драмы. От ревности меня трясти перестало, а вот от воспоминаний адского похмелья на следующее утро потряхивает до сих пор. Ну так вот... Зная эту даму, еë отношение к Хëнджину, жёсткие методы работы с партнëрами и в полной мере осознавая какие бабки приносит этот контракт компании, руководство за десять минут умудрилось доставить его в аэропорт. Мы даже не успели попрощаться. Да что там попрощаться, его прямо на выходе из здания сразу упаковали в другую машину, а его вещи вообще упаковал стафф ещё до того как он встал из-за стола на текущем мероприятии. Опять сорвались наши такие редкие совместные пара выходных. Ну прошлые надо признать сорвал Николя, так что квиты, но от этого не легче. Только с ним рядом я чувствую себя полноценным и обретаю душевное равновесие при любых жизненных обстоятельствах. Он нужен мне как воздух, особенно в текущем состоянии, когда я сам не понимаю, что со мной сейчас происходит. Разговаривать об этом не хочется ни с кем, разве что с Хо, но я не посмею испортить выходные ещё и им с Джи, как никто другой понимая ценность этих кратких мгновений. Растворяясь в своих мыслях не замечаю как одна стопка текилы превращается в несколько. Бармен не жадничает, он улыбается мне вполне открыто и заигрывает весьма откровенно. Он объективно хорош собой и явно готов продолжить общение, но вот на него у меня не стоит. Голову начинает вести и я, сдержанно благодаря за выпивку, прощаюсь собираясь вернуться в номер, дабы не создавать очередной ситуации, в которую обычно приходится вмешиваться охране. Сегодня на смене Эрик, самый спокойный из всех безопасников. На его лице на протяжении моего променада не отражается никаких эмоций, но взгляд заметно уставший. Нужно подняться к себе без происшествий и утром достойно встретить новый день. Да! Вполне изящно для залитого текилой, уставшего до смерти айдола с непонятной кашей в голове, снимаюсь с барного стула и не спеша направляюсь на другой конец холла к лифтам. Эрик привычно топает к стойке чтобы расплатиться со слегка опечаленным моим быстрым уходом барменом, краем глаза отслеживая мои передвижения. Холл в это время пустой и его ничего особо не напрягает. Ой как зря, потому что недалеко от дверей отеля моё внимание привлекает сначала характерный звук, а следом и умопомрачительная картинка. Что меня привлекает в Японии? Да вот это. Перед дверями отеля останавливается пожалуй самая яркая влажная мечта моей жизни. Suzuki GSX1300R Hayabusa. О моей любви к спортивным мотоциклам знают очень немногие(очень и очень немногие, если быть точнее: семья и Джинни, а это для меня давно синонимы) , но спорт-байки, наверное, такая же сильная моя страсть, как и музыка. А если говорить конкретно про этот аппарат, то я давно мечтаю даже просто посмотреть на него ближе чем через экран компьютера или спартфона. К сожалению, это пока предел моих мечтаний, потому что о покупке я даже думать не могу. Не то чтобы у меня не было таких средств, я могу себе позволить купить целый гараж, на каждый день недели и под настроение. Всё гораздо более банально. Контрактом нам запрещены подобные игрушки. Даже собственноручное вождение автомобиля требует отдельного разрешения и чаще всего допускается на съëмках какого-нибудь влога(всë для индустрии, да) , хотя водительские права вся группа получила уже очень давно. Но.. . Наши дорогостоящие тушки не должны подвергаться какому-либо риску. Только профессиональные водители с гигантским стажем вождения и только специальные автомобили компании. Хуабусса тем временем зависает напротив самого входа. Водитель, в ответ точно так же изучает меня, похоже думая о чëм-то своëм. Миниатюрный, судя по всему примерно моей комплекции. Не менее шикарная чем мотоцикл полностью чëрная экипировка облегает стройные бëдра и тонкую талию, переливаясь в свете уличных фонарей, шлем закрыт. Смотрится эффектно. Интересно, как бы смотрелся я? Помимо парня на Хуабуссе я вижу в стекле отражение Эрика, недобро посматривающего в нашу сторону. Голову на отсечение он сейчас просчитывает варианты развития событий, и надеется на лучшее, учитывая моё «лëгкое» алкогольное опьянение. От созерцания отражения телохранителя отвлекает выкрученная на полную грипса. Хуабуса взрыкивает, как огромный хищный зверь. Эта малышка способна развивать скорость до четырëхсот километров в час и считается самым быстрым мотоциклом двадцатого века, но так послушно выглядит в руках паренька, что хочется рыдать от зависти. Лëкий кивок за спину. Приглашение? Эрик ещё больше напрягается и медленно поворачивает корпус в сторону двери, взгляд мечется между мной, дверью и мотоциклом. Он слишком хорошо меня знает и понимает, что в случае моего саботажа не успеет оказаться рядом во время. Даже сейчас не скажу о чем я думал в тот момент, помню лишь одно: ещё никогда в жизни мне настолько не хотелось нарушить правила. Водитель прижимается к корпусу мотоцикла, а я вдруг понимаю, что это мой последний шанс приблизиться к нему, ещё несколько секунд и он снова выкрутит грипсу на максимум и растворится в трассах ночного города, а я, тихо отправлюсь в свой номер. Завтра выходной, можно выспаться. Душ, пяти-ступенчатый уход за лицом и волосами и крепкий восьми часовой сон.. - Заебало. Рука сама собой ложится на ручку двери. Эрик что-то кричит, очень похоже матом, но слова тонут в шуме улицы.