1.
28 сентября 2024 г., 21:33
Две тысячи пятьсот шестнадцатый год, колония государства Карракаш*
В здании собрания Совета несмотря на столь поздний час было очень оживлённо: на верхних этажах ни на секунду не унимались автоматические лифты, перемещая все новых прибывающих на совещание членов кардинационного Совета.
В нем состояли сама Верховная Главнокомандующая по имени Нурнисса Харманлы, а так же главы подконтрольных территорий государства. Все уважаемые женщины, имеющие огромное влияние по разного рода вопросам, включая те направления, которые находились под грифом строжайшей секретности.
Одним из таких направлений являлся проект «Хьюмэнс», к обсуждению которого был допущен очень ограниченный круг лиц.
На повестке дня стоял вопрос о транспортировке особо важных «образцов» материалов для изучения и анализа на предмет совместимости из Американской Колонии в Карракаш. Было необходимо обговорить и подготовить всё подобающим образом чтобы встретить поезд с материалами.
Нурнисса Ханым очень вдохновилась хвалебными речами тамошней своей коллеги — госпожи Джуди Аллен о том, какими превосходными качествами обладают отдельные виды «образцов», и конечно же попросила её одолжить в долгосрочное пользование отдельных кандидатов, досье которых изучила из архивных досье заранее.
А уж зная то, как быстро все формальности улаживались у американок, сама Ханым Эфенди медлить так же не стала и собрала Совет.
Как только все были в сборе, Нурнисса Ханым прошла вперёд, села за длинный, стеклянный стол прямо в центре и жестом руки дала сигнал к началу совещания.
— Дамы. — женщина степенно оглядела присутствующих соратниц, ни без гордости и восхищения отмечая, что каждая из них выглядит просто великолепно.
Дело в том, что у всех женщин, которые имели отношение к политике был индивидуальный, строгий дресс-код: юбки клёш в клеточку, белая блузка и серый жакет. Туфли на каблуках были у жительниц Карракаша ни в чести, поэтому большее предпочтение отдавалось однотонным лодочкам на сплошной подошве.
Мода, которая хоть и являлась пережитком далёкого прошлого, однако снискавшая любовь абсолютно у каждой женщины и молодой девушки тоже. Драгоценности, так же давно не носились здешними женщинами, так как Нурнисса Ханым настаивала на абсолютном равенстве без всяческих разделений на богатых и не очень. Всем находилась работа, соответствующая навыкам, умениям и пожеланиям души — не бедствовал никто.
Но вот чего действительно не хватало, так это «образцов».
Колония большая, и каждая здесь стремилась заводить детей по средствам искусственного оплодотворения, однако далеко не для всех желающих хватало материала.
Именно поэтому тоже, Глава государства обратилась к своему ближайшему соседу.
Джуди никогда не отказывала в помощи, так как знала что в любой момент может обратиться за ответной услугой.
В этом мире не существовало торговых отношений — только лишь взаимовыручка и доверие.
Женщины свято верили в то, что желание мерить всё деньгами, и погубило пол планеты, иначе не сотворили бы такое химическое оружие, не имея на него средств.
— Как вы знаете, со дня на день мы ждём прибытия поезда из Американской Колонии. — продолжала тем временем Нурнисса.
— Этот поезд для нас очень важен, и я хотела бы узнать, какие меры безопасности приняты? — благоговейно улыбнулась она, взглядом обращаясь к Главе по Безопасности, что сидела по правую руку от неё.
Слово взяла уже пожилая женщина средних лет с редкой проседью в волосах, собранных в высокую причёску:
— Достопочтенная Ханым Эфенди, я уже дала необходимые указания на этот счёт. А так же, позаботилась о сопровождающих которые будут встречать криокамеры с «образцами» от станции и до самой лаборатории.
Нурнисса Ханым удовлетворенно кивнула, делая пометки в своей планшетке.
— В числе сопровождающих так же будет находиться медсестра, во избежании непредвиденных ситуаций во время первичного осмотра. — доложила женщина и тут же смолкла, давая понять, что её доклад окончен.
— Хорошо. — кивнула Главнокомандующая.
— А эта самая медсестра, прошла все необходимые тесты?
— Разумеется, Ханым Эфенди. — тут же кивнула Глава по безопасности.
— Прошла, и даже подписала акт о неразглашении и обнулении в случае нарушения правил профессиональной этики.
— Прекрасно. — широко улыбнулась Нурнисса. — Благодарю вас, Сафие Ханым.
Она скрупулёзно изучала документ, который уже лежал на её столе, прочла каждую строчку, удовлетворительно хмыкала, слегка прикусывала нижнюю губу, а потом произнесла задумчиво:
— Хелен Люсиль де Ровьер. Это её отобрали?
— Точно так, Ханым Эфенди. — ответила Сафие, и остальные тоже поддержали согласным кивком.
— Я бы хотела с ней поговорить лично. — произнесла Нурнисса, изящно прокручивая ручку между пальцами.
— Скажем, завтра, с утра.
