There is a Voice in Sakura’s head (It’s not just a voice) В голове Сакуры звучит голос (Это не просто голос)

В голове Сакуры звучит голос — он был там не всегда. Впервые она услышала его после того, как поняла, что этот глубокий гнев совсем не присущ леди, а она совсем не похожа на ту девочку, которой гордились её родители. Когда она начала выражать тот самый гнев, разочарование, которое испытывала сама Сакура, исчезло. Возможно, размышляла четырёхлетняя Сакура, нет ничего страшного в том, что этот голос был злым и громким — в конце концов, это был не её голос. Значит, она может быть такой энергичной и ребяческой, какой захочет, а Сакура может оставаться вежливой, приличной и женственной. В голове Сакуры звучит голос — она называет его «Иннер», подходящее имя, с которым они обе согласны. На самом деле, они не всегда соглашаются друг с другом. Иннер всегда хочет играть в песке или прыгать по лужам, а Сакура — нет, ведь тогда она испачкает платье! За грязное платье её будут ругать, а идеальную дочь родители не ругают. В голове Сакуры звучит голос — она ненавидит задир. Сакура согласна с Иннер в том, что хулиганы действительно отвратительны, но голос настаивает, что проще выступить против них и преподать хулиганам урок, а не терпеть насмешки сложа руки. Сакуре больше нравится последний вариант; леди не выбирают насилие — неважно, насколько сильно ранят слова. «Шаннаро! Не позволяй им так просто вытирать о себя ноги! Наш лоб и так идеален, а их лбы просто слишком маленькие!» В голове Сакуры звучит голос, который убеждает её вступить в академию ниндзя. Несмотря на всё недовольство Сакуры, на то, что её каблучки вязнут в грязи — она не может не отметить вместе с Иннер, насколько свободен образ жизни шиноби. Иннер постоянно твердила о плюсах, а если к этому списку присоединялась ещё и наследница Яманака, то обе не противились. Когда она наконец набирается смелости и просит родителей зачислить её, мать выглядит шокированной — краска отливает от её лица. Лицо отца Сакуры принимает каменное выражение, что выдаёт его возраст. Они зачисляют её. Сакура чувствует, как в животе у неё образовалась яма от чувства вины, потому что она заставила их сильно волноваться. Иннер успокаивает Сакуру: «Они гражданские, они не понимают, как сильно наша душа жаждет жизни шиноби. Их собственные души никогда не понимали этого». В голове Сакуры звучит голос — вместе они соглашаются, что Саске — лучший среди их сверстников. В шесть лет Сакура и Иннер решают добиваться Саске, потому что он силён, красив и принадлежит к одному из самых престижных кланов шиноби в Конохе. Каждая девочка в классе обожает его, а увлеченность теми же вещами обязательно принесёт ей ещё несколько друзей. Но вместо этого влюблённость в Саске разрушает её дружбу с Ино-чан. После этого Сакура перестаёт стремиться стать возлюбленной Саске, но Иннер подталкивает её к любовному соперничеству с Ино. «Мы всегда жили в её тени, Шаннаро! Пора начать становиться независимыми, нам не всегда нужна Ино, чтобы решать собственные проблемы — Саске-кун заметит нас раньше неё!» В голове Сакуры звучит голос, который настаивает на том, что ей лучше держаться подальше от Наруто. Кроме того, что он постоянно устраивает шалости и попадает в неприятности, Иннер говорит, что вокруг него странная аура — если взрослые избегают его, то и им следует тоже. Сакура никогда не слышала, чтобы Иннер хотела послушаться взрослых, которые постоянно ерошили её розовые волосы, так что, возможно, это всё-таки важно. Когда мальчишка с усатыми щеками начинает проявлять признаки влюблённости в Сакуру — та позволяет Иннер разобраться с этим. Никого не будет волновать, если Иннер взорвётся на Наруто, но когда Сакура признается себе в этом в своей закрытой комнате, она морщится. «Наруто-бака постоянно пялится на нас во время уроков, посмотри в свой учебник, идиот!» В голове Сакуры звучит голос, который сопровождает её на каждом шагу в академии. Во время долгих тестов она задаётся вопросом, не считается ли списыванием, если у неё есть другой человек, с которым можно обсудить темы и помочь запомнить материал. «Конечно же, разговор со мной — это не списывание, мы должны использовать все доступные нам ресурсы, которые не запрещены! Да и кто узнает об этом? Яманака? Пф, да, конечно, Ино и её клан могут попробовать». Она не очень хороша в физических дисциплинах; её запасы чакры жалкие и скорее гражданские. Впрочем, они не собираются зацикливаться на этом. Сакура ненавидит потеть, но Иннер не против этого. Иннер пытается убедить её начать физические тренировки: «Все дети клана получают дополнительные тренировки дома, так что мы должны начать заниматься, если хотим когда-нибудь их победить!» Они быстро сдаются. Она в любом случае движется вперёд. В голове Сакуры звучит голос, который постоянно критикует её нового сенсея. Сакуре определённо больше нравился Ирука-сенсей, а постоянные опоздания Какаши-сенсея действительно выматывают её терпение (и несуществующее терпения Иннер тоже). По крайней мере, время, проведённое в ожидании Какаши-сенсея — это дополнительное время с Саске-куном! Иннер злится на Наруто, когда тот затевает драки и начинает соперничать с их будущим мужем, особенно когда они снова делают дурацкий D-ранг! Сакура думает, что могла бы сойти с ума, если бы Иннер не отвлекала её во время энергичных, больше похожих на рутину заданий, которые сенсей всегда даёт им. «Когда мы выйдем замуж за Саске-куна, мы научим его лучше справляться с обязанностями! Он должен лучше знать, что не стоит заставлять нас делать всю работу, пока он бросает вызов Наруто — он в любом случае всегда побеждает, Шаннаро!» В голове Сакуры звучит голос, который подтверждает, что её товарищи по команде — сумасшедшие, а Забуза — ещё более сумасшедший (и страшный). Но Наруто побеждает в номинации «главный идиот», устроив истерику на глазах у Хокаге?! Продолжать миссию даже после встречи с пьяным клиентом и столкновения с братьями-демонами — это возмутительно, Шаннаро! Единственным плюсом было то, что она победила мальчишек в лазании по деревьям, не обращая внимания на дурацкий комментарий Какаши-сенсея, заставивший Саске-куна прищуриться на неё. «Мы бы могли попросить его о следующем шаге в обучении, наверняка мы смогли бы продвинуться и в этом навыке, став ещё более успешными!» — заявляет Иннер, но Сакура не соглашается: «Какаши-сенсей должен сосредоточиться на тренировках Саске-куна. Мои волосы спутались от сырой погоды, лучше пойти и расчесать их». В голове Сакуры звучит голос, её единственная компания тёмными ночами в Лесу Смерти. Во второй части экзаменов на Чунина Сакура застыла в страхе, когда змееподобная леди превратилась в свою мерзкую, истинную сущность: «Приготовьтесь!». И принялась одолевать не только Наруто, но и Саске. Трясущимися руками она затащила их обоих во впадину под корнями дерева, чтобы скрыться, и только через несколько часов появились приспешники Орочимару. «Берегись! Они слева от нас, используют знаки змеи, тигра и овцы!» С помощью Иннер Сакура пережила второй этап экзамена на чунина. В голове Сакуры звучит голос, но вскоре она понимает, что Иннер может быть не просто случайным голосом, появившимся в четыре года. Предварительный этап кажется смертным приговором для Сакуры, которая едва прошла вторую часть экзаменов. «Если честно, мы столкнулись с целым чёртовым Саннином». Быть противником Ино — это просто её казнь, она уверена. «Давай! Ну же! Мы не для того соревновались в академии и выжили на экзамене, чтобы сейчас проиграть Свинине! Мы покажем ей, как расцвели, Шаннаро!» В её сознании появился незваный гость — Иннер тут же выгнала светловолосую, Сакура не уверена, как именно — но они должны выиграть матч! (На самом деле, они не выиграли). В голове Сакуры звучит голос, который в момент, когда Сакура решает подать заявление об уходе из шиноби, берет бразды правления в свои руки и разрывает её в клочья. Голос доходит до самой Годайме Хокаге и требует, чтобы Цунаде-сама взяла её в ученицы. Яркий огонь в зелёных глазах Сакуры Харуно показывает решимость, а глаза — это зеркало души. Цунаде-сама становится Цунаде-шишоу, Сакура не может не признаться себе, что вряд ли справилась бы одна. «Спасибо, Иннер». «Так держать, Сакура! Мы не можем сдаться после всего, через что прошли, мы станем лучшими куноичи в истории!» Они бьются кулаками. В голове Сакуры звучит голос, но уже немного тише. Между стажировкой в больнице, личными тренировками с Цунаде-шишоу и обучением на полевого медика она едва успевает отдыхать. Её жизнь превратилась в тонкое балансирование. Сакура обнаруживает, что ей нравится сражаться, ведь на этот раз она достаточно сильна, чтобы победить. Она никогда не беспокоится о том, что её одежда испачкается — ткань прочная, лёгкая стирка избавит её от грязи. Когда родители попрекают её тем, что она мало бывает дома, или недооценивают её способности — Сакура не обращает на это внимание, говоря, что любит их и чтобы они были в безопасности, прежде чем отправиться на очередное важное задание. Иннер теперь говорит лишь изредка, в основном когда раздражающие посетители больницы переходят границы дозволенного и досаждают ей. В голове Сакуры звучит голос, который поддерживает её, как никто другой во время четвёртой мировой войны шиноби. Она шатается и паникует из-за разрушений на поле боя, переключаясь между уничтожением армии зецу и спасением жизней своих друзей и товарищей. Когда Наруто оказывается ближе всего к смерти, а сердце Сакуры бьётся так, что кажется, будто вот-вот взорвётся, Иннер упорно повторяет действия по исцелению его ран, пока Сакуре наконец не удаётся его излечить. «Ты собираешься позволить Наруто умереть?! Меднин не должен прекращать лечение, пока пациент не умрёт, покажи им, как многому ты научилась, Шаннаро!» В голове Сакуры звучит голос, который после войны, отнявшей так много сил, прощается с ней… и больше не говорит. Теперь здесь слишком тихо. Но она по-прежнему с лёгкостью противостоит гендзюцу и справляется с надоедливыми пациентами и их посетителями с той же энергией, что и Иннер — но своими словами. Вместо Иннер её подбадривают друзья, которые громче всех и всегда рядом, когда Сакуре это нужно. Когда Иннер прощается, пространство, которое она раньше занимала, не остаётся пустым ни на секунду. «Это почти как будто она и не уходила, — размышляет Сакура, — скорее ощущение, как когда-то оторвавшийся кусок ткани наконец вшили в одеяло». В голове Сакуры звучал голос, она так и не поняла, откуда он взялся и почему исчез. Возможно, знание правды утолило бы эту тоску или воспоминания об Иннер, но в глубине души куноичи правда не имела значения. Некоторые вещи лучше не знать и забыть. Её товарищи по команде не спрашивают о новом декоре, который нашёл своё место на столе у ​​двери, предположив, что это что-то красивое, сделанное стеклодувом и купленное ею. Для Харуно Сакуры прозрачное дерево Сакуры с вложенными в него различными сверкающими предметами, разбитыми на кусочки, было символом хорошей подруги. А когда она направила в него свою чакру, дерево засветилось изнутри, показывая последнее сообщение. «Дорогая Иннер, Кажется, теперь я знаю, кто ты. Кажется, я знаю, каково это… … Наконец-то почувствовать себя целой».