Quarks/Кварки

Несмотря на общепризнанную репутацию гения, а также бесчисленные академические и научные достижения, многие вещи, которые большинство людей считали обыденными, казалось, пролетали мимо внимания Доктора Рацио.   Авантюрин понял это вскоре после первой встречи с ним. Хотя доктор не был самым харизматичным, он был бесспорно привлекательным мужчиной, который быстро завоевал его внимание. Однажды Авантюрин решился прощупать почву.   — Итак. Сверху или низ? — улыбаясь, спросил он.   Рацио молча, словно в глубоком раздумье, смотрел на него, прежде чем дать свой взвешенный ответ:   — Каждый кварк обладает своими уникальными свойствами, ни один в принципе не превосходит другой. Все зависит от того, какая характеристика оценивается. — Он подкрепил свой ответ кивком. — Зачем интересуетесь?   — Оу. — Несмотря на удивление Авантюрина, очаровательная улыбка не исчезла с лица. — Ясно. Просто любопытно.   Сначала он предположил, что такой ответ связан с отсутствием у доктора интереса к мужчинам, что объясняло бы его незнание жаргона (хотя это казалось очень маловероятным). Однако, как позже выяснил Авантюрин, Рацио, похоже, не проявлял интереса ни к одному из полов. В итоге он провел ряд небольших экспериментов, время от времени указывая Рацио на разных людей, чтобы попытаться оценить его реакцию и вкусы. Он неизменно отвечал пренебрежительно, лишь на полминуты бросив взгляд на того, о ком говорил Авантюрин. В итоге он пришел к выводу, что Рацио — один из тех людей, которые практически не интересуются сексом, и Авантюрин решил, ради дальнейшего сотрудничества, быть менее настойчивым в своих намерениях с ним.   И все же его интерес и любопытство к симпатичному ученому только возросли. Конечно, уважаемый Доктор Рацио был бы из тех людей, которые проводили бы секс-исследования, хотя бы для того, чтобы подтвердить гипотезу? В конце концов, без эмпирических данных он не смог бы прийти к какому-либо выводу. Авантюрину казалось, что Рацио не станет рассказывать о своем открытии, если эта тема когда-нибудь всплывет. Поэтому, хотя он всё же воздерживался от дальнейших приставаний к Рацио, Авантюрин решил, что ему нужно выведать правду непосредственно у доктора, а не полагаться только на свои наблюдения. Оставалось только дождаться удобного случая.   Этот день наступил во время выполнения миссии. Они добрались до места за несколько дней до выполнения поручений, которые КММ назначили каждому из них, так что у них было свободное время. Обычно Авантюрин пользовался возможностью исследовать местность, но погода на улице была весьма неблагоприятна — они оказались в центре песчаной бури. Учитывая обстановку, Авантюрину не хотелось погружаться в воспоминания, поэтому он прибегнул к помощи алкоголя. Немного, но достаточно, чтобы отвлечься.   На этот раз КММ заселил их обоих в один и тот же номер. Там было две очень удобные кровати, так что, к счастью, Авантюрин не посягал на личное пространство Рацио, а наличие еще одного человека в номере означало, что ему не придется сидеть наедине со своими мыслями.   Пока Рацио был поглощен чтением, Авантюрин с тоской смотрел в окно, покручивая напиток в бокале. Он не заметил, как Рацио встал и подошел к нему, и отвлекся от своих мыслей только тогда, когда Рацио выхватил у него из рук бутылку и закрутил крышку.   — Хватит пить. Давай просмотрим файлы для миссии.   Авантюрин вздохнул, не обращая внимания на ворчание, и, умело улыбнувшись, отставил бокал и повернулся к кровати Рацио, на которой были аккуратно разложены документы.   Они плавно прошлись по каждому из пунктов задания. Несмотря на то, что Авантюрин был немного навеселе, у него все еще была достаточно ясная голова, чтобы участвовать в дискуссии. Однако, как только все закончилось, между ними снова воцарилась тишина, пока Рацио убирал папки. Обычно такая атмосфера была комфортной, но сегодняшняя песчаная буря, что бушевала снаружи, была слишком громкой, чтобы позволить это. Он лег на бок, бессознательно прижимая одно ухо к подушке.   На удивление нехарактерным движением Рацио открыл бутылку и налил себе бокал.   — Мне кажется, я никогда раньше не видел, чтобы ты пил, Рацио, — весело и с любопытством заметил Авантюрин, подперев подбородок рукой.   — Это не та привычка, которую я поддерживаю. Но, полагаю, это нормально, если в меру. — Сделав глоток, он скорчил гримасу и поморщился. — Гадость.   Авантюрин рассмеялся. — Итак, что за повод?   Рацио сел на кровать рядом с ним. — Не знаю. Ты мне поведай.   Это заставило Авантюрина задуматься. Это было настолько редкое проявление коммуникабельности, что он даже не знал, что сказать. Затем он рассмеялся и коснулся шеи.   — Просто коротаю время.   — Понятно. Действительно, скоротать время. Ваше здоровье. — Рацио сделал еще один глоток, который на этот раз казался более легким, но он все равно не выглядел довольным вкусом.   — Так вот почему ты не любишь пить? Тебе вкус не нравится?   — Мне не нравится терять ясность ума.   Авантюрин рассмеялся, потянулся за своим бокалом и позволил Рацио налить немного и ему. — Именно по этой причине большинство людей пьют в первую очередь!   — Мир полон идиотов. — В его глазах появился игривый блеск, который, как был уверен Авантюрин, он мог заметить, только зная Рацио столько лет. — Не переусердствуй.   — Хорошо, Доктор, не буду. — Авантюрин закатил глаза, симулируя раздражение. Сделав глоток, он прокомментировал: — Я думал, ты избегаешь алкоголя из-за того, что не хочешь предаваться земным удовольствиям и тому подобному.   — С чего бы? — Рацио выгнул бровь.   — О, потому что ты такой рациональный и беспристрастный. Я предполагал, что ты будешь воспринимать подобные вещи как помеху.   — Не обязательно. — Он сделал еще один глоток. — Как я уже сказал, все в порядке, пока в меру.   Авантюрин выдержал долгую паузу, размышляя, как сформулировать свою следующую мысль. Наконец он сказал: — У меня есть вопрос.   — Хм?   — Ты девственник?   Рацио бросил на него косой взгляд, выражение его лица было нечитаемым, хотя Авантюрин был так хорошо с ним знаком. Он сделал еще один глоток, прежде чем ответить: — Нет.   Авантюрин попытался скрыть удивление, прикрыв рот рукой, но, похоже, он был слишком пьян для того, чтобы сохранять покер-фейс, и Рацио сразу же понял, в чем дело.   — Откуда такая реакция?   — Прости, прости, — он замахал руками, начиная смеяться. — Я был так уверен, что это так!   — Что? — На щеках Рацио появился легкий румянец. Он потер лицо рукой. — С чего ты взял?   — Я пытался подкатывать к тебе несколько раз с тех пор, как мы познакомились. Но ты никогда не замечала моих ухаживаний! В конце концов я решил, что тебе просто неинтересно, и перестал.   Рацио ошеломленно уставился на него, широко раскрыв глаза. На мгновение между ними воцарилось неловкое молчание, казалось, приближающееся к бесконечности, которое Рацио в конце концов нарушил. — Ты, наверное, сейчас надо мной издеваешься, — подозрительно посмотрел он на Авантюрина.   — Нет! Клянусь! — Авантюрин не знал, смеяться ему или плакать. Значит, Рацио не игнорировал его, а просто не замечал.   Наступило еще одно мгновение тишины, на этот раз более короткое, пока в голове Рацио крутились шестеренки. — Так ты... заинтересован во мне? В сексуальном плане?   — Да. Я имею в виду, посмотри на себя.   — О, — непроизвольно вырвалось из уст Рацио. Похоже, Рацио недостаточно хвалили за его внешность на протяжении всей жизни. Авантюрину нужно было срочно это исправить.   — Это ничего?   Рацио моргнул и снова потер лицо. Он застонал и отставил бокал в сторону. — Извини. Дай-ка я подумаю, как это сформулировать. — Через мгновение он добавил: — Я знаю, что большинство людей занимаются сексом ради удовольствия. Просто я, видимо, устроен по-другому.   — Тебе не понравился прошлый опыт? — Авантюрин мог с этим согласиться. Он научился находить наслаждение в этом.   — Это был единичный опыт, но да.   — Ох. — Теперь картина выглядит несколько иначе. — Не хочешь рассказать мне об этом?   — Я учился в Университете. Был сокурсник, который, по словам людей, очень похож на меня. Когда наши однокурсники обнаружили, что мы оба неопытны, они сделали все возможное, чтобы заставить нас переспать. Они говорили, что это поможет нам «расслабиться», что бы это ни значило. — Он сделал в воздухе кавычки. — В конце концов мы сдались и вместе сделали экспериментальный проект.   — Экспериментальный проект? — повторил Авантюрин. — По работе?   — Нет. Половой акт, — совершенно искренне заявил Рацио.   — Оу. — Авантюрину потребовалась вся его сила воли, чтобы не сложиться пополам от смеха. Как только Рацио увидел его выражение, его лицо покраснело от смущения. Авантюрин прыснул, находясь на грани слез. — Я не смеюсь над тобой, честно! Просто я впервые слышу о подобном.   — Ну, никто из нас не представлял, как это делать. Это казалось разумной отправной точкой, — объяснил Рацио с некоторым напряжением в голосе.   — В этом есть смысл, — вздохнул он, пытаясь успокоиться. — И каков же был вывод вашего эксперимента?   — Если подвести итог, то гипотеза заключалась в том, что это сблизит нас и что мы найдем этот опыт приятным. Все это было очень сложно контролировать и оценивать, было слишком много переменных, поэтому я не нашел это особенно расслабляющим или приятным. После этого мы вместе работали над несколькими проектами, так что это действительно сблизило нас, но только на короткий срок. После окончания университета я больше никогда ее не видел.   Рассуждения Рацио пронеслись мимо Авантюрина, как только он понял, что Рацио занимался сексом с женщиной. Внезапно все приобрело гораздо больший смысл. Он решил, что постарается выразить свои мысли так, чтобы они нашли отклик у Рацио.   — Что ж, доктор, не позволите ли вы вставить две свои копейки?   — Конечно.   — С моей точки зрения, есть несколько проблем с вашей экспериментальной концепцией.   — О? — Рацио поднял бровь.   — Прежде всего, какие выводы можно сделать, располагая выборкой в один экземпляр?   Рацио рефлекторно посмотрел на него, как будто в его голове закрутились шестеренки, и в конце концов кивнул, поняв, к чему клонит Авантюрин.   — Есть и другие переменные, которые вы не учли. Существует множество способов заняться сексом, которые ты упускаешь, если занимались им только один раз. Есть и вопрос пола вашего партнера: многие люди отдают предпочтение тому или иному варианту.   — Мы использовали этот формат как надежный метод подхода к незнакомой ситуации, он не был задуман как серьезный эксперимент. Но ты прав, я не могу сделать из этого никаких окончательных выводов.   Рацио, казалось, глубоко задумался над этим новым открытием.   Не желая влиять на него в ту или иную сторону, Авантюрин добавил, — Еще один фактор, который следует учитывать: это то, что секс может быть просто не по вашей части. У некоторых людей пониженное сексуальное влечение или они просто не заинтересованы в этом. — После небольшой паузы он спросил: — Что думаешь?   — Не уверен. У меня умеренное количество интереса и здоровое либидо. Мне кажется, что отсутствие интереса связано скорее с тем, что мне не с кем удовлетворить этот интерес. Мне кажется бессмысленным снова заниматься сексом только ради него самого.   — Я могу понять. — И он говорил это серьезно, хотя у него было много бессмысленного, поверхностного секса по разным причинам, начиная от получения информации и заканчивая теплым телом, с которым он мог бы разделить постель, пусть даже на одну ночь.   — Почему ты выбираешь секс с тем или иным человеком?   — Ну, есть несколько причин, но я, наверное, не самый лучший ориентир, —  рассмеялся он, пренебрежительно махнув рукой.   — Возьмем, к примеру, меня, — настаивал Рацио. — Почему ты хочешь заняться со мной сексом?   От такого неожиданного поворота событий у Авантюрина слегка перехватило дыхание. Он взял паузу, чтобы прийти в себя. — Прежде всего, потому что ты очень красив и привлекателен. Но дело еще и в самом занятии. Думаю, все сводится к тому, чтобы делать то, что тебе нравится, с человеком, чья компания тебе приятна.   — Компания и внешность.   — Да.   — Я могу понять привлекательность занятия, которое доставляет удовольствие в хорошей компании, —  объяснил Рацио. — Но я не совсем понимаю, как восхищение чьим-то телосложением может перерасти в сексуальный интерес.   — Не все так считают. Или, может быть, это воспитание, я не уверен. — Авантюрин знал, что то, как он сталкивался с сексом в юности, не было нормой, поэтому он не мог подтвердить, как к этому относилось большинство людей.   — А почему тебе нравится сам акт?   Он немного подумал. Такие вопросы были более философскими, чем он ожидал. — Это приносит мне физическое и душевное наслаждение.   — Как занятие спортом.   Что за сравнение. — В точку. Да. — Что угодно, лишь бы Рацио понял его, подумал Авантюрин.   — Картежник, — окликнул Рацио после минутного молчания.   — Да?   — Раз уж я тебя заинтересовал, не мог бы ты поделиться со мной своим опытом в этом вопросе? Мой предыдущий опыт не позволил мне понять привлекательность секса, поэтому я хотел бы попробовать еще раз.   Глаза Авантюрина расширились. Он не ожидал, что Доктор Веритас Рацио так дерзко сделает ему предложение.   — Я совсем не против, —  он постарался улыбнуться, как можно тщательнее скрывая свое потрясение. — Чего бы ты хотел?   Рацио на мгновение задумался. — Не знаю. Для меня это не так естественно, как для всех остальных.   — Уверяю тебя, люди просто хотят, чтобы ты в это поверил. — Авантюрин тепло усмехнулся. — Хочешь, я возьму все на себя?   — Буду весьма признателен, —  кивнул Рацио.   — Отлично. — Авантюрин встал и присел рядом с Рацио так, что они оказались лицом к лицу. Лицо Рацио было безучастным, только под глазами играл легкий румянец. В таком состоянии он выглядел еще привлекательнее, так близко к лицу Авантюрина. Его кожа была идеальной и безупречной, а на ощупь такой мягкой. — Сейчас я тебя поцелую, —  сказал он и, видя, что Рацио не протестует, наклонился вперед, чтобы прижаться к его губам.   Первый поцелуй был нежным и целомудренным, просто легкое прикосновение губ. Второй был таким же, только Авантюрин слегка наклонил голову в сторону. В течение всего поцелуя Рацио был настолько неподвижен, что мог бы носить свою гипсовую голову. Затем Авантюрин попробовал открыть рот и прижать кончик языка к губам Рацио. Когда и это не сработало, он отстранился, слегка хихикая.   — Расслабьтесь, доктор.   — Я расслаблен. — Рацио смотрел на него с тем же пустым выражением лица, что и раньше, хотя теперь румянец на его щеках был немного темнее.   — Ты тоже должен меня поцеловать.   — О.   Авантюрин снова рассмеялся и провел рукой по щеке Рацио. — Ты когда-нибудь раньше целовал кого-нибудь?   — Нет. Не знал, что это обязательное условие.   Он провел большим пальцем по щеке Рацио, его желудок затрепетал при мысли о первом поцелуе Рацио. — Правил никаких нет. Мы просто пытаемся выяснить, что тебе нравится.   Рацио кивнул.   — Думай об этом так: если большинство идиотов в мире в состоянии разобраться с этим, то для тебя это должно быть проще простого».   Услышав это, он расслабил брови и, казалось, был полон решимости все сделать, словно на кону стояла его гордость.   Их губы снова соприкоснулись, и на этот раз Рацио, казалось, последовал примеру Авантюрина, отвечая на поцелуи с неумелой грацией. Рука, лежавшая на щеке Рацио, переместилась на шею, пальцы запутались в его волосах. На ощупь они оказались даже мягче, чем Авантюрин предполагал, и если бы ситуация была иной, он бы с удовольствием потянул за эти шелковистые локоны. Ну, возможно, в другой раз.   Затем он перешел к поцелуям шеи Рацио, оставляя за собой след из мягких прикосновений. Прижавшись губами, а затем языком к шее Рацио, он почувствовал, как тот вздрогнул и застонал.   — О? — Авантюрин усмехался. — Какой прелестный звук. — Он наклонил голову Рацио в сторону, освобождая себе пространство, и продолжил исследовать его шею. Тем временем его свободная рука переместилась на обнаженную руку Рацио, и он слегка поцарапал кожу своими тупыми ногтями.   — Ах, — вздохнул Рацио, его плечи напряглись. Когда Авантюрин отступил, чтобы взглянуть на него, Рацио тяжело выдохнул через нос, словно задержал дыхание.   — Есть какие-нибудь мысли? — спросил Авантюрин, продолжая водить кончиками пальцев по руке Рацио.   — Это было неожиданно приятно, — ответил он, заметно теряя контроль.   Улыбнувшись, Авантюрин добавил: — Реакция приветствуется. Не нужно себя сдерживать. — Не дожидаясь ответа, он снова прижался ртом к шее Рацио, ненадолго отвлекая его царапинами на руках и крошечными поцелуями в подбородок. Когда Рацио, казалось, привык к этому, Авантюрин решил, что настало время для более дерзких манипуляций, и легонько провел зубами по податливой коже.   — Ах!!! — зашипел Рацио, хватаясь за плечи Авантюрина с такой силой, что на них появлялись синяки.   От такой реакции у Авантюрина голова пошла кругом. — Ты как фрукт идеальной спелости, — прошептал он, проводя губами по коже Рацио. — Я умираю от желания вонзить в тебя зубы, попробовать тебя на вкус и выпить твой сок.   — Тебе доставляет удовольствие мое смущение? — спросил Рацио, издав звук, слишком похожий на хныканье.   — Возможно, да, — скромно ответил он, несмотря на то, что штаны уже ощущались тесными. Он решил бросить взгляд на Рацио и остался очень доволен своими выводами. — Похоже, я не единственный, кто получает удовольствие. — Рацио ничего не ответил, повернув голову в сторону.   Несмотря на то, что ему до смерти хотелось приступить к делу, Авантюрин решил проявить сдержанность, освободив немного пространства между собой и Рацио. Он провел рукой по макушке другого. — У меня есть кое-что на примете. Почему бы нам не снять это?   Все еще задыхаясь, Рацио поднялся и разделся быстрее, чем когда-либо видела его Авантюрина; сняв топ и все свои аксессуары, он остался в одних штанах, вернувшись на место.   Авантюрин любовался грудными мышцами, положив руки на нижнюю часть и поднимая их вверх. Наконец-то его руки оказались на груди Рацио - ощущение было невероятным.   — Можно я поиграю с твоей грудью?   — Ты и так уже в курсе? — ворчал Рацио. Он слегка сжал одну из грудных мышц, ухмыляясь Рацио, а затем придвинулся ближе и прижался к ней губами. С другой стороны он взял пальцами сосок Рацио, сначала слегка пощипав его. Сосок тут же стал твердым, и Рацио зашипел от ласк.   — Больно? — с осторожностью спросил Авантюрин.   — Нет.   — Хорошо. Скажи мне, если будет больно, и я прекращу. — Как бы проверяя, будет ли Рацио выполнять просьбу, он ущипнул его за сосок чуть сильнее.   — Ах! — Рацио откинул голову назад, и железная хватка вернулась на плечо Авантюрина.   Авантюрин не отпустил сосок Рацио, а просто любовался растрепанным состоянием мужчины - тяжелым дыханием, раскрасневшимися щеками, раздувающимися ноздрями. Какое зрелище.   В конце концов Рацио нарушил недолгое молчание между ними. — Разве я сказал тебе остановиться? — Несмотря на то, в каком состоянии он был, он все еще находил в себе силы быть нахальным. Он прекрасно знал, что делает. Он должен был знать.    — Веритас Рацио, вот это да, — усмехнулся Авантюрин, покрутив сосок между пальцами; Рацио задыхался. — Подумать только, я единственный, кто видел тебя таким... — Он мысленно пометил, что позже произнесет молитву, поблагодарив Треокую Гаятру за ЕЕ благословение.   После этого он опустил голову и прижался губами к другому соску Рацио. Теперь оба соска стимулировались, и хватка на плече Авантюрина вновь усилилась. Он провел языком по твердому соску, двигая его вверх-вниз, наслаждаясь сладкими звуками Рацио.   Он играл с обоими сосками в одном и том же ритме, чередуя щипки и поглаживания то пальцами, то губами и языком. Рацио стонал и хныкал от такого возбуждения, все больше подбадривая Авантюрина.   И только когда он решил прижаться зубами к соску во рту, тело Рацио сильно дернулось, а затем раздался громкий, задыхающийся крик.    Подумав, что он причинил ему боль, Авантюрин отступил назад, немного испугавшись внезапного рывка. Однако, когда он посмотрел на Рацио, в его глазах была характерная дымка, грудь вздымалась, а лицо было ярко-красным. Авантюрин моргнул, опустил взгляд на штаны Рацио и обнаружил мокрое пятно рядом со швом.   — О, — невольно произнес он.   Рацио застонал, отталкивая Авантюрина. Дымка в его глазах внезапно исчезла. — Слезь.   Удивленный, Авантюрин поднял руки, отступая от Рацио. Быстро соскочив с кровати, он направился в ванную и закрыл за собой дверь. Вскоре Авантюрин услышал звук льющейся воды.    Рацио торопился в ванну. Авантюрин все это время не знал, что и думать. С одной стороны, то, что ему удалось довести Рацио до оргазма только игрой с сосками, было очень сексуально. С другой стороны, он боялся, что мог расстроить Рацио во время того, что должно было быть приятным и обоюдно приятным времяпрепровождением. Он задумчиво потрогал шрам от клейма на шее: меньше всего ему хотелось, чтобы у Рацио был плохой опыт, подобный тем, что были у самого Авантюрина.   Он долго оставался наедине со своими мыслями. Снаружи по-прежнему бушевала песчаная буря. Он решил, что пора постучать в дверь ванной и проверить, как там Рацио.   — Доктор? — Он осторожно постучал.   После минутного молчания раздался ответ. — Да?   — Могу я войти?   — Можно, — тихо ответил Рацио. Авантюрин открыл дверь и вошел внутрь, обнаружив Рацио в ванне, как он и предполагал - хотя вода к этому моменту, вероятно, уже успела остыть.   Он медленно подошел к ванне и сел на край, противоположный тому, где лежал спиной Рацио. Он посмотрел на Рацио, который отводил взгляд.   — Что случилось? — спросил наконец Авантюрин.   Рацио нахмурил брови. Авантюрин наблюдал, как дергается его адамово яблоко. Наконец он заговорил: — Мне не нравится быть объектом насмешек.   Авантюрин на мгновение задумался, прежде чем ответить. — Что заставило тебя так думать?   — Ты знаешь что.   — Рацио.   Рацио хмыкнул. Авантюрин встал и перебрался на его сторону ванны. Вместо того чтобы сесть на портик, он присел рядом с ванной так, чтобы оказаться на уровне глаз Рацио.   — Рацио. Посмотри на меня.   Несмотря на первоначальное нежелание, он в конце концов сдался. Авантюрин произнес свои следующие слова как можно более четко и красноречиво:   — Я думаю, то, что ты кончил в штаны, очень лестно. На самом деле, ты очень горяч, твоя неопытность чрезвычайно сексуальна, и мне нравится, что ты такой чувствительный и отзывчивый.   Рацио не спеша обдумывал сказанное. Он несколько раз моргнул, пытаясь понять, искренен ли Авантюрин или нет.   — Но ты сказал, что получаешь удовольствие от моего смущения, — сказал он наконец, выглядя так, будто хотел надуться.   — Получаю. Но это не значит, что я хочу подвергать тебя насмешкам. Мне просто нравится видеть, как ты смущаешься.   Рацио выглядел так, словно не мог понять смысл сказанного. Авантюрин наклонилась к нему чуть ближе и игриво улыбнулась.   — Те мужчины, с которыми я обычно трахаюсь, уже видели и испытали все, что может предложить мир. Но для тебя все в новинку. Это так освежает. Он наклонил голову в сторону, с теплым взглядом в глазах. — Для меня это тоже впервые.   Он снова принялся впитывать слова Авантюрина. В конце концов он глубоко вздохнул, встал и вышел из ванны.   — Я не должен быть таким нелогичным, — сказал он, надевая халат. Затем он протянул Авантюрине руку. — Пойдем. Давай продолжим.    Если бы Авантюрину пришлось назвать что-то, что он больше всего ценил в Рацио, то это то, насколько он был прост и практичен. Он прекрасно знал, что Рацио не был бесчувственной машиной, как бы ему ни хотелось, чтобы другие считали его таковым, но эти эмоциональные моменты были так редки, что Авантюрин едва знал, как на них реагировать. Похоже, Рацио умел ориентироваться в дискомфорте и был практичен и объективен, и, к счастью, ситуация разрешилась довольно легко. Через несколько минут после того, как они вышли из ванной, он уже держал член Рацио у себя во рту.   — Тебе повезло, что я знаю, что делаю, доктор. Посмотри, какой ты огромный, — с ухмылкой подумала Авантюрин, целуя боковую часть Рацио и проводя по ней языком.   — Не надо мне льстить, — ответил он. Казалось, Рацио сильно расслабился после первого оргазма; их шутки стали намного естественнее.   — Нет, это правда! Ты увидишь это в сравнении с моим. Я довольно средний, — сказал Авантюрин между облизываниями. — Посмотри, насколько ты растягиваешь мой рот.    Сказав это, он обхватил губами ствол Рацио, освобождая место в глубине рта, чтобы принять его полностью. Медленно вводя его в рот, Авантюрин покачивал головой, двигаясь с изысканным мастерством. Рацио был толще посередине, чем у кончика или основания, где губы Авантюрина растягивались сильнее всего, и он на мгновение застонал. Зубы слегка зацепили, но Рацио, казалось, не возражал против этого. Как только ему удалось преодолеть этот участок, остальное проскользнуло довольно легко, и он оказался прижатым ртом к лобку Рацио.   Когда имеешь дело с таким длинным и толстым членом, находиться рядом с мужчиной, который не жаждал трахать горло Авантюрина, а просто позволял ему делать свою работу, было намного проще.    Он поднял голову и встретился взглядом с Рацио, лицо которого раскраснелось, а дыхание участилось. Удовлетворенный, Авантюрин подмигнул ему. Рацио вздрогнул и начал настойчиво стучать его по плечу, и Авантюрин отстранился, и ниточка густой жидкости соединила его губы с толстым членом перед ним. Рацио судорожно выдохнул.   — Близок?   Рацио застонал в ответ, полностью избегая вопроса. — Ты выглядишь абсолютно развратным.   — Хм, я приму это за комплимент, — усмехнулся Авантюрин, облизывая губы.   Рацио вытер большим пальцем слюну с лица Авантюрина. — Тебе действительно так приятно держать пенис во рту?   — Хочешь попробовать?   — Возможно, в другой раз.   — Ладно, разумно, — он поцеловал член Рацио, лениво поглаживая его. От одной мысли о том, что будет «в другой раз», у Авантюрина затрепетало в животе.   Рацио был таким толстым, что он не мог обхватить его пальцами. Когда он снова взял кончик в рот, Рацио снова коснулся его плеча.   — Игрок, я хочу попробовать проникновение, — совершенно серьезно заявил он.   Он и вправду не тянул время. Его манера выражать свои мысли весьма очаровала Авантюрина. — Хорошо. Кто будет проникать?   Он немного подумал. — Хм. В моем предыдущем опыте это не учитывалось, поскольку в деле участвовали мужчина и женщина. Логично, что с двумя мужчинами динамика будет иной. Что вы посоветуете?   — Ну, ты ведь уже пробовал проникать в свою подругу, так? Сегодня мы можем попробовать что-то новенькое. — Авантюрин этого не сказал, но он тоже пока не был готов доверить Рацио, что тот знает, как обращаться с этим орудием массового уничтожения.   — Хорошо, — кивнул Рацио, и Авантюрин поднялся с кровати.   — Хорошо, дай мне минутку.   Порывшись в багаже, он нашел бутылочку со смазкой и бросил ее Рацио. Затем он освободился от одежды, оставив ее скомканной на полу, и быстро накачал свой член - он слишком давно ныл и был обделен вниманием. Подойдя к кровати, он обнаружил, что Рацио смотрит на его тело, и почувствовал себя так неловко, что редко бывало.    — Подойди ближе, — сказал Рацио и протянул руку вперед, чтобы взять член Авантюрина в свою ладонь. Он трогал и манипулировал им с почти невинным любопытством, тщательно изучая складки кожи и вены. Это не было особенно сексуальным прикосновением, но Авантюрин все равно с удовольствием ему позволил, ведь быть объектом аналитического взгляда Рацио было, пожалуй, высшей формой лести, на которую он был способен.   Наконец он вымолвил: — Я никогда раньше не трогал чужой пенис. Он действительно отличается от моего, как ты и сказал, но это совершенно нормально. Когда ты сказал «средний», я ожидал чего-то более посредственного.   Авантюрин фыркнула на это замечание. — Спасибо. — Взглянув на Рацио, он заметил, что тот пристально смотрит на свои губы, и решил немного.   — Отлично, — ухмыльнулся Авантюрин. Он знал, что это уязвимая поза, а Рацио был не самым большим поклонником уязвимости. — Погладь для меня свой член, — предложил он, решив, что если Рацио будет чем заняться, это поможет снять напряжение.   Рацио последовал предложению с удивительной покорностью, и Авантюрин воспользовался возможностью оценить, как Рацио прикасается к себе. Его хватка была свободной, а прикосновения — легкими, предположительно потому, что он пытался как можно дольше оттянуть свой следующий оргазм.   Когда Авантюрин попытался ввести второй палец, Рацио непроизвольно слегка напрягся.   — Ш-ш-ш, — он нежно погладил бедро Рацио свободной рукой. — Ты молодчина.   — Я же просил тебя не нянчиться, — проворчал Рацио с напряженным голосом.   — Ты когда-нибудь слышал о позитивном поощрении? — Авантюрин ответил язвительно, проталкивая пальцы глубже внутрь.   — Я не ребенок.   — Нет. Но сейчас ты учишься у меня чему-то. Считай себя моим учеником.   Похоже, это нашло отклик у Рацио, и он перестал спорить. Перевести все в академическую плоскость было, похоже, самой эффективной стратегией работы с ним.   С другой стороны, если Рацио давал ему отрывистые ответы, это свидетельствовало о том, что он чувствует себя достаточно расслабленным для следующего шага. Авантюрин загибал пальцы вверх, нащупывая ту самую точку. При этом бедра Рацио выгнулись вверх.   — Что это было? — спросил он тихим тоном, широко раскрыв глаза.   — Это твоя простата, детка, — Авантюрин одарил его самодовольной улыбкой.   — О. Вау. — Он не мог не заметить, как Рацио сжал основание своего члена до такой степени, что побелели костяшки пальцев. — Не переживай.   Если обычно Авантюрин красиво распускал перья, как павлин, то в этот момент его взгляд больше напоминал хищную птицу.   — Будь паинькой, и я буду.   Адамово яблоко Рацио сильно подпрыгивало вверх-вниз.   Выполняя свое обещание, он пока оставил простату Рацио в покое, медленно вводя пальцы и добавляя больше смазки. — Чувствуешь растяжение?   — Не очень.   — О? Доктор уже играл с его сладкой дырочкой?   Рацио застонал. — Неужели ты действительно должен говорить такие вещи? — После небольшой паузы он добавил: — Не может быть, чтобы это отверстие было сладким.   Авантюрин слегка усмехнулся. Затем комментарий Рацио натолкнул его на мысль. — Может, проверим эту гипотезу, доктор?   Вытащив пальцы, Авантюрин подтолкнул бедра Рацио вверх, сложил его пополам и приник ртом к указанному отверстию.   — Хннг! — Рацио отчаянно вцепился в простыни под ним, глаза зажмурились. Авантюрин провел языком по отверстию, проталкивая его внутрь без особого сопротивления.   У Рацио была самая стерильная на вкус дырочка из всех, к которой когда-либо прикладывал свой рот Авантюрин, что было не только невероятно удобным, но и чрезвычайно приветствовалось. Несмотря на то, что обычно Авантюрину приходилось нелегко во всем остальном, близость с Рацио оказалась на удивление легкой.   Проталкивая язык в отверстие Рацио, Авантюрин носом обнюхивал его мошонку и яйца, которые также обладали удивительно стерильным запахом. Хотя Авантюрин предпочитал немного мускуса, он не мог пожаловаться на безупречную гигиену мужчины. Он провел языком по промежности Рацио до самых яиц, заставив мужчину под ним заскулить.   Немного отстранившись, он воспользовался возможностью полюбоваться дырочкой Рацио. Она была розовой и пульсирующей, безупречной и совершенной, как и сам мужчина.   — Посмотрите на себя, доктор. Я никогда не видел, чтобы девственная дырочка выглядела такой голодной.   Рацио прикрыл лицо, пытаясь скрыть смущение. Авантюрин не стал задерживаться на этом, а с довольным хмыканьем снова прижался открытым ртом к отверстию. Рацио непроизвольно выгнул бедра, едва не разорвав простыни своей железной хваткой. Он издал несколько райских, высокочастотных хныканий, от которых у Авантюрина закружилась голова.   — Приятно?   Рацио ответил дрожащим хмыканьем.   — Хм? — Авантюрин потрогал кончиками пальцев край. — Ты уже потерял способность говорить? Я действительно так хорош? Затем он снова просунул пальцы внутрь.   — Ах! — воскликнул Рацио с ярко-красным лицом. — Ты проклятый картежник...   — Ты забыл мое имя? — Он еще немного поддразнил.   — Конечно, нет!   — Неужели? — Авантюрин провел пальцами внутри Рацио, слегка поглаживая его простату. — Скажи это.   — Ах, нгх... Авантюрин...   Видеть, как Рацио близок к тому, чтобы потерять рассудок от его ласк, было чем-то таким, что не могло присниться даже Авантюрину в самых смелых мечтах. Его член никогда не был таким твердым за всю его жизнь.   — Блядь. Ты такой сексуальный. — Он несколько раз облегченно выдохнул. Затем он раздвинул двумя большими пальцами дырочку Рацио, любуясь тем, как она подергивается. Он бросил взгляд на Рацио, который выглядел совершенно растрепанным и отчаявшимся. Изначально Авантюрин собирался еще немного поиграть с его членом и дырочкой, но как только увидел состояние мужчины, решил изменить свои планы. — Рацио. Я хочу вставить.   Рацио быстро кивнул. — Да, можно.   — Подай мне подушку, — Авантюрин протянул руку вперед. Рацио передал ему одну из многочисленных подушек, которые лежали у него у головы, и Авантюрин подложил ее под бедра Рацио, когда их опустили на кровать. — Держи ноги раздвинутыми, вот так.   Он быстро смазал себя, нанеся щедрое количество смазки как на свой член, так и на отверстие Рацио. Пристроив свой член, Авантюрин сказал: — Хорошо. Дай мне знать, если будет больно. — Как он до сих пор сохранил в себе достаточно самоконтроля, чтобы быть осторожным, было откровенно непонятно.   Поначалу Рацио казался достаточно расслабленным, но как только Авантюрин ввел головку, он сжался вокруг него, вырвав у Авантюрина стон.   — Ты слишком сильно сжимаешь. Дыши вместе со мной. — Он вдохнул через нос и выдохнул через рот; когда Рацио подражал ему, Авантюрин смог протолкнуть головку дальше. — Все в порядке?   — Я чувствую себя таким полным, — ответил Рацио с тяжелым выдохом, его большая грудь двигалась вверх и вниз, когда он дышал.   Авантюрин усмехнулся, наклонился вперед и положил руку на кровать для опоры. Другой рукой он коснулся волос Рацио. Вблизи он смог разглядеть, что красная подводка для глаз Рацио слегка размазалась, каким-то образом уцелев после предыдущего купания. — Ты великолепен. Ты знал об этом?   Похоже, на этот раз у Рацио не нашлось остроумного ответа, и Авантюрин наклонился и поцеловал его. Руки Рацио переместились на лопатки Авантюрина, прижимая его к себе, а его вытекающий член оказался зажатым между их телами. Авантюрин крутил бедрами, желая снова начать издеваться над простатой Рацио, но пока сдерживаясь. С каждым толчком Рацио издавал сладкий звук, и еще более сладкий, когда Авантюрин целовал его шею.   — Расскажи мне, каково это, — прошептал он, и Рацио тут же затараторил.   — Это... это... познавательно. Мое тело... ах!   Предоставить Рацио просветляющий опыт — это было больше, чем Авантюрин мог надеяться. Он усмехнулся, наклонив бедра так, чтобы головка его члена коснулась простаты Рацио.   — Как насчет этого? — Поддразнил он. — Что ты об этом думаешь?   Ногти Рацио впились в спину Авантюрина. Он чувствовал, как между ними просачивается липкая сперма Рацио. — К этой части моего тела никогда не прикасались так, — тяжело вздохнул он. — Вот почему... вот почему это захватывает.   Авантюрину было интересно, как будут звучать грязные разговоры Рацио, но в его бессвязности было свое очарование, свойственное только ему.   В этот момент его толчки стали более быстрыми и беспорядочными; он маневрировал, чтобы освободить место между ними, и взял член Рацио в руку, отчего тот непроизвольно дернул бедрами. У него было абсолютно эротичное выражение лица: глаза закрыты, губы влажные и приоткрыты, на щеках красивый румянец, а от пота волосы прилипли ко лбу.   — Блядь. Ты такой горячий. — Его рука двинулась к груди Рацио, захватив самую большую горсть, какую только можно. Рацио сжался вокруг него, и сжался сильнее, когда Авантюрин щелкнул его по соску. Его дыхание стало частым, и Авантюрин понял, что он близок к этому. — Давай, доктор, — уговаривал он. — Погладь свой член и кончи.   Рацио, не теряя времени, выполнил указание, его костяшки пальцев терлись о живот Авантюрина. Его удары были быстрыми и резкими, как и толчки Авантюрина, который продолжал терзать простату Рацио кончиком своего члена. Рацио отчаянно цеплялся за руку Авантюрина, хныча от каждого толчка, пока его бедра не задрожали, и он не кончил.   Он едва успел прийти в себя: Авантюрин вышел из него и стал гладить себя, выплескивая семя на торс и грудь Рацио вместе с собственной спермой. Он издал удовлетворенный стон, любуясь открывшейся перед ним картиной: вздымающаяся грудь Рацио, его дергающийся член, красивое, растрепанное лицо — и, конечно же, их обоих, кончающих на великолепное тело мужчины.   Все еще не придя в себя, он уставился в потолок. Измученный, Авантюрин примостился рядом с ним, положив голову ему на плечо. Когда между ними воцарилась тишина, Авантюрин провел пальцами по ключицам Рацио, нежно поглаживая их.   — О чем задумался? — спросил он в конце концов мягким тоном, наблюдая за серьезным выражением лица Рацио.   — Я думаю о том, что, несмотря на то, что у меня восемь докторских степеней, все равно есть вещи, которые совершенно не входят в сферу моих знаний.   — Это хорошо? — спросил Авантюрин.   — Конечно. Я никогда не смогу быть всезнающим. Это лишило бы мою жизнь смысла. — Я тоже думаю, что люди не созданы для того, чтобы нести такое бремя.   Рацио хмыкнул в знак согласия. — Ты прав.   Авантюрин никогда не спрашивал себя, на что похож разговор Рацио на подушках, но ничего лучше этого разговора его мозг придумать не мог. Он хихикнул.   — Хм?   Улыбнувшись, Авантюрин наклонился вперед, чтобы поцеловать лицо Рацио. — И каков твой вывод после сегодняшнего эксперимента?   — Похоже, ты был прав в своей гипотезе. У меня не было достаточно опыта, чтобы с уверенностью утверждать, нравится мне секс или нет.   Авантюрин открыл рот, чтобы задать следующий вопрос, но Рацио быстро добавил: — После сегодняшнего сеанса я более склонен сказать, что мне это нравится. Но, возможно, есть еще одна переменная, которую мы не учли раньше.   — О? И что же это?   — То, что я был с опытным партнером, сыграло свою роль.   Рацио сказал это с совершенно пустым выражением лица, и Авантюрину лучше было не думать, что он склонен к лести. Скорее, это было самое искреннее выражение признательности Рацио.   — Мне приятно это слышать, — улыбнулся он.   Рацио легонько подтолкнул его, чтобы он сел. Но как только он это сделал, то вспомнил о сперме на своем теле и застонал от неудовольствия. Авантюрин быстро встала и принесла влажную мочалку, чтобы вытереть Рацио.   Когда тонкие пальцы Авантюрина вытирали живот Рацио, он спросил: — Это полотенце для лица?   — Уже нет. — Авантюрин фыркнул, вызвав у Рацио хихиканье.   — Ты не мог бы набрать для нас ванну?   Второй раз за день Авантюрин был застигнут врасплох скромной просьбой Рацио сделать что-то столь интимное вместе.   — Конечно.   Пройдя в ванную, он открыл кран и набрал воды в ванну. Песчаная буря все еще продолжалась, но Авантюрину показалось, что она не такая шумная, как раньше. Проводя пальцами по воде, он не мог не вспомнить, как скудно её было в детстве.   Он добавил немного соли для ванн и дал воде еще немного набрать. Когда вода достаточно наполнилась, он закрыл кран и вернулся в спальню, чтобы позвонить Рацио. Тот сидел за письменным столом, склонившись над блокнотом, и писал со скоростью света.   — Ванна готова, — пробормотал Авантюрин, проводя руками по плечам Рацио и направляясь к его груди. Он наклонился поближе, чтобы заглянуть в блокнот, который держал Рацио. Он успел лишь бегло просмотреть, прежде чем Рацио закрыл блокнот.   — …Авантюрин из Десяти Каменных Сердец обратил мое внимание на то, что недостаток опыта в сексуальной сфере привел к искажению моего восприятия...   — …множество различных способов, с разной степенью удовольствия...   — …цель поцелуев поначалу была неясна, но само занятие было приятным. Наиболее приятным было, когда оба тела были раздеты и обнимались...   — …стимуляция груди руками и пальцами, а также стимуляция сосков ртом и языком превзошли все ожидания, вплоть до провоцирования преждевременной эякуляции...   (Это заставило Авантюрина хихикнуть про себя).   — … анальная стимуляция пальцами была не очень приятной. Стимуляция простаты, будь то пальцами или пенисом, а также анальная стимуляция ртом и языком были гораздо приятнее...   — Ты закончил шпионить? — сказал Рацио, закрыв блокнот, прежде чем Авантюрин успел прочитать, что он думает о том, как ему сосут член. Несмотря на это, он не стал отталкивать Авантюрина, позволив ему откинуть голову на плечо.   — Разве ты не собираешься попросить мой вклад? — Авантюрин надулся, поддразнивая.   — Ты уже внес свой вклад. Я пишу о своем собственном восприятии.   — Вот как? — Он рассеянно провел кончиками пальцев по груди Рацио, выдавая это за невинность. — А как же мое восприятие? Разве ты не хочешь знать, что я думаю?   Рацио промолчал, и Авантюрин воспринял это как приглашение ответить на свой вопрос.   — Когда мы только познакомились, — прошептал он прямо в ухо Рацио. — Я думал, что ты будешь грубым топом, и это меня так заводило. Но еще больше мне нравится, что ты такой. — Он поцеловал область за ухом Рацио. — Так хочется познавать и направлять тебя.   От поцелуя Рацио вздрогнул всем телом.   — Как ты и говорил, — улыбнулся Авантюрин. — Всегда есть чему учиться.