Палёный алкоголь, розы и табак.

К горлу подскочил комок страха, а глаза почему-то начало пощипывать, когда ко лбу приставили дуло пистолета. Сначала бандит посмотрел на огнестрельное оружие, после перевёл полный ужаса взгляд на человека, стоящего против него. Холодный металл сильно вжали в кожу, и мужчина поморщился, прижимаясь спиной к деревянной стене сарая, в котором происходила облава. Иначе и нельзя было обозвать то, во что он влип. Мозг судорожно перебирал варианты побега, хотя внутри он прекрасно понимал, что это конец. Подставной полицейский изобразил на своём лице злорадную улыбку, после уже хотел надавить на курок пистолета, чтобы закончить жизнь мафиози, однако отвлёкся на вскрик сзади. Именно в этот момент мужчина смог отвернуть голову из-под линии выстрела, коленом дал тому стражу порядка в живот. После чего он вырвался из-под рук легавых и, мельком глянув на то, что случилось, заскочил сначала за стеллаж с коробками, а после, осыпаемый градом пуль, выбежал через вторые ворота из амбара. Машин там почему-то не было от слова совсем, и поэтому Санчез обернулся по сторонам, сглотнул слюну и рванул к стене, поросшей кустами. Горло уже начало саднить, и хотелось остановиться, закашляться, хоть каким-то образом избавиться от этой боли. Но Диего не мог себе этого позволить. Он слышал помимо своих шагов и чужие, громкий стук тяжёлых ботинок, а ещё вскрики упустивших его выродков. Мужчина снова мельком взглянул на зелёную стену. Они, кусты, были настолько плотные, что за ними ты чёрт что увидишь, даже если фонариком посветишь. Именно в них глава одной из крупнейший мафиозных группировок города и запрыгнул, прячась за непроглядной стеной листвы и прикрыв рот рукой. Дыхание сбилось, сердце колотилось как бешеное, за стеной он слышал ругань полицейских и шум машин. На лице и руках появились ссадины и небольшие порезы, пиджак и рубашка в нескольких местах оборвались, но благо на ветках не осталось ткани. Пару минут так посидев, Санчез глубоко вздохнул. Что же спасло жизнь Диего? Выкидон Джона Дейви Харриса, кучерявого парня в оранжевом шарфе и белом халате. Хотя нет, сейчас такое его описание было неверно. Почему-то мужчине стало неожиданно смешно с того, как выглядел Джон. Вместо привычного оранжевого шарфа и халата был голубой и толстовка с полосками на рукавах, штаны и кеды были чёрные вместо белых. Хотя вёл он себя вполне.. Обычно. Всё такой же напыщенный и болтливый, хотя иногда он молчал словно рыба воды в рот набрала. Санчез судорожно сглотнул, после снова набрал полную грудь воздуха и попытался привести роящиеся мысли в кучу. Джон.. Джон как-то сумел вырваться из хватки легавых, вроде даже кому-то врезал, и как раз поэтому тот офицер, который и угрожал Диего прострелить ему голову, отвлёкся. При этом двигался он вполне уверенно, и даже успел бросить взгляд на него самого, словно бы давал сигнал бежать. Шумный выдох. Санчез наконец убрал руки от лица и расслабил напряжённые мышцы тела, стал дышать глубоко и с тактом, восстанавливая сбитый ритм. Только после того, как разум пришёл в порядок, мафиози спохватился и чуть ли не вскрикнул, тут же берясь за простреленную ногу. Как он умудрился не заметить этого? Пропустить.. Вот только дырки в ноге ему не хватало. Это было так неожиданно для него самого, что он первые несколько секунд просто молча сидел, рассматривая то, как медленно расползлось пятно красной жидкости по ткани штанов. Тут же Санчез сорвал с себя пиджак и наспех перемотал рану, да так туго, что по ощущениям стало ещё хуже. Конечно же, это не первый раз, когда его подстрелили, но сейчас у него особо не было возможности справиться с этим как-то иначе. Смуглявый сдавленно вздохнул и откинулся спиной на деревянную стену, прикрывая глаза и прислушиваясь к окружившей его суматохе. Пришлось терпеть, и терпеть долго, ведь менты ещё, честно говоря, продолжительное время копошились вокруг сарая, искали его, Диего, и ругались между собой. За это время мужчина успел раза два отключиться, нога сильно онемела от боли, и крови вытекло достаточно даже не смотря на то, что он перевязал рану. Всё это время мужчина обдумывал происходящее, пытался понять, как ему быть. Почему-то в конце-концов он перестал думать о себе и задумался о том, что же будет с Джуди? Бармен из его бара, с которой он чувствовал себя.. Хорошо. Ему нравилась эта девушка. Была определённая привязанность.. Всё же через час Санчез поднялся с земли, осторожно вылез из кустов, в которых он отсиживался, оглянулся по сторонам, и всё же вышел к дороге. Нет, больше тут никого нет. Даже вроде как никаких следов толком нет, словно бы и не постреляли на этом месте с десяток человек, не разорвали довольно крупную сделку, касательно палёного алкоголя, и вообще.. Диего покачал головой. Нет. Всё, нельзя об этом думать. Ему бы лучше поразмышлять над тем, чтобы добраться до своей берлоги, и залечь на дно, чтобы Евсей, которого он подозревал в облаве, хотя бы немного забыл о существовании Санчеза, и сам мафиози мог реабилитироваться. Мужчина аккуратно шагнул вперёд и дёрнулся, когда нога влипла в лужу крови. Нет, не все следы замели. Далеко не все. Обернувшись, мужчина стал всматриваться в потёмки. Вон, дыры в стенах, выбитые щепки и кусочки дерева, разбитая колесами и пулями щебенчатая дорога; то тут, то там поблёскивали в свете Луны лужицы крови, которые остались после его людей и того парня, с которым он и хотел заключить сделку. Почему-то спустя такой короткий промежуток времени он уже и забыл имя этого человека, вот вроде крутится на уме, но остановиться на чем-то конкретном не выходило. Да и плевать он хотел, всё равно он с этим неудачником больше не пересечётся. «Хотя кто ещё тут неудачник»,–подумал про себя Диего и усмехнулся, заглядывая в сарай. К сожалению, никаких следов Джона там не было, и мужчина только тяжело вздохнул, убирая руку от широких ворот. Свои жёлтые очки, упавшие, когда он дёрнулся, он просто пропустил мимо себя, напрочь забыв, что мог их забрать. Санчез печально поднял голову наверх и всмотрелся в звёздное небо. Всё таки он смог выжить, выбраться из засады, однако надо понимать, что это была.. Не более, чем подачка от судьбы. Если бы Харрис не решил выпендриться, то сейчас его медленно остывающее тельце валялось бы в куче других трупов его подчинённых, и ему этого очень не хотелось. И не хотелось бы попасться тому же самому Остафьевичу или кому-то из других мафиозников. Они ведь его сразу пришьют, либо же притащат к тому, кому это будет выгодно. Мужчина сдавленно выдохнул и осторожно, медленно побрёл к горящему огнями фонарей и окон Хэнфорду, всё ещё продолжая размышлять над тем, что случилось на этом месте. Почему-то внутри всё снова свернулось в комок от переживаний. Считай он остался один, никого рядом с ним не было. Джуди ему не помощница, да и втягивать её в разрешение всех своих грязных делишек Диего сам про себя запретил, хмурясь. В итоге шёл он достаточно долго, сначала просто медленно брёл по тёмным переулкам, подволакивая раненную ногу, но к его сожалению пришлось смотреть вперёд, ведь из-за своей невнимательности он чуть не наткнулся на банду гопников, которые без проблем бы его отпинали и добили. Потому следующую часть пути мужчина взгляда не сводил с того, что творится вокруг него. Ну и пока добрался до своего района, пока проскочил мимо всех тех, кто мог его заметить, пока добрался до квартиры.. Уже было давно за полночь, и глаза слипались, а ноги не держали. И вот ещё одно испытание на прочность: ключей от этой квартирки у него не было. Мужчина лениво похлопал руками по карманам штанов, нахмурился и оглянулся по сторонам. Благо выдохшийся мозг подсказал ему, что в последний раз он оставлял брелок с парой отмычек и ключиков где-то за подоконником. И Диего нашёл его. Ввалившись в квартиру, Санчез бедром захлопнул за собой дверь, после чего скинул ботинки с ног, не снимая потёртой рубашки и штанов прошёл в запыленную душную комнатушку, и прям так завалился на кровать. Тут же дала о себе знать рана, и сон, который уже навалился на мафиози, так желавшего отдохнуть, моментально отошёл на второй план. Мужчина озлобленно сипнул и повернулся на спину, после сел и быстро развязал повязку на ноге, приподнял штанину и стал осматривать свою ногу. Пуля вошла довольно глубоко в мясо, и самому избавиться от неё, скорее всего, банально не выйдет. Благо кровь вроде как остановилась, но легче от этого не было. И всё же немного подумав, Санчез оглянулся по сторонам, вспоминая, есть ли где в комнате аптечка. Вот только на этот раз в голову ни одна толковая мысль не пришла. Пришлось слезать с кровати и искать по комнате. К счастью, она отыскалась на полке тумбочки, спрятавшейся в тени двери, ведущей в комнату. Пыльная, всеми забытая, но при этом медикаменты в ней были в нормальном состоянии, и у Диего вышло обработать ранение настолько хорошо, насколько позволяла ситуация. Отверстие он замотал чистыми бинтами и наспех собрал аптечку. Уже после он снова лёг на кровать и сдавленно вздохнул, думая о своём. Почему-то сон как рукой сняло. На душе стало чрезмерно тошно, снова подкатил ком к горлу. К удивлению мафиози его никак не отпускала эта ситуация. И Санчез пришёл к выводу, что больше всех он сейчас переживал о трёх людях: Джуди, которая могла пострадать впоследствии сегодняшнего вечера; за Дейви ему было тревожно, ибо судьбу того засранца он предугадать не мог; и в конце концов, это был он сам. Умирать Диего не хотел. Поэтому мужчина лежал и думал, что ему делать и как максимально снизить внимание к своей персоне и потом встать на ноги. –Cagada..–в тишине комнате выругался Диего и всё же попытался уснуть, сжав в пальцах подушку. Только перед тем, как мозг окончательно вырубился, в голову ему пришла интересная мысль: прятаться на видном месте. Не сидеть как крыса только на квартире, а шляться там, где будет много народу. Кто будет на него обращать внимание в каком-нибудь баре, которым, к примеру, заправляет Розенталь? Конечно никакого, потому что этому еврею будет интересна только его сфера деятельности (казино и отели), а на бары он просто глаза закроет. Уже после этого, полный плохих предчувствий, мужчина провалился в тревожный сон. ** Бар в одном из приличных районов города был как всегда полон. Сейчас было что-то вроде семи часов вечера, и в помещении, уставленном столами, стульями, и барной стойкой, которая занимала чуть ли не четверть всего пространства, стоял такой гвалт, что начинали болеть уши. В целом, оформление заведения радовало глаз. Всё в таком.. Лёгком стиле, нет излишних деталей, но при этом если так смотреть, то имеются элементы.. Роскоши. Богатства. К столику подошёл довольно молодой парень с зализанными волосами и смазливой мордашкой. Он оставил на столе бутылку горячительного напитка, и, получив безразличную отмашку, кивнул, после чего удалился. Санчез спрятался от шумной обстановки в углу бара, заняв небольшой двухместный столик и молча наблюдая за людьми. Мужчина проследил взглядом за официантом, постучал пальцами по краю своего бокала и задумался, прищурив глаза. Он сидел в заведении уже часа два точно, и пришёл к выводу, что ему не нравится спокойная жизнь обычного человека. Уж слишком она скучна. Он наблюдал за ними, думал и пил. Ну вот отпахал ты восьмичасовую, может иногда десятичасовую смену, ну и что дальше? Идёшь либо домой, либо, если выходной день, в бар бухать. Нет, Диего, зная совсем другую жизнь, никогда бы не согласился на подобное.. Ещё немного всмотревшись в тех, кто сидел за соседними столами, Санчез фыркнул. Мафиози ошибся. Это не были простые люди. Это были люди Розенталя. Их выдавали белые галстуки и небольшие украшения в виде цветов. Мужчина сделал глоток из своего бокала с пивом, подперев второй рукой голову, и при этом хмурясь. Почему-то ему не шибко то и нравилась обстановка в заведении. Раньше он не был против того, чтобы неподалёку от него было много людей, шумящих и выпивающих алкоголь, но сейчас он просто не мог перенести этих.. Этих. Может, обстановка была не та, или же просто недавние события на него так повлияли, что не хотелось сидеть в баре того, кто хотел разнести твою банду и сломать тебе шею.. Вот блин. Конечно, он не ожидал, что тут не соберутся люди его врага, но при этом хотелось бы поменьше контактировать с таким обществом. Санчез снова погрузился в свои мысли, перестав пялиться в бок от себя, и из-за этого пропустил момент, когда двери бара распахнулись, и внутрь вальяжно зашли двое мужчин. Один из них, тот что в подряснике и просто шикарной шубе, был довольно высокий и коренастый, от него так и веяло чем-то холодным и злым, властным таким, а вот второй, одетый в лёгкую рубашку и штаны с подтяжками, а на плечи накинуто длинное пальто черного цвета, шёл несколько вприпрыжку, что-то с улыбкой говоря «боссу боссов». У них была небольшая разница в росте, да и стили одежды были достаточно непохожие, но при этом они спокойно разговаривали друг с другом. Хотя во взгляде того, кто не являлся здесь владельцем, читалась что-то вроде.. Презрения? Наверное так. Тут же несколько посетителей удивлённо оглянулись на пришедших, но сразу же потупили взгляды, стараясь выглядеть менее заметными. Да, пришедшими были Евсей и Розенталь, лидеры самых крупных группировок в их городе. И если Остафьевичу было абсолютно всё равно на то, кто сидел в баре, то Розенталь, оглянув всех присутствующих, очень напрягся, заметив сгорбившуюся фигурку в углу помещения, одиноко сидящую за столиком. Однако владелец всех казино в городе решил не привлекать внимание Евсея к нему, и просто сделал вид, словно бы ничего и не заметил. Далее они прошли к барной стойке и заказали себе какой-то дорогой алкоголь, немного поболтали с барменом и ушли за дальний столик. Уже там они начали что-то обсуждать, раскурив кто сигары, кто папиросы, и попивая крепкий напиток. Разговор их был довольно громкий, и, хотя его перебивал шум людей, сидящих в зале, отдельные слова долетали и до Санчеза. Он бы и внимания на это не обратил, если бы не почувствовал на себе пристальный взгляд из другой части зала. Подняв глаза от рассматривания красивой барной стойки с резными краями, Диего сразу же пересёкся взглядами с главарём другой мафии. По всему телу пробежались мурашки, опять чувство страха наполнило всё тело. Мужчина сглотнул и тут же спрятал взгляд в своём бокале алкоголя, кусая себя за губу. Но через две минуты, да и после пяти к нему никто не подошёл, и никакой видимой угрозы он для себя не чувствовал. Осторожно подняв глаза, Санчез сразу же уставился на мафиозников, сидящих на том же месте, что и тогда, когда он пересёкся взглядами с Розенталем. –..да нет, что ты.. Глупости,–Розенталь отмахнулся и довольно нагло улыбнулся, пожав плечами. –В любом случае я предлагаю.. Сам понимаешь..–Евсей опёрся локтями на стол и скинул с тлеющей папиросы пепел в пепельницу. По ощущениям, Остафьевич и не подозревал, что в одном баре с ним находится мужчина, которого он упрямо ищет уже несколько дней. Санчез знал об этом из новостей и слухов, и был очень недоволен таким раскладом. А «Цветочник» (так для себя называл Диего Розенталя), судя по всему, не спешил выдавать наличие этого самого мужчины, продолжая обсуждать с Остафьевичем планы на будущее. Владелец казино вёл себя крайне непринуждённо, он был в своей стихии, рядом были его люди, вот только время от времени он как бы невзначай оглядывался по сторонам, но Санчез понимал, что делалось это для того, чтобы проверить, остался ли Король палёного алкоголя в баре, либо же сбежал. И нет, Санчез всё также оставался на месте и по ощущениям не шевелился. Конечно, как тут пошевелиться лишний раз, когда буквально в паре метров от тебя сидят два человека, готовые тебя убить просто потому, что ты есть? Но при этом Санчез не смог бы себе позволить сбежать. Он не трус. По крайней мере он пытался себе это доказать сам. Хотя, с другой стороны, если бы у Цветочника было желание убить Санчеза, то он бы уже давно сдал Диего Евсею, и был бы Санчез трупиком за зданием бара. О нет, он не хотел думать об этом сейчас. Немного посидев, Санчез наконец допил своё пиво и откинулся на спинку диванчика, на котором он сидел уже третий час. Бывший мафиози прикрыл глаза, тихонько вздохнув и сжавшись всем телом. Зато спустя несколько минут где-то неподалёку раздалось шуршание, после тусклый свет что-то загородило. Дёрнулся Диего только тогда, когда его достаточно мягко взяли за подбородок, а открыв глаза он увидел перед собой Розенталя. Его лицо было в тени, но при этом Санчез видел каждую черту, каждый изгиб. Две забавные косички падали вперёд, немного болтались. Цветочник только улыбнулся и большим пальцем огладил чужую скулу, проведя по небольшой царапинке. Он заметил, как вздрогнул от такого лёгкого движения Диего и улыбнулся шире, немного прищурившись. А после тихо, еле слышно заговорил, словно бы змей начал шипеть: –Murrda.. Amigo, я правда удивлен тому, что вижу сейчас. И я привык доверять своим глазам. Санчез, ты-сукин сын, но при этом невероятный везунчик. –Que carajo quieres?–пробормотал Санчез, чувствуя, как чужая ладонь скользнула по бедру вверх. А ещё он почувствовал, как начали гореть щёки. –Ох, не переживай,–Розенталь нагнулся к нему, при этом переместив ладонь на его щёку и несильно сжав пальцы, прошептал прямо на самое ухо, пока вторая рука залезла в карман его брюк и оставила небольшую бумажку там.–Если тебе понадобится, посмотришь. Считай это жестом доброй воли. Ладонь, облачённая в жёсткую кожаную перчатку, осторожно огладила живот напуганного Диего, ловко заползла под заправленную в чёрные штаны рубашку, но закончилось это безобразие также быстро, как и началось, а после Розенталь убрал руки окончательно и спокойно ушёл в сторону уборной, более не обращая на Санчеза внимание. Тут же, отойдя от удивления, бывший бандит полез в карман штанов и наспех вытащил то, что ему подложил конкурент. Нет, конкурентом Розенталь был раньше. Сейчас это угроза номер два. На листочке не было ничего, кроме какого-то адреса, и набора цифр. Были записаны они наспех и так, словно бы под бумагой не было твёрдой поверхности. Некоторые цифры он даже понять толком не мог, пришлось рассматривать их по тридцать-сорок секунд. Чёрные глаза прошлись по залу, выискивая хотя бы одну зацепку, хоть что-то, что могло бы ему помочь в понимании происходящего. Хотя бы небольшую подсказку. Однако нет. Даже Евсей всё так же сидел спиной к нему и, скорее всего, курил, ведь над его головой поднималась струйка дыма. А когда к нему вернулся Розенталь, они и вовсе покинули бар, продолжая общаться о чем-то своём и не обратив на Санчеза никакого внимания. Только когда «босс боссов» вышел на лестницу из подвального помещения, то Цветочник оглянулся на Диего и весело ему подмигнул. Уже у себя в квартире бывший мафиозник размерял комнату шагами, нервно теребя пальцами подбородок и постоянно поглядывая по сторонам. Особенно часто он обращал внимание на окно, выходящее в спокойный дворик с детской площадкой и небольшим киоском, который давно закрылся, наверное ещё часов в пять вечера. Диего никак не мог выкинуть из головы мысли о том, что это было. Подстава от Розенталя? Вполне возможно, ведь он вместе с Марло пытался прикрыть бизнес Санчеза, прикрываясь принципом «благородной мафии». Думая об этом, Диего только нервно усмехался. Благородная. Какое же тут благородство, если они буквально убили его самого? Твари. Мужчина подошёл к двери в ванную комнату, дёрнул за ручку и открыл её, после зашёл в небольшое помещение, стал рассматривать себя в пыльном зеркале. Почему-то его мысли будоражили воспоминания о том, что сегодня сделал Цветочник. Для Диего не было понятно, к чему эти действия вообще относились, и чего этот педик так многозначно его касался. И всё же в голову пришло осознание, что хуже его ситуация уже быть ну просто не может. Умывшись, Санчез грустно вздохнул, глядя на своё отражение и постучал пальцами по раковине, пытаясь понять, как ему действовать. Уже вечером следующего дня Диего стоял перед воротами огромного дома Розенталя, сжимая в ладони бумажку с адресом и кодом, который надо было сказать охраннику, чтобы его впустили на территорию. Руки тряслись, а в горле встал ком. Санчез проснулся от прохлады и того, что его погладили по спине, а после чужая рука сползла на оголённую задницу. Тут же стрельнуло болью в пояснице, и мужчина сдавленно простонал, крепче обнимая сжатую в руках подушку. Устроившийся рядом Розенталь только усмехнулся и лениво сел на кровати, потягиваясь. Комната хозяина дома была довольно большая. Несколько шкафов, один из которых вмонтирован в стену, огромные окна, закрытые бардового цвета плотными шторами, которые, к сожалению, пропускали холодный предзимний воздух, из-за чего всё тело мёрзло и покрывалось мелкими мурашками, но при этом вдыхать этот воздух было крайне приятно. Широкая, чуть ли не трёхспальная кровать частично закрыта балдахином такого же цвета, что и шторы, вот только материал был несколько легче. Диего молча уставился на Розенталя, рассматривая мафиози и сжимая в руках большую подушку, на которой он лежал. В голове размазались все события прошлого вечера, он только помнил два просто невероятных оргазма, которые заставил его испытать Цветочник. И, было стыдно это признавать, но была бы у него такая возможность—он данное действие с радостью повторил вновь. Выдохнув, Санчез закрыл глаза. –Ну что? Живой там?–мягко поинтересовался у Диего черноволосый, осторожно потрепав его по колючему ёжику волос, на что в ответ ему последовало негромкое мычание, и Санчез уткнулся лицом в подушку, поерзав плечами.–Значит живой. Валяйся, я пойду приготовлю что-нибудь. Когда соизволишь подняться, умывайся и спускайся на кухню. Уговор? –Мг, давай, иди уже,–лениво пробормотал ему мужчина, укрываясь тёплым одеялом чуть ли не с головой. Холод в комнате всё ещё напоминал о себе, а сам по себе дядькой он оказался довольно подтянутый, и из-за этого худой. Ну, и ощущение отвратительной обстановки в комнате усиливало то, что он был совсем немного так голый. Розенталь опять усмехнулся и снова погладил Диего по голове, потом уже поднялся с кровати и потянулся. Конечно, с оголённой жопой он мог бы и хотя бы немного постесняться, но благодаря зашторенным окнам стесняться было некого. Да и на улице в такое время уже мало кто ходит, в основном все на работе. Только если Санчеза, однако сам Цветочник уже видел его чуть ли не во всех доступных позах, и это всего за одну ночь, при этом оставшись очень довольным этим. Потому лежащего под тёплым одеялом он просто игнорировал. Хозяин дома наспех натянул нижнее бельё и накинул на плечи смешной темно-розовый халат, после вышел из комнаты, мельком глянув на Диего. А вот сам Король палёнки в прошлом ещё добрых полчаса валялся в кровати, обдумывая своё отношение к данной ситуации. Он уже неделю обитает в доме Розенталя, последние два дня спит в одной кровати с этим самым Розочкой, и единственное, чем занимался Диего-развлекал мафиози одним своим присутствием, ведь заняться Санчезу было абсолютно нечем, и он страдал всякой хернёй. Телевизор не вызвал у нахлебника никаких положительных эмоций, он только время от времени устраивался в большом зале, где сидел от силы минут двадцать, а потом, не видя ничего занимательного, просто переключался на что-то иное. К телефонам и ноутбуку его не подпускали от слова совсем, и один раз Розенталь ему лично дал по рукам. Это был первый и последний раз, когда в его доме Диего отхватил пиздюлей физически, и то оба потом друг друга простили. Вроде как всё было нормально: его кормят, поят, Розенталь оказался не там выродком, как ему казалось изначально, а Евсей до сих пор не был в курсе того, кто обитает у него буквально под носом. Как выяснил Санчез, «босс боссов» сильно заинтересовался оставленными без присмотра территориями, а ещё он уведомился, что Марло как-то неожиданно и внезапно исчез, оставив своё дело. Когда Розочка рассказал об этом Диего, то второй даже задумался, при этом хмурясь и фыркая. А ещё он не удивился тому, что эти двое сразу же прибрали к рукам части города, которые остались без хозяев. Конечно, что-то успели зажать мафии поменьше, но это не было глобально. Соизволил подняться он минут через двадцать, наспех оделся, накинул на плечи большую и широкую рубашку, благородно выданную Розочкой, а после всунул ноги в мягкие тапки и спокойно спустился вниз, просто напросто проигнорировав указание на то, что ему надо умыть лицо. Розенталь уже сидел за столом и спокойно пил кофе, доедая тосты с вареньем, или чем-то таким. Из любопытства Диего даже взял в руки банку, стоящую рядом, и покрутил её. Ничего интересного он не нашёл, да и банально не понял, что там было написано. Ещё на столе лежало довольно много фруктов и конфет. Мужчина обернулся к Санчезу и хмыкнул, притянув его к себе и обнимая за талию, уткнувшись лицом в чужую грудь и вдохнув. –Guapo..–довольно пробормотал Розенталь, чуть сжав пальцы на чужом боку и хихикнув. –С чего вдруг такая нежность?–спокойно поинтересовался Диего, при этом постаравшись ненавязчиво убрать от себя руку хозяина дома. Разумеется, безуспешно. –Захотелось. Можешь не переживать об этом, я ведь не собираюсь тебе вредить. Ты и сам об этом знаешь. Розенталь потерся щекой об его мягкую грудь, хмыкнул и всё таки отпустил Санчеза давая ему возможность сесть за стол. Но перед этим бывший бандит налил себе кофе и достал из холодильника сливочное масло, а уже после этого сел за еду. –Какие планы на сегодня? Опять на весь день оставишь меня одного?–чёрные глаза глянули на довольное лицо Розенталя, и Санчез приподнял одну бровь. –Нет. Сегодня один проводить свое время не будешь. Конечно, не полный день я дома буду, но после обеда смогу посвятить всего себя тебе,–поправив длинные волосы за ухо, мафиозник кивнул и задумался, отпив кофе. –Я не прошу этого. Я просто интересуюсь, как долго мне придётся сидеть сложа руки. Сам догоняешь, мне можно что-то делать только в радиусе твоего поля зрения,–мужчина грустно улыбнулся и взял со стола чайную ложку, которую кинул в кофе и размешал сахар. –Диего, cariño, ты просто не понимаешь. Я ведь всю душу тебе готов отдать.. –Так, так. Погоди, Розочка. Я понимаю, что может быть, баба отшила, все дела.. Но это не повод ко мне так лезть. Тебе нужно напоминать, что ты хотел со мной сделать ещё до всего этого? И то, что я с тобой потрахался вчера, давал себя лапать и тому подобное—не более чем корыстное желание подольше пожить в хороших условиях,–спокойно произнёс Диего, вполне осознавая, что за такие слова ему и по морде могут дать, но при этом он все так же вопросительно глядел на сидящего неподалёку. После он спокойно отпил кофе, закатив глаза на ответ. –От тебя хотел избавиться Марло. Это он был уверен, что показательная смерть остановит тебе подобных мудаков от начала тех делишек, которые вёл ты,–Розенталь чуть склонил голову в бок, а после откусил кусок от тоста и, прожевав, продолжил:–Я же против твоей жизни ничего не имел. Я хотел прикрыть твой палёный алкоголь, из-за которого погибли не только взрослые люди, которые, определённо, сами виноваты в том, что принялись пить эту паль, но и обычные подростки. Понимаешь? –Нет, не понимаю. Это был выбор этих jóvenes, а я всего лишь занимался бизнесом,–Санчез бессмысленно поболтал ложку в кофе, после вытащил её, пару раз постучал по краю и указал на Розенталя.–К чему мне жалеть людей, которые сами идут на такой шаг? Ты ведь не жалеешь тех, кто проигрывает в твоём казино. Это люди, Розочка, и я не хочу жалеть всякий сброд вроде.. Сам понимаешь. Услышав его позицию, Цветочник сначала очень удивленно уставился на Диего, а после медленно растёкся в улыбке и рассмеялся. –Cariño! Я даже удивлён, что за то время, что ты живёшь на моей шее, хуево отзываешься о моих знаках внимания, и все дела, ты всё ещё не изменил своего мнения касательно того дерьма, которое ты творил. Это невероятно, насколько тебе плевать на окружающих. К слову об окружающих, пока ты мне не начал дерзить, знаешь, кто со мной недавно связался? Хмурое лицо Санчеза тут же изменилось на заинтересованное, и он уставился на Розенталя, пока сердце началось колотиться чаще. Джон? Или может Джуди? Хотя, первому, скорее всего, дела больше нет. Может, он был заинтересован только из-за влиятельности Диего, и ничего более ему не надо было. А вот Джуди.. Если это так, то это крайне плохо. Девушку в свои проблемы он втягивать не хотел, и его мнение касательно этой ситуации не изменилось. Нет-нет. Никак нельзя.. Вот только его надежды разбились о слова мафиози: –Девчонка, которая на тебя работала. В баре. Думаю, что на неё тебе уж точно плевать не было. Я прав, Диего? Розенталь заметил, как помрачнело лицо Санчеза и ещё больше удивился его такой перемене настроения. Выдохнув, он поднялся на ноги и подошёл к нему, после чего аккуратно обнял за плечи того, кто сейчас сидел в его рубашке, и осторожно погладил по голове. Диего несколько секунд сидел, делая вид, словно бы ему были безразличны действия Цветочника, но в итоге он только прижался к мужчине и грустно вздохнул ему куда-то в живот, а после и вовсе обнял, немного расслабившись. –Ты переживаешь за неё, mi amor?–получив положительный кивок, мафиозник задумался, уставившись вперёд себя.–Ну да, девочка хорошая, исполнительная. Ладно, я подумаю, что можно будет с этим сделать. Тут же Санчез воодушевился и глянул на него, но напрягся, увидев хитрую улыбку Розенталя. Грубая рука скользнула по затылку, после огладила шею и легла на плечо, немного надавив на него. –Но.. –Но за просто так ничего мне не будет, да? Я правильно понял?–спокойно поинтересовался у того Диего, довольно сильно сжимая бока Розочки, от чего тот выгнулся вперёд и нервно усмехнулся. –Умница. Правильно понял. На этот счёт поговорим вечером. А сейчас мне надо идти мыться. Давай, отпускай меня. Розенталь спокойно убрал руки, а вот Санчез не спешил этого делать. Только тогда, когда азартник начал всерьёз переживать, ладони бывшего Короля палёнки резко оказались на чужой упругой заднице и с силой её сжали, а этот по максимуму прижался к Розенталю. –Не только ты можешь пугать меня такой хернёй. Диего всё таки отпустил стоящего перед ним и хитро улыбнулся, а после вернулся к своему завтраку, пока длинноволосый хозяин дома поспешно удалился в ванную комнату. ** Розенталь заявился домой только под ночь. Был он растрёпанный и уставший, а весь воротник белой рубашки в смазанной губной помаде. Ещё Санчез почуял от хозяина дома специфический запах женских духов, такой резкий, что нос щиплет, и приторно-сладкий, от чего на языке появилось противное ощущение. Ни разу за тот месяц, сколько Диего живёт в поместье Цветочника, он не видел, чтобы хозяин дома притянулся сюда пьяным и по нему было видно, что с ним провела время женщина. Закатив глаза, Санчез моментально оказался под рукой Розенталя, закинув её себе на плечо, и спокойно повёл его в комнату, ничего не сказав на состояние Розочки. А вот опьяневший начал возмущаться, бормоча что-то в духе: «я сам могу дойти», и «пошёл ты, убери руки»,–и тому подобное. Вот только из последствий опьянения была неразборчивость речи, потому Диего половины не понял, и просто попросил его заткнуться. Конечно же Розенталь на это выразил своё негодование, и стал читать Королю палёной алкашки в прошлом нотации о том, что каждый имеет право на тот отдых, который может себе позволить. На такие заявления Диего только усмехнулся и изредка кивал головой, вроде и соглашаясь с нетрезвыми рассуждениями своего спасителя, но вроде делая это просто так, чтобы посмеяться самому. Без проблем не обошлось, на лестнице хозяин дома чуть не упал прямо носом в угол ступеньки, но Диего всё же смог предотвратить данное знакомство. А когда всё же дотащил Цветочника до его комнаты, то скинул с него грязную рубашку и уложил ровно на мягкую постель. Взгляд зацепился за многочисленные следы поцелуев на шее, плечах и где-то даже груди, и внутри всё свернулось комом ненависти. Нет, с тем, что Розочка его оставлял на день, а то и два в большом доме считай одного, мог прийти только под глубокую ночь, Санька смирился. Дела мафии, все дела. Мало ли разборки с Евсеем какие. Вот только этим утром он чуть ли не клялся, что ему нужен только Диего, а сейчас лежит в нетрезвом состоянии, и ожидающе наблюдает за ним. Словно бы издевается над теми начавшими крепнуть чувствами, которые испытывал сам Диего. Хотя, с другой стороны, Санчез мог это понять. Последнюю неделю стал думать о Джуди чаще, чем раз в день, в предсонном состоянии, когда мозг уже начинает выключаться, и сердце прямо таки ныло от скуки по этому человеку. Розенталь ни слова не обмолвился за последние несколько недель о девушке, которая всё также была небезразлична Диего. И его это пугало. Сглотнув скопившуюся во рту слюну, мужчина пошёл на выход из комнаты. И даже когда глава казино и отелей Хэнфорда его окликнул, он не остановился. Не удосужился оглянуться, посмотреть на того, кто его позвал. –Диего, ну куда ты..–язык заплетался и в некоторых словах пропадали окончания, а сам Розенталь весь сжался, приподнявшись на локтях и туманным взором глядя в след его сожителю, которого уже скорее стоило называть любовником.–Неужели ты оставишь меня? Mi amor, ты же знаешь, что я без тебя не могу.. Он театрально вздохнул, снова откинувшись на широкие подушки и прикрывая лицо руками. В голове резко стрельнуло, но после начало легчать. Это было либо из-за того, что в комнате стоял сквозняк, и было жутко холодно, либо просто начали отпускать последствия того застолья, которое было устроено в одном из больших баров под казино. –Я приду спать только после того, как помоюсь и ты уснёшь. Знаю я твои планы. Санчез закатил глаза на печальное хныканье человека, развалившегося на кровати, и покинул комнату, правда уходя в ванную. Там он сначала долго стоял у зеркала, рассматривая себя. Вроде и не изменился особо за этот месяц, но при этом что-то в его внешности ему не нравилось. Потом сидел добрых двадцать минут в ванне, перед этим натеревшись каким-то то ли скрабом, то ли кремом, и вылезать ему не хотелось. В комнате стало очень приятно пахнуть фруктами и чем-то ещё вкусным, от чего у Санчеза ненадолго разыгрался аппетит. Под тёплыми струями воды он даже расслабился, забыл о том, что в доме Розенталя он живет уже чёртов месяц, почти что не выходя на улицу и узнавая о внешнем мире только со слов самого Цветочника, ну и конечно же при просмотре всяких программ на телевизоре. Но это было не так интересно. А что касательно этого азартника.. Нет, приходить спать он не хотел. Розочка сейчас несколько не в адеквате, и представляет из себя «угадай что выкину», как говорится в народе. Но всё же надо. Отдых, как важную часть жизни, никто не отменял, за что Диего просто ненавидел эту часть ежедневного графика, но даже сейчас, сидя в тёплой воде, его стало немного клонить в сон. Выключив поток и обтеревшись полотенцем, мужчина накинул на плечи любимую рубашку Розенталя, нагло присвоенную себе ещё в первые несколько дней, как он обитает здесь, да и в которой он спал постоянно, натянул боксеры, больше подходящие на короткие шорты, и уже вскоре был в спальне. Зашёл он тихо, для начала глянув, спит ли вообще его любовник, а когда увидел, как это тело отвернулось к стене и негромко посапывает, всё же вошёл внутрь. Ходил он на цыпочках, время от времени поглядывая на Розенталя. Закрыв окна, из которых как раз и шёл ледяной воздух, заставляющий вздрагивать всем телом, Диего осторожно залез на кровать и улёгся в своей части, подтягивая голыми ногами пушистое одеяло. Именно в этот момент его талию обхватили холодные руки и сжали, а после бывшего бандита, успевшего только вскрикнуть, притянули к себе. Это было столь неожиданно, что обладатель чёрных глаз даже вздрогнул, не успев толком укрыться одеялом. Розенталь довольно опасно навис над Санчезом, виновато улыбнувшись и после положив голову на грудь лежащего под ним, прислушиваясь к бешеному ритму чужого сердца. Однако более он ничего не сделал, просто иногда сжимал руки на худых бёдрах, или же поглаживая по ним. Конечно же Диего, во-первых, такого не ожидал, а вот во-вторых не сильно и оценил такое отношение к себе, от чего довольно ловко вывернулся из-под пьяного Розенталя, нечаянно пнул его под бок. А вот мужчина на эту выходку лишь обиженно хрипнул и лёг на мягкую поверхность кровати вновь. Вот только на этот раз дальше от Санчеза. –Идиот? Даже не смей так больше делать. Особенно когда ты пьяный. Понял меня?–Диего сделал брезгливое лицо, хотя сам внутри осознавал, что это бессмысленно. А ещё понимал сам для себя, что такие запреты с ничего такого интересного для пьяного Розенталя не представляют, и это, честно говоря, Диего очень не нравилось.–Я испугался, идиот. –Как знаешь, cariño..–Розенталь обиженно спрятал лицо в сгибе локтя, прикрыв его второй рукой. Цветочник даже не пошевелился, когда снова заговорил Санчез через пару секунд. –Вот и славно, вот и договорились. Санчез снова улёгся, но на этот раз на бок от него, фыркнув. И всё же что-то внутри него завыло. Стало грустно, но не только потому, что это тело вернулось в дом, где его ждали, пьяное и содержащее следы хорошего проведения вечера. Он прекрасно понимал состояние Цветочника. Особенно когда тебя отшивают, а ты не хочешь сделать как-то плохо партнёру. Немного полежав, Диего обернулся на него и стал краем глаза рассматривать. А хозяин дома даже не пошевелился толком, как лежал, так и лежит. «Обиделся..»,–подумалось ему, и Санчез нахмурился. Всё же пришлось повернуться к длинноволосому полностью и аккуратно подёргать его за руку. Розенталь негромко мыкнул и чуть убрал ладонь от лица, одним глазом глянув на мужчину, недовольно так. Это было тяжело заметить, но всё же Диего увидел, и грустно вздохнул, протягивая руку к нему. –Извини. Я не хотел тебя обидеть, правда,–Санчез осторожно накрыл его локоть ладонью, чуть сжав, чтобы не вырвался. –Ну конечно. Не ври, mi amor, –и всё же чего-то мягкого и любящего в голосе скрыть не получилось. –Правда. Что я могу сделать для того, чтобы ты меня простил? Розенталь в ответ на это ничего не сказал и задумался, а после убрал руку от лица и обнял ею Санчеза, прижал к себе и чмокнул в лоб. Диего негромко промычал, поластился к нему, прикрывая глаза. –Ты и сам знаешь, что можешь. И у тебя уже есть всё, чтобы заслужить прощение. Немного подумав, Санчез осторожно вылез из чужих объятий, слез с кровати и дождался, когда Цветочник сам сядет. Уже после этого Диего осторожно стянул с него штаны и нижнее бельё, не поднимая глаза обхватил ладонью основание члена, начав его надрачивать. Один раз они уже так поругались. Розенталь вообще на отрез отказывался общаться с Диего, а стоило к нему только обратиться, так Диего не замечали, Цветочник буквально сводил его с ума своим игнорированием, но при этом постоянно был где-то неподалёку, и, что было более противно, дико ограничивал Санчеза в доступе к внешнему миру. Никакого телевизора, ноутбука с ограниченным доступом в сеть, да даже книгу неподалёку от него Диего почитать не мог. Ему банально мешали. То шорохи какие-то создавались, то ещё что-нибудь маловыносимое для психики мужчины. Под конец второго дня бывший мафиози банально не выдержал и начал невероятно злиться, вроде как даже что-то сломал. Казалось, этого и хотел Розочка. А закончилось это тем, что они снова переспали. Облизнув сочащуюся смазкой головку, мужчина аккуратно взял её в рот и стал посасывать, не глядя на Розенталя. Одну руку он положил на колено мафиози, пока второй стал более активно надрачивать орган у основания. Диего старался игнорировать возбуждённые стоны Цветочника, даже стерпел то, когда на его голову легла чужая ладонь и надавила, открыто призывая к более смелым действиям. Вот только Санчез не спешил. Он хотел растянуть процесс, сделать так, чтобы Розенталя просто разрывали ощущения внутри него. «Как бы меня после этого не разорвали»,–подумал про себя нахлебник, всё же подняв взгляд на красное лицо хозяина дома, и хмыкнул, заметив довольное выражение. Чуть покрасневшие глаза азартника блестели, щёки покрывал румянец, а губы сложились в улыбку. По нему было отчётливо видно, что последствия распития алкоголя не прошли, и утром у одного будет болеть голова, а у второго поясница. Вот только волновало ли это их? Ни капли. Не сейчас. Это будут проблемы будущих Розенталя и Диего. Почему-то, размышляя над этим и продолжая работать ртом, у бывшего торгаша палёным алкоголем засосало где-то под ложечкой, и стало тревожно. А тревожиться, как оказалось, было за что. Неприятно, когда открываешь глаза, и вместо полумрака комнаты Розенталя ты видишь буквально ничего. Просто темнота. Руки скованы где-то за спиной, в помещении слишком холодно. Диего сразу стал ёрзать и мотать головой, пытаясь хотя бы немного понять, где он, чёрт возьми, находится, и почему он не дома. Только после этого Санчез ощутил, что и говорить он не может. И связано это с тем, что во рту у него кляп. Волна страха накатила так резко, что по всему телу прошлись мурашки, а в горле встал ком. В голову начали лезть самые страшные мысли, на которые был способен Диего, от которых просто хотелось отмахнуться. А вдруг это просто не очень удачная шутка от Розенталя? Было бы славно, ибо после этого всего его ждёт крайне серьёзный разговор и, возможно, Санчез даже устроит ему истерику. А это он умеет. Диего опять поёрзал плечами, опустив голову и пытаясь прислушаться к окружающим его звукам. Всё тело опять начало трясти, и страх вырос в несколько раз, когда где-то отдалённо раздались громкие гулкие шаги, открылась дверь в комнату, в которой он сидел, и в стороне раздался смешок. Такой противный, злой, но при этом до ужаса знакомый. Через секунд двадцать к нему подошёл кто-то и осторожно завёл руки за голову, щёлкнула застёжка и наконец рот был свободен. А когда пальцы в перчатках провели по затылку, Санчезу стало хуже. Розенталь. Сдал всё таки, сука! Вот только от своей прилившей злости его отвлёк не особо яркий свет, который всё равно ударил по глазам, как кувалда по наковальне. Резко и болезненно. Благо уже обозначенная фигура закрыла его, и Диего смог довольно быстро прийти в себя. Их взгляды пересеклись, и Цветочник выглядел очень виноватым, в его мягкой улыбке ощущалось что-то такое нежное, родное, от чего сердце защемило, и Санчез был не в силах сказать что-то такое, злое, неприятное. Но при этом в ней была и печаль. Он громко сглотнул слюну, а после опустил глаза и хныкнул, напрягаясь всем телом. Правда сдал. Ибо такую плитку на полу никто не укладывал, кроме Евсея. После этого Розенталь отошёл от Диего и встал неподалёку от стены, прислонившись к ней спиной и чуть опустив голову. Выглядел он как обычно: белая рубашка, на плечах огромное пальто, и штаны с черными подтяжками. А лицо прикрывала шляпа и спадающие две косички. И все же в его позе, закрытом положении было видно, что ему правда жаль. Может, он и не хотел этого делать, сдавать Санчеза Евсею, но выбора у него не было. Тогда зачем был тот месяц этой сладкой жизни? Вопрос, который крутился у Диего в голове, прервал стук металлических деталей на подошвах чужих ботинков, после тяжёлая рука легла на голову пленника, немного откинула её назад, и Санчез задрожал подобно суке. Стоящий над ним Евсей молча улыбнулся, глядя в бегающие глаза. –Как тебя оказалось легко обмануть, согласишься, Сань?–Остафьевич потрепал Диего по голове, да сильно так, что мужчина сжал зубы, фыркая и хмурясь.–Мне даже смешно с этого стало. Может, хочешь узнать правду? –Cabron, пошёл ты. Я уже понял, что это был обман..–мафиози хмыкнул, резким движением головы скинув чужую руку с себя, а после вжался спиной в стул и хмыкнул. –Но при этом ты не догнал об этом сразу. Знаешь, почему? Наш общий друг сразу мне рассказал о том, что тогда ты сидел в баре и напивался с горя,–Евсей победно улыбнулся, глядя на то, как медленно искажалось лицо Диего сначала в сторону удивления, а потом жуткой ненависти, которая наполнила его взгляд.–А ты что думал? Ничего так просто не бывает. Не знаю, был ли ты Розенталю интересен как человек, но не думаю, что сейчас это так важно. Евсей театрально развёл руками и хмыкнул, ловко развернувшись и беззаботной походкой пройдя к креслу, которое стояло напротив стула, где и сидел пленник. На ходу взяв с небольшого столика серебряный портсигар, «босс боссов» уселся на мягкое место и закинул одну ногу на другую, пока пальцами ловко отщёлкнул коробок с папиросами, и достал одну. Кинув взгляд на Розенталя, Остафьевич выудил из-под своей шикарной шубы зажигалку с замысловатым узором на боковой грани. –Цветочек, ты так и будешь стоять как статуя? Присаживайся. Если выйдет, то разговор окажется долгим и крайне интересным. –Ох, amigo, вынужден отказаться. У меня на сегодня были дела в планах, и я должен вообще находиться не здесь,–Розенталь оживился моментально, отлип от стены и улыбнулся Евсею, поправляя ловким движением шляпу.–Однако, как только появится время и возможность, я обязательно заскочу. –Как знаешь. Не настаиваю. И да, касательно денег я тебе сообщу когда закончу..–он перевёл взгляд на Диего,–Здесь. Можешь идти. В ответ Розенталь только кивнул и снял шляпу, которую вернул почти сразу на место, и ушёл из помещения, оглянувшись на Санчеза. Дверь за ним хлопнула с таким звуком, что даже Евсей еле заметно вздрогнул, и то только из-за того, что его взгляд был сосредоточен на бывшем мафиози. –Выглядишь преданным, Саш. Это забавно и грустно одновременно,–седовласый хмыкнул, затянувшись и немного склонив голову.–Неужели ты правда подумал, что вся эта муть была правдой? –А какая уже разница. Я знаю, что со мной будет после этого будет,–Санчез ещё больше сжался, из-за чего напряжённые плечи заболели, но при этом он только так мог почувствовать себя в какой-то безопасности. –Даже интересно, что ты там себе придумал. Евсей весело улыбнулся, наблюдая за мужчиной напротив. –Не скажу. Я просто уверен в том, что ничем хорошим для меня это не закончится. И да, я правда думал, что это была правда. Доволен? Chungo. Санчез скорчил недовольную морду, и фыркнул. –Ну ка, переведи, что ты сказал?–спокойно спросил у него Остафьевич, поднявшийся с кресла и подошедший к Диего. –Уёбище. Доволен? Саня нагло улыбнулся, но вот когда ворот его рубашки и пиджак довольно грубо отодвинули, открывая кожу, а после окурок был потушен прямо об основание шеи, то улыбка быстро исчезла с лица бывшего мафиози, и тот негромко вскрикнул, дёрнувшись в сторону. И за это получил в лицо. А рука у Евсея тяжёлая, из носа сразу пошла кровь. –Ты сильно много позволяешь себе для человека, которого в любой момент могут убить одним лёгким движением. Не думаешь?–«босс боссов» снова заставил Санчеза посмотреть на себя, и прищурился, когда Диего закрыл глаза и хныкнул от боли.–Давай, отвечай. Я же не со стенкой разговариваю. –Не думаю. Зачем мне тебе что-то отвечать? –Тоже верно. Потому что сейчас ты особой пользы не представляешь. Считай, обычный человек. Но знаешь ли, то, как ты сбежал.. Хм, нет, я не могу этого простить. Слишком нагло. Ты не должен был выжить, понимаешь?–Евсей нагнулся к нему и стал всматриваться в чёрные глаза, а после взял Санчеза за подбородок и заставил поднять голову.–По морде вижу, что не понимаешь. Хотя, такому как ты, много понимать и не надо. Диего на это ничего не ответил и продолжал глядеть своему врагу в глаза, только иногда вздрагивая от ужаса, который он испытывал внутри себя. Было страшно из-за того, что перед ним Евсей, грызла обида за то, что Розенталь его бросил, и грустно, что придётся расстаться с жизнью. Мужчина даже задумался о том, а правда ли Цветочник что-то к нему чувствовал, или это правда было не более чем блеф. Если так, то это сделано было более чем хорошо и хитро, ведь Диего повёлся. Как маленький мальчик, которому необходимо было немного тепла, но он получил больше, чем следовало. Евсей, поняв, что никакой язвительности или ожидаемой наглости не будет, отпустил подбородок Санчеза и отошёл в сторону, задумавшись. –Знаешь, о чем я думаю? Вот смотрю и не понимаю, как такой безвредный на вид человек как ты смог потравить столько молодёжи? М? –Cagada, Евсей, ты туда же? Да плевать я хотел на эту шпану! Просто плевать. Так ещё это в прошлом, понимаешь?–Санчез нахмурился, поёрзав и не понимая, куда идёт разговор.–Ты меня сейчас только за это пинать будешь? Серьёзно? Ну нет. Это уже глупо как-то.. –Не скажи. Хаха, твоя эта метаноловая дрянь всё ещё напоминает о себе, хотя мы с Розенталем постарались на славу, чтобы изъять то, что ты распространил по Хэнфорду. И вот незадача, недавно группа подростков сильно отравилась алкоголем, а одна девчонка вообще ослепла,–говоря это, Евсей Остафьевич нагнулся к столику, на котором до этого лежал его портсигар, и взял с нижнего его яруса красивую бутылку с виду дорогого вина. Немного помолчав, мужчина, вернувшись к Санчезу, произнёс:–Узнаёшь, Санек? О да, Диего узнал. Это было вино с десятипроцентным содержанием спирта, из которых около восьми-метанол. Отрава, которую разливали в перемешку с этанолом, чем очень снижали затраты на производство, но при этом портили здоровье выпивающим. Пленник сразу же побледнел, когда встретился взглядом с Евсеем, и всё понял, а «босс боссов» довольно улыбнулся, сжимая горлышко бутылки в своей ладони. –Сразу вижу, узнаёшь. Это хорошо. Память не отшибло. К слову сказать, когда мы с Розенталем.. Культурно отдыхали, нам принесли эту бутылку. И если бы с нами не было ещё несколько уважаемых людей, один из которых был в курсе о том, что содержится в этой бутылке, наверное я бы сейчас тут с тобой не стоял. Знаешь, как он определил это дерьмо?–Евсей минуту стоял и ждал ответа, но бледный от ужаса Диего даже сказать ничего не мог, его трясло и он хватал ртом воздух.–Жаль, я надеялся на продолжение диалога. Ну ничего. На тему уважения мы ещё поговорим. Времени у нас предостаточно. Мужчина улыбнулся и подошёл к нему, а после просто сел на пол, поставив рядом с собой бутылку с палёным вином. –Первое, по запаху. Уж слишком странно оно пахло. А ещё, у одного из наших знакомых после такого алкоголя брат ослеп. При чем это был хороший человек, который не был замешан в наших мафиозных делишках. Наоборот, помогал бедным, там, делал вложения в детский дом и всё остальное. И, как ты понимаешь, пил он как раз из такой бутылки. Диего, ты ведь осознаёшь, чем для тебя это закончится? Евсей снова стал всматриваться в бледное лицо, чуть прищурившись. Почему-то ему стало смешно, и он улыбнулся. А вот Санчез сидел и просто пошевелиться не мог. Ему было очень страшно. ** Санчез поморщился, когда к его носу поднесли вату, смоченную спиртом, а стоило ему открыть глаза, то увидел перед собой Розенталя, который мягко обрабатывал ему оставленные Евсеем раны. Были они довольно сильные, и все тело болело, стоило только немного пошевелиться. А вот поняв, кто перед ним сидит, мужчина печально хныкнул и чуть повалился вперёд, кладя голову на плечо Цветочника. Тот в ответ осторожно обнял лежащего на полу и поцеловал в макушку, второй рукой продолжая обрабатывать повреждения на полуголом теле. Стоявший неподалёку от них Евсей только лениво потягивал папиросу, со скукой наблюдая за действиями коллеги. А после он спокойно подошёл ближе и брезгливо фыркнул. –Цветочек, ну вот зачем ты с ним возишься? Не больше, чем обычная шестёрка. Ты же понимаешь? –Понимаю. Но это ведь не значит, что я с ним зря спал. Знаешь ли, ты мне дал месяц?–Розенталь глянул на мужчину и нахмурился, когда Санчез в его руках вздрогнул, стоило смоченной в перекиси вате пройтись по краю большой раны. –Ну дал, и? –И я пользовался этим временем так, как я хотел. И вообрази, amigo, во мне ещё есть что-то от человека. –Именно поэтому ты привязался к этому отродью, которое и внимания твоего не стоит?–Евсей даже от сделанного удивления бровь поднял, после чего присел на корточки неподалёку и хмыкнул. –Возможно. Какая разница. У меня особо то и выбора не было, не забывай,–Розенталь проигнорировал такую опасную близость своего «босса», выкинув полностью красный кусок ваты в сторону и осторожно прижимая к себе Санчеза.–Была бы возможность, я бы тебе об этом не говорил. И об этом ты тоже знаешь. Предчувствуя возмущение Евсея, произнёс Цветочник, а после глянул на Диего, который начал наконец подавать признаки жизни. Он что-то пробормотал и весь сжался, прижимаясь к тёплому телу Розочки. То не было удивительно, ибо когда Остафьевич выбил из него всю дурь, то просто оставил валяться на холодном полу в комнате, где до этого держал. Стоит учесть, что всю ночь бывший Король палёнки не просыпался, и потому подняться и лечь на диван, который тоже присутствовал в помещении, он не мог. Учитывая этот факт, Розенталь и не смутился такому поведению. Наоборот, он больше прижал к себе дрожащую тушку, иногда целуя его то в макушку, то в лоб. Зачем это делалось не понимал Евсей, зато он вроде как мог понять, что привязанность просто так не оборвать никак, да и не было у него сейчас в планах убивать Санчеза. Если бы это случилось само собой, например, замерз насмерть или погиб от кровотечения, то Остафьевича это даже не тронуло бы. Однако он бы не хотел видеть убивающегося Розенталя, по которому даже слепой заметил бы, что Диего стал ему небезразличен. Немного подумав, Евсей поднялся на ноги и тенью вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. А в это время Санчез приоткрыл глаза, хрипнув. Тут же Розенталь укрыл его своим пальто и погладил по спине, обходя жуткие раны. –Cariño, тебе совсем плохо? Ох, прости меня, родной. Я обязательно всё исправлю, ты только держись, хорошо?–ответа он не получил, от чего Цветочник начал правда волноваться, чуть сильнее сжав в своих объятиях того, кто был в полусонном состоянии. Внутри всё сжалось комом. Розенталь рядом, и хотя он и продался, даже нет, продал Санчеза Евсею.. Нет, он всё равно мудак. Просто сволочь. Но если бы не тот факт, что оба они всё таки прониклись друг другом, во всех смыслах.. Санчез даже не хотел об этом думать. Он всхлипнул, крепко сжав в дрожащих пальцах ткань белой рубашки, затрясся, подавил в себе слёзы. Даже в таком плачевном состоянии он понимал, что не время рыдать, как бы того не хотелось. Всё же вот-вот в комнату вернётся Евсей, и вообще не ясно, чего ждать. Ещё немного так посидев, Диего осторожно отстранился от Розенталя и глянул на него, а после опустил взгляд в пол, осторожно укутываясь в элемент одежды, который был больше чем он сам раза в два. Немного подумав, он спросил, зачем Розочка вообще заявился, на что Санчез получил крайне удивленный взгляд. –Mi amor, я понимаю, что ты на меня обижен, но не думай, что я прямо таки монстр..–Розенталь мягко погладил его по щеке, но убрал руку, когда Диего покачал головой, тем самым просто не давая возможность себя трогать.–Cariño.. –Ты тоже думаешь, что я настолько тупой, да? Я ведь прав?–вопросом в лоб мужчина удивил сидящего напротив, а после Санчез совсем уже неуклюже отсел в сторону дивана и привалился к нему, только спрятав нижнюю часть лица в пальто.–Конечно прав. Ты такой же, как Евсей. Даже хуже. Ты обошёлся со мной даже не как с преступником и противником, а.. Вещью. Диего расстроенно усмехнулся, кусая себя за губу и закрывая глаза. Так они и сидели молча до момента, как в комнату не вернулся Евсей Остафьевич с фляжкой в руках. Её он кинул в Санчеза, и улыбнулся, видя удивлённые выражения лиц обоих мужчин. –Что это..–Диего нахмурился, открутил крышку и осторожно понюхал содержимое, а после удивленно уставился на Евсея. –Алкоголь? Estás bromeando? –Ещё разок, но только по-человечески. –Отсталый..–негромко прошептал про себя Санчез, но перед тем, как главарь начал бы злиться, он ответил:–Я спрашиваю, ты шутишь? Серьёзно? –Нет, Санечка, не шучу. Пей, не отрава. Евсей довольно быстро остыл и сейчас спокойно наблюдал за тем, как к запаху принюхивается Диего. Вот только никакого подвоха, который определённо был, он не почувствовал, и всё же приложил горлышко ёмкости к губам, отхлебнул содержимое. А вот Розенталь нервно посмотрел на Остафьевича. Эффект оказался незамедлительным: Санчезу вскоре стало так дерьмово, что он аж за голову взялся, начиная трястись как сука. При этом у него всё поплыло в глазах, началось ощущение ломки в конечностях, и к горлу подкатила тошнота. –Евсей, дружище, что это? Что с ним?–Цветочник быстро подсел к Санчезу, погладил по голове и проверил температуру. –Ну, как бы так тебе сказать.. Немного его паленки, обычного пойла и пара таблеток. Стимулятор и обезболивающее. Ну так, на память. «Босс боссов» даже не удивился, когда в него полетела его же фляга, из которой на пол пролилось содержимое, благо его изворотливости было достаточно, чтобы уйти из-под траектории полета. После он подошёл ближе к ним и плюхнулся на диван, наблюдая за тем, как Розенталь пытался привести в чувство Диего. Его коллега даже не обращал внимания на находящегося неподалёку Остафьевича, который как раз и стал причиной отравления Санчеза, и все же пришлось это сделать, когда мужчину совсем накрыло. –Евсей, murrda, что делать? Он же так умрёт..–Розенталь обеспокоенно посмотрел на приятеля, а он только довольно улыбнулся. –Пусть постарается и поработает. Может ртом, может задницей, мне без разницы,–главарь довольно улыбнулся, наблюдая за тем, как медленно менялось лицо Цветочника. А после он печально посмотрел на страдающего Диего и тяжело вздохнул. –Другого варианта ведь нет, да? –Как же ты, сука, прав. Конечно нет. В конечном итоге азартник только отсел у сторону и стал наблюдать за тем, как рывком Евсей заставил подняться бывышего мафиози на ноги, а после усадил к себе на колени, довольно грубо скинул с него чёрное пальто, после быстро стянул штаны и нижнее бельё, полностью оголяя трясущееся тело. Благо Санчез уже не особо понимал, что за дерьмо сейчас происходит с ним, и просто поддавался, не оказывая сопротивление и иногда мыча. Растяжка прошла довольно быстро и больно, ведь Диего никак не мог расслабиться и при этом перестать стонать, хотя это, очевидно, было не самое худшее, что с ним происходило. На спинке дивана оказалась шуба и ремень, а об бедро потёрся вставший член. Почему-то Санчеза больше взволновал не размер, который оказался приличный, не тот, кто его сейчас собирался поиметь, а Розенталь, который в этом никак не участвовал. С одной стороны-это неплохо. А с другой.. Ну уж очень не хотелось, чтобы это делал чужой человек.. Немного подумав, Евсей повернул бедолагу лицом к Розенталю, приподнимая его бедра и довольно ловко приставляя головку к аналу. Сухие губы коснулись места на лопатке, рядом с длинной раной, нанесённой пряжкой ремня, и рывком он вошёл внутрь, крепко сжав руки на ляжках Диего. Ответной реакцией на это стал громкий и очень болезненный стон, после которого бывший мафиози сжал член внутри себя, начал похрипывать и ёрзать, не зная, куда себя девать от этой гребенной боли. А вот сидящий напротив Цветочник был крайне удивлен и смущён той картиной, которая открылась перед ним. Вот вроде правда клялся, что никому не отдаст, будет рядом всегда, когда это будет необходимо, а в итоге позволил страху перед Евсеем взять своё, выдать Санчеза, хотя тот полностью доверился, так ещё и позволил выпить эту дрянь, из-за которой сейчас того, кого он уверенно называл своим, ебут, пока что медленно, но при этом довольно грубо и не обращая внимания на то, что ему правда больно. И сейчас он даже противостоять этому не мог просто из-за того, что от этого зависела жизнь Диего. Пока Розенталь там сидел и пялился на происходящее, его позвал Евсей, и с улыбкой положил голову на плечо Санчеза, огладив его внутреннюю часть бедра. На такой жест азартник внимание не обратил. –Может, тоже хочешь присоединиться? Так печально за всем этим наблюдаешь, мне тебя даже жалко,–Евсей Остафьевич весело усмехнулся, поцеловав Санчеза в шею, при этом не глядя на Розенталя специально, чтобы показать своё безразличие. На его слова мужчина только хмыкнул, ещё пару секунд посидел, а после поднялся с пола и подошёл, положил одну ладонь на щеку Диего, а второй погладил его по голове. Пленник же на такое только улыбнулся и, недолго думая, прильнул к нему, утыкаясь горячим лбом в живот Цветочника. –Не туда тычешься, шестёрка,–на самодовольный смешок Евсея Розенталь шикнул на него. –Занимайся своим делом, amigo, тут мне твоя помощь не нужна. –Как жестоко, я сейчас расплачусь. В итоге оба синхронно закатили глаза, один только Санчез, до которого обрывками доходил диалог, удивлённо уставился сначала на Розенталя, а после немного обернулся на Остафьевича. Немного подумав, азартник чуть присел и заглянул в глаза Диего, с грустью глядя на его не самое лучшее состояние. –Mi amor, я ведь могу присоединиться, так ведь? –haz lo que quieras para que esto termine..–устало пробормотал Санчез, немного повесив голову. Отвечать Цветочник не стал, только мягко поцеловал его в лоб и выровнялся, скинул лямки подтяжек с плеч, после чего расстегнул ремень и ширинку брюк. Дальше Диего уже понял всё сам, да и Евсей, который внимательно наблюдал за происходящим, даже ослабил свою хватку, зато при этом насадил трясущееся тело чуть ли не по основание своего члена, что вызвало сдавленный стон и на секунду дезориентировало Санчеза. Но уже после мужчина сам смог разобраться с тем, чтобы достать член Розенталя, и, несколько пригнувшись, он осторожно взял в рот тёмно-красную головку, пока одна из рук стала надрачивать основание. Действия пленника вызвали негромкие стоны от Цветочника, он время от времени что-то бормотал по-испански, поглаживая по голове Диего, и только иногда толкаясь в его рот, и то несильно. Внутри было довольно тепло и влажно, от чего у самого по коже прошёлся табун мурашек, Розенталь довольно промычал, а когда перекинулся взглядами с Евсеем, то тот только пожал плечами, снова толкаясь в худое тело. Когда азартник кончил, то на эмоциях толкнулся внутрь, заливая Санчеза так, что после этого он жутко закашлялся, захрипел, от чего даже Евсей прекратил долбить чужое нутро и давал возможность прийти в себя. –Неплохо ты его, я удивлён,–Остафьевич погладил Диего по бедру, а после сомкнул руки на его животе, тем самым обнимая мужчину и прижимая к себе. –Обычно я так не делаю,–Розенталь виновато улыбнулся и потрепал Диего по голове, а после лениво сел на диван рядом, смотря перед собой. –И как же ты делаешь?–Евсей только усмехнулся, увидев недовольный взгляд коллеги, и покачал головой.–Ладно, ладно, дружище, не злись. Не надо мне знать вашей кроватной жизни, согласен. –Вот и славно. Розенталь фыркнул и закатил глаза, а после глянул на Диего, который удивлённо оглянулся на них двоих. –А что ты думал, mi amor? Я же не идиот какой-нибудь, чтобы нашему.. Дорогому другу рассказывать все секреты. Правильно?–получив неуверенный кивок в ответ, мафиози хмыкнул.–Вот-вот. –Ну почему, мне было бы крайне интересно послушать про ваши мутки,–«босс боссов» довольно улыбнулся, оставив лёгкий поцелуй где-то у затылка Санчеза, а после снова глянул на Розенталя.–Но так и быть, промолчу. Хотя.. Цветик, а ты не хочешь тоже заняться твоим ненаглядым? –Смотря в каком смысле,–азартник почесал затылок и прищурился, а после до него всё же дошло.–Ох, блять, Евсей, как тебе такое дерьмо вообще в голову пришло? Нет, я отказываюсь. –Ну почему? Это ведь весело будет. –Тебе так точно. А вот ему не думаю. Ты его отравил, помнишь? Так ещё и поиздеваться хочешь. –Тебе словно и не плевать. Розенталь, ты мне его, считай, продал. Так может закроешь рот и всё же согласишься? И тут же он попал в точку. Мужчина резко изменился в лице, и сразу же отвёл взгляд, грустно вздохнув. –Ладно.. Я не могу не согласиться с тобой. Евсей довольно улыбнулся, кивая, а после он очень ловко сел на диване лицом к Розенталю, при этом довольно сильно раздвигая ноги Санчеза, и открывая вид на происходящую картину. Устроившись ближе, мужчина нагнулся к Диего и поцеловал его в щеку, огладив его бока и тихо прося прощения. Но вот пленник ничего ему не сказал и только постарался прижаться к близкому человеку, что-то неразборчиво буркнув. А дальше уже Цветочник стал осторожно входить внутрь, выругавшись от того, насколько было узко. –Евсей, я тебе когда-нибудь лично член отломаю. Он такой большой, что это невозможно,–Розенталь попутно со своим недовольством стал осторожно успокаивать Санчеза, чтобы тот лишний раз не вопил от боли, которую испытывал. –Если перед этим ты мне передёрнешь, я даже против не буду. Розенталь только огрызнулся на него и, не без труда, но всё же вошёл внутрь Диего, и недовольно фыркнул, положив голову ему на плечо и крепче сжимая в руках его бедра. А вот сам Санчез там ни живой, ни мёртвый сидел, его трясло и он рвано дышал, пытаясь совладать с собой. Вроде и приятно, даже очень, но при этом всё тело горело от двух крупных членов внутри, и того «коктейля», который ему подсунул Евсей. Даже в какой-то момент он чуть не начал просить их обоих остановиться, но это было не так долго, поэтому он быстро выкинул такую мысль из головы. Первым начал двигаться Остафьевич. Медленно, даже как-то аккуратно, отвлекая Санчеза короткими поцелуями и пальцами играясь с его сосками. А уже через минуту подключился и Розенталь, всё также иногда тихо ругаясь и перекидываясь с Диего короткими фразами на испанском. Евсей их не понимал от слова совсем, да и сейчас ему больше было интересно то, что происходило в общем. К слову говоря, кончил он тоже первым. И было это так обильно, что бывший мафиози даже охнул, немного поёрзал от неприятного ощущения заполнения внутри. Заодно такой расклад событий не понравился и Розенталю. Хотя это и была дополнительная смазка, но легче от этого не стало. Поэтому он зло зыркнул на Евсея, который только плечами пожал. Когда же весь этот процесс закончился, то Евсей молча закурил, спешно приведя себя в порядок и глядя в окно, на вечерний Хэнфорд. Розенталь же занимался тем, что разбирался с последствиями тех приколов, которые организовал Остафьевич. Одному только Диего было нормально, боль медленно сходила на нет, отравление тем небольшим количеством метанола удалось нейтрализовать, и теперь его клонило в сон.